Я держу тебя

«Мне бы вылечить нас от взаимной простуды. Сколько лет можно жить в состоянии войны? Убери из-под ног стекла битой посуды, Я не буду просить белый саван взаймы...» Сурганова и оркестр, «Семь городов»

Вторая магическая война окончилась, и жизнь ее героев потекла своим чередом. Гарри Поттеру только первые несколько недель казалось, что время для него застыло в этой страшной смеси из раздирающей душевной боли, облегчения от того, что враг, наконец, повержен, и дикой пустоты от осознания, что он совершенно не представляет, как будет жить дальше. На самом деле, Гарри никогда особо не рассчитывал, что выживет после финальной битвы. Но судьба оказалась к нему благосклонна, и теперь герою предстояло сделать выбор своего жизненного пути. Однако, когда ты уже выполнил все свои «задачи максимум», а новых придумать так и не успел, бывает сложно в одночасье собраться с мыслями и решить, какой дорогой хочешь идти дальше. Гарри припомнил, что когда-то он мечтал стать аврором и, за неимением других идей, они с лучшим другом, Рональдом Уизли, подали документы в соответствующую академию. Наступил день зачисления. Оба молодых мага топтались в коридоре, ожидая результатов вступительных экзаменов. Рон немного нервничал, что может не пройти, а Гарри же воспринимал все происходящее совершенно спокойно. Нет, конечно, он не был уверен, что пройдет отбор. Просто для него жизнь на этом не заканчивалась. Именно этим утверждением он и подбадривал своего друга, когда в коридоре, среди остальных поступающих, вдруг возник Драко Малфой. - Не понял. А этот чего здесь делает? – Рон мгновенно позабыл о волнении и ощетинился на Малфоя. - Как и ты, жду результатов экзаменов для поступления в аврорскую академию. У тебя с этим какие-то проблемы, Уизли? - У меня-то никаких. А вот у тебя явно будут! Как ты вообще додумался поступать на аврора с прошлым пожирателя? - Уймись, Рон, - Гарри поспешил остановить перепалку, боясь, что она перерастет в драку. А такого его другу точно не спустят. – Это его право, пусть поступает куда хочет. - Гарри, он нам всю школьную жизнь кровь сворачивал. Как-то не хочется, чтобы и здесь началась та же песня! К облегчению Поттера, Драко проигнорировал слова рыжего гриффиндорца, не желая раздувать конфликт. Как раз в это время двери аудитории распахнулись, запуская толпу молодых людей для объявления результатов. Пожилой профессор с аккуратной седой бородкой, в серой министерской мантии поднялся на кафедру и, развернув свиток, стал зачитывать имена поступивших студентов. Список состоял всего из двадцати человек, при том, что желающих поступить в этом году было под сотню. Гарри и Рон терпеливо ждали, что профессор назовет и их имена. - …Мистер Рон Уизли… Гриффиндорец, чье имя было озвучено, громко выдохнул от облегчения. Гарри улыбнулся другу, потрепав его по плечу. - …Мистер Драко Малфой… Имя слизеринца шло следом, после Рона. Гарри обернулся, чтобы увидеть его реакцию. Парень сидел на два ряда дальше, слева от них. Услышав свое имя, Драко со вздохом прикрыл глаза. На его лице мелькнула улыбка, выражающая радость и благодарность высшим силам, что он умудрился поступить. Гарри задержал взгляд на этом выражении и, уже через секунду, встретился с серыми глазами, которые смотрели точно на него. Видимо, Малфой физически почувствовал, что на него глазеют. Поттер не нашел ничего лучше, чем улыбнуться и кивнуть бывшему школьному врагу, поздравляя его с зачислением. Тот сухо кивнул в ответ и отвернулся. - …Мистер Том Литлфут, мисс Сабин Кроссчайлд, мистер Гарри Поттер. Остальные могут быть свободны. Список имен быстро свернулся в рулончик и занял свое место на столе, пока разочарованные тем, что не поступили, волшебники покидали аудиторию. Когда в помещении остались лишь названные ранее будущие авроры, профессор начал свою приветственную речь. - Господа, позвольте поздравить вас с поступлением в высшую магическую академию на отделение аврората, учрежденное при Министерстве магии Великобритании министром Элдричем Диггори в 1737 году. Меня зовут Уоррен Финич и я являюсь ректором данного учреждения. В процессе обучения вам предстоит освоить такие основные предметы, как защита от тёмных искусств, травология, зельеварение, трансфигурация, курсы по маскировке, скрытому проникновению, подкрадыванию и слежке. Навыки, приобретенные на этих занятиях, являются основополагающими в работе авроров. Сразу предупрежу, что обучение здесь – не праздное времяпровождение. Вам придется проявить чудеса выдержки, моральной и физической стойкости, а главное – научиться доверять своим товарищам. И это не наша прихоть. Это то, что будет ежедневно спасать вам жизнь в вашей последующей работе. Тех, кто уже сейчас чувствует, что не сможет выполнять эти условия, я попрошу покинуть аудиторию незамедлительно! Ни один из студентов не шевельнулся, хотя Гарри и заметил на лице Рона тень сомнения. - Прекрасно. Тогда организационные вопросы. Завтра в девять утра состоится сбор новобранцев у главного корпуса академии. Вас распределят по комнатам в общежитии. С понедельника начнутся подготовительные курсы для тех, кто желает уже сейчас начать готовиться к семестру. Настоятельно рекомендую вам обратить на них внимание. Чем больше вы почерпнете на первом курсе, тем больше вероятность вашего успеха на практических миссиях, которые начнутся со второго года обучения. Всем удачи и всего доброго, господа волшебники! - Обучение перед обучением – это что еще за муть такая? – ворчал Рон, выходя вместе с Гарри из аудитории. - Не собираешься на них идти? По-моему, это будет полезно, учитывая, как мы учились (а вернее не учились) весь предыдущий год. - Тут ты прав, идти, наверное, стоит. Хоть поймем, с чем это вообще едят. А то, может и вовсе не понравится. Успею хоть документы подать куда-нибудь в другое место. Малфой демонстративно толкнул Рона плечом, проходя мимо. - Не успел поступить, как уже сбежать хочешь, а, Уизли? - Это мы еще посмотрим, кто первый сбежит, Хорек! Вообще не понимаю, как тебя сюда взяли! По тебе же Азкабан плачет! - Меня оправдали, чтоб ты знал! А это не считается. У своего дружка Потти спроси! Рон готов был кинуться на Малфоя и набить тому морду, но Гарри остановил друга. - Тихо, Рон, уймись. Малфой, вот зачем ты начинаешь? У тебя что, свербит где-то? Драко усмехнулся. - Ну как же? Мистер Финич ведь сказал, что мы должны доверять своим товарищам. Вот я и налаживаю контакт. Не дрейфь, Уизли, еще подружимся! Фыркнув, Малфой растворился в толпе других студентов. - Точно прибью этого гада белобрысого… - остывая, прорычал Рон. - А я даже рад, что он с нами, - неожиданно усмехнулся Гарри. Они с другом молча переглянулись и отправились домой.

***

Гарри не соврал. Он и вправду был рад, что Малфой собирается учиться с ними. Поскольку Поттер все еще пытался справиться с последствиями войны, которые оставили явный след на его психике, то герою магического мира были важны любые напоминания о его прежней нормальной жизни. А что могло быть более естественного и нормального, чем высокомерный и язвительный Драко Малфой? Как бы странно это ни звучало, но, похоже, школьный враг был одним из его самых светлых воспоминаний о довоенной жизни. К тому же была еще одна причина, почему Гарри так нравилась мысль об обучении в академии авроров вместе с Драко. Но в ней он боялся признаться даже самому себе. Корни ее уходили глубоко во времена шестого курса, когда Поттер, сам того не понимая, стал испытывать к слизеринцу весьма противоречивые чувства. В тот год он много времени провел, наблюдая за Драко. И чем больше наблюдал, тем больше понимал, что жалеет этого парня. Он видел, как тот страдает из-за своей участи, как на самом деле относится ко всему происходящему, и как упорно продолжает следовать своему «долгу», чтобы не погубить ни себя, ни свою семью. От всего этого у Гарри щемило сердце, но он злился, что чертов Хорек не может просто прийти к нему и попросить о помощи. Однажды эта злость все же вышла наружу, когда они столкнулись в туалете плаксы Миртл. И после того, как Поттер понял, что едва не убил Малфоя, в нем что-то изменилось. Может из-за чувства вины, может из-за страха, что Драко мог действительно погибнуть, но Гарри поймал себя на том, что его чувства к слизеринцу выходят далеко за пределы и ненависти, и симпатии. Это было чем-то другим. Чем-то разрывавшим сердце, выворачивающим душу. Оно заставляло храброго гриффиндорца в тайне даже от лучших друзей проникать в больничное крыло под мантией-невидимкой, как последнего труса. Оно заставляло сидеть там часы напролет, ожидая, очнется ли Малфой. И именно оно впоследствии было основной причиной, почему Гарри не смог улететь из горящей выручай-комнаты без Малфоя. Про себя Гарри называл это все состраданием и не более. Однако прекрасно понимал, что такого сострадания не испытывал больше никогда и ни к кому. И вот теперь, когда им снова предстояло вместе учиться, Поттер искренне надеялся, что они смогут преодолеть вражду, что царила меж ними всю школьную жизнь. В конце концов, своими поступками они оба доказали, что делить им больше нечего. На следующее утро после зачисления, все новобранцы толпились у главного входа в магическую академию. В руках у них были сумки с вещами, и все о чем-то негромко переговаривались. Ровно в девять часов к ним вышел высокий, еще довольно молодой мужчина в парадной алой аврорской мантии. - Доброе утро, курсанты! Меня зовут Дерек Ховстридженетт. Я буду вашим куратором. Обращаться ко мне можно по имени, так как фамилию еще надо научиться выговаривать, - послышалась пара смешков из толпы. – Так, вижу настроение хорошее. Идемте, я покажу вам комнаты! Толпа двинулась за своим куратором, а тот все продолжал вещать. - Под вашу группу отведено четыре комнаты. Изначально планировалось, что в каждой будет жить по пять человек, но, учитывая, что в наборе у вас две леди, придется оставить одну комнату в их полное распоряжение. Но парни ведь не против потесниться, верно? По примеру Хогвартса здесь тоже существовала общая гостиная, однако это было скорее место для официальных собраний, чем для дружеских посиделок. Четыре двери, находящиеся по углам комнаты, вели в предназначенные им спальни. В комнате вместе с Роном и Гарри так же оказались парень по имени Том, что учился с ними на факультете Когтевран, Энди – англичанин, обучавшийся в Дурмстранге и Каллеб – тоже выпускник Хогвартса, закончивший школу на год раньше, чем остальные, но не поступивший в академию из-за войны. Последнего, шестого соседа они ждали из расформированной четвертой комнаты, куда размещали девушек. Пока парни устраивались и знакомились друг с другом, дверь в комнату отворилась. Туда влетела шестая кровать с тумбочкой и заняла свое место у самого окна. Следом, неся свою сумку, вошел Драко. Его взгляд скользнул по соседям и остановился на Поттере и Уизли. - О… ну, разумеется. Слизеринец, демонстративно вздернув подбородок, прошел к своей кровати, тоже начиная разбирать вещи. - А это, парни, Драко Малфой с факультета слизерин. Сам он представляться не особо любит, - усмехнулся Гарри, пытаясь разрядить молчаливую атмосферу, созданную появлением нового соседа. - Уж кому бы об этом говорить, Поттер! – беззлобно фыркнул слизеринец, намекая на момент их знакомства, когда именно он, Драко, представился первым и протянул ему руку. - Так значит, Вы, ребята, все с одного курса? – весело заметил Энди, явно не зная истории их отношений. – Я слышал, как дружны студенты Хога. Вы все, наверное, друг другу как семья! Первым засмеялся Драко. - О да, определенно! - Ага, и в семье не без урода! – добавил Рон, косясь на смеющегося Малфоя, но тот даже не отреагировал. Подготовительные занятия, как и предполагал Гарри, были ориентированы, прежде всего, на повторение школьной программы. Почти все их сокурсники воспользовались советом ректора, и не стали игнорировать посещение этих курсов. Даже Малфой, который сдал все экзамены на «превосходно», ходил на нудные лекции их новых преподавателей. А по вечерам хладнокровный слизеринец пропадал в неизвестном направлении, возвращался только к отбою, и вид у него при этом был совершенно изможденный. Само собой, Гарри замечал его странное поведение, и это не могло его не беспокоить. Как выяснилось, не его одного. - Как думаешь, куда по вечерам убегает Малфой? – вопрос Рона Уизли застал Гарри совершенно неожиданно, когда тот повторял материал по травологии. - Ты тоже заметил? Думаешь, что он затевает очередную подлость? - Не знаю. Просто странно это. Я бы подумал, что он обитает у других сокурсников, потому что не хочет находиться в одной комнате с нами, так ведь Хорек ни с кем не дружит. Держится особняком, несмотря, что мы тут уже две недели плечом к плечу пашем. А ты видел его физиономию, когда он возвращается? Он будто мешок лимонов съел. - Так, может давай выясним, куда он ходит? - охотно предложил Гарри. Ему самому уже давно хотелось все разузнать, но Поттер боялся, что Рон сочтет его помешанным на Драко. - Что, снова будем совать нос не в свое дело, как в старые времена? - А что нам терять? Друзья переглянулись и улыбнулись друг другу. Оставалось лишь дождаться вечера, когда Малфой снова отправится по своим тайным делам. Как всегда, ровно в шесть вечера, Драко поднялся со своего места за общим столом, лениво сложил книги в ровную стопку, взял что-то из тумбочки и покинул спальню. Гарри и Рон сразу же засобирались следом. - Ребята, а Вы куда? Мы же хотели в картишки перекинуться! – удивился Том. - Простите, мы с Гарри уже договорились прогуляться с нашими друзьями. Ну, понимаете, скоро же учебный год. Надо повеселиться, пока есть время! - А… ладно, удачи! К тому моменту, когда они покинули комнату, Малфоя уже не было видно. - Ну, вот, пошпионили! Эх, Том, пристал же со своими картишками! - сокрушался Рон. - Спокойно. Я вычитал одно заклинание слежки в учебнике для авроров. Сейчас и проверим! Гарри шепнул что-то, махнул палочкой и на полу засветился зеленый след. - Отлично! – Рон радостно хлопнул друга по плечу. – Ты сегодня прямо Гермионозаменитель! Идем скорее! Парни шли точно по тому пути, что указывал им след от заклятья, и оказались перед дверью в тренировочную комнату. Гарри осторожно приоткрыл дверь и вошел первым, на всякий случай, сжимая в руке палочку. Рон протиснулся следом, готовый прикрыть друга, если нужно. Однако никакой опасности не было. Все, что они увидели – это Малфой, оттачивающий, по всему видимому, свои боевые навыки и физическую выносливость. Он применил специальное заклинание, от которого в него со всех сторон летели лучи проклятий, и Драко от них усердно отбивался. Услышав скрип двери, слизеринец резко обернулся, от чего получил заряд в плечо. Припомнив Моргану, он взмахнул палочкой, и тренировка прекратилась. - Ну, и чего надо? – он зло сверкнул глазами в сторону молчащих Гарри и Рона. - Прости, что мы тебе помешали. Мы просто… - Просто в очередной раз решили поиграть в шпионов, Поттер? Думал я снова к исчезательному шкафу бегаю? - Не кипятись, Малфой, ты сам виноват, - встрял Рон. – Ходишь мрачный, как дементор, исчезаешь в неизвестном направлении… - Мы просто беспокоились о том, что с тобой происходит. У любого от таких частых отлучек фантазия разыграется. - А подойти и спросить Вы не пробовали, умники? - А ты бы ответил? – парировал Гарри. - Уже не узнаешь. Свалите оба, мне надо заниматься. Рон сразу же направился к двери, а Гарри задержался. - Зачем это тебе? - А что тебя удивляет? Со следующей недели начнется настоящая учеба. Там уже безобидными лекциями не отделаешься. Постоянные тренировки, физические нагрузки, упражнения с палочкой и без... Вы с Уизли может и достаточно для этого подготовлены, а вот я – нет! А вылететь мне отсюда как-то не очень хочется! На несколько долгих секунд повисла глухая тишина, которую решился нарушить Рон. - Малфой, так может вместе? - Чего вместе? – Драко даже отступил на шаг. - Ну, тренироваться, говорю… Все веселее, чем одному здесь каждый вечер с ума сходить. Да и нам с Гарри не помешает форму поддержать! Поттер удивленно уставился на друга, пока тот говорил, а потом перевел взгляд на Драко и уверенно кивнул. Малфой смотрел на гриффиндорцев с опаской. Конечно, лучшим ответом сейчас было бы послать обоих придурков с их благородными порывами, но Драко действительно жутко устал от одиночества. За две недели пребывания в академии, он едва ли разговаривал с кем-то дольше двух минут. Единственным источником общения были письма матери, но этого было катастрофически мало. - Это общественное место. Можете заниматься, если хотите. Я не буду против компании. Гарри усмехнулся. Это на языке Малфоя означало «да». Недолго думая, оба парня достали свои палочки. - Врубай свое заклинание, Малфой!

***

Начался учебный год, и, как и предполагал Драко, курсантов действительно стали муштровать, словно солдат. Им приходилось много заниматься и умственным трудом и физическим. Нагрузок им вполне хватало, но Драко упорно продолжал тренироваться по вечерам. Гарри казалось, что он работает на пределе своих возможностей и беспокоился, как бы упорный Хорек не подорвал этим свое здоровье. Но высказать свое мнение вслух Поттер так и не решился. Он знал, что услышит в ответ что-то вроде: «если ты такой слабак, Потти, то можешь просто не приходить». Потому, каждый раз, когда Драко лениво предлагал им с Роном отправиться на тренировку, Гарри молча поднимался и топал с парнями в зал. Надо сказать, совместные занятия и вправду хорошо подействовали на отношения этой троицы. Конечно, друзьями их назвать было нельзя, но парни хотя бы стали общаться. Они могли вместе разбирать боевые приемы, обсуждать учебные вопросы, но разговоры на личные темы все еще оставались под запретом. Без язвительных подколок со стороны Малфоя, конечно, не обходилось, но они стали совершенно беззлобными. Даже Рон стал воспринимать их более чем адекватно и даже умудрялся достойно отвечать слизеринцу. Удивительно, но Рон вообще нашел общий язык с Малфоем куда быстрее, чем Гарри. Как Поттер ни старался быть дружелюбным и открытым, но со стороны Драко вечно натыкался на ледяную стену. Это бесило. Гарри даже ловил себя на том, что начинает завидовать Рону. Или может, общаться с Малфоями – привилегия чистокровных волшебников, и никак иначе? В выходные курсантам позволяли покидать академию. Гарри и Рон обычно проводили их в Норе, куда приходила и Гермиона. Их роман с Роном был в самом разгаре, и наблюдать за ними было одно удовольствие. Поттер посмеивался, видя безуспешные попытки друзей уединиться хоть на минуту в этом большом шумном доме. Иногда все трое ходили навестить Андромеду Тонкс и малыша Тедди. Гарри был очень привязан к мальчику, ведь это был сын его друзей. В каком-то смысле он чувствовал себя ответственным за смерть родителей Тедди. Он даже пару раз заговаривал с Андромедой о возможности взять над малышом опеку. Пожилая женщина не давала согласия, но и категорического отказа Гарри от нее тоже не слышал. Тонкс считала, что разумнее будет сначала окончить аврорские курсы, получить работу, а после уже говорить об опеке, и Поттер с ней соглашался. Одним ноябрьским пятничным вечером, после очередной тренировки, парни вернулись в комнату. Никого из соседей не было, так как те уже, видимо, отправились проводить время с друзьями и близкими. Конечно, ведь только им из-за тренировок Малфоя приходится торчать здесь даже в вечер пятницы. - Ну что, Рон, завтра в Нору? Рон виновато посмотрел на Гарри. - Ну, эм… вообще-то… ты же знаешь, нам вчера дали стипендию? Я собирался пригласить на свидание Герм. Ты не обидишься? Мы давно хотели побыть вдвоем, а тут как раз есть возможность сводить ее куда-то…Но ты можешь пойти в Нору один, ты же знаешь, наши тебя примут, как родного! - А, нет, все нормально! Я все понимаю. Здорово, повеселитесь там завтра! – Поттер искренне был рад за своих друзей. – Я придумаю, как провести выходной! Рон облегченно вздохнул. - Ты настоящий друг! Прости, что не сказал раньше. Я и сам до последнего не знал, получится ли. Так, парни, тогда я на совятню. Надо отправить письмо Гермионе! Уизли скрылся за дверью, оставляя Гарри и Драко одних. - Ну, а у тебя какие планы на выходные? Малфой смерил Поттера удивленным взглядом. - Не твое дело. Ты же не думаешь, что я буду составлять тебе компанию вместо рыжего? - Да куда уж мне, убогому! – Гарри зло фыркнул и подошел к своей кровати, чтобы собрать вещи на выходные. – А вот Рону, наверное, составил бы. Драко, занятый тем же самым, обернулся к гриффиндорцу и с усмешкой стал его разглядывать. - Потти, это что, ревность? - Это факт, Малфой! – Гарри надеялся, что Драко не заметит, как горит его лицо. – Чем вот я тебя не устраиваю? Что такого ты не можешь простить мне, что простил Рону? Взгляд Драко стал каким-то грустным и задумчивым. - Да всем ты меня устраиваешь, балбес, - беззлобно ответил слизеринец, возвращаясь к своим вещам. Гарри не знал, как расценивать такой ответ, потому решил еще раз попытать счастье. Хуже все равно не будет, правда? - Кстати, я собираюсь навестить твоего племянника. Тедди Люпина. Помнишь про такого? - Сын Тонкс, - припомнил Драко. – А что с ним стало? Я как-то не интересовался его судьбой. - Живет с Андромедой. Мы с Роном и Гермионой иногда навещаем его по выходным. Подумал, вдруг, ты тоже захочешь… Повисла тишина. Спустя минуту молчания, Драко все же ответил. - А может и захочу. Во сколько? Поттер захлопал глазами, соображая, не ослышался ли он. - Думаю, часа в три. Он, как раз, проснется. - Хорошо, завтра в три. Встретимся у главного входа в академию. А сейчас мне надо домой. Взяв свою сумку, Малфой быстро покинул комнату, оставляя Гарри сидеть в одиночестве и переваривать сказанное.