Бред, придуманный тобою

      Он ушёл, бросив колкую фразу, даже не оглянулся назад. Асэми стала понимать, что совершает ошибку. Страшную и бесповоротную ошибку. Хотелось забыть все и побежать за ним, крепко обнять со спины и никогда больше не отпускать, не дать и шагу сделать без неё, но было поздно. Что-то разъедало её разум изнутри, тело не слушалось, а сердце бешено билось во вздымающейся груди. Девушка скатилась вниз по стене, схватившись за голову. Мысли путались, играя в чехарду, а глаза выражали лишь пустоту. Отчаянную пустоту, которая неизвестно откуда возникла в ней.

***

      Бьякуя не оглянулся назад, растаптывая тем самым звуки больного сердца, умоляющего обернуться, вернуться к любимой и поддержать её, но гордость. Отвратительная гордость попросту раздавила его сознание, твердя лишь о том, что он все делает правильно. Однако, фотографическую память не обманет ничто и никто. Его глаза прекрасно помнят её пустоту, её отчаяние и страх, её безмолвную мольбу о помощи. Тогами знал, что ей нужна помощь. Знал, но не вернулся. Сейчас, молодой человек вёл расследование в компании Наэги, который был первым, кто подвернулся ему под рукой, старается вникнуть в расследование и верно расставлять хронологию событий. Что же касается Асэми, то та потихоньку пришла в себя и вела расследование в одиночку, не желая с кем-либо вести диалог и делиться размышлениями. В конце концов, девушка понимала, что дело какое-то странное. Личность убийцы не установлена, файл Монокумы не выдан. Конечно, она помнила о «шестнадцатом ученике» по имени Икусаба Мукуро, однако не знала наверняка, она это или же нет. Единственное, что было ясно, так это то, что доводы Тогами являются ошибкой. Кёко жива, а значит они ещё встретиться на классном суде, объявление о начале котором прозвучало прямо сейчас.

***

      В лифте собрались уже все, кроме Асэми. Так как девушка двигалась из ботанического сада, то и путь ей предстоял намного длиннее, чем остальным. Впрочем, её это не волновало. — Где она шастает?! Можно без неё начать? — возмутился Ясухиро, — Из-за неё нас могут казнить! — Помолчи ты, опаздывает девочка, что такого? Она итак сама не своя в последнее время, — ответила Аой. — Если бы я встречался с Тогами-чи, то вообще бы повесился… — Хагакурэ-кун! — Ну ты посмотри на него! Вдруг, оба спорящих обернулись на объект спора. Тогами стоял неподвижно, не реагировал на одноклассников, был полностью погружён в свои мысли. Мысли о непреходящей Мурате, которой он бросил столь колкую и ужасную фразу, о которой пожалел уже миллион раз. Никакие «оскорбления» со стороны Ясухиро не могли задеть его столь же сильно, как свои собственные слова, адресованные Асэми. — Я не опоздала? Раздумья прервались одной её фразой. Опоздала, Мурата, ещё как опоздала. Даже Кёко уже была здесь, а ты все прохлаждаешься. Именно такие мысли посетили Бьякую, однако все, что он сделал — отвернулся в противоположную от неё сторону, дабы не столкнуться взглядами друг с другом. Ему что-то говорила Фукава, но он грубо отмахивался от неё, не желая даже открывать рот, чтобы послать её или оскорбить. — Л-лучше бы опоздала, может, тебя бы приняли за труп, — съязвила Токо. — Суд бы все равно состоялся, — спокойно ответила блондинка и подошла к Киригири, — Где ты была? — На втором этаже общежития. Ключ, который я нашла, открывает все двери в школе. Объясню позже, а сейчас… Лифт остановился и ребята вновь очутились в зале суда, который выглядел, грубо говоря, как новогодняя ёлка, точнее и не скажешь. Суд начался, даже радужные декорации ему не помешают.

***

      Как Асэми и думала, заседание было воистину странным и необычным. Все обвинения, которые она слышала, были адресованы лишь Кёко, а её оправданий особо не хватало для того, чтобы отделаться от кары. Концентрация. Молчание внутри. Мурата чувствует сейчас каждого присутствующего, читает мысли каждого из ребят и еле сдерживает кровь из носа, которая уже поступает вниз к ноздрям. Убийца не среди них, она это знает, однако мысли Киригири её настораживают. Девушка явно нервничала и скрывала что-то важное, Асэми некогда было выяснять, что скрывала детектив, кровь из носа уже текла, а половину рассуждений она попросту пропустила. — Мурата-сан тоже могла быть убийцей. Повисла тишина. Асэми вопросительно взглянула на Кёко, явно не ожидая от неё подобной выходки. Подстава? К чему она? К тому же, почему именно Мурата, когда есть и другие? Вмешиваться девушка не хотела, она лишь ждала, что будет дальше. А дальше было следующее: Тогами возразил, сказав, что у телепата железное алиби, однако Киригири опровергла эту точку зрения, объяснив опровержение тем, что блондинка не находилась рядом с ним, следовательно, наследник не мог знать, где синеглазая пропадала. — Ключ от додзё был найден в твоей комнате, — холодно обратилась Мурата к Кёко. — Ты подкинула его, — также холоднокровно ответила детектив. — Больше ждать мы не можем, голосуйте! — прокричат Монокума, не дав сказать кому-либо и слова. — Асэми не убийца, вы что творите?! Вы погубите всех! — воскликнул Бьякуя, но его уже не слышали. Никто не слышал. Синеглазая что-то сняла со своего галстука. Этим «чем-то» была обычная булавка, которую она отдала наследнику, сохраняя измученную улыбку. — Асэми, неужели ты даже не возразишь?! — Тогами потряс её за плечи, — Ты ведь была со мной, Мурата! — Мне больше нечего терять. Ведь я уже потеряла самое дорогое, что у меня было, — она нежно провела рукой по его щеке и улыбнулась, — Я потеряла тебя. — Стойте-стойте! — воскликнул Мономишка, — Завяжите ей перед казнью глаза! Быстрее! — З-завязать глаза?.. З-зачем? — спросила Токо. — Чтобы она не смогла навредить оборудованию с помощью своего таланта! — ответил медведь, — Ну, быстрее! Мурата спокойно сняла галстук с шеи и завязала глаза. В эту же секунду на её шеи сомкнулось кольцо и утащило в комнату наказания. Девушка чувствовала, как Бьякуя хотел схватить её за руку, слышала, как он бежал к ней, но ничего не могла сделать. Мысли перемешались, страх смерти куда-то улетучился. Она была в отчаянии, более ничего не было нужным. Посадили за парту. Оставлена после уроков, ну и название. Тем не менее, получше, чем у Селес или же Леона. Смерть будет не такой мучительной, она пройдёт быстро. Асэми закрыла глаза и вздохнула. Звуки пресса на заднем фоне не смущали её. Наоборот, девушка была морально готова.

***

— Пустите! Пустите меня к ней! Блондин вцепился в железную решетку, пытаясь сломать её, но тщетно. На глазах застыли слёзы, что даже не стекали вниз, всю боль передавал его истошный крик. Боже, он никогда так не кричал. Наследник семьи Тогами просто не мог позволить себе подобного распутства, однако сейчас было все равно. Бьякуя забыл обо всех, в горле встал ком. — Сволочь! Киригири, ты сволочь… Я обещаю тебе, как только мы выберемся, я превращу твою жизнь в сущий ад. Нет… Она превратится в ад уже сейчас. Ты убила не только Асэми… Ты погубила смысл моей чертовой жизни! Он подошёл к ней и уж было замахнулся, как вдруг раздался странный шум. Пресс остановился, а парта, за которой сидела девушка, попросту упала вниз. — Это же Альтер Эго! — воскликнула Аой, — Он спас её! — Нет уж! В том подвале так мрачно и сыро, что она попросту сгниет от голода и холода! — сказал Монокума, вальяжно пройдясь мимо одноклассников. — Почему ты завязал ей глаза? — спросил Макото. — Она телепат. Абсолютный телепат, владеющий телекинезом и гипнозом. Если бы она подавила мою волю или ещё хуже… Сломала бы мою аппаратуру! Нет-нет-нет! Этого нельзя было допускать! Мономишка затопал ножками, а все, кроме Тогами и Киригири, удивленно переглянулись. — Ты знал, Тогами-чи? — спросил Ясухиро. — Знал. Бьякуя покинул зал суда, сжимая в руке булавку, которую ему оставила Мурата. Он помнил, как впервые расстегнул эту булавку на её одежде, помнил, как она теряла её. Надежда на её выживание была крайне малой, однако парень верил в то, что такая девушка, как Асэми, не пропадёт. — Тогами-кун, поговорим? Парень обернулся и увидел перед собой Кёко. Она смотрела ему прямо в глаза, уверенно и непринуждённо, будто ничего и не было. — Пойди прочь. — Я знала, что Мурата-сан выживет. И я знаю, как её спасти. Я помогу ей, обещаю. — К чему ты это говоришь? Хочешь что-то взамен? — Просто успокаиваю. — Пойди прочь. Детектив не стала перечить наследнику и ушла в неизвестном направлении, в то время как Тогами глубоко вздохнул и почувствовал, как по щеке одна за другой стали скатываться тихие скупые слёзы.