Неужели один человек может всё изменить?

Каждый человек хотя бы раз задумывался о совершённом поступке и возможно корил себя за это, так происходит со мной уже 3 года. У меня была прекрасная семья. Каждый раз, идя со школы, я думала о том, как здорово, что дома кто-то есть и всегда тепло и уютно. Всё изменилось за один день... Как обычно я шла из школы и уже возле дома увидела отца, выходящего из чужой машины. Я была уже не маленькая девочка и всё понимала, но всё равно верила в то, что это папина коллега. Если бы это было один раз, то всё бы забылось, но это происходило на протяжении месяца: отец задерживался допоздна на работе, а то и вовсе не появлялся дома несколько дней. Мама начала бить тревогу, и я решила ей рассказать о той женщине, с которой я видела папу возле дома. Её лицо тут же налилось краской и глаза стали мокрыми. Она развернулась и ушла в спальню, закрыв там дверь на замок. Спустя 2 дня отец вернулся домой с яркой улыбкой на лице. Он был как никогда счастлив и даже принёс маме цветы. Я уж подумала, что всё уладится и будет хорошо, но не тут то было... Мать выхватила букет из рук папы и со словами: «Забирай, этот чёртов веник со своими вещами и убирайся с глаз моих, не хочу тебя даже близко возле дома видеть!»— кинула его ему в лицо и выставила вещи за двери. У меня началась паника, и я выбежала вслед за отцом. Он остановился и присел: —Прости, милая, но я должен уйти. —Папа, это ты меня прости!— со слезами в глазах говорила я. —Ты что, глупенькая, тебя не за что извинять, ты же ничего не сделала, я сам виноват,— положив руку на плечо, говорил он мне. —Вот как раз из-за меня вы с мамой поссорились! — Слёзы уже покатились по щекам — Это я ей сказала, про ту женщину. —Что ты маме рассказала?! Зачем?! Ты не дочь, а неблагодарное животное!— чуть ли не с пеной изо рта кричал он. —Но, пап... — Не перебивай меня! Почему ты сказала, ты что, промолчать не могла?! Теперь это точно всё из-за тебя! Именно, я начал изменять твоей матери, ещё с того дня, как ты перешла в другую школу! Тогда в его глазах я видела только ярость и ни капли сожаления о содеянном. Он ударил меня по щеке, он даже маму никогда не бил. В тот момент я решила, что это было заслуженно, мол, сама виновата. Так-то меня в детстве никогда в семье не били, это был первый, но, увы, не последний раз... После ухода отца мать начала пить и очень даже серьёзно. Помимо меня в семье был ещё мой старший брат, который после маминого «стресса» пытался заботиться обо мне. Он не жил с нами, но приходил домой как можно чаще и приносил мне деньги, которые благополучно у меня отбирала мать, не оставляя денег даже на проезд и еду. Дома стали появляться незнакомые мне люди, и они весело проводили время. Я, наверное, была рада, что они меня не замечали. Таким образом, у меня появился ещё один брат, мать его родила непонятно от кого и, на удивление, он родился здоровенький и крепкий. Его назвали Сок Хо, в честь отца, разрушившего жизнь матери. Так прошло 3 года, и вот наше время. Мама по-прежнему пьёт и совсем не заботиться ни обо мне, ни даже о моём брате. Старший тоже забыл о нас и живёт своей жизнью, нянча своих детишек. Я поступила в медицинский университет после школы и пыталась учиться как можно усерднее, но в таких условиях это невозможно. Ещё и на подработку устроилась возле универа, чтобы хоть как-то себя обеспечивать. Всё было тихо до сегодняшнего дня... Я пришла поздно и с порога услышала плач Сок Хо. Тут же побежала в комнату матери, откуда доносились детские крики и громкая музыка. Я вошла и увидела картину: мать стоит, замахнувшись пустой бутылкой на брата, её ухажёр наблюдает за этим и ничего не делает, только громко смеётся. Я подошла к ней и выхватила бутылку из рук, за что и получила по лицу. —Что ты вытворяешь? Кто тебе позволил? Это мой сын и я делаю с ним, что хочу, а ты, маленькая шавка, мне мешаешь!— еле связывая слова, говорила она. —Мам, хватит! Я сейчас в участок позвоню, и тебя заберут! —Звони, тогда и мелкого заберут в детдом, и ты тогда ничем ему не поможешь,— с усмешкой сказала она. Молча опустилась на колени и сказала брату, чтобы он шёл к соседке и посидел у неё, пока я не приду. Такое у нас происходило редко, но соседка была не против Сок Хо. После того как он убежал, я попыталась встать, но тут же получила пощёчину. — За что? — За то, что ты мне жизнь испортила! Она толкнула меня на пол, и я ударилась головой о стеклянный столик у телевизора, благополучно разбив его. Уже лёжа на полу, она начала пинать меня ногами, и по большей степени по спине. Человек, который всё это время смеялся, решил встать и остановить её, но тут же получил за это. Я успела встать и выбежать из дома босиком. Бежала я не долго, но и оглядываться не хотела. Голова начала кружиться и всё тело болело. Вдали послышались шаги, и, моё сердце замерло. Я повернулась, но не успела разглядеть силуэт и упала камнем на землю. Проснулась в больнице, в мою голову начали приходить мысли, как я попала в больницу. Последнее, что я помнила — это какой-то человек на улице. Попыталась подняться, но безрезультатно: всё тело невообразимо болело. В палату вошёл доктор и сказал, что меня доставили в тяжёлом состоянии, но меня удалось откачать. На вопрос кто меня «доставил», врач сказал, что он всё ещё сидит в коридоре. —Можно ему войти?— поинтересовалась я у врача. —Конечно. Можете входить, она пришла в себя. Увидев его, к моему горлу сразу подкатил комок, и глаза налились слезами. Это был друг детства Ким Нам Джун. Мы с ним очень хорошо общались, можно сказать, что были лучшими друзьями, вплоть до моего перехода в другую школу. —Привет, с тобой всё хорошо? —Привет, ну как видишь, я так рада, что спустя столько времени увидела тебя!— посмеялась я —Что произошло? Почему ты вся избита? На тебя напали? —Это не важно,— опустив глаза, сказала я. —Как это не важно?! Моего лучшего друга избили и это не важно?!— он встал со стула. —Успокойся, может при случае, я тебе всё расскажу, а пока просто давай поговорим. — Хорошо, я сейчас учусь в вон том университете,— показывая пальцем в окно. —Здорово, а я в медицинском. —Ого, я помню, как ты ещё в школе туда собиралась, если честно, я думал, не поступишь,— он усмехнулся —Ну, спасибо,— надула губы. —Да ладно тебе, у тебя ведь отметки были просто кошмар, кстати, почему ты перевелась? —Не важно... —Опять не важно, почему с тобой так сложно? Ладно, мне надо на занятия, а ты не напрягайся, я ещё вечером зайду, можно? —Конечно. Он ушёл, а мою голову не покидали мысли о нём. Он мне начал нравиться ещё с младших классов, но естественно я ему этого не говорила, зачем? Тем более, он всегда был популярным у девочек. С небес на землю меня опустила резкая боль в области груди. Через минут 20 пришёл врач и сказал, что у меня сломано одно ребро и задето лёгкое. По сути ничего особо серьёзно, это всё лечится, главное постараться меньше двигаться и ещё около недели провести в больнице. Новость не особо сахарная. Я попросила медсестру одолжить мне телефон на пару минут и за это время я позвонила соседке: —Доброе утро, мисс Чин, у меня к вам есть одна маленькая просьба. —Говори, конечно. —Можете зайти к нам и взять парочку моих вещей и телефон? —А где ты? Что-то случилось? —Да, я в больнице... —Матерь Божья! Что стряслось, опять она? Это ж уже невозможно терпеть! Я сообщу участковому, пусть примет меры. —Мисс Чин, не надо ничего делать, просто возьмите одежду и телефон и да, матери не говорите где я, с остальным я разберусь. —Ну как так можно? Хорошо, я принесу, а Сок Хо будет у меня, пока тебя не выпишут, только вот я не смогу их принести. Может кто-нибудь из твоих друзей зайдёт? После этого вопроса я впала в ступор, ведь друзей у меня не было, только... о нет... Джун. Я не хочу его просить. Мы столько лет не виделись, и я уже прошу его о помощи. Стыдно-то как, но делать нечего. Вечером Намджун пришёл, как и обещал, он принёс цветы и апельсины. Как мне не было стыдно, мне таки пришлось попросить его об услуге. Он согласился, ни секунды не колеблясь. Через час он вернулся с небольшим пакетом в руках, и на его лице не было прежней улыбки, с которой он был здесь с утра. —Что-то случилось?— спросила я. —Почему ты не сказала мне? —Что именно? Что моя мать алкоголичка?— глаза были уже на мокром месте. —Да, это. Надо было мне сразу сказать! —Зачем? Что бы от этого изменилось?!— переходя на крик, говорила я —Я бы что-нибудь придумал! —Ничего мне не надо, я и сама справлюсь, не хватало ещё тебя в это дерьмо втягивать! —Я вижу, как ты справилась, именно поэтому не надо всё держать в себе, поделись со мной. Меня так давно не было в твоей жизни... —Не надо тебе это, - уже спокойно —Пожалуйста... Я посмотрела в его щенячьи глаза, и мне действительно показалось, что я могу ему доверять и рассказать всё, что со мной произошло за эти 3 года. Он внимательно слушал меня, не проронив ни слова. После моей долгой истории, он взял мой телефон, что-то набрал и сказал: «Это мой номер, звони в любое время, абсолютно, я всегда подниму, обещаю». После этих слов он больше ничего не сказал и ушёл, а я осталась наедине со своими мыслями. Я долго думала, правильно ли я сделала, рассказав об этом Джуну. Ночь была бессонной. На следующий день меня выписали со словами: «Осложнений нет, значит, и держать вас тут незачем. Каждый день на перевязку и холодные компрессы на ночь». Здорово, ничего не скажешь... Мне даже дышать было тяжело, постоянный кашель с кровью: просто ужас. Опять дом, опять пьянки, но на этот раз мать меня обходит стороной, я даже удивилась, но мне же лучше. С братом всё хорошо, он ходит в сад и, в отличие от меня, нашёл себе друзей. Синяки потихоньку проходят, но в груди как болело, так и болит до сих пор. Пошла в больницу на перевязку как раз перед занятиями, чтобы успеть. Кажется, что медсестра перетянула мне повязку, я ей об этом сказала, но она говорит, мол, так и надо и вообще кто из нас медик. Я как бы будущий медик, но да ладно. Дышать было тяжело, но, как мне сказали, «так и должно быть» я терпела. После занятий выползла из вуза и направилась на станцию, как вдруг в толпе увидела знакомое лицо. —Мина, я уже соскучился,— рассмеялся он и распахнул свои объятья. Вообще меня зовут Ли Мин Хо, но только Джун называл меня Мина и мне это нравилось. Я попыталась подбежать и уже через секунду оказалась в его сильных руках. От него шло такое родное тепло, будто мы с ним уже сто лет знакомы. Я слышала, как бьётся его сердце, это была как музыка для моих ушей. Он разомкнул объятия, и мы пошли в парк на скамейку, взявшись за руки, прямо как парочка. Я покраснела, и давление повысилось, опустила волосы, чтобы не так заметно было. Мы присели и долго разговаривали совершенно ни о чём, не затрагивая тему моей семьи и больницы. Может, мы и не говорили на эту тему, но повязка не давала мне покоя: всю грудную клетку сжало, и голова закружилась. —Подожди меня, я отойду на минутку. Я резко встала со скамейки, у меня потемнело в глазах, и так же резко я и упала на землю.