И восходит солнце

Рука неуверенно сжимает его палочку. Странно, что он вообще вернулся назад, после того, что случилось. Гермиона переминается с ноги на ногу; чувство неловкости не покидает девушку. — Гарри попросил ее вернуть тебе. — Голос охрипший, руки трясутся, а он все так же продолжает стоять спиной к ней, рассматривая небо. Солнце еще не встало, хотя было достаточно светло. — Спасибо, — сухо бросает и разворачивается лицом. Выхватывает палочку из ее рук, крутит, а после швыряет вниз. — Зачем ты… — Так нужно, Грейнджер. Она мне больше не понадобится. Тишина. Стоять нет сил, и Гермиона оседает на пол, прислонившись щекой к полуразрушенной колонне Астрономической башни. — Это странно, не думаешь? — Что? — Мы с тобой здесь уже больше минуты, а я ни разу не назвал тебя грязнокровкой, а ты меня хорьком. Она только усмехается и смотрит в глаза Малфоя. Пустые, стеклянные, безжизненные. — Может быть, мы просто выросли? Может, стоит забыть это? Кивает и садится рядом с ней. И снова тишина. Проходит десять минут, пятнадцать. А они продолжают сидеть, пока голос Драко не выводит Гермиону из транса. — Ты умеешь вызывать патронуса? Грейнджер шокировано смотрит на него. Неужели сейчас это так важно? — Д-да. Достает палочку из кармана и неуверенно встает на ноги. Ее слегка шатает - ведь не спала больше суток. Девушка отчаянно пытается вспомнить свое самое счастливое воспоминание, но из памяти как будто все вышибло. — Я не могу вспомнить. — Что не можешь вспомнить? — Счастливое воспоминание. Драко удивленно распахивает глаза. — Нужно счастливое воспоминание? — Да, но я ничего не могу вспомнить. — Тогда сделай сейчас что-нибудь такое, чтобы потом смогла вызвать патронуса, — задумчиво смотрит в потолок, а потом бросает: — Ударь меня, я не знаю, или вспомни, как ударила меня на третьем курсе. Определенно хорошее воспоминание. И она впервые видит, как он улыбается. По-настоящему. Не этой кривой усмешкой, а именно улыбкой. Лучезарной и искренней. Такой, какой улыбается только счастливый человек. — Я, кажется, придумала, но тебе это вряд ли понравится. Гермиона не контролирует себя, даже не знает что делает. Подлетает к нему и целует. Легко, потому что боится, что оттолкнут. Но нет, Малфой только прижимает ее к себе ближе, и весь мир перестает существовать. По телу разливается приятное тепло и хочется утонуть в этом ощущении. Им хватает легких прикосновений, чтобы по венам прошелся электрический ток. Чтобы мурашки по коже побежали. Она отстраняется, улыбается глупо, а после произносит: «Экспекто патронум!» Из палочки вырывается голубой луч света, а вместе с ним маленькая выдра, кружа вокруг них. Глаза Драко загораются блеском, словно ему пять лет, и он впервые увидел пони. — Попробуй. — Уверенно протягивает свою палочку, отходит в сторону. — Зря свою выкинул. — Мне и твоей неплохо. Зажмуривается, повторяет заклинание шепотом, а потом кричит. Свет озаряет башню и слепит глаза. — Это же…дракон! — Грейнджер подпрыгивает на месте, хлопает в ладоши. Почему сама не знает, просто счастье заполняет изнутри. И, кажется, что не было никакой войны, не было никакой вражды между ними. Гермиона берет Драко за руку и крепко сжимает ее. Солнце взошло.