glaucous landscape

В Велене дожди не прекращаются, тропинки не успевают просыхать, делая из лесов болота. Возле озёр и рек размывает так, что вылазят эти мерзавцы... Вроде крестьяне называют их утопцами. Жуткие твари и бьют сильно. Пришлось докупать бинтов...[делает пометку 12 медяков]. Чего похуже тоже встречалось. Гнильцы. Сражаться, так же, как и с утопцами невозможно. При нанесении множества ударов, начинают харкать и задыхаться. Их тело опухает, как бы раздуваясь. Затем взрывается. Не уйдешь на достаточно далекое расстояние - тебя окатит едкой гнилью. Чем-то похоже на яд, но разъедает одежду вместе с ней и кожу. Радует, что не пришлось ощущать на себе, но зрелище тоже не из приятных. Ещё одно из достопримечательностей - поле боя. Приходиться пробираться через него, дабы сократить путь. Повсюду раскиданные трупы. Рваная ткань пропиталась и окрасилась в кровь, прохудились ботинки от долгих походов, а заржавевший меч выброшен из рук и воткнут где-то в землю. Голова спрятана под щитом, а в спине торчит старая заржавевшая секира. Поле просто непроходимо. Сапоги полностью уходят в почву, словно идёшь по трясине. Только воды тут гораздо меньше, несмотря на дожди. Земля вся пропитана алой кровью, устлана всевозможным оружием - от маленькой дубинки до стального двуручника, лежат тела погибших, раскиданы щиты и части доспехов. Под косматыми тучами кружат смолянистые вороны. По топи бродят трупоеды, выискивая ещё незадубевшие тела. Всё то, что не убило время, сожрут эти твари. Все поля с пшеницей вытоптаны, а посеять новые не предоставляется возможности. Сеять нечего, война забрала все. Командир отдал приказ - забрать 2 мешка крупы с каждого дома. Не отдадут - забрать силой, разрешено убить. Война забрала и людей. Многих убивали бандиты и воры, пользуясь военным положением. Пользуясь тем, что их никто не накажет. Обедневшие крестьяне, уже не видя других вариантов, идут в поле. Приходиться заниматься мародёрством. Найти уцелевший щит или незаржавевший меч, продать путешествующему торговцу или купцу, заработать хотя бы на горсть той или иной крупы. Прокормить свою семью, накормить хотя бы детей. Пострадали и деревни. Могли прийти бандиты, пираты и всевозможные воры в поисках чего-то ценного или съедобного. Кто-то успел покинуть свою избу, кого-то выгнали или убили. Не щадили никого... детей, женщин, обычных крестьян и стариков убивали, забирали последние крошки или прогоняли прочь. Если в селе ничего и никого не оставалось, бандиты покидали местность. Избы пустовали. В такие опустевшие селения пришли гули и грейверы. Гули - твари пострашнее всех тех, кого мне удалось встретить. Передвигаются на четырех конечностях подобно собакам. Они совершенно неразумны и лишены чувств, ими движет только неутолимая жажда и желание человеческого мяса. Эти гули - обыкновенные падальщики. Встретить их можно на местах битв, побоищ или тех же войн; на кладбищах или на тех местах, где гниют и разлагаются трупы. Но они не прочь и полакомиться свежатиной, такой как забредшие путники или путешествующие купцы. Нападает, когда очень голоден, или находиться в стае. *** Днём темно, словно наступила ночь. Солнце не показывается из хмурых туч. Таких же хмурых, как и все вокруг - пейзажи, деревни и их жители. К моему сожалению, приходилось бывать тут довольно часто, ночевать или пережидать грозу в опустевшем доме, пытаться разжечь печь и найти хоть какой-нибудь провиант. В сумерках холодно и тихо. Кажется, что все птицы резко умерли. Молчат сверчки и всевозможные букашки. Даже мыши, что так яро рывшие себе нору в дальнем углу дома, замолкли. Из окон виднеются темные верхушки елей, ярко выделяющихся на фоне сизого неба. Висит половина луны. Она будто притягивает и манит к себе. Хочется выйти на пустошь и идти за ней. Идти пока не спрячется за горизонтом, а спину будут греть лучи уже вставшего солнца. Но стараюсь не поддаваться соблазну и разглядываю дальше лес. По земле клубится туман, медленно обволакивает деревья, сгущаясь возле домов.