The kisaeng's house

Отец Минки всегда ему говорил: предназначение и семья - это самое главное в жизни любого альфы. Он был славным генералом, погибшим в битве семь лет назад. Минки тогда горевал, стиснув зубы, но заветы отца запомнил и решил претворить в жизнь. Удача улыбнулась альфе, и он стал телохранителем самого молодого Вана. Минки искренне им восхищался и был предан всем сердцем, ибо молодой Ван был лучшим правителем. Своенравным, но мудрым, и Минки ценил это и надеялся, что сможет обеспечить долгое и безопасное правление своего господина. Очередной поход не слишком отличался от других, разве что жертв было немного, Ван до последнего пытался решить дело миром, и это ему удалось. Только вот на праздновании ему явно было скучно, и он что-то задумал. И это что-то было авантюрным и опасным, такой взгляд господина он уже хорошо выучил: в прошлый раз после такого взгляда был обнародован заговор, и всех зачинщиков казнили. Минки тяжело вздохнул, подливая соджу рядом сидящему генералу, а сам выливая свою рюмку за спину. В этот момент Ван, никем не замеченный, покинул празднование, и Минки тут же отправился за ним. Застав в палатке переодевающегося Вана, Минки лишь убедился в своих опасениях - господин направлялся в дом кисэн. Минки вдруг очень захотелось фыркнуть, и он с трудом сдержал сей оскорбительный жест: пристрастие Вана к любовным развлечениям не было секретом. Сам же Минки посещал подобное заведение лишь раз, поддавшись на уговоры пьяной компании сослуживцев, и был страшно разочарован: кроме пафоса и наигранности он ничего не увидел, да и сам омега оказался совершенно не впечатляющим, он воплощал ту фальшь, которую Минки так сильно ненавидел. Он же простой солдат, и все эти омежьи ухищрения были ему не интересны и даже в чем-то отвратительны - по этой же причине он до сих пор не сочетался браком, хотя возможностей было немало. Но рядом со светлым образом его папы-омеги никто и близко не стоял. Минки было страшно признаться, но время почти стерло из памяти его лицо - ему было всего пять, когда папа умер от болезни. То немногое, что он помнил - это прохладные руки, гладящие его волосы, и кристально чистая улыбка, такая солнечная, что хотелось зажмуриться. "Умей радоваться жизни" - говорил ему папа, и маленький Минки верил ему всей душой. Он помнил, как однажды на празднике он увидел дикие огоньки - они летали во все стороны, а человек, держащий их, не испытывал боли. Минки тогда подумал, что хотел бы любоваться на эти огоньки всю жизнь - так красиво и завораживающе это было. С тех пор прошло очень много лет. Он узнал, что это изобретение соседней страны, очень дорогое, специально для праздников и ритуалов, и заставил себя поверить в то, что это всего лишь огни, хотя что-то глубоко в душе все равно замирало при их виде. Тем временем, они с господином, переодетые в обычную униформу, заходили в дом кисэн, совершенно ничем не примечательный, на взгляд Минки, но с господином не поспоришь. Омега у входа спросил их о предпочтениях, и Минки не придумал ничего лучше, чем брякнуть что-то про невысокого милашку - откуда он вообще это взял, он и сам не понял, но омега очень хитро улыбнулся и проводил их в комнаты. Минки до последнего надеялся, что господин будет благоразумным, но тяга к любовным приключениям превысила доводы рассудка, и на строгий взгляд Минки оставалось лишь кивнуть и пройти в комнату пососедству. Интерьер был небогат и аккуратен, соджу, если верить запаху, лучшего качества, которое подобное заведение могло себе позволить, а тёплые комнаты действовали расслабляюще на вечно замерзших солдат, вроде Минки. Он присел за столик, держа меч наготове. Что бы ни произошло. Ни один омега не сможет отвлечь его от долга. Омега не просто зашёл, а почти вбежал в комнату, кланяясь: -Добрый вечер, господин! - сверкнул улыбкой омега, и Минки на долю секунды онемел. Вообще выглядел вошедший не то чтобы смешно или нелепо, скорее забавно: с его ростом в объёмной широкой юбке он почему-то напоминал пирожок, и это сравнение заставило Минки прыснуть со смеху. Смех озадачил омегу. -Господин смеётся? - он улыбнулся ещё шире, и вновь в груди что-то екнуло. - А как господина зовут? -Минки, - на автомате ответил альфа и тут же осекся - плохая идея говорить настоящее имя, но сказанного не воротишь. - А тебя? -Меня зовут Хонджун, - омега присел рядом с альфой, и отчего-то Минки почувствовал себя неловко. - Господин Минки желает выпить? Альфа кивнул, и омега с энтузиазмом принялся наливать ему соджу, имея при этом такой деловитый вид, что Минки снова рассмеялся. Омега повернулся к нему с недоумением. -Я сделал что-то смешное? Минки помотал головой. -Нет. Омега улыбнулся так, что его глаза стали полумесяцами, и Минки чуть не ослеп. Это было очень странное чувство, словно он вернулся туда, в беззаботное детство. Тем временем омега спросил: -Чего желает господин? Минки закусил губу. -А ты можешь мне станцевать? -Конечно! - Хонджун закивал. - Только музыкантов позову, - он поднялся на ноги, но Минки ухватил его за руку, вынуждая остановиться и смотря снизу вверх. -Не надо музыкантов, станцуй так. Омега чуть дёрнул бровью, но согласился. -Хорошо, я напою мелодию сам. Минки с сожалением отпустил его руку и, осознав это, очень удивился. А омега же начал мурлыкать песенку себе под нос и принимаясь танцевать. Забавно было то, что соблазнительным этот танец не был абсолютно точно, как будто омега насмехался над всеми устоями кисэн разом. Да и вообще он вёл себя совершенно нетипично. И все же танец был хорошим, Минки представил Хонджуна танцующим на цветочном лугу в лучах солнца и поймал себя на мысли, что непременно хочет увидеть это. Не сумев сдержать свой порыв, он встал и подошёл к омеге, вдыхая его естественный аромат. А омега тем временем закончил, хлопнув в ладоши над головой и обернулся, чтобы увидеть стоящего рядом Минки и жутко покраснеть. -Господин? Минки поднял руку и провел ладонью по нежной румяной щёчке, чтобы затем обхватить руками лицо омеги и притянуть к себе с поцелуем. Губы у Хонджуна были сладкие, он пах сливой и был совершенно нежным, поднимаясь на носочках и обхватывая альфу руками за шею. Минки углубил поцелуй и опустил руки на ягодицы, заставив омегу судорожно выдохнуть себе в рот. Они не отрывались друг от друга целую бесконечность, пока Минки прижимал его к себе, впечатывая в свое тело, а Хонджун исследовал тело альфы руками, залезая под одежду и ероша волосы. Когда Минки все-таки уложил омегу на матрас, он внезапно услышал сильный стук в стену, долгих несколько секунд вспоминая, кто он и где он. Он отскочил от омеги, в два шага пройдя комнату и хватая меч. Как он мог так забыться? Хонджун, перепуганный, сидел на матрасе, и Минки скороговоркой произнес: -Не выходи отсюда никуда,- и выскочил в коридор, вламываясь в соседнюю комнату, чтобы увидеть невредимого господина, прижимающегося к омеге под одеялом. -Выдохни, опасности нет, - Минки привалился к стене, возвращая меч в ножны и застегивая одежду. Восстановить самообладание после такого испуга было не так-то просто. - Я собираюсь выкупить Сонхва в свой гарем. -Гарем? - омега под одеялом дёрнулся и взвыл. До Минки дошло, что они в вязке, и он тактично отвернулся. -Да, - спокойно ответил Ван. - Реши этот вопрос с главным. Минки кивнул и сделал пару шагов к выходу, прежде чем остановиться. Сейчас он решит все вопросы и больше никогда не увидит Хонджуна, его солнечную улыбку и румяные щёчки. -Господин? - голос дал петуха, что заставило Вана удивлённо поднять брови. -Да, Минки? -Позвольте мне выкупить омегу тоже, - постарался звучать уверенно Минки. Господин хмыкнул. -А ты ещё идти сюда не хотел. И зачем он тебе, позволь спросить? Минки смутился и даже покраснел немного. -Мужем моим будет. -Вот как... - в голосе Вана было довольство. - Делай, как хочешь, я не против. Минки обрадованно кивнул и скрылся за дверью. Омега в гостевом домике вопросительно посмотрел на Минки. -Что-то произошло? -Да, - Минки выпрямился во весь свой рост. Кого-то из себя изображать уже не было смысла. - Мой господин и я хотим выкупить омег, которые были с нами сегодня. Управляющий страшно удивился. -Сонхва и Хванун? Сразу двое? Минки помотал головой. -Подождите, какой Хванун? Омега дёрнул бровью. -Так зовут омегу, с которым вы были сегодня. Минки нахмурился. -Тогда почему он представился как Хонджун? У вас тут так принято что ли? - не успел возмутиться Минки, как омега буквально вскочил со стула. -Хонджун? - он отбросил перо в сторону. - Вот несносный мальчишка! - возмущённо выдал омега, прежде чем округлить в ужасе глаза. - Что вы с ним сделали? Минки опешил, а омега чуть не кинулся на него с кулаками. -Вы с ума сошли? Успокойтесь! - почти кричал Минки, пытаясь угомонить разбушевавшегося омегу. - Мы просто целовались, и все. Хотя почему я оправдываюсь вообще... Омега как подкошенный рухнул на пол, хватаясь за голову. -Какой позор! Что же теперь делать? Минки перестал понимать происходящее окончательно, терпение его закончилось, и он рявкнул: -Уважаемый, вы можете внятно объяснить, что происходит? Омега мрачно посмотрел на него снизу вверх. -Хонджун - не кисэн, - пояснил он. - Он мой двоюродный племянник. Информация слегка выбила Минки из колеи. -Это что ж получается, я чуть порядочного омегу не обесчестил? - он с испугом посмотрел на управляющего. -Именно, - подтвердил тот. - Его теперь никто не возьмёт замуж... -Так, постойте! - Минки тряхнул головой. - Так я его замуж и хочу взять, я просто думал, что он кисэн... Омега недоверчиво посмотрел на Минки. -Вы серьёзно? -Абсолютно, - твёрдо сказал Минки. Омега тяжело вздохнул и поднялся с пола, игнорируя руку помощи. -Ну что, зятек, - язвительно произнёс омега. - Пойдём обрадуем Хонджуна, что его сосватали. Но по ушам он у меня все равно получит! - мрачно пообещал управляющий.