Огненное сердце Конохи

«Почему всё так? - промелькнула мысль в голове Хаширамы, когда он, в очередной раз уворачиваясь от атаки друга. – Почему мы вновь сражаемся? Ведь по сравнению с будущим Конохи это совершенно не важно! Или же нет? Мито… Кто она для меня? Снова не могу разобраться? Да и смысл теперь? Он любит её и я не должен вставать на его пути, но… Мито, любит ли она его? Она всегда говорила о верности, долге и прочих скучных вещах, но ни разу не слышал от неё этих слов… по отношению к Мадаре. Но и мне она никогда не признавалась в чувствах… Хотелось позлить мужа? Не желание сдаваться, какое доминирует над Узумаки?.. Кто мы все друг другу?!» - Хватит летать в облаках, Хаширама! – прорычал Мадара. вырывая друга из рассуждений. – Я не тот противник, с которым это прокатит! Ты и сам это знаешь! – очередной удар меча Сусаноо просвистел в миллиметре от Сенджу. - Мадара, тебе не кажется, что это зашло слишком далеко?! - Не я это начал, Сенджу! – в глазах Учихи плясали дьявольские огоньки, он выглядел безумным. - Не позволяй эмоциям управлять тобой! Мы оба знаем, чем это может закончится! Кроме того, я всегда старался держать дистанцию! – вновь блок от атаки Мадары. Попытка контратаковать ни к чему не привела, Учиха видел все движения друга даже лучше, чем раньше. - Да ну?! А что произошло потом? Сорвался? - Она была так потеряна… - И ты решил утешить?! – в ход пошла одна из техник ринненгана, что отбросила Сенджу на несколько метров, заставив свалить несколько деревьев. – Уже, наверное, и шляпу Хокаге примерял?! – Хаширама поморщился и попытался встать. Тело жутко ломило, но сдаваться он не собирался. - Всё было не так! – закричал он, выращивая множество лиан и заставляя их оплести друга. – Я не знаю, что произошло, пойми ты, наконец! Я не знаю, что вообще между нами с ней происходит! Мы о любви вообще не говорили! - Ещё бы вы говорили! – вырвался из захвата растений Первый и бросился на друга. Клинки соприкоснулись, и противники посмотрели друг другу в глаза. В глазах Сенджу была глубокая печаль и желание всё прекратить, во взоре Мадары плескалась боль и злоба. – Предатель! - Ты никогда не говорил о чувствах к ней! Она была такой одинокой и потерянной… Это накатило внезапно… Прости, если бы я знал… - Легче бы стало? Смог бы устоять? Сколько можно, Сенджу?! – удар и Хаширама вновь оказался на земле. – Мы вечно всё делим поровну! Мечту, деревню, а теперь ещё и женщину?! - Я не вещь, чтобы меня делить! – раздался рядом возглас, и противников отбросило к скале. Они с трудом перевернулись на спины и сели, прислонившись к камню. Силы были на исходе и оба понимали это. Только сейчас Мадара заметил, что часть леса была просто уничтожена и был создан новый водопад. Среди всего этого хаоса стояла Мито, покрытая чакрой Кьюби. - Вы оба идиоты! – в слезах закричала куноичи. – Думаете, вы вправе решать всё за меня?! Так вот, с этого дня я принадлежу сама себе! Никаких визитов, никакого «супружеского долга»! Ночуешь на диване! Да можешь вообще не приходить домой! - Хех, нехило мы тут постарались… - усмехнулся Мадара, растеряв весь боевой дух. Вид рассерженной жены был так мил, что ему совершенно не хотелось продолжать бой, да и смысла не было, ведь чакра была на исходе. - Всё же Узумаки не устают меня поражать, - улыбнулся он и покосился на друга. – В любом случае ссора из-за женщины это самая последнее, что мы могли затеять… - Да, глупо, - усмехнулся в ответ Сенджу и посмотрел на всё ещё кипятящуюся Мито. – Но всё же невозможно не признать, что в ней есть что-то такое… - Это точно… Есть предложения? - Ты о чём? – искренне удивился Хаширама – Она же твоя жена… А у меня есть Тока. Это была непростительная слабость… Не хочу, чтобы наша дружба вновь была разрушена обстоятельствами… По крайней мере, я надеюсь, что мы ещё друзья… - Думаю, ты прав, - отстранённо произнёс Первый, с трудом поднимаясь на ноги и помогая подняться другу. – Не стоит это того. Друзья. На лице Хаширамы появилась лучезарная улыбка. Мито же, осознав, что её совершенно не слушают, подошла к ним, надавала подзатыльников и ушла. Друзья некоторое время смотрели ей вслед, а потом вновь посмотрели друг на друга. - Всё же следует это обсудить… Вернувшись домой, Мито закрылась в своей комнате и, упав на кровать, заплакала. Этот день был слишком тяжёлым как физически, так и морально. Больше морально, конечно. Она окончательно запуталась в своих чувствах и совершенно не узнавала себя. Сил сопротивляться действиям лиса у неё тоже не было, поэтому, когда он появился в человеческом обличии рядом с её кроватью, просочившись сквозь брешь в печати, что джинчурики сама сделала, она ничего не предприняла. Кьюби в человеческой форме был вполне симпатичен: длинные рыжие волосы, длинные лисьи уши, жёлтые глаза, как бы подведённые чёрным. Где-то за спиной мелькали хвосты. - Не волнуйся, я буду нежен, - прошептал он ей на ухо бархатистым голосом. Перевернув Узумаки на спину и сорвав одежду, он хитро улыбнулся. – Плата за мою помощь не так велика, как могла бы быть. Расслабься и получай удовольствие. Его руки стали оглаживать её тело, а когда дошли до небольшой груди, несильно сжали, заставляя Мито слегка вздрогнуть. Вновь хитрая усмешка и на этот раз в ход пошёл язык, что оставил влажную дорожку от шеи до пупка, а затем спускаясь ниже. Ухмыльнувшись, он вернулся к лицу куноичи и впился в её губки, слегка покусывая их. - Зови меня Курама, - прошептал он ей на ухо, врываясь в неё. С губ куноичи всё же сорвался первый стон, порадовав слух демона. Со следующего дня всё вновь пошло по-старому. Мадара и Хаширама пропадали на работе, а Мито сидела дома, слушая истории Изуны о бурной юности его брата. Сам Учиха-старший, если и приходил домой, то ночевал на диване в гостиной, мотивируя это брату тем, что слишком устаёт, чтобы добраться до своей комнаты. Сенджу полностью погрузился в отношения с Тока, что, видимо что-то подозревая, больше старалась не пересекаться с Узумаки. Курама так же не проявлял активности, но в его случае это можно было объяснить тем, что куноичи заделала брешь в печати, чтобы не позволить демону вновь вытворять всё, что ему захочется. Постепенно та история стала забываться и, возможно, забылась бы, если бы не одно но. - И кто отец? – спокойно поинтересовался Учиха, стоило Мито сообщить о скором пополнении в семействе. Узумаки нахмурилась, но не могла не признать, что вопрос мужа не лишён смысла. - Ты был последним… - Как обычно, собственно… - вздохнул Учиха, почёсывая затылок. – Ладно, скоро мы об этом узнаем. Кстати, Хаширама тоже скоро станет отцом. Тока беременна. Мито лишь пожала плечами и отправилась в свою комнату. Её совершенно не задели слова мужа, но что-то в груди неприятно кольнуло. Она не могла сказать, что любит Хашираму, но могла согласиться с тем, что какие-то чувства к нему испытывает. Как и к Мадаре. «Как глупо, - пронеслось в мыслях Мадары. – Можно было даже не надеяться, что она полюбит из-под палки. Везунчик же ты, теме. Не нужно было влюбляться, было бы куда легче. Если ещё и ребёнок от него… Уж даже не знаю, что делать» - Ты думаешь о ней? – Тока легко коснулась руки Хаширамы, что сидел на её кровати, без рубашки. На его лице было какое-то странное отрешённое выражение. После слов подруги он вздрогнул и посмотрел на подругу, в глазах которой читалась грусть. - Прости, я задумался… о делах. - Знаю, я не так красива, как она и не так горяча, но… - она взяла его руку и положила к себе на живот – нас скоро станет трое… Быть может хватит думать о чужой жене? – в её глазах появились слёзы. – Неужели, ничего нельзя вернуть? «И правда, чего это я? Мадара мой друг и я не могу так с ним поступить. Да и Мито совершенно не подходит мне. Слишком горяча…Тока всегда была рядом, да и теперь нас действительно будет трое…Нечего мечтать о недосягаемом!» - Прости, Тока, я просто слишком запутался, - он обнял её и поцеловал. – Но, похоже, я нашёл ответ, - он улыбнулся и погладил её по лицу, стирая слёзы. – Всё будет хорошо. Это было мимолётное затмение… «Но если это мимолётное затмение, чего так тошно на душе и болит сердце?» - резонно заметил внутренний голос.