Глоток свободы

Проснувшись, Мария довольно потянулась. Впервые ей совсем не хотелось вставать с кровати. Решив еще немного подремать, она прикрыла глаза, вспоминая, что произошло прошедшей ночью. Давно ей не было так хорошо с мужчиной. До недавнего времени она считала, что лучше Джорджа нет, но это всегда так бывает, пока не с чем сравнивать. И вот теперь шатенка могла с уверенностью сказать, что с Франциском ей больше понравилось. Да, у молодой женщины были и до Джорджа мужчины, и даже много кавалеров, но серьезных романов, пожалуй, можно сосчитать на пальцах одной руки. Открыв глаза, Мария повернула голову. На соседней подушке мирно спал Франциск. У него было во сне такое расслабленное лицо, что шатенка не удержалась от умиленной улыбки. Именно в этот момент шатенка поняла, что влюбилась. Повернувшись набок, она подложила ладонь по щеку и медленно провела кончиками пальцев другой руки по скуле возлюбленного. Тот что-то промычал сквозь сон, но просыпаться не желал. - Франциск, – тихо позвала Мария, пододвигаясь ближе. – Или Франсуа? Тебя же так твой отец назвал. - Можешь звать, как тебе хочется, – пробормотал блондин, не открывая глаз. – Мое имя произносится и так, и так. Из-за французского написания. - Понятно. Тогда буду и так, и так, – добавила она, засмеявшись. Франциск тоже улыбнулся и, повернувшись к ней лицом, открыл глаза. Некоторое время они смотрели друг другу в глаза с нескрываемой нежностью. – Чем сегодня займемся? – нарушила молчание шатенка, продолжая очерчивать кончиками пальцев овал лица мужчины. - Ты, вроде, предлагала дискотеку. Я не против. - Я это просто так сказала, – с опаской ответила Мария. – Я не готова устраивать вечеринки через день. И вообще ты говорил, что на тебя редактор напирает. Я вчера тебя отвлекла от работы. - Ну, я совсем даже не против такого отвлечения, – растянул губы в довольной улыбке Франциск. – Но я не смогу работать, когда ты рядом. К тому же ты мою музу отпугнешь. Она у меня, знаешь, какая ревнивая, – добавил он и, приподнявшись на локте, слился с любимой в страстном поцелуе. – Но если не хочешь вечеринку, - продолжил он, ласково перебирая ее волосы – то мы можем отправиться в парк аттракционов. Или на колесо Обозрения. - Нет, это точно не для меня, – замотала головой Мария. – Я жуть, как высоты боюсь. - Мари, что я тебе говорил про страхи? – хитро прищурился блондин. – Нужно смотреть им в лицо, и тогда они уже не будут казаться такими ужасными. К тому же пока я рядом, тебе ничего не угрожает, ты же знаешь. Или ты все еще мне не доверяешь? - Нет, доверяю. Просто это не тот страх, как перед лошадьми и быстрой ездой. Здесь другой страх. Самый сильный. Панический. Особенно на такой высоте, как с вершины колеса. Может, сегодня все же что-то менее рискованное и страшное? У Марии был такой просящий взгляд, что Франциск не удержался и весело рассмеялся, подумав, что она так скоро вообще начнет бояться всех его «опытов». Запустив пальцы в мягкие каштановые волосы, он потянул голову возлюбленной к себе и нежно поцеловал ее губы, будто успокаивая. Шатенка действительно расслабилась, обрадовавшись, что сегодня над ней «издеваться» не будут. - Ладно, я вовсе не против пару часов понежиться в постели, – прошептал мужчина, укладывая любимую на спину и, нависнув сверху, принялся покрывать страстными поцелуями ее лицо. Мария обняла его за плечи, с наслаждением прикрывая глаза. Запустив руку под одеяло, Франциск принялся скользить ладонью по ее обнаженному телу, спускаясь поцелуями к ее шее и ключицами. Шатенка коротко простонала от наслаждения, податливо выгибаясь в его руках. – Останься со мной, – услышала она страстный шепот у своего уха, а потом настойчивые губы обхватили мочку ее уха. - Будь со мной, Мари. Мы будем путешествовать. Я покажу тебе Париж. Он прекрасен ночью. Я покажу тебе свои родные места. А потом мы посетим все страны и города мира. Каждый уголок необъятной планеты. Я покажу тебе этот мир моими глазами. Просто останься со мной. - Подожди, Франциск, о чем ты? – неохотно отстранившись, спросила Мария, заглядывая в его потемневшие от страсти глаза. – Я не могу просто уехать. - Почему? – удивленно приподнял брови блондин. – В мире столько всего необыкновенного. Столько неизведанного. Нам не будет скучно. Представь, сколько мы можем попробовать и испытать в этой жизни. Сколько новых впечатлений и ощущений. Ты же не хочешь вернуться к своей прошлой жизни. - Но я не могу все бросить, Франциск, – выпалила молодая женщина, садясь на кровати и обворачивая простынь вокруг груди, зажав ее края подмышками. Франциск недовольно сжал губы, откидываясь на спину. Он был уверен, что возлюбленная разделит с ним любовь к приключениям. – Мой бизнес, – принялась объяснять шатенка, не понимая, как любимый может требовать у нее таких жертв. – Моя семья и друзья. Я не могу вот так взять и все бросить. Это моя жизнь, Франциск. - Ясно. Я просто подумал, что ты хочешь ее поменять. Наверно, показалось. Хорошо, как хочешь. Считай, что ты выиграла этот спор. Можешь возвращаться к своей привычной жизни хоть сейчас. - Франциск, ты гонишь меня? – в неверии распахнула глаза Мария. – Зачем так категорично? Почему мы не можем быть вместе, не жертвуя ничем? - Любовь – это всегда жертвы, Мари, – неожиданно серьезно посмотрел на нее мужчина. – Каждый, кто любит, чем-то жертвует ради возлюбленного. Я могу впустить тебя в свою жизнь, могу изменить свои принципы и сделать для тебя все, что пожелаешь. Но мне нет места в твоем мире. Пойми, я не могу, как другие, довольствоваться тем немногим свободным временем, что остается, когда не занят на работе. Твой бизнес занимает большую половину твоего времени. Я не такой, Мари. Мне недостаточно видеть тебя пару раз в день за завтраком и ужином перед сном. К тому же я просто физически не могу усидеть долго на одном месте. Я не могу провести десятки лет в четырех стенах. Пойми, обычная жизнь не для меня. То, что предлагаю тебе я, настолько увлекательно и захватывающе, что променять его на серую обыденность просто преступление. Я хочу быть с тобой, но это слишком большая жертва. Может, какое-то время я еще смогу так, но это тоже самое, что запереть вольного зверя в клетке и пытаться приручить. Возможно, получиться, но это уже будет не тот зверь. Это буду уже не я, Мари. Наверно, ты права, мы слишком разные. И ни один из нас никогда не сможет отказаться от своей жизни ради другого. Это прозвучало, как прощание. Замолчав, Франциск отвернулся и шумно выдохнул. Для него это далось так же сложно, как для Марии было слышать его слова. Шатенка еще некоторое время смотрела на него, не веря, что все закончилось, так и не успев толком начаться. Его слова о любви, что он ей шептал ночью, сейчас казались какими-то нереальным, раз сейчас он так просто отказывается от своих слов. А ведь шатенка была уверена, что обрела, наконец, настоящую любовь. Но, как бы она не любила, она не могла бросить дело своей жизни, которое выстраивала по кирпичикам почти всю свою жизнь. Не могла сжечь за собой все мосты и вступить на неизведанную тропу, не зная, куда она ее приведет. Даже если она будет идти по ней под руку с возлюбленным. Человека всегда пугало неизвестность. Франциск был слишком внезапной и непостоянной личностью. Это сейчас он говорит, что любит, и Мария готова верить и ответить тем же, но она не может с уверенностью сказать, что это пылкое страстное чувство будет в ее любимом еще долго. Франциск был сродни искре. Вспыхивает, горит, но в любой момент может погаснуть. У него интересы меняются с невероятной скоростью, что, казалось, он и сам не может сказать, что ему взбредет в голову в следующее мгновение. Он живет сегодняшним днем, а о завтра подумает, когда оно настанет. Мария все бросит, кинется с ним в этот омут с головой, а вдруг неожиданно Франциск поймет, что и шатенка уже не вызывает в нем тех чувств, что сейчас? Его чувства угаснут, а самой Марии уже и не куда будет возвращаться. Она всегда предпочитала уверенность авантюре. И как бы сейчас сердце не молило попробовать, разум возобладал над ней. С грустью посмотрев в последний раз на возлюбленного, шатенка поднялась с кровати, придерживая простыню, в которую была так же обернута. Взяв с пола и со спинки стула свои вещи, она принялась одеваться. Франциск даже не пошевелился и избегал смотреть на нее. Ему было больно и обидно, что возлюбленная так и не смогла довериться ему. Второй раз в жизни он полюбил, не просто влюбился, а по-настоящему полюбил, что был готов «переписать» свои заповеди закоренелого холостяка и противника семейной жизни. Он хотел сделать Марии предложение руки и сердца прямо под Эйфелевой башней, под покровом ночи, когда там всюду зажигаются огни и, кажется, сама любовь витает в воздухе. Он представлял себе их свадебное путешествие, длинною в жизнь. Но возлюбленная слишком крепко держится за свою серую скучную жизнь. Видимо, она, только немного захмелев, становиться честной и откровенной, готовая довериться ему и стать более свободной. Одевшись в полной тишине, Мария сдерживала слезы. Она еще надеялась, что возлюбленный попытается ее остановить, но, наверно, для него это, действительно, всего лишь развлечение, раз он не может понять, что она просто не может пойти на такие жертвы, не будучи абсолютно уверенной, что чувства мужчины настоящие. - Твой телефон во втором ящике стола, – сказал Франциск и повернулся к ней спиной. Поджав губы, чтобы не расплакаться, Мария дернула на себя вышеуказанный выдвижной ящик в столе и, найдя в его недрах свое средство связи с внешним миром, сунула его в сумку. Последний раз с грустью посмотрев на светлую макушку возлюбленного, она решительно взмахнула волосами и быстро покинула комнату, а потом и квартиру, хлопнув за собой дверью. Услышав хлопок, Франциск с силой сжал в кулаках подушку. Задумав это пари, он и не предполагал, что обычное увлечение обернется для него так серьезно. С уходом возлюбленной в его душе тоже словно стало пусто. Даже не заметив этого, блондин привязался к ней, уже не представляя, что она когда-нибудь исчезнет из его жизни. Он был готов проводить с ней каждый день и миг, не желая делить ее ни с кем и ни с чем. И почему-то он был уверен, что и сама Мария так же хочет быть с ним. Да, все-таки они очень разные. А, может, это увлечение ошибочно было принято за любовь, раз ни один из них не захотел в корне менять свою жизнь ради другого. Желая отвлечься и не думать о разочаровании, Франциск поднялся с кровати и, одевшись, вышел в гостиную. Сев на диван, он положил ноутбук на колени, решив полностью сосредоточиться на работе. В конце концов, редактор и вправду недвусмысленно напоминал, что сроки поджимают, а книга еще только наполовину написана. Мария же, покинув дом возлюбленного, первым делом включила свой телефон. Ох, сколько же пропущенных звонков и сообщений. Казалось, весь мир ее потерял. Хотя она и предупредила, что берет отпуск. Правда, не упоминала, что отключит телефон, полностью пропав из поля зрения своей семьи и знакомых. Но отпуск кончился, а, значит, нужно возвращаться к привычной жизни. Первым делом она вызвала такси и, пока ожидала машину, принялась обзванивать родителей, друзей и коллег, сообщая, что она снова «на связи».