Satan, vilken tur!

Агата, давясь слезами, выбежала из подъезда. Словно загнанный зверек, она метала взгляд по сторонам, сама не знала, что ищет. Определенно что-то важное. Мысли сбиваются в кучу, руки потряхивает, а дыхание частое — девушка почти задыхается. Остановив убер вытянутой рукой, Харрис, запрыгивая одной ногой, уже говорит адрес водителю. Адрес, который знает наизусть. Адрес, который стал ей родным. Адрес, где ей всегда рады. Мужчина кротко кивнул, и авто плавно строилось в ряд проезжающих машин. — Быстрее, — подгоняла его девушка. Мысленно она была уже там. Прикрыв глаза, представила, как заявится туда, как будет рад ей хозяин. Хоть червячок сомнения и забрался в ее разум. Убер остановился возле высокого и знакомого здания. Столько хорошего произошло здесь. Но лучшее все-таки произошло в маленькой квартирке Агаты, когда Александр признался в любви. Какие чувства испытывает девушка, когда любимый говорит эти значимые слова? Каждая по-разному. Одним они наскучили. Другие же ждут их сильнее, чем премьеру фильма. В глубине души даже самая черствая и безразличная особа радуется. Агата же в этот момент была в полном замешательстве. Что ей делать? Прыгнуть в объятия и никогда не отпускать его? Или прогнать из жизни? Сомнение – вот, что еще чувствовала Харрис. Были ли слова Нильсена искренними? Или так нужно для спора? Сложно. Столько мыслей в маленькой головке, и ни одна не находит себе места. На ватных ногах Агата подходит к стеклянной двери. Опустив взгляд вниз, девушка выдыхает и оправляет футболку ниже. Поднимаясь в лифте, она так же испытывает страх. Хотелось развернуться и убежать прочь, но характер не такой. У Харрис был комплект ключей от его дома. Она вставила ключ в замок, а дверь оказалась открыта. Войдя в квартиру, девушка осмотрелась, глазками ища хозяина. Чуть покачиваясь, держа в одной руке бутылку виски, а в другой ключи от машины, Нильсен собирался в поход по барам и пабам. Определенно, ему это не нравилось, но в объятиях пышногрудой блондинки, казалось, быстрее забудет Агату — олененка с широко распахнутыми глазами. Он поднял вопросительный взгляд на Харрис, усмехнулся, а после отпил прямо с горла. Агата побоялась вымолвить и слово. Аккуратно, боясь спугнуть мужчину, она подошла к нему и попыталась забрать ключи и алкоголь. — Не нужно, — резко ответил он на заботу Агаты. — Александр, — прикусив нижнюю губу, сказала девушка. — Уходи. Но она не уйдет. Харрис не оставит его одного в таком состоянии, особенно, когда крепко зажаты ключи авто. Ведь не сможет жить без него в этом мире. Куда приятнее просыпаться, зная, что Нильсен жив и рассекает такой красивый по Англии. Ее не волновало, что будет дальше. Алекс бухой в хлам — никогда прежде не доводилось видеть его таким. Чувство вины защемило где-то под грудью и сковало дыхание. Из-за нее он довел себя до такого. Все из-за того, что не выслушала. Александр любит ее. Теперь Агате не важно, что он говорит в ее адрес. Гонит? Она слишком любит его, чтобы уйти. — Пойдем, я уложу тебя, — прошептала Харрис и медленно потянулась к выпивке. На удивление Александр ослабил хватку и позволил забрать бутылку. Ключи он отпустил сам, они с грохотом упали на пол, разбивая тишину. — Агата, — ложась в постель, спросил Нильсен, — почему ты осталась? Девушка присела рядом и начала расстегивать рубашку вместе со штанами. Повседневная одежда мало смахивает на пижаму. — Можешь не отвечать. — Потому что люблю тебя, дурака, — в эту же секунду ответила Харрис, — до сих пор. Ее ладонь огладила щеку Александра, которая с недавнего времени стала колючей. Агата наклонилась к его губам и оставила легкий, невинный поцелуй. Нильсен, не удовлетворенный этим, обхватил девушку за талию и притянул ближе к себе, практически уложив на свою грудь, но Харрис уперлась рукой в спинку кровати. — Тебе не стоит меня бояться, лилла каттен, — шепнул Александр, и Агата заметно расслабилась, мышцы обмякли. Она вновь коснулась губ Александра, нежно покусывая верхнюю. Взяв Агату под колено, мужчина уложил Агату на себя. Воздуха было катастрофически мало. Харрис приоткрыла пухлые губки, впуская язык дальше. Агата ерзала бедрами на мужчине, чувствуя крепкий член, который упирался ей в пах. Девушка отстранилась, и глядя в глаза Александру, начала раздеваться. Сначала она стянула бомбер, а после полупрозрачную футболку, сквозь которую были видны горошинки сосков и розовые ареолы. Нильсен поднялся и припал к шее девушки. Жадно кусая и тут же зализывая укусы, он постепенно спускался к груди. Рукой брюнет обхватил одну грудь, а сосок другой начал покусывать белоснежными зубками. Из Агаты вырвался громкий стон. Александр поднял глаза, думая, что причинил ей боль. Харрис еще сильнее прижалась к его лицу, призывая не останавливаться. Брюнет резко перевернулся, подмяв девушку под себя. Губами он прокладывал влажную дорожку от груди до плотного края джинс. Мягкими пальцами Александр расстегнул пуговку, а растянув края в разные стороны, и молнию. Целуя персиковую кожу, остановился на кружеве белых трусиков. Агата подняла бедра, вынуждая раздеть ее. Нильсен одним рывком сорвал с нее джинсы, а вместе с ними и белье. Его теплое дыхание коснулось ее влажной киски. Харрис покрылась мурашками, что не скрылось от Александра. Он сжал ее бедра сильными руками и коснулся языком клитора. — Ммм, — промычала Агата, попутно борясь с желанием кончить. Нильсен спустился чуть ниже, обводя языком губки и раздвигая их. Харрис откинулась на подушки. В одной руке она сжала шелковый и немного прохладный пододеяльник, а в другой пучок мягких темных волос мужчины. Вытерев большим пальцем нижнюю губу от смазки, он с вызовом посмотрел на девушку. Она сдула прядку волос со лба и молча смотрела на него. — Пожалуйста, — лишь губами проговорила Агата. Александр снял черные боксеры, и водя членом по горячему влагалищу, дразнил Харрис, вызывая ее вздохи. Она приподняла бедра, чтобы быть еще ближе к нему. — Встань, котенок, — его горячее дыхание над самым ушком заставило волосы на затылке встать. Агата послушалась и встала на коленки перед мужчиной, выгнувшись в пояснице. Он погладил ее от лопаток до попки, а затем громко шлепнул правую ягодицу, оставив яркий след от ладони, и получив громкий стон девушки. Войдя не на всю длину, Александр дал время привыкнуть к его размерам. Теплая ладонь легла на животик Харрис, и Нильсен толкнулся, заполняя ее полностью. Жадно хватая воздух, Агата тихо постанывала. Стоило брюнету накрутить ее волосы на руку и оттянуть голову на пару сантиметров назад, постанывания превратились почти в крик. Он знал, что ей нужно еще. Харрис подавалась бедрами к Александру на встречу. Нильсен вышел из нее и рухнул рядом, перетягивая Агату себе на бедра. Девушка оседлала его и, упершись обеими ладошками в его широкие плечи, двинулась. Снова приятная наполненность, снова громкий вскрик. Он держал руки на бедрах, сжимая и разжимая упругие ягодицы. Кончив, Агата обессиленно рухнула на его грудь, и почувствовала его семя в себе. Александр поцеловал ее в лоб и снял с себя. Укрыв девушку одеялом, он со спины обнял ее и носом зарылся в сладко пахнущие волосы брюнетки. — Я люблю тебя, — прошептал Нильсен и поцеловал ее в плечо, — и пускай пройдет сотня лет, мое мнение не изменится. Харрис улыбнулась и стерла скатившуюся по щеке горячую слезу.