Почему любить больно?

       Черт. Я ее поцеловала. Я, конечно, ее типа сталкерила. Но все же. Она об это не знает) (Для читателей: Лена, ей 14,типа альфа, давно следит за Вией.) Когда я узнала что у Адины свиданка, она не хотела что бы я грустила. И взяла меня с собой. Миленько. Тогда я увидела Вию, я конечно, не думала что она придет. Я ее нашла просто однажды когда был типа анонимный сайт писателей. Ну там, стихи, фанфики и так далее. Я увидела ее лицо. Мы переписывались, и она оказалась приятным собеседником. Потом мы не виделись и не общались. Но ее стихи завораживают. Смотрю в твои глаза, И не могу понять. В чем, Смысл жизни без тебя. Если эта жизнь, это ни о чем. Если любовь, это боль. Если счастье, это мечты? То зачем, на свет Явились мы.? Да, это она написала. Она, вполне красива вам скажв. У нее классная фигура и клевые глаза. У меня же короткая стрижка как у мальчика. Ну, я люблю девочек. Только их. Нет, пацаны тоже нормальные. Но этот выбор я сделала к 12 годам. Я не знала как вести себя в тот день с Вией. Она, видимо, пыталась заговорить. Но нет, я же социопат. Почему бы нет. Но она вышла даже фильм не начался. В слезах. Девочки пытались ей позвонить, но тщетно. Как я узнала, чуть не погиб ее бывший. Ревность — фигня болючая. Как резкий укол вонзается в твое сердце. Но я держала каменное лицо. Пыталась. Никто не знал о моей любви. Ориентацию я не скрывала. Мне было стыдно любить кого — то. /Некоторое время спустя. В больнице./ Я подошла к ее койке. Я надела белый халат что бы меня впустили. Я довольна высокая, так что это было легко. Как только я узнала что ее положили в больницу, меня чуть не вырвало. Я не верю в бога, но тогда я молилась, лишь бы с ней было все нормально. Я подршла ближе. У нее были заметны синяки под глазами. А ее волосы лохмотьями падали на плечи. Она редко носила серьги, как я поняла. Может, тогда была любовь с первого взгляда когда я ее увидела на фотке? Я понимала, что так нельзя, но… Ее губы манили меня. Они пахли ежевикой. Или она сама отдаваласт этим запахом, я не знаю. Я ее погладила по щеке, выводя пальцем круги. Она не шелохнулась. Я наклонилась к ее глазам. Они карие, ничего не обычного вроде. В этот раз они были закрыты. Я ее поцеловала, не углубив поцедуй. Она бы полняла тревогу что кто-то пробрался в палату. Я испуганно подняла глаза и мне показалась что они были открыты. Я быстро ушла. Не оглядываясь. /После боьницы/ Мое дыхание участилось, я пыталась отдышатся. Меня поймала медсестра и спросила, какое мое отчество. Боже, меня там чуть не прикончилис. Хорошо хоть, они не заметили с какой палаты я вышла. Выйдя на улицу, я вздохнула поглубже. Сердце успокаивалось. Ветер был прохладным. И только выйдя на удицу я поняла что даже ей свой номер телефона не оставила, даже ни намека. Конечно, она не поймет откуда цветы и сладости. Но я надеялась, что она не заметила меня. С тяжелым сердцем я пошла домой. Но, меня откликнули. — Эй, лесбиянка! Не хочешь девочку на ночь? — открыто ржал голос сзади. Это был Маколи. Урод. Как можно открыто так называть. Я, как говорила, не скрываю ориентацию, но черт, он достал. — Отвали, придурок. — Ой, кто то обиделся? Или это недотрах? — продолжил он. Конечно, на удивление, он был один. Ни его подружки шлюхи, ни его дружков. Он направлялся в мою сторону. Я попятилась назад. На улице было темно, и безлюдно. — Помогите! Ля, спасите! — я пыталась кричать. Мобильник не брал сеть. Он спокойной дальше приближался. У негов руках был скотч. <s>скотч</s> /Он пытается заткнуть мне рот? Он что угодно может сделать. Ему же 18. Его вряд ли посадят/ Маколи уже открыто отлипал скотч от ленты. — Я.я б-буду дратся, отвали о-от меня. Я представить не могла, что я сделаю. Он прижал меня к стенке. От него воняло перегаром. Сильнее прижав, он начал снимать мою футболку. Пуговица за пуговицей. Его тяжёлое дыхание покрыло всю шею. Я закрыла глаза. Я уже представилась объятиям смерти. Но… Звук разбитого стекла. Маколи обернулся, но он быстро вырубился. /Его вырубили камнем/ Мои глаза были как 5 рублей. Там стояла *она*. Виа. В ночной сорочке, с распущеными лохмотьями, с очками, с камнями в руках. Она подошла к нему и пнула его. -Получай, ублюдок. За Никиту. Я уже слышала это имя, но было некогда. Виа сама была белой по себе, но сейчас ее кожа была бледнее обычного. Но тут мой взгляд упал не не ее тело. А на ее руки. Они прлностью были покрыты ссадинами и шрамами. Они были старые, но.она пыталась себя убить. Я опустила взгляд на ее ноги. Там было меньше шрамов, но больше синяков. Она падал? Или пыталась падать? Я подошла к ней. Я ее как раз вовремя поймала. Она чуть не упала. Она схватила меня и прошептала от чего у меня руки дыбом встали. — Лена. Она знала мое имя. И тогда она встала на ноги, и зашагала более уверенно. Конечно, она скрбчивалась, незнаю из-за чего. Но я шла рядом с ней. Подняла на руки, и она меня чуть не задушила когда схватила меня за плечо. Она была как пьяной. Понимаю, там лекарства и типа того. Еще от нее пахло антисептиком и таблетками. Но запах ежевики еще оставался. Мы пришли в больницу. Ее не ругали. Ну и на этом спасибо. Я осталась на ночь с ней. В половине 2,она закричала. Видимо, приснился кошмар. Я ее успокаивала и обнимала меня. Тогда она повернула свое лицо ко мне, и прислонила свои губы к моим. Дышать стало труднее, но она меня лишь крепче прижала и углубила поцелуй. Она потом долгое время на меня смотрела и сказала: — Спасибо, что рядом. — ее язык заплетался немного. И она схватила меня и потянула на кровать. Я не понимала что она делает. Я же тут альфа, не она же. Виа омега же, да? Я пыталсь отпираться, не помогло. Она лишь сильнее потянула, от чего капельница чуть не упала. Я легла на ее кровать. Она села на меня, почти оседлав. И наклонилась ко мне. Я занервничала. Меня бросало то в жар, то в холод. Она, казалась, невозмутимой. Она долго смотрела в мои глаза. Меня это не смутило. Я часто сама так делаю. — Так это ты пришла ко мне. Твои глаза легко узнать. — лишь усмехнулась она. И поцеловала меня. Сквозь мои губы прорвался стон. Я ее притянула ближе,держа за спину лишь бы она не упала. Ее казалось,это вообще не волнует. Она схватила меня за плечи и лишь углубила поцелуй. Своим языком она просилась в мой рот. Мы продолжили целоваться. Это было словно фейрверк. Я запустила руки под ее ночную сорочку. Она лишь ухмыльнулась сквозь поцелуй.