Притяжение

      Впервые Ибо увидел Сяо Чжаня на пробах. Не обратить на него внимание было невозможно. Высокий, улыбчивый и красивый. Его звонкий смех заполнил пространство, согревая мягким теплом внутри. Ван Ибо не верил, что возможна любовь с первого взгляда, но появился он и заменил собой весь мир. Разом и безвозвратно.       Вечером он вспоминал, как Сяо Чжань зачитывал свою роль, иногда сбиваясь и путаясь в словах. Он реагировал на это беспечным смешком, не заботясь о том, как нелепо он выглядел в тот момент. Возможно понимая, что у него нет достойных соперников, и ему позволено большее, чем всем остальным.       Он тоже знал, что никто кроме Чжаня не подходит на эту роль и он будет утвержден несмотря ни на что. Когда через несколько дней пришел ответ, что его тоже утвердили на роль, он вновь почувствовал, что дышит.       В свой первый рабочий день он выронил из рук листы с текстом, когда Сяо Чжань появился в комнате для читки, и трижды пропустил начало своей реплики. На четвертый раз, Сяо Чжань, сидевший рядом, коснулся его плеча ладонью, выводя из очередного ступора.       И если до этого момента Ибо еще сомневался, что этот человек живой, настоящий, то почувствовав, как пальцы сжали его плечо, убедился. До встречи с ним, Ван Ибо был уверен, что таких людей как он просто не бывает. Теперь, когда вся его жизнь за один миг перевернулась с ног на голову, он знал имя того, за кем пойдет хоть на край света. Того, ради чьего взгляда откажется от всех принципов, убьет, продаст душу и спустится в Ад.       Ван Ибо держался стойко. Смеялся вместе со всеми, реагируя на шутки Сяо Чжаня правильно. Так, чтобы со стороны это не казалось наигранным и выдавало его напряжение. Потому что стоять с ним рядом было невыносимо. Слишком много его тепла, его запаха. Его взглядов и улыбок. Каждое слово он запоминал и повторял себе вечерами, искал подтекст, которого на самом деле скорее всего не было.       На следующий день Сяо Чжань встретил его на крыльце и поздоровался с ним первым. Ван Ибо опустил взгляд, пробормотав в ответ приветствие и, обогнув его, прошел в здание. Он слышал, как Чжань не спеша шел следом и чувствовал его взгляд на своем затылке.       Воротник костюма неприятно царапал, вызывая покраснение на коже. Ибо оттягивал его, стараясь уменьшить трение и критично рассматривая себя в зеркале. Ему казалось, что в этом костюме он похож на участника маскарада или большую засахаренную зефирину. Про Сяо Чжаня сказать тоже самое он не мог. Он выглядел великолепно и, в отличие от него, больше походил на красивую, фарфоровую куклу ручной работы. — Проблемы? — спросил Сяо Чжань, остановившись за его спиной. — Всего второй день, а я не представляю как вынесу дальше эти костюмы, — Ибо наблюдал за Чжанем в отражении, как он кивнул, слегка улыбнувшись и не спешил уходить, — и здесь слишком жарко.       Это не правда. Кондиционеры работали во всю. Можно было бы сказать, что напротив, в помещении слишком свежо, но Сяо Чжань его не поправил, молча согласившись со словами Ибо. И уже после того, как отошел на пару шагов обернулся вновь. — Прогуляемся вечером, — поставил в известность Чжань, — я буду ждать тебя внизу.       Ван Ибо улыбался, чувствуя как румянец залил его щеки. И как бы не убеждал себя, что это приглашение просто для того, чтобы узнать друг друга получше, это ему не удавалось. Этот день длился слишком долго.

***

      Вечером, как и обещал, Сяо Чжань ждал его на улице. В другой ситуации, после напряженного дня, Ибо поспешил бы домой, чтобы как следует отдохнуть и выспаться, но отказаться от вечера в обществе Чжаня не было даже мысли. Они неспешно прогуливались по улице, глазея на яркие витрины, купили в уличной лавке небольшой перекус. Сяо Чжань даже поделился своим, прокомментировав это тем, что Ибо слишком худой и ему необходимо больше есть. Вечер они решили закончить в небольшом баре, который находился в подвальном помещении и встретил их едким, прокуренным воздухом и громкой музыкой.       Ван Ибо сразу подумал, что здесь им наверное не место и развернулся, чтобы уйти, но Сяо Чжань решил иначе. Танцующие пары, звон бутылок и переливающиеся огни на стенах, все приводило его в восторг, а то, что он обратился к бармену по имени, выдало, что в этом заведении Сяо Чжань не первый раз. Бармен, ловко подбрасывая шейкер, смешал несколько видов алкоголя и наполнил два высоких бокала, бросив в них пару кубиков льда. Готовый напиток украшали листья мяты. — Попробуй, — Чжань подвинул к нему один бокал, — за начало съемок!       Первый глоток холодного коктейля обжигал горло, но по телу тут же разлилась согревающая волна тепла. За первым бокалом последовал второй, потом третий. За лучший сериал и сценарий, который так умело скрывает истинные отношения героев.       Спустя два часа, Ибо присоединится к толпе на танцполе, алкоголь ударил в голову и мысли о том, что завтра с утра продолжение съемок улетучились вместе с остатками смущения. Он с легкостью повторял самые сложные шаги, добавляя в них еще больше пластики, провокационных движений и взглядов. Временами он поднимал глаза на Чжаня, что остался в стороне от его танцев. Он не стремился прервать его, а молча наблюдал, сжимая пальцами бокал с остатками коктейля. И этого задумчивого взгляда, от которого по венам разливался живой огонь, было достаточно, чтобы продолжать.       На улицу они почти вывалились, держась друг за друга и спотыкаясь на ровном месте. — Я пойду домой пешком! — заявил Ибо, ухватившись за руку Сяо Чжаня. Его походка была неровной, а тон упрямым. — Я провожу! — Чжань обхватил его за пояс, от чего сердце Ван Ибо пропустило удар, а картинка окружающего мира еще больше поплыла, — только я не знаю где ты живешь. — Я покажу, — пробормотал он в ответ, стараясь сфокусировать взгляд на его лице. Несмотря на небольшую разницу в росте, это удавалось не легко, — только нам кажется в другую сторону…       Темный, пустой переулок, в котором они оказались был ему незнаком. И скорее всего, от своего дома он находился очень далеко и как отсюда выбраться не имел ни малейшего представления. Только признаваться в этом ему было немного стыдно.       Чжань развернул его к себе, легко удерживая за локоть и смотря на него немного сверху вниз. Выражение его лица впервые изменилось. Стало серьезным, изучающим, а взгляд подозрительно трезвым. Словно он и не пил наравне с Ван Ибо. — Тягу к алкоголю ты от своего героя перенял? — спросил Ибо, чтобы разрушить повисшую тишину. — Это была репетиция, — ответил Сяо Чжань, — хоть это цензурой не вырезали. — А что, много вырезали? — задумчиво поинтересовался Ибо, разглядывая его лицо. Конечно, он и без пояснений слышал о взаимных чувствах их героев и о необходимости показать тонкие грани их взаимоотношений. — А ты новеллу почитай, — усмехнулся Чжань, не сводя взгляда с его лица, — там много интересного. — А ты уже читал? — спросил его Ван Ибо, почувствовав, как земля начала уплывать под его ногами. — Читал, — все еще не сводя с него немигающего взгляда ответил Сяо Чжань, — мне же надо показать влюбленность в тебя.       Он положил ладонь ему на затылок, и это прикосновение отдалось в теле Ван Ибо мелкой дрожью. Сильное, поглощающее чувство сжало его грудь, заставляя сердце биться чаще и сильнее. Он с трудом сделал глубокий вдох и закрыл глаза, прячась от взгляда, который действовал на него парализующее, сковывая все мышцы в его теле.       Сяо Чжань поднял его голову к себе, сжимая его подбородок и вынуждая посмотреть на себя. Его взгляд гипнотизировал, выключая остатки воли и разума, а глаза завораживали, не давая возможности полноценно вдохнуть и произнести хоть слово. По-прежнему не выпуская его лицо, Чжань слегка склонился к нему и поцеловал.       Закрыв глаза и разомкнув губы, Ван Ибо впустил мягкие прикосновения его языка. Поцелуй накрыл его горячей волной, подарив новые, ранее незнакомые и пугающие ощущения. Опустив руки ему на плечи и делая шаг вперед, он позволил еще больше углубить поцелуй, потакая собственным желаниям, которые отдавались приятной тянущей болью внизу живота. — Мне тоже надо показать влюбленность в тебя, — тихо произнес Ибо, когда Сяо Чжань отстранился. Он не спешил открывать глаза, стараясь продлить это невероятное ощущение тепла на губах. Сяо Чжань по-прежнему сжимал его лицо ладонями и Ван Ибо прижался носом к его коже, — думаю, мне даже не придется особо играть.