dawning of spring

Любимое место Чимина в новой квартире - балкон. Он небольшой, и металлическая балка над стеклянным ограждением вечно ледяная, но это все принадлежит им, и Чимину большего не надо. Солнце садится за горизонт, где-то там, где не видит глаз, но золотой свет отражается на всех зданиях вокруг и сияет на лице Юнги, когда он пытается обернуть гирлянду вокруг балки. Чимин смотрит из гостиной, сидя на полу с бокалом в руке. Он смеется, когда его муж вздыхает, примерно метр гирлянды все еще в руках, раздраженно, с хмурым лицом смотрит на то, что ему уже удалось сделать; тогда Чимин медленно встает, ставит стакан на полку, которую они уже повесили рядом с балконной дверью. Он приобнимает плечи Юнги ногами, запускает руки в его волосы, и старший смотрит вверх, раздражение исчезает с его лица. Чимин улыбается ему, нажимает на нос кончиком пальца и глаза Юнги скашиваются. "Ну как ты тут?" - спрашивает Чимин со счастливой улыбкой на лице, в то время как его муж стонет, наклоняя голову назад, пока она не упирается в бедра Чимина. "Почему это делаю я? Это была твоя идея" - Юнги жалуется, бросая оставшуюся гирлянду на пол, тянется выше, чтобы взять ладошки Чимина и поцеловать их тыльную сторону. Это вызывает улыбку; то ли проявление нежности, то ли как их обручальные кольца сейчас сияют на солнце, он никогда не узнает, что именно. "Потому что мы решили, что полку собираю я", - говорит он, кивая подбородком в ту сторону, где полка едва видна с того места, где они находятся. "Кроме того, ты выглядишь так мило, когда стараешься". Юнги горбится, но отпускает руки Чимина, чтобы подобрать гирлянду, и вернуться к делу. "Я всегда выгляжу чертовски мило". Чимин мычит, поджимает губы и делает вид, что задумался, пальцы играют с темно-серыми прядями Юнги. "Позволь-ка сказать, не думаю, что ты выглядишь так уж мило, когда ты храпишь мне в лицо всю ночь". Он едва избегает шлепка по бедру, покидая балкон со смехом на губах и счастьем, прижавшимся к щекам, его глаза сощурились; ему не обязательно видеть, он и без этого ощутил, как Юнги показывает ему фак. "Эй", - он снова берет бокал и выпивает то, что в нем осталось. "Я закажу нам что-нибудь поесть и расплачусь твоей кредиткой, окей?" Юнги вроде как открывает рот, чтобы что-то сказать, но через несколько секунд сдается, вздох поражения срывается с его губ. "Хоть закажи мою любимую пиццу тогда". Чимин смеется, разворачиваясь и чуть не спотыкаясь об одну из множества картонных коробок, все еще разбросанных по гостиной, вынимает свой телефон из черных шорт, которые у него под свитером. "Ты же знаешь, я всегда заказываю тебе, милый". "Брешешь!" - Юнги возражает с балкона, пока Чимин входит в их комнату, с еще одной улыбкой на губах. "Ты блять ненавидишь ее, никогда мне не заказываешь!" Он не отвечает, просто закатывает глаза и печатает в телефоне, находя их любимую пиццерию в приложении доставки. Он слышит ругань Юнги снаружи и сдерживает смех, качая головой. Когда он, наконец, завершает заказ, он бросает телефон на матрас на полу – рама к кровати еще не прибыла. Он видит у окна синие тапочки, которые искал сегодня, и вновь улыбается. Чимин вздыхает, смотрит в окно и прислоняется к подоконнику. Из их комнаты вид на закат получше, и он видит, что небо уже почти полностью темное, солнце едва виднеется на горизонте, луна уже поднимается, чтобы начать свое путешествие по небу. Повсюду картонные коробки, их одежда и прочие вещи все еще внутри, поскольку они медленно работали над гостиной, прежде чем приступить к остальной части квартиры. Чимин прислоняется к открытому окну, чувствует прохладный ветер середины весны на волосах; видит свои обесцвеченные пряди уголками глаз. Он смотрит вниз на свои руки, видит кольцо на пальце, единственное, на что он все еще не может перестать смотреть. Он крутит его на пальце, наблюдает, как тонкое кольцо сверкает в угасающем свете дня. Он удивляется тому, каким золотым оно выглядит, когда оставшийся солнечный свет горящей звезды отражается на нем. Он знает, что у Юнги точно такое же на пальце; знает, что он тоже не может перестать смотреть на него, ловил его на этом не раз на прошлой неделе. Когда в детстве Чимин представлял женитьбу, он знал, что полюбит свое кольцо, но не думал, что полюбит его так сильно. И все же полюбил. Он возвращается в гостиную, не забывая наклониться и поднять телефон, чтобы узнать, когда прибудет пицца. Его желудок ворчит при мысли o ней, и он снова закатывает глаза, предпочитая его проигнорировать. Когда он поворачивает в коридор, Юнги уже встает, отряхивая руки о серые спортивные штаны, что на нем. У него довольное выражение лица, и Чимин копирует его, когда видит, что старшему удалось намотать всю гирлянду на металлический стержень. Он ждет, хочет увидеть, что Юнги будет делать дальше, но его муж первым замечает его и с радостью идет к нему. "Окажи честь и зажги ее?" Чимин только кивает, выходит на балкон, включает гирлянду в розетку и смотрит, как сказочные огни горят золотом. Сейчас небо похоже на океан в ночи, и Чимин на секундочку начинает скучать по Пусану. Тоска растворилась, как только он почувствовал, как руки обвились вокруг талии, поцелуй приземлился на плечо, а свитер соскользнул с плеча. Юнги продолжает целовать везде, где шея переходит в плечо, и Чимин тут же кладет свои ладони на руки Юнги, соединяя пальцы вместе. "Я люблю тебя" - он шепчет ему в затылок, и сердце Чимина становится легким, как перышко. "Спасибо, что вышел за меня". Чимин смеется, оборачиваясь, кладет руку Юнги на шею, позволяя пальцам снова запутаться в волосах мужа. "Ты знаешь, что это я тот, кто попросил тебя выйти замуж за меня, да?" Юнги мурлычет, целуя в нос, от чего тот его морщит. "Да. Спасибо, что попросил меня. Думаю, я бы обделался, если бы просить пришлось мне". Чимин от этого смеется еще громче, качая головой, и пытаясь распутать пальцами волосы Юнги. "Все в порядке, детка. Тогда я набрал бы тебе ванну". Его муж просто вздыхает, когда Чимин вновь заливается смехом. "Внезапно я не знаю, зачем тогда сказал "да". "Потому что ты любишь меня" – произносит Чимин, протянув одну руку назад, чтобы он мог обхватить Юнги за шею. "А я люблю тебя еще больше". "Спорное утверждение" - говорит он, притягивая Чимина ближе, целуя его щеки. "Но я позволю тебе выиграть на этот раз. Я устал". Чимин улыбается, и на этот раз целует Юнги в губы, рука скользит вниз, останавливается на груди мужа. Он чувствует, как одна из рук Юнги тянется к его щеке, пальцы легонько ласкают кожу. Внезапно справа от него начинает мигать свет, и даже с закрытыми глазами он понимает, что он полностью гаснет. Он отодвигается, сдерживая смех, прислоняется к Юнги лбом. "Эй, хен?" "Мм?" – мычит Юнги, прижимаясь носом к Чимину. Тот кусает губы, подавляя желание улыбнуться. "Я думаю, что наша гирлянда перестала работать". Чимин никогда еще не видел, чтобы его муж так быстро открывал глаза. "Да ты бля шутишь". Чимин смеется и сердце его невесомо.