Given a chance

Гарри выбился из сил, но продолжал свой путь сквозь раскидистые ветви деревьев, отливавших синим серебром в лунном свете. Эти ветки, словно чудовища, тянули вперед свои крючковатые щупальца, пытаясь схватить, чтобы душить Гарри. Душить, пока на землю не упадет побежденное бездыханное тело парня, а чудовища разразятся громким мерзким смехом, как знак победы над добычей. А Луна безмолвно смотрела бы на это хладнокровное убийство ради собственного удовольствия. Точно такого же, ради которого определенная группа людей была готова на все, на преследование и убийство ради веселья, чтобы накормить монстра, сидевшего внутри таких людей. Хотя людьми Гарри назвал бы их с большой натяжкой. Превращение прошло слишком болезненно и быстро; до полуразрушенного особняка, где прятался парень, оставалось около мили. Но складывалось такое ощущение, что он оставался на одном месте, пока горящая под ногами земля двигалась сама по себе, словно лента беговой дорожки. Луна, продолжая нависать огромным воздушным шаром над лесом, слепила глаза и была совершенно недосягаемой. Она словно манила к себе, гипнотизируя своим ярким серебром и едва уловимыми вибрациями, понятными лишь таким, как Гарри. Но дотянуться до ночного светила было просто невозможно. Спутник Земли дразнил его, как дразнят голодную собаку огромной костью с сочным мясом, но затем ехидно улыбаясь, резко убирают кость за спину, когда ты уже готов вцепиться в нее зубами, изнемогая от первобытного голода. Гарри трясло от холода и жажды — побочных эффектов обращения. Он передвигался с трудом, ощущая ломоту в костях, не так давно перестроившихся обратно в человеческий скелет. До рассвета оставалось несколько часов, в лесу обязательно появятся другие охотники, поэтому Гарри выкладывался по полной, чтобы добраться до укрытия как можно быстрее. Холодная земля забивалась между пальцами ног, от чего шагать становилось еще труднее. Парень собрал последние силы и, сцепив зубы, продолжил свой путь, изредка останавливаясь, чтобы перевести тяжелое дыхание. В его голове кружилась только одна мысль — выжить. Он должен был выжить даже чисто из принципа, чтобы этим тварям не досталась его голова на блюдечке. Так что вперед и только вперед… Добравшись до цели, оборотень рухнул без сил на старый матрас, пожелтевший от времени. Особняк был сокрыт от глаз простых людей — ведьма наложила заклинание, которое позволило только Гарри и самой Эльвире видеть полуразрушенное здание и входить в него. Остальные же могли туда попасть только по личному приглашению Стайлса. Там оборотень чувствовал себя в максимальной безопасности в полнолуние, мог отдыхать и продолжать поиски информации, способной помочь ему избавиться от превращений, что становились все более болезненными и неожиданными. Проклятье, крестом лежавшее на плечах Гарри, парализовало жизнь. Он не мог наслаждаться вещами, которыми наслаждались его сверстники, не испытывал поддержки и любви со стороны родителей и друзей, существовал практически в полном одиночестве. Кроме Лиама никакого рядом не было. Да и в конечном итоге его друг просто сдался. А Гарри бы хотелось видеть рядом свою семью, с которой он никогда больше не увидится. Гарри засыпал с воспоминаниями о своем детстве, которое проходило обычно, и он ничем не отличался от других детей. Семья Стайлсов жила в маленьком городке на севере страны, в двухэтажном доме со светлыми стенами и ухоженным садиком. Гарри рос смышленым и активным ребенком, излучавшим живой интерес ко всему вокруг, стремившийся познавать мир и людей. Он любил животных, петь и разыгрывать сценки, всегда помогал взрослым. Гарри всегда помогал и делом и советом, старался прислушиваться к окружающим, часто сидел с соседскими детьми и совершенно точно очаровывал за секунды любого, кто оказывался с ним рядом. Родители не могли нарадоваться и любовались своим чадом, которого любили все вокруг. Энн смотрела на своего сына с гордостью и улыбкой, всегда поддерживала его начинания и точно знала, что будущее у ребенка будет большим и светлым. Но все сложилось по-другому, когда Гарри исполнилось шестнадцать…

***

Сквозь сон Гарри услышал бой тяжелых дождевых капель, стекавших с крыши, разбивавшихся о ржавые карнизы. Парень открыл глаза, несколько раз моргнул прежде, чем понял, что проспал более двенадцати часов — за окном уже сгущались сумерки. Гарри нужно было размяться, собрать остатки консервов и воды, приготовить импровизированный завтрак в вечернее время и продолжить свои поиски среди сотен книг, половина из которых еще не была изучена. Но для начала нужно было размять одеревенелые суставы. Гарри удивлялся тому, насколько быстро сменялось его состояние: даже после того, как он выбился из сил, едва мог дышать, и ему казалось, что семи часов сна было совершенно недостаточно для полноценного отдыха, он все равно мог ощущать потребность в активности. После импровизированной зарядки, Стайлс смешал в маленькой кастрюльке консервы и оставшуюся кашу, развел в камине огонь и подогрел еду. Его, конечно, уже подташнивало от одних и тех же блюд: кукуруза, фасоль в томатном соусе, тушенка, крупы, крекеры, шоколадные батончики, но безопасность была превыше всего, поэтому частые походы в город за провиантом исключались. Продукты он покупал редко и сразу много, чтобы можно было хранить это все на столе и нескольких сохранившихся в приличном виду шкафчиках, за отсутствием возможности иметь холодильник, лишний раз не светиться в городе, где его могли схватить охотники. В последнюю вылазку парень едва не наткнулся на Джонсона, но сумел вовремя нырнуть в переулок, чтобы избежать опасной встречи. Если бы оборотень попался в лапы врага — это послужило началом конца… Гарри уже давно знал, насколько жестоки эти люди, чем конкретно они занимаются ради удовольствия, да еще и получают деньги от тех, кто хочет испытать невероятные ощущения, либо делают ставки между собой кто первым поймает оборотня, а дальше как пойдет: либо серебро в сердце, либо долгие мучительные пытки перед тем, как убить. И Стайлс не хотел оказаться одним из тех, чья и без того не особо прекрасная волчья жизнь оборвалась от рук этих садистов, поэтому пытался изо всех сил найти способ снять проклятье. Гарри любил проводить время среди старинных фолиантов, пожелтевших от времени, но представляющих собой огромную ценность и свою собственную красоту. Листая страницы, он рассматривал иллюстрации, вчитывался в каждое слово, в надежде увидеть нужные ему слова. День, в которой все изменится, если оборотень найдет нужное заклинание, стремительно приближался, но поиски еще не дали результата, а Эльвира, способная дать зацепку, уже неделю не выходила на связь. Гарри остался один на один с проблемой и мог уповать только на себя. Уже четыре года он был сам по себе и выживал, как только мог. После потери родителей парень остался в абсолютном одиночестве, без крова над головой и шансов на нормальную жизнь. Первое время Гарри скитался по друзьям, периодически посещал школу, но органы опеки привезли мальчика в приют. Он прекрасно понимал, что там он долго не продержится из-за превращения. Всего десять дней он провел в социальном учреждении, а потом пришлось бежать. В другой штат, подальше от шумного Нью-Йорка, от привычной жизни, в гущу леса, окружавшего город с населением сорок тысяч человек. Именно там обосновались охотники: в мегаполисе оборотней фактически не было, они все старались перебраться в более глухие места, где их сложнее было бы обнаружить. Первое время Гарри перебивался кое-как, прятался у хорошего приятеля Найла, с которым познакомился еще давно на фэйсбуке, и тот разрешил пожить у себя. Но парень прекрасно понимал, что таким образом долго не продержится. Оборотня обуял страх не только за себя, но и за окружавших его людей. В памяти четко отпечаталась та ночь, когда он едва не разорвал на части женщину, и если бы не двое парней, выпивавших на берегу реки в глубине парка, которые увели девушку к хорошо освещаемой дороге, услышав странные шорохи в тени деревьев, все могло закончится самым печальным образом. С той ночи Гарри начал бороться с жаждой крови, с желанием разрывать глотки и быть неосторожным… Гарри сделал большой глоток пива из бутылки. Он прочитал еще одну книгу, от корки до корки, но там, даже среди строк, не оказалось нужной информации. Время близилось к полуночи, день заканчивался, не успев толком начаться. Парню хотелось с кем-нибудь поговорить, разделить тишину и пустоту позднего вечера, но его окружало лишь давящее безмолвие, заползавшее в самые дальние уголки души. Гарри иногда думал о том, что хочет сдаться добровольно в руки охотников, чтобы покончить с такой жизнью. Он знал Лиама, семь лет страдавшего от такой жизни, вынужденного постоянно прятаться, отказываясь почти от всего, что присуще обычным людям. Милый и выносливый парень, сломавшийся в один миг, в последний момент не оказавший сопротивления, когда охотники убили его сестру и отца и нашли его. Он просто перестал бороться — не было больше смысла. Лиам Пейн, с пылавшей ненавистью в глазах, без единого звука встретил свою смерть… Гарри прислушался. Иногда он улавливал тихие шаги, замирал и прятался, но затем вспоминал, что особняк спрятан от посторонних глаз и подходил к окну, чтобы получше рассмотреть непрошеных гостей. Несколько темных силуэтов периодически появлялись на территории жилища Стайлса, но их лица рассмотреть не удавалось. Возможно, кто-то мог напасть на след парня, но не имел в союзниках сильной ведьмы, чтобы обойти заклятие невидимости. Это успокаивало, но лишь на время — если кто-то рыщет рядом, то наверняка напал на след Гарри. Звуки стихли, уступив место привычной тишине. В камине тлели поленья жарким малиновым цветом. Оборотень опустился на колени и подставил ладони к теплу. На одном из пальцев в полумраке поблескивало золотое кольцо с гравировкой. На желтом металле, в короне тонкого сплетения ветвей, был оттиск буквы «S» — семейная реликвия, переходившая от отца к сыну. Парень смотрел на украшение и давал мысленную клятву идти дальше, несмотря ни на что, выгрызая себе путь к свободной жизни. За окном послышался новый звук, больше похожий на треск сухих ветвей. Гарри поднялся на ноги и, осторожно ступая по старым половицам, приблизился к стене, чтобы было удобнее выглянуть в окно. Среди деревьев медленно плыла густая тень, приближавшаяся к особняку. Силуэт уже ступил на узкую полоску серебряного света. Стайлс вздрогнул. Это был он. Капюшон, скрывавший почти все лицо, не служил препятствием к опознанию — плотно сжатые тонкие губы молниеносно послали сигнал в мозг. Гарри сорвался с места и, выбежав через заднюю дверь здания, в короткое время оказался рядом с гостем, едва не впечатав того в большой валун, на котором иногда лежал оборотень, всматриваясь в ночное небо. — Эй, зашибешь! — недовольно фыркнул мужчина, оттолкнув от себя возбужденного Гарри. — Какого черта ты здесь делаешь, Луи? — глаза Стайлса налились металлической зеленью. — Пришел проведать, а на что похоже? — голос визитера, пронизанный холодными нотами, резал по ушам оборотня слишком сильно. — Мне не нужны дружеские визиты, знаешь ли, — Гарри сжал пальцы в кулаки. — Остынь, Гарри, просто разговор еще никому не приносил особого вреда, — Луи вздохнул, вновь сжимая плотно губы. Он любил, когда оборотень злился. В нем появлялась интересная перчинка, опасная для обоих. Но Томлинсон не отрицал, что хотелось окунуться в это. — И о чем ты хочешь поговорить? — плечи Стайлса были все еще напряжены, в любой момент он был готов отразить атаку. — Я здесь один, слежки точно нет, — словно прочитав мысли, сказал Луи. — Это касается охотников. — Что ты знаешь? — оборотень встрепенулся. Неосознанно шагнув вперед, он протянул руку, но вовремя опомнился, скользнув кончиками пальцев по мягкой ткани толстовки. — Пивом хотя бы не угостишь? — Луи ухмыльнулся. — Нет, последнее допил. — Ладно, не буду тебя раздражать, — мужчина запрыгнул на валун. Он ждал, пока оборотень присоединится. — Надеюсь, новости хорошие, — Стайлс последовал примеру Луи. Их бедра едва соприкасались, но этого хватило для того, чтобы тело пронзило яркое воспоминание — яркий лунный свет, кучка одежды около старого трухлявого пня, частые вздохи и красные полосы на спине… — С какой стороны посмотреть, — спокойно ответил Томлинсон, но Гарри знал, что его друг периодически надевает маску, стараясь держать себя ровно, не обнажая свои слабости. — Черт, ты можешь оставить свою привычку выводить меня из себя? — рыкнул Гарри, резко повернув голову в сторону собеседника. Спокойствие, отраженное на лице Луи, тихое, но такое раздражительное, выводило из себя. — Не кипятись. Лучше скажи мне что нашел, — мужчина даже не взглянул на оборотня. — Ничего, все еще ничего, кроме одного маленького упоминания про возвращенный долг. Хрен его знает что имелось в виду, — Стайлс нахмурился. Он не любил вопросы без ответов. — Да уж, очень четкая информация, — из груди Луи вырвался неопределенный смешок. — Я прошерстил свои собственные источники и узнал, что ответ стоит искать где-то в самых неожиданных местах, но хрен его знает, что конкретно имелось в виду. — И больше ничего? — голос Гарри сочился надеждой. — Нет, но еще птичка на хвосте принесла, что Джонсон собирается устроить новую охоту, так что тебе стоит отсидеться здесь еще некоторое время. Понимаешь? — Да, вылазку в город за более редкой информацией придется отложить, — оборотень прекрасно понимал, что следовало быть осторожным в сборе информации, когда в спину тебе дышат подобные отморозки. Он мог бы купить себе мобильный телефон и пользоваться интернетом, но это было небезопасным, поэтому библиотеки стали единственным способом получать информацию, кроме тех редких изданий, которые Гарри обнаружил в особняке. Ему вообще несказанно повезло найти подобное убежище. Парень еще не успел отойти от шока по поводу того, что оборотни существуют и он теперь стал одним из них, как на голову свалились еще и ведьмы… Эльвира хоть и была довольно строгой и устрашающей, все же помогла совсем юному волку адаптироваться и, после смерти ее знакомого оборотня, проживавшего в особняке, предложила занять его место, обретя таким образом дом… — Я могу остаться с тобой, — предложил Луи. Он уже мысленно ожидал отрицательную реакцию, ведь Гарри так любил отказываться от предложенной помощи. Эта чрезмерная порой упрямость бесила, но Луи не собирался отказываться от того, чтобы помочь парню. — Нет, хочу остаться в одиночестве, — Гарри спрыгнул с камня. За ним последовал и Луи. — Или просто боишься? — в глазах Томлинсона тут же сверкнула молния. — Боюсь? Что за бред ты несешь? — Гарри напрягся. Он ненавидел эту тему. Ненавидел, что Луи пытался подцепить его самые оголенные нервы, ударить точно в цель, оставить без воздуха в легких. — Быть со мной рядом, — мужчина пожал плечами. Он прекрасно понимал, что Гарри хочет близости, хочет кого-то рядом, но его упрямая натура не позволяет принять это желание. Он слишком сильно печется о чувствах других. — Не надо говорить так! Все нормально, я прекрасно знаю, чего хочу, а чего — нет, так что замолчи. — В тебе горит волчий ген, а если ты остынешь хотя бы на минуту и постараешься подумать головой, то поймешь, что я прав. — Не упоминай эту тему! — рыкнул Гарри. Его лицо пылало от злости и было совершенно плевать по какой причине — волчий ген или расшатанная нервная система. — Да ты просто трус, Гарри! — не выдержал Луи. Эта фраза уже давно крутилась на его языке и вот наконец-то сорвалась, долетев до цели в одном мгновение. Всего на секунду Гарри замер. Вновь пропустил через себя это проклятое «Да ты просто трус, Гарри!», а затем сорвался и впечатал Луи в ближайшее дерево. Кажется, он слышал, как клацнули его зубы. — Нет! — утробный рык в раскрывшиеся губы Луи. — Слишком бурная реакция для того, кто не боится, — голос мужчины не дрогнул, лишь наполнился насмешкой. — Заткнись, Луи! — прошипел Гарри, сминая ткань толстовки. Он сверлил практически невидящим взглядом мужчину, а тело подрагивало от напряжения. Еще несколько секунд и ситуация выйдет из-под контроля. — Докажи, — голос Луи сочился ядовитым вызовом. — Докажи, что не боишься сделать то, чего на самом деле хочешь, но всеми силами отрицаешь, глядя мне прямо в глаза. — Ненавижу тебя, — не угроза, не злость — срывающийся шепот, окончание которого утонуло в поцелуе — грубом, сталкивающем губы в жесткой борьбе. Луи едва сдерживал улыбку, позволив мокрому языку вторгаться в свой рот и хозяйничать там. Пусть. Капля власти не помешает сейчас Гарри, и мужчина дал ему возможность насладиться этим. Руки оборотня запутались в отросших волосах Луи, причиняли боль, но она быстро растворялась в движении губ. Черт знает сколько времени они оба мечтали об этом, подавляя в себе желание, смешанное с личными правилами и предрассудками. Гарри и Луи словно топтались на одном месте, но при этом постепенно отдалялись друг от друга. И теперь, когда занавес, разделявший страхи и принципы пал, сила притяжения стала практически разрушительной. — Да, я чувствую, как твоя ненависть упирается в мой живот, — ехидно сказал Луи, специально качнув бедрами, чтобы вышвырнуть Гарри за грань. Он знал, что Гарри долго не продержится, сдастся с потрохами, осталось совсем немного. Немного до момента, когда он все же отпустит себя, пусть и на короткий срок, пока вновь не станет сосредоточенным и чрезмерно шипастым. — Просто заткнись, Луи, — прорычал Гарри. Он попытался втиснуть свое колено между ног мужчины, но попытка провалилась. — У-у-у, командир, — Луи оттолкнул от себя парня и насладился замешательством, затопившим его глаза. Он любил видеть Гарри сбитым с толку, растрепанным мальчишкой, изо всех сил старавшимся казаться смелее, чем он есть на самом деле. В отношениях с ним. — Ну не всегда же ты должен стоять у руля, — парень облизал губы. Он фактически ощущал электрические нити, связывавшие его с Томлинсоном. С человеком, пробудившим в нем совершенно новые чувства и желания. — Ладно, иногда можно дать и другому порулить, — ухмыльнулся Луи. Он уже было потянул оборотня на себя, чтобы вновь поцеловать, но Гарри резко оттолкнул его и замер. — Тише! — Что такое? — Луи нахмурился. Вот только еще не хватало проблем в такой момент. — Спрячься, — хриплый голос Стайлса был прошит насквозь нитями страха. Приближение охотников стало неожиданностью. Неужели они правда узнали, что в этом месте точно находится заколдованный особняк? — Я тебя не оставлю, — Томлинсон всматривался в густой лес, лихорадочно соображая что может сделать, чтобы защитить их обоих. — Не глупи, Луи, ты должен уйти! — Гарри потянул мужчину за руку, в сторону шоссе, так как охотники приближались со стороны леса и легко могли их заметить и словить. — Хватит командовать, иначе твою задницу некому будет спасти! — Луи рванул оборотня на себя и они вместе вбежали в особняк почти в самый последний момент. Охотники уже были совсем рядом, с оружием в руках, с желанием всадить как можно больше серебряных пуль в Стайлса. — Но ты в итоге застрянешь здесь со мной, а мог бы уйти через шоссе, — Гарри массировал виски. В его голове слышались голоса тех самых охотников, которые обсуждали особняк. И сейчас он слышал их гораздо громче, чем раньше. — Блять, все свидание только обломали, — Луи даже в опасных ситуациях использовал юмор и разбрызгивал вокруг себя сарказм. — Ты серьезно думаешь только об этом? — Гарри закатил глаза. — Я вообще-то слышу о чем они говорят сейчас. Они понимают, что я здесь, но заклинание не позволяет увидеть особняк или войти, но это теперь вопрос лишь времени. Тебе здесь делать совершенно нечего. — Ой, а что мне делать вообще? Возвращаться домой, где кроме капающей воды из крана и удушающей тишины ничего и никого нет? Туда, где мне сносит башню от этого одиночества и голосов в голове, что сводят меня с ума? Не один ты страдаешь, понял? — Луи сжал кулаки. И какого черта этот парнишка настолько бездумно заботился о нем, а не о себе в первую очередь? — Ну ты и упрямый, конечно, — вздохнул Стайлс. Боковым зрением он видел охотников в окне, столпившихся в метрах пятнадцати от особняка. Они, словно слепые хищники, учуяли запах жертвы, но не видели в какую сторону совершать бросок, чтобы вцепиться добыче в горло. — Кто бы говорил, — буркнул Томлинсон. Он тоже посмотрел в окно и узнал некоторых охотников. За этими отморозками стоял Саймон, с которым у Луи были свои личные счеты. — И что теперь делать? Пересидеть? А если они решат сменять друг друга и будут торчать здесь месяц? Мы просто сдохнем от голода. Или моего превращения… — Так, отставить панику, — Луи подошел к Гарри и взял его за руку. — Им не нужна твоя смерть, им нужно удовольствие — охота. Им нужна доза адреналина, счастье от того, что они лично вырвут твое сердце или снесут голову. Так что брать измором точно не станут. Давай просто сядем и спокойно обсудим варианты спасения, так сказать. Я могу позвонить Эльвире, чтобы она применила отвлекающий маневр, связь здесь ловит. — Ладно, хорошо, она может дать дельный совет. Пока Луи разговаривал с ведьмой, то и дело бросая все же немного обеспокоенные взгляды на охотников, Гарри подбрасывал поленья в затухавший огонь в камине. Огонь всегда завораживал, дарил тепло, уют, но сейчас в нем оборотень увидел опасность. Перед глазами предстала картина того, как в глазах Лиама отображались языки пламени от костра, горевшего на поляне в ночь, когда Пейн решил сдаться. Гарри был там, с ним. В ту ночь он сам чудом смог избежать смерти, но словил себя на мысли, что увиденное было даже хуже, чем вырванное сердце. Гарри изо всех сил пытался отговорить друга идти на добровольный эшафот, но в итоге Лиам все равно сумел сбежать и отдаться на растерзание охотникам. И уж лучше бы Пейн кричал. Честное слово. Та тишина, в которой он встретил свою смерть, была оглушительной. В тот момент Стайлса словно ударили чем-то тяжелым и в голове образовался полный вакуум. Он не слышал мерзкого хохота и радостных возгласов, заполнивших всю поляну; не слышал, как Джонсон кричал, что Гарри станет следующим… Он просто стоял, как вкопанный, а затем, когда его ударили по лицу и позволили уйти, едва передвигая ноги, вышел на ближайшее шоссе, где словил машину, а затем вусмерть напился в баре и даже с кем-то подрался. — Эй, волчонок! — Луи встряхнул парня за плечо. — Эльвира сказала, что разберется, правда, потребовала двойную цену. Будет здесь через полчаса и что-то сделает с охотниками, наведет ложные мысли или еще какую-нибудь колдовскую херню использует. — Хорошо, — Гарри просто кивнул и вздохнул. Он почувствовал резкую усталость, навалившуюся на него, словно огромный мешок с камнями. В голову закрались мысли о том, что Лиам тогда, на поляне, сделал правильный выбор и, может, Гарри тоже нужно сделать такой же…