Часть 2. Если б я был султан...
26 июня 2020 г., 12:53
Катенька от души веселилась, напевая песню из старого советского фильма, изображая при этом руками, ушами и глазами Никулина, Вицина и Моргунова одновременно: «Если б я был султан, я б имел трех жен…» Она кружилась и приплясывала, а сама думала: «Трех жен моему капитану, пожалуй, маловато будет. Он ведь у меня ненасытный!»
Итак, одна «жена» у капитана уже была. Бедный нейтрофил U-1146, уже залюбленный им до невменяемого состояния, узнав о том, что «муженек» собирается найти себе еще одну жертву для развлечения, был не против такого расклада: все будет полегче. Жалко, конечно, жертву, но что поделаешь. И кэп стал искать. Искал долго, придирчиво, но никак не мог определиться. Не уточнила Катенька его пристрастия.
Под конец долгих поисков им попался заезжий эритроцит, из донорских, крепкий симпатичный парень. Но и тут капитану не повезло. Эритроцит DB-5963 только успел спросить: «Який такий слеш?» Нейтрофил посмотрел на него умоляющим взглядом и кивнул в сторону. Как только кэп отвернулся, сообразительный работник службы доставки успешно смылся.
Капитан вздохнул. Ему так хотелось чего-то особенного…
Катеньке тоже хотелось и еще как. Она перебрала всех персонажей мужского пола и решила остановиться на кандидатуре В-лимфоцита. «А что, симпатичный пацанчик, — думала она. — А какой наивный взгляд! Типичный укешечка».
* * *
В-лимфоцит чувствовал себя как-то странно. С утра на него словно нашло какое-то затмение. Когда его коллега, В-клетка памяти, вернулся к ним в лабораторию, чтобы обсудить положение дел (а заодно снова найти хороший повод порассказывать легенды), ему вдруг пришла в голову странная мысль. Нет, такое ему и раньше приходило в голову, но как-то вот не конкретно… В общем и целом, ему захотелось чего-то новенького, и он решил изобрести новое универсальное суперсредство на все случаи жизни: иммуноглобулин икс. Ну и что, что такого не бывает в природе? И он начал чертить на бумажке формулу, упорно пытаясь найти новый способ соединить пару тяжелых и легких цепей. В-лимфоцит пыхтел и потел, но нового способа сложить два и два в пределах молекулы у него никак не получалось. Он уже собирался бросить эту затею, как заметил заинтересованный взгляд клетки памяти. Тот раскрыл было рот, собираясь сказать заветное «а помнишь…», но вместо этого выдал: — Ты так прекрасен, когда корпеешь над проектом. — Ты чего? — спросил В-лимфоцит и тут увидел бескрайние океаны любви, плескавшиеся у него в глазах. — Выходи за меня, — заявил тот. — Мать моя, стволовая клетка! — только и мог сказать В-лимфоцит. Объясниться как следует им не дали. На пороге неизбежным фатумом возник капитан Т-киллеров. С коробкой конфет и букетом цветов. Позади плелся нейтрофил с полной обреченностью на физиономии. Он вышел вперед и, ощущая крайнюю неловкость, произнес: — У вас товар, у нас купец. — Че? — выдали дружно в ответ В-клетки. — Лучше не спрашивайте, — совсем сник нейтрофил, уступая место Т-киллеру. Тот, не церемонясь, подхватил на руки В-лимфоцита, предварительно сунув ему букет так, что половина цветов осталась у того на голове. Коробку с конфетами поймал нейтрофил и вручил клетке памяти на память. Капитан тут же развернулся и удалился, унося любовь всей его жизни. Когда до клетки памяти дошел весь трагизм ситуации, тот издал неописуемый крик отчаянья, а после поклялся спасти возлюбленного из лап капитана.* * *
В отличие от нейтрофила, В-лимфоцит перенес занос себя в спальню капитана более эмоционально. Он брыкался, кусался и возмущался, поливая тому за шиворот антителами, потому как больше было нечем. Однако силы были неравны, и вскоре он был брошен на шелковые простыни и готов для форменного надругательства. Нейтрофил извинялся, помогая избавить его от одежды, и шепнул на ухо, что лучше ему расслабиться. Капитан, сорвав с того последнее, набросился на свежачка, и устроил ему знатную брачную ночь посреди рабочего дня. Нейтрофил деликатно вышел за дверь и скрепя сердце слушал душераздирающие звуки, доносившиеся из капитанской спальни. На всякий случай он решил сходить за аптечкой. После любовных утех с капитаном В-лимфоцит имел вид классической жертвы домашнего насилия: весь в синяках, ссадинах, засосах и укусах. А еще он не мог сидеть. Он рыдал, грозясь отомстить, или хотя бы пожаловаться Т-хелперу или кому угодно. Этому придурку это так с рук не сойдет! Нейтрофил принялся приводить его в порядок, а сам думал поговорить с капитаном насчет того, что любовь, вообще-то, должна быть взаимной. Катенька, пресытившись изнасилованием, как ни странно, тоже думала о том же самом. Точнее о случаях, когда жертва влюбляется в своего мучителя. Так что бедному В-лимфоциту уже в ближайшее время предстояло стать жертвой стокгольмского синдрома и окончательно и бесповоротно запутаться в своих чувствах, в которых он даже разбираться не начинал.* * *
Однако не все клетки были против связи с капитаном. Слава о нем как о неутомимом любовнике быстро разлеталась вокруг. Лучшие парни стягивались к нему в замок, предлагая свои услуги. Был среди них и базофил. Что он там забыл, никто не знал, ведь базофил был весь такой загадочный и таинственный. Он просто прошествовал без очереди, смущая всех до полного ступора своими жуткими философскими, лихо закрученными фразами, бубня их как заклинания. А потом завалился прямо к капитану и завернул ему такое!.. В общем, никто не знает, что он там ему и как завернул, но только того так проняло и расколбасило, что он прямо тут же взял базофила в жены. Тот таял от счастья и вещал о том, что теперь не быть ему больше одиноким путником, идущим по краю пропасти судьбы… или что-то в этом же духе. Катенька не понимала философию и просто написала: «…наболтал ему всякой умной фигни побольше, чем покорил сердце нашего сексасимвола». Именно так и написала, добавив потом еще пару предложений с кучей диких ошибок. (Оставалось только удивляться тому, как читатели понимали, что она пишет.) Базофил оказался очень умным и эрудированным, именно он надоумил капитана попробовать нечто особенное и обучил его секретным техникам садо-мазо. Пока капитан увлеченно обкапывал воском привязанного к столбу базофила, нейтрофил с В-лимфоцитом пили глинтвейн и играли в шахматы, чтобы скоротать время. Они оба уже подумывали о том, что жить в замке не так уж и плохо.* * *
В последующие дни капитан отобрал к себе в гарем еще несколько красивых парней из своего взвода. Вслед за теми приплелся дендроцит и упрашивал взять и его, но получил от ворот поворот. Напрасно он строил глазки, кэп захлопнул дверь прямо перед его носом. Отверженный дендроцит проклинал невезение и неимоверно страдал по этому поводу. Базофил, ставший в замке настоящим серым кардиналом, руководил оргиями и распоряжался насчет других развлечений, не давая «звезде своих очей» самому утруждаться. Парни целыми днями устраивали смачный отжар и ловко орудовали плетками. В результате такого разгула первым пало шикарное королевское ложе, а следом за ним — диваны и другие предметы мебели. Потом Катенька решила, что сломанной мебели ей мало и добавила разбитую посуду, порванные портьеры… и так до тех пор, пока ущерб, нанесенный замку любовными утехами, не превысил платежеспособность капитана. Однако того расходы не волновали, он менял любовников как перчатки и ни о чем не печалился до поры до времени. Ровно до той поры, пока у Катеньки не кончилось вдохновение. Фанфик что-то вдруг начал «сдуваться», и счастье капитана с его гаремом оказалось под серьезной угрозой. Они еще не знали, на что способна Катюша, особенно если у нее не по плану кончается вдохновение. И жаль, что она не любила писать детективы: как раз в это время обиженный дендроцит вступил в сговор с В-клеткой памяти с целью проникновения в замок. Один мечтал добраться до возлюбленного капитана, другой — вырвать ненаглядного В-лимфоцита из его мерзких лап. Весь успех их мероприятия зависел сейчас от везения и настроения Катеньки, прямо пропорциональному количеству съеденных ею конфет.* * *
Капитан продолжал свой праздный разгул. И все-то у него было превосходно и шоколадно. Но любовники быстро надоедали, а развлечения с ними приедались. Даже бурное садо-мазо уже не радовало. Но не беда, Катенька уже нашла его истинную любовь. Дело было ясно как божий день: истинная любовь распрекрасного капитана всегда была с ним рядом, просто он этого не замечал. С ним он был с детского сада, с ним учился в школе, потом и в университете (в тимусе не знали, что у них там, оказывается, университет), а после они вместе работали. Да, это был не кто иной как Т-хелпер! В этот момент Т-хелпер почувствовал пробежавший по спине холодок. У него возникло странное и очень нехорошее предчувствие. Последнее сбылось быстрее, чем он мог себе представить: к нему в кабинет метеором влетел капитан и начал скандалить. Т-хелпер, как обычно, пытался его урезонить, но тот внезапно остановился на полуслове, пристально на него посмотрел и… И они оба поняли, что жить друг без друга не могут. Разумеется, тут не обошлось без действия магического ООСа, которым Катенька орудовала направо и налево без всяких зазрений совести. Далее капитан в очередной раз, сгорая со стыда и проклиная мысленно все на свете, разразился «зайчиками» и «солнышками», заставляя Т-хелпера икать от удивления. Напрасно тот пытался потянуться за чашкой с чаем, чтобы успокоить икоту, кэп опередил его, заткнув позывы к икоте поцелуем. В процессе поцелуя киллер так увлекся, что совсем забыл о том, что он вообще-то цитотоксическая клетка и едва не зацеловал начальника насмерть. А поскольку Т-хелпер был тоже не пальцем делан, то вышло так, что они едва не зацеловали на смерть друг друга. К счастью, у них была регуляторная клетка, которой по долгу службы приходилось не только урезонивать избыточный иммунный ответ этих супчиков, но и разнимать их… кхм… во время всякого рода внештатных ситуаций. — Я, конечно, подозревала, что эти двое неравнодушны друг другу, — проворчала она, — но чтобы так… А Т-хелпер с капитаном тем временем, не обращая ни на кого внимания, отодвинули ее в сторонку и тут же начали смачно яоиться прямо на столе. Госпожа Т-супрессор вздохнула, махнула рукой и удалилась, думая о том, что даже если эти двое залюбят друг друга насмерть, без работы она все равно не останется. Да и не все же быть им нянькой.* * *
Т-хелпер и кэп яоились долго и счастливо, потом капитан пригласил любовника жить у него в замке, но тот не согласился, сказав, что замки — это прошлый век, лучше переехать к нему в небоскреб на Манхеттене, где у него шикарный пентхаус. Разумеется, Катенька не знала, откуда в организме может быть небоскреб да еще на Манхеттене, но писать про них и любовь в пентхаусе было ужасно модно! Машка из соседнего класса, которая пишет под ником Курва-мать, целых две тысячи плюсов отхватила за свой фанфик про яой под крышей небоскреба. Правда, там были какие-то попсовые корейские мальчики, по которым все с ума сходят, ну и ладно. Катенька не благоволила попсе, Катенька была убежденной анимешницей. У нее был свой путь ниндзя! «Точно, — подумала она, — может сделать из клеток ниндзя? Или самураев? Было бы круто!» К счастью, было уже поздно и Катенька, широко зевнув (так, что рисковала вывихнуть нижнюю челюсть), отправилась спать, успешно забыв записать эту мысль.
