Клонизация

Шрам резко распахнул глаза. Он обнаружил, что лежит на твёрдом, плиточном полу в маленькой квадратной комнате с железными стенами и потолком. Голова Шрама слегка кружилась, его немного тошнило. Шрам оглянулся по сторонам, и заметил своих братьев, лежавших чуть подальше от него. Радостный, но в то же время напуганный, Шрам начал подбегать к каждому из них. Сердца бились, дыхание было. Шрам готов был плакать от счастья. Он был уверен, что навсегда потеряет их. Скорее всего, они просто уснули под действием газа, как и их лидер. Скоро должны проснуться. Шрам решил ещё раз осмотреться. Периметр комнаты был равен примерно 16-ти метрам. Не было никаких окон, входа или выхода. Просто голые стены. На потолке была небольшая лампа, которая, однако давала хорошее освещение. Никакого оружия не было. Бита, трость Перца и шпага Эля исчезли. Хотя, Шрам бы больше удивился, если бы Диктор оставил оружие при них. Все последние произошедшие события начали медленно возвращаться в голову Шрама. Он уселся на пол и сосредоточенно куда-то уставился. Они проникли в логово Диктора. В белую зону. Затем у Шизо случился припадок. Их поймал Диктор. А затем… Шрам вновь обратил свой взгляд на клонов. Среди них всех до сих пор не было Флеша. Вдруг, Шрам услышал чьё-то тяжёлое дыхание. Он посмотрел в сторону его источника и обнаружил, что это был Шизо, который тоже только что проснулся. Он оглядывался по сторонам. На его лице читалась паника, но в то же время удивление. Потом его взгляд упал на Шрама. Шрам подошёл к Шизо, и просто присел рядом с ним, не говоря ни слова. Шизо смотрел на него дрожащими глазами. Затем, ничего не сказав он крепко обнял Шрама, уткнувшись носом в его красную, пыльную жилетку. Шизофреник плакал. Шрам почувствовал приятное тепло, окутавшее всё его тело. Он нежно приобнял Шизо в ответ, поглаживая его по спине. Спустя некоторое время начали просыпаться остальные клоны. Следующим проснулся Эль. Он удивлённо уставился на Шрама и Шизо. Какое-то время он просто был в шоке, а затем дрожащим, радостным голосом воскликнул чуть ли не на испанском: – Hermanitos (Братцы)! Как же я рад! Затем проснулись Джеймс, Пустыня, Перец и Боец. Джеймс слегка стеснялся показывать свои чувства братьям, однако счастливую улыбку ему не удалось скрыть. Перец же так и излучал позитив. У Пустыни, наверно, была самая спокойная реакция, однако рад он был не меньше других. Боец же выразил свои чувства немного иначе, подарив каждому клону крепкие объятия. Когда клоны осознали, что Флеша среди них не было, то все позитивные чувства переместились на второй план. Радость исчезла, сменившись печалью. – Нам следует начать выбираться отсюда. – заметил Джеймс. – Да? Тогда вперёд Джей, покажи нам класс, как сбегать из замкнутых железных камер, в которых даже дверей нет! – наигранно попросил Перец. Джеймс успешно проигнорировал слова Острого, сам понимая, что сбежать отсюда на данный момент было действительно невозможно. – Значит, голоса Шизо были правы. – заметил Пустыня. – Зря мы сюда пришли. Парни просидели ещё несколько минут, прежде чем услышали уже знакомый голос. Голос, который мог запросто вызвать у них сердечный приступ. – Так, вы все уже проснулись. – голос Диктора звучал во всей комнате. Он уже не был таким спокойным и издевательским, скорее усталым и немного встревоженным. – Я понимаю, что вы все напуганы, однако сейчас я прошу вас взять себя в руки и не вести себя… Агрессивно. Я не причиню вам зла. Прежде, чем клоны успели осмыслить услышанное, с комнатой начало происходить что-то действительно странное. Стены и потолок просто стали исчезать. Словно, они растворялись. Сначала растворился потолок, затем потихоньку стены. Клоны столпились в центре исчезающей комнаты образовав кольцо, к центру которого каждый стоял спиной. Это была боевая позиция, в которой парни были готовы отражать атаки со всех сторон. Клоны удивились, когда увидели то, что находилось за стенами их комнаты. Всё это время они продолжали находиться в белой зоне. То подобие комнаты, в котором очнулись все клоны, было симуляцией, которую белая зона воссоздала. Во время большинства экспериментов, которые проходили над клонами в этой зоне, она создавала множество таких симуляций, под управлением Диктора. Когда потолок и стены полностью исчезли, то Шрам заметил четырёх людей, стоящих в нескольких метрах от клонов. Одним из них был Флеш, удручённо смотрящий на своих собратьев. Оставшиеся три были невероятно похожи друг на друга, с одинаковым, блондинистым цветом волос, и более-менее похожими причёсками. Двое из них были парнями, которым на вид можно было дать 18. Один был чуть выше второго, в чёрной водолазке и серых джинсах. Другой же был одет в фиолетовый свитер и чёрные джинсы. На нём так же были одеты прямоугольные очки. Парни были примерно одного возраста с клонами. Между ними же стоял мужчина 30-ти лет, по сути являвшийся их более взрослой копией. На нём был серый свитер, белый лабораторный халат и простые чёрные джинсы. На лице были очки. Томас посмотрел на революционеров. – Я предполагаю, вы и сами знаете кто я? – спросил он. Шрам ничего не понимал до тех пор, пока Томас не заговорил. Какое-то время он просто стоял, и пялился на него, ведь он никак не мог поверить, что это тот самый Диктор. Остальные же были удивлены ничуть не меньше их лидера. – Ты… - до Шрама начало доходить всё. Он ещё раз взглянул в лицо Диктора. Глаза лидера вспыхнули красным пламенем. Лицо его исказилось от переполняющей ярости. – Ты ответишь за всё, грязный садист! Без раздумий Шрам бросился на Томаса, движимый лишь желанием отомстить. Он был готов вцепиться в его горло, но что-то пошло не так. Когда Шрам был уже в метре от своей цели, то он краем глаза заметил, как поднялась в воздух рука одного из светловолосых парней. В итоге что-то мощное и невидимое оттолкнуло его назад. Шраму удалось различить в воздухе между ним и Томасом едва заметные колебания, которые являлись той преградой, что оттолкнула его. – Что за… – Шрам был поражён. – Угомонись, или я буду вынужден погрузить вас в сон ещё на несколько часов. – голос Диктора оставался таким же спокойным и непринуждённым. Шрам понял, что сейчас он бессилен. Его враг стоял прямо перед ним, но Шрам ничего не мог сделать. – Что ж, наверно, мне стоит повториться? Я не причиню вам зла. – сказал Томас, рассчитывая хоть немного успокоить клонов. – Тогда отпусти Флеша! – воскликнул Шрам. Царила тишина. Томас повернулся к Флешу. Тот лишь кивнул, и неспеша направился к своим собратьям. Колебания в воздухе ненадолго исчезли, давая бегуну пройти к своим. Флеш уже говорил на эту тему с Томасом. Он не хотел признаваться своим братьям, что всё это время работал на их врага. Однажды, когда всё уляжется, Флеш это им скажет. Но пока что рано. Флеш встал рядом с клонами, пытаясь изображать такое же напряжение на своём лице, какое оно было у его братьев. – Тебя сильно мучали? – испуганно спросил Шизо у Флеша. – Как ни странно, вообще не мучали. – Флеш добродушно ему улыбнулся. – Хорошо, теперь вы верите мне? – любезно спросил Томас. – Допустим. – ответил Шрам. – В таком случае, нам предстоит долгий разговор. – заключил Том. – Следуйте за мной. Я расскажу вам кто я, зачем делаю эксперименты и что стало с остальными вашими «собратьями». И да. – добавил он ко всему прочему. – Если вы предпримете попытку напасть на меня, или на кого-нибудь из моих подопечных, то ничем хорошим это для вас не кончится. Томас развернулся, и пошёл в направлении к выходу из белой зоны. Клонам ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. Они также настороженно посматривали на тех светловолосых парней. Тот, что был в чёрной водолазке время от времени поглядывал на революционеров позади Тома. Вероятно, чтобы быть готовым к возможному нападению со спины. Шрам заметил, как Томас стал доставать из кармана халата странное устройство, чем-то похоже на пульт. Но прежде, чем красноглазый успел что-либо предпринять, Диктор уже нажал на одну из кнопок. Клоны были шокированы, когда окружающая их белая зона начала сменяться лесом. Плиточный пол покрылся из неоткуда появившимися травой и мхом, а вокруг выросли высокие сосны. Шрам задрал голову вверх и обнаружил, что вместо бесконечной белизны было синее небо, усеянное кучами облаков. – Я полагаю, лес лучше пустой зоны симуляций? – спросил Томас, не поворачиваясь к клонам. – Зоны симуляций? – удивлённо спросил Перец. – Да, зона симуляций, или белая зона, как вы её называете. Может воспроизвести в своих стенах симуляцию чего угодно. Конечно, изнутри ей не очень удобно управлять… Но давайте всё по порядку. И Том начал свой рассказ. – Для начала я представлюсь. Моё имя Томас. Я учёный и владелец здания в которым мы сейчас находимся. Кстати, не единственный. – Томас немного помолчал. – Вы ведь знаете, что вы клоны? – Догадывались. Это, довольно очевидно, хотя всё равно удивительно. – ответил Джеймс. – Что ж, вас должно быть интересует, кто ваш оригинал. Его звали Роберт. Мы с ним были старыми друзьями, оба невероятно одарённые люди. Я знал его ещё с детства. Мы поняли, что таким людям как мы, следует объединяться для достижения больших высот. Поэтому, после окончания обучения мы основали компанию «БобСок», собравшую в своих стенах лучшие умы человечества. Мы сейчас, кстати, находимся в одном из научных центров этой компании – БобСоке. Наша компания стала «двигателем науки» во всём мире, и продолжала быть им до тех пор, пока не случился один инцидент. – продолжал Томас. Клоны шли за ним, удивлённо слушая его рассказ. Зоне симуляций удалось передать даже хвойный запах, стоявший вокруг. – Роберт изобрёл машину, которая могла в корни изменить жизнь человечества. Он назвал её «Икс». Согласно его затее, изобретение могло наделить любое существо любыми свойствами и способностями, какими бы сказочными эти способности ни были. – Томас обернулся, чтобы убедиться, что его слушают. Клоны выглядели довольно растерянно, но было видно, что они внимали каждому сказанному Томом слову. – Долгое время Икс тестировали на животных из-за возможных проблем. Роберт готовился к очередному тесту, и когда он попытался включить машину, используя панель управления, что-то пошло не так. Икс не включался, и я пошёл проверять всё ли с ним в порядке. Забыл сказать – Икс выглядел как закруглённая металлическая арка, высотой примерно в 3 метра, закреплённая на платформе из того же материала. Кроме того, Икс находился довольно далеко от панели управления. Я собирался посмотреть на состояние Икса в целом, оно отображалось на дисплее во внутренней части машины. Мне пришлось встать прямо под центром арки, чтобы открыть внутреннюю часть Икса. Но, похоже с ним творилось что-то действительно странное, потому что прежде чем я успел что-либо сделать, он резко включился. Потом выяснилось, что машина была невероятно перегружена по каким-то причинам, и я даже не знаю, что бы случилось со мной, если бы не Роберт. Икс перестал быть управляемым, я не знал этого и не успел бы вовремя сойти с платформы. Я не слышал, что мне кричал Роберт из-за сильного гула машины, и поэтому ему оставалось лишь бежать ко мне, и вытолкнуть меня из поля действия Икса в самый последний момент, самому оказавшись на моём месте. Я смотрел, как Роберт впитывал в себя десятки различных способностей, прежде чем Икс не выдержал, и взорвался. А потом… Я видел перед собой чудом уцелевшего Роберта. Сотни способностей, которые он получил сильно воздействовали на его рассудок, из-за чего тот потерял разум. Какое-то время мы просто смотрели друг на друга, прежде чем Роберт куда-то телепортировался, оставив меня одного. Я понимал, что мне нужно было найти Роберта, по многим причинам. Обезумев, он мог использовать свои способности как угодно, к тому же никто даже не знал его планов. Долгое время я искал его по всему миру. Так продолжалось до тех пор, пока я не нашёл его убежище. Чудом, мне удалось усыпить его, и перевести сюда. По моим расчётам, он успел получить 394 способности. Но всё не так просто. Изначально, я хотел просто лишить Роберта этих способностей, клонировав его, и перенеся их в 394-ёх клонов. Однако, теперь я выяснил, что это может негативно на нём отразиться. Если я лишу его сразу всех способностей, его тело не выдержит, и Роберт погибнет. Если буду отделять от него по одной способности, с небольшим временным интервалом, то он не погибнет, однако всё равно не сможет выйти из комы, в которой находится сейчас. За такое долгое время способности успели стать частью Роберта, и их исчезновение в любом случае приведёт к тому, что Роберт ослабнет, и никогда не проснётся. Тогда, я пришёл к выводу, что единственный способ спасти Роберта это заново собрать Икс, и использовать его на себе, чтобы получить необходимые способности для помощи Роберту. Но, схему Икса знал лишь он сам. Следовательно, есть шанс, что при клонировании, вместе со способностью одному из 394-ёх клонов может передаться и схема Икса. Уже около месяца я действую по этому плану. Я клонирую Роберта каждый день, создавая по одному клону. Я ставлю над ними «эксперименты» в этой самой белой зоне и… – И убиваешь их? – злобно спросил Шрам. – Довожу их до стрессового состояния. Заставляю их очень сильно нервничать. – нервно ответил Том. – После этого я проверяю их на наличие схемы Икса, и отпускаю. – В смысле? На все четыре стороны? – спросил Боец. – Нет, это было бы невероятно глупо и безответственно. Люди не знают, чем я здесь занимаюсь, и я вынужден держать всех клонов в стенах этого здания. – Но зачем нужны эксперименты? Ты не можешь проверять клонов без них? – не веря спросил Пустыня. – И каким образом ты проверяешь клонов? Наносишь им вред? – продолжал Шрам. – Во-первых, если клоны не будут прибывать в стрессовом состоянии во время проверки, то её результаты могут оказаться неточными. То есть, я могу случайно пропустить нужного клона. Во-вторых, я не сказал, но Роберт немного опоздал, когда хотел спасти меня. Икс начал действовать раньше, и я тоже успел получить несколько способностей, одной и которых было чтение мыслей. И эта способность значительно облегчила нам жизнь, ведь в противном случае, мне, быть может, пришлось проверять вас на наличие схемы несколько другим, более жестоким путём. – сказал Томас. – Значит… Все клоны живы? – сомневаясь спросил Шизо. – Все до единого. – Но погоди-ка, этого быть не может! – воскликнул Шрам. – Я был в зоне симуляций много раз, и в каждый ты угрожал какому-нибудь клону смертью. Более того, однажды я был в одной из симуляций, в горящем здании. Во время эксперимента клон застрял в раскалённом лифте, и не мог выбраться. Я слышал его крики, пока пытался голыми руками раздвинуть раскалённые железные двери! Как он мог, по-твоему, выжить? – Во время каждого эксперимента работает специальная система, защищающая клонов от физических повреждений. – ответил Том. – В тот раз она создала нечто вроде защитного поля вокруг клона, которое спасло его от огня. К сожалению, если в зоне симуляций находятся несколько клонов, то система будет работать только на одном из них. Так что, тебе не очень повезло, и ты получил ожоги. – А как же тот, вокруг которого взорвалось множество фейерверков? – не верил красноглазый. – То же самое. Система защиты и на нём сработала. Но тебе опять досталось, Первый, не так ли? Ты хоть видишь левым глазом? – поинтересовался Томас. Шрам ответил лишь презрительным взглядом. – Да и вообще, хотите, я могу рассказать про эксперименты каждого из вас? – продолжил Диктор. – Ты, Первый, по идее должен был во время своего надышаться горчичным газом. Но я тогда солгал. Если бы ты не сбежал, то узнал, что это вовсе не горчичный газ, а усыпляющий. Проснулся бы уже проверенным, у меня в кабинете. Ты, 12-ый – Томас повернулся к Флешу – ты немного сорвал свой эксперимент. Во время него тебе удалось открыть свою способность, полученную от Роберта. И ты в итоге тоже убежал. – Флеш сам просил Томаса вести себя так, словно 12-ый с самого начала был одним из революционеров. – И ты, 20-ый, тоже сбежал преждевременно. – Я успел получить в глаз во время своего эксперимента! – недовольно вскричал Боец, показывая на свой почти заживший синяк. – Да, но это не смертельно. Время от времени, мне всё же приходится наносить клонам небольшой урон, чтобы те воспринимали всё происходящие во время эксперимента серьёзно, и их страх не был поддельным. – вздохнул Томас. – Уверяю, что синяком всё бы и ограничилось. – И со мной тоже самое?! – негодующе воскликнул Перец. – Дал мне отведать кусок какого-то чертовски острого перца, во рту потом весь день жгло! Это чтобы я всё серьёзно воспринял? – Именно так. Не какого-то там, а кайенского перца. – невозмутимо ответил Том. – Однако и ты сбежал во время эксперимента. Тебе, 22-ой, похоже, повезло больше всех. – Томас обратился к Пустыне. – Ты должен был провести в симуляции пустыни около двух часов. Но твои братья пришли за тобой уже через пол часа после начала эксперимента. Немного иначе случилось с тобой, 23-ый. – Это я? – не понял Эль. – В эксперименте, тебе предстояло стать тореадорам, и принять участие в корриде. Но из-за твоей находчивости, и умения владеть шпагой, мне пришлось приостановить эксперимент, дабы заменить некоторое оборудование, пришедшее в негодность по твоей вине. За это время тебя уже тоже успели забрать. – А что должно было произойти со мной, во время моего эксперимента? – спросил Шизо, похоже, начавший верить Томасу. – С тобой? Понимаешь, 29-ый, ты немного особенный. Отличный от остальных. Поэтому, на тебе я собирался провести психическую атаку. Ты болен шизофренией, как я считаю. Возможно, это и есть твоя способность, или свойство. Потому, я решил просто рассказывать об этом заболевании во время эксперимента, описывая его признаки и последствия, которые ты мог наблюдать у себя. Но у тебя случился припадок, и я снова был вынужден остановить эксперимент. В итоге тебя тоже забрали братья. – А что ты скажешь на мой счёт? – спросил Джеймс. Он показал на свои протезы. – Ты хотел показать мне, как всё серьёзно, убив меня? В глазах Джеймса читались ненависть и презрение. В эксперименте он играл роль агента, чьей задачей было обезвредить ядерную бомбу. После неудачи он должен был сесть в машину, и уехать с места взрыва, однако, и в нижней части машины была встроена бомба-таймер. Шрам был рядом, и ему удалось вытащить Джеймса из-под обломков взорвавшейся машины. На складе, в котором укрывались революционеры, после нескольких мучительных часов борьбы за жизнь, удача всё же повернулась лицом к агенту. Без руки и ноги, он продержался целый день, пока Шрам корпел над протезами. Джеймс пережил операцию по их вживлению, с отсутствием наркоза, и единственное обезболивающее, которое было при нём, были лишь подбадривающие слова братьев, не отходивших от него во время операции. Томас остановился. Все остальные тоже. Джеймс продолжал презрительно смотреть ему в затылок. – Это была случайность. Мне очень жаль. – Томас даже не повернулся. Джеймс молчал. Множество слов вертелись у него в голове, но он так и не высказался. Шрам положил руку ему на плечо, пытаясь подбодрить брата. Дальше все шли в тишине. Пока её не прервал Эль. – Так, значит ты уже проверил нас всех? – спросил он. – Это всё? Мы сможем увидеться с остальными клонами? – Конечно. Именно к ним я вас и веду. Но… Тебя, 29-ый, мне проверить не удалось. – сказал Томас. – Из-за твоей особенности. Но мы ещё позже поговорим с тобой об этом. – Не смей его мучить. – зашипел Шрам. Ещё спустя некоторое время, Шрам спросил: – Если ты можешь читать мысли, то почему ты сразу не прочтёшь их у Роберта? – Потому что его разум закрыт для меня. Он сопротивляется. Несмотря на то, что тело Роберта сейчас спит, его мозговая активность повышена. Проще говоря, его мозги ещё работают. Роберт понимает, чего я добиваюсь, и противится этому. Более того, он скорее всего не переживёт моё вмешательство в его разум. – Том. – голос поднял блондинистый парень в фиолетовом свитере. Он звучал недовольно. – Ты, кажется, забыл рассказать о нас. – Точно, Уильям. – Томас обратился к клонам. – Как я уже сказал ранее, я тоже получил несколько способностей из-за Икса. Чтобы избежать участи, которая постигла Роберта, я был вынужден клонировать себя, и распределить способности между своими клонами, оставив себе лишь чтение мыслей. Всего, у меня есть три копии, две из которых вы можете наблюдать сейчас. Уильям, – Том указал на парня в свитере. – и Ричард. – затем на парня в чёрной водолазке. Группа наконец покинула зону симуляций. Все прошли по одному из серых коридоров, и остановились у лифтов. – В этом БобСоке 15 этажей, но клонам разрешено находиться лишь на этажах с 14-ого по 10-ый. – сказал Том. Вы можете перемещаться по ним как по лестнице, так и по этим лифтам. Хочу обратить ваше внимание на то, что тот, что справа, на работает. Лифтов долго ждать не пришлось. Когда средний и левый лифты приехали, Томас велел Ричарду взять часть клонов и поехать на левом, в то время как он с остальными поедет на среднем. После этого клоны прибыли на 10-ый этаж. По словам Тома, это была столовая, где как раз сейчас все должны были собираться на обед. Шрам не верил. Он продолжал думать, что всё, что он услышал была лишь наглая ложь, а всё, что его окружало – было лишь симуляцией. Огромное количество информации, вылившейся на него так внезапно, просто никак не могло уложиться у Первого в голове. Из-за этого всё происходящее казалось ему неестественным. Он уже привык к той жизни на складе вместе со своими братьями, жизни пропитанной тайнами и горестью. Когда они должны были проникать в зону симуляций, и пытаться спасать своих собратьев, которым, оказывается, и не нужна была их помощь. Но мысли Первого прервали восторженные возгласы братьев. Шрам поднял голову и обнаружил, что они находились в просторном светлом зале. В нём стояло множество вытянутых прямоугольных столов, за которыми сидели группы клонов. Шрам замер. В помещении было не меньше 20-ти его собратьев. Большинство было одето в белые рубашки, некоторые – в стандартные водолазки, и серые джинсы. У каждого на одежде был прикреплён бейджик с номером. – Сейчас у всех обед, поэтому я привёл вас в столовую. Присаживайтесь за этим столом. – Томас указал на один такой вытянутый стол. Когда Шрам садился, он заметил, что все остальные клоны очень заинтересованно на них смотрят. Красноглазый оглядел себя. Конечно, всё дело в его необычном виде! Джеймс тоже уже было хотел сесть за стол, но Томас подозвал его к себе, к выходу из столовой. – 26-ой, подойди пожалуйста. – окликнул он агента. Джеймс молча подошёл, не смотря Диктору в глаза. – Я не хотел говорить это тогда, при Первом, - начал Томас. – но он тоже причастен к тому, что ты пережил. – Что? Каким образом? – Джеймс удивлённо уставился на Томаса. – Как я и говорил, во время экспериментов работает система, оберегающая клона от серьёзных физических повреждений. Но, она может работать лишь на одном клоне. Во время твоего эксперимента, Первый тоже находился в зоне симуляций, из-за чего, система дала сбой. Во время этого сбоя она приняла Первого за тебя, и защищала его, когда защита нужна была тебе. Джеймс помолчал. Сейчас ему и так было трудно соображать, учитывая, что происходит вокруг. Немного подумав, он спросил: – Так значит, Шрам виноват в том, что я частично лишился конечностей? – К сожалению, да. – Благодарю, что не сказал этого при нём. – неуверенно сказал Агент. – Я могу идти? – Да. – Томас покинул столовую. Джеймс удручённо присел рядом с остальными. Шрам заметил его настрой. – Джей, всё в порядке? Агент посмотрел на него, пытаясь выглядеть как можно спокойнее. – Да, порядок. – Сколько же здесь наших! – воскликнул Перец. Его восторгу не было границ. Он бесконечно вертелся на своём месте, пытаясь заглянуть в лицо каждому клону. – Угомонитесь. – сурово сказал Ричард. Революционеры удивлённо уставились на него. До этого он всё время молчал. – Том велел мне приглядеть за вами, пока не придут проводники… – Что за проводники? – без колебаний спросил Перец. Ричард тоже уселся за стол. Он выглядел довольно серьёзным, но в то же время спокойным. Откинувшись на спинку стула, он ответил: – Проводники или гиды – клоны, что решили взять на себя обязанность помогать новичкам осваиваться. Они рассказывают, что где находится, куда во сколько идти и прочие важные вещи. – А ты разве не будешь нашим проводником? – спросил Эль. – Хах, нет конечно! Я должен смотреть за остальными клонами. – Долго ещё их голодом морить будешь? – к столу подошёл парень с каштановыми волосами и в белой футболке. На его бейджике был номер 30. – А вот и проводник! – обрадовался Ричард. – Хельсинг, вы с Софией сможете присмотреть за этой восьмёркой? – Без проблем, Рик. Можешь идти к своим. – ответил Хельсинг. Ричард встал, освобождая место проводнику и довольно направился к соседнему столу, за которым уже сидели Уильям и ещё один блондин. Хельсинг сел, с интересом изучая его новых подопечных. Шрам, до этого подозрительно приглядывающийся к Хельсингу, внезапно осознал, что с ним было не так. Неужели это был тот самый клон, который… – И так… - начал Хельсинг, но его прервал радостный девичий возглас. – Хельс, я принесла еду! – к столу, держа в руках две тарелки, приблизилась молодая, рыжая девушка. Она была одета в светло-красную толстовку и голубые джинсы. Её рыжие волосы развивались, а глаза сияли. Заметив революционеров, она удивлённо посмотрела на них, а потом восхищённо повернулась к Хельсингу. – Хельс, это что, те самые?! – воскликнула она. – Да, конечно… – Хельсинг растерянно посмотрел на Шрама. – Прошу прощения, вы у нас просто как живая легенда. Все вами восхищаются. – Правда? – удивился Пустыня. – Да. Восемь клонов, которые ошибочно восприняли всё иначе, сбежали со своих экспериментов, и пытались организовать восстание против Тома, не так ли? – Верно. Диктор рассказал вам всё? – шокировано спросил Шрам. – Нет, не совсем. Это Рик и Феликс проболтались. Вы ведь знаете, кто они? Что Томас вообще успел вам рассказать? – Ну… Он рассказал про Роберта, эксперименты, схему Икса, чтение мыслей, способности… В общем, рассказал предысторию. Ещё мы знаем, что нам придётся жить здесь, пока схема не будет найдена. – рассказал Шизо, пытаясь вспомнить как можно больше. – Хорошо, тогда… тогда… - Хельсинг пытался собраться с мыслями. – Вы наверно голодные? – поинтересовалась девушка. – Пойдём, возьмём вам еды, а за едой и поговорим. – Да, хорошая идея. Это, кстати, Соня, или София, другими словами. Мы с ней вместе работаем проводниками. – добавил Хельсинг. Соня объяснила, что для того, чтобы получить еду, нужно было совершить ряд простых действий. Сначала, нужно было подойти к столику, на котором стояли тарелки, и взять одну. После этого нужно встать у окошка в стене, отделяющей от зала кухню, и отдать тарелку, стоящему за окном работнику. Через несколько секунд можно было получить тарелку обратно, но только уже с едой. Последним шагом было взять с того же столика столовые приборы. Столовая, по сути, делилась на два помещения – зал для приёма пищи, и кухня, в которой пища готовилась. Стена с оконным проёмом лишь отделяла одно помещение от другого. Следуя инструкциям, Шрам взял белую пластиковую тарелку для супа, и подошёл к окну первым. За ним, как его хвост, выстроились остальные революционеры. Конечно, Шрам и сам немного нервничал, однако, он должен был показать своим братьям, что никакой опасности нет. У противоположной стороны окна Первый заметил молодую, довольно странную на его взгляд девушку. Её веки были полностью покрыты чёрной тенью, а в правой брови был пирсинг. Чёлка из чёрных, немного подкрашенных розовым волос, закрывала левую часть лица. Остальные волосы были собраны в пучок на затылке. Вся её одежда, то есть футболка, капроновые колготки и джинсовые шорты были в мрачных тёмных тонах. На ногах были кеды чёрного цвета. Шрам, конечно, никогда раньше не встречал людей женского пола, поэтому слегка нервничал. Девушка, до этого не отрывающая взгляд от экрана своего телефона, наконец одарила Первого до невозможности унылым взглядом. – П-пожалуйста. – Шрам нервно протянул девушке свою тарелку. Она неторопливо взяла её, и, придвинув к себе большую железную кастрюлю, наполнила тарелку двумя половниками рисового супа. – Пожалуйста. – девушка передала тарелку обратно. Шрам отошёл в сторону, давая очереди двигаться. Все остальные прореагировали на девушку похоже. Затем, когда все были готовы, клоны вернулись за стол, и принялись за еду. – Это была Сьюзен, наш шеф-повар. – рассказывал Хельсинг. – Многие по случайности называли её готом, но она на самом деле эмо. Лучше, не повторяйте их ошибку, иначе она вам или суп холодный наливать будет, или подливки мало даст. – Готовит она, однако неплохо. – заметил Перец, уплетая суп. – Да! Это самое вкусное, что я когда-либо ел! – воскликнул Эль. Его глаза просто сияли от радости. – Мы просто, питались одними сухарями, когда жили на складе. – объяснил Пустыня. – Давайте ближе к делу. – сказала Соня. – У вас есть имена? Как вы друг друга называете? После того, как все революционеры поочерёдно представились, Джеймс спросил: – А разве, вы не называете друг друга по номерам? – Нет, тут у всех условные имена есть, в зависимости от эксперимента. – ответил Хельсинг. – Погоди, я не могу понять! – воскликнул Шрам, пытаясь вставить свою реплику. – Я уже встречал тебя! Это ведь ты истребитель нечисти? Как ты смог выжить? Или пуля не попала тебе в голову? Хельсинг посмотрел на Шрама. – Хельс, ты уже встречал их? – удивилась Соня. Лицо Хельсинга изменилось с добродушного на задумчивое. – Да, было дело. Когда надо мной проводили эксперимент, они вторглись в зону симуляции, и попытались меня спасти. Томас внушил мне, что я истребитель нечисти, и велел мне расправиться некоторыми искусственными кукольными монстрами. – Что тебе и удалось. – вставил Перец. – Я видел. – Да, ты, Шрам и Джеймс наблюдали за мной, и попытались спасти меня, когда эксперимент подходил к концу. – А Диктор сказал тебе, что мы твои злые двойники, которых можно убить, выстрелив себе в голову, что ты и сделал! – снова вставил Перец. – Да, так оно и было. Но, пистолет не был заряжен, поэтому я сейчас здесь. – Ну а мы этого не видели, свет то сразу потух, когда ты нажал на курок. – заметил Джеймс. – Главное, что всё обошлось, и мы сейчас здесь, а не там, в зоне симуляций. Поэтому прошу, давайте сосредоточимся на настоящем. – сказал Хельсинг, обводя всех серьёзным взглядом. Он немного помолчал, собираясь с мыслями, и начал. – Как вам уже известно, мы с вами находимся в столовой. То есть, на 10-ом этаже. В соседнем зале на этом же этаже есть комната отдыха, там есть настольные игры, бильярд и прочие развлечения. На этажи ниже клонам ходить запрещено поэтому, могу рассказать о верхних. 11-ый и 12-ый этажи вместе являются одной очень большой зоной симуляций. Её Томас специально отвёл для нас. Каждый день, она симулирует различные места вроде побережий, лесов и прочих интересных мест. Там можно проводить время, если я не ошибаюсь, с 10-ти утра до 9-ти вечера. – Да, ты не ошибаешься. На 13-ом этаже ничего особенного нет, а 14-ый – жилой этаж. – продолжила за Хельсинга София. – Когда клонов станет слишком много, то 13-ый этаж тоже станет жилым. На 15-ый этаж, кстати тоже лучше не соваться, там кабинет Тома. – Да, вам тут хорошо живётся. – заметил Флеш, лениво мешая ложкой суп. Шрам был сбит с толку. Когда Томас рассказал, что он держит клонов в этом БобСоке, Первый был уверен в том, что его собратья живут в отвратительных условиях. Но оказывается, у них тут была очень даже неплохая жизнь. По крайней мере, готовят здесь неплохо. – А что с сотрудниками? Здесь работают простые люди? – спросил Пустыня. – Да, я, например. – Соня улыбнулась. – Ещё Сьюзен. Шрам ещё раз посмотрел в сторону стола, за которым сидели клоны Диктора. Там был третий тип, которого Первый не знал. На нём была чёрная футболка и синие джинсы. Его светлые волосы были собраны в маленький хвост на затылке, а на лице, как и у его исходника, были прямоугольные очки. Парень смеялся, разговаривая о чём-то с Риком и Уилом. – А кто вон там? – Шрам спросил про него у Хельса. – Это Феликс, тоже один из клонов Томаса. Он, кстати и программирует ту зону симуляций на 12-ом и 13-ом этажах. Рик, вы его видели, обычно торчит где-то рядом с обычными клонами, ему поручено за ними смотреть. А Уил больше помогает Томасу с экспериментами. В основном, он находится где-то на нижних, минусовых этажах. – Да, там мы тоже были. – проворчал Флеш. После еды, революционеры, под предводительством Сони и Хельсинга, отправились изучать верхние этажи. Хельс ещё раз показал им, где и что находится: комнату отдыха, зону симуляций, ванные комнаты (которыми, на самом деле были лаборатории с обеззараживающими душами). Наконец, клоны пришли на 14-ый этаж, жилой этаж. – Здесь наша небольшая экскурсия заканчивается. – объявила София. – Тут у нас множество жилых комнат. В комнате с каждым из вас будут жить ещё по два клона. Как вы видите, на дверях комнат написано, кто там должен жить. – Соня указала на одну из дверей, к которой была приклеена бумажка с тремя номерами. – Так что, у меня к вам только один вопрос: всё ли знают свой номер? – Я свой не помню. – растерялся Перец. – Погоди. Меня ведь спасли сразу после тебя, не так ли? – спросил Шизо. – У меня был 29-ый номер. – Точно! – воскликнул Перец. – Значит, я 28-ой. – Отлично. Можете зайти в свои комнаты. Все необходимые для жилья вещи, вы можете найти в шкафах. Ещё: обязательно переоденьтесь, и оденьте бейджи с номерами. А мы с вами прощаемся! – сообщил Хельсинг. Когда все разошлись, Шрам направился в самый конец коридора, к самой первой комнате. Ведь, он был первым клоном. Дойдя до конца, он обнаружил нужную дверь. Шраму ещё придётся жить со 2-ым и 3-им клонами. Шрам потянул дверь на себя, и оказался в небольшой квадратной комнате. Стены и потолок были мягкого, серого цвета. На полу лежал белый коврик. В комнате, как и полагалось, было три кровати. Каждая из них стояла у одной из стен комнаты. Рядом с каждой кроватью так же стояло по одному железному шкафчику. Это были самые обычные офисные шкафы, в которых обычно хранят различные папки с бумагами и документы. Но теперь, они стали шкафами для одежды. Шрам заметил, что все кровати, кроме той, что прямо напротив двери, были не убраны. Первая кровать была наоборот, застелена и кажется, даже не тронута. На ней также лежал бейджик, с цифрой «1». Вероятно, эта кровать и принадлежала Шраму. Он осторожно сел на неё, и ощупал рукой. Довольно мягкая. Но, чего-то не хватало. Прошла минута, прежде чем Шрам понял, чего именно. Ржавая раскладушка, на которой он спал на складе, оглушительно трещала каждый раз, когда Первый делал хоть малейшее движение, лёжа на ней. Эта кровать же наоборот, была беззвучной, словно немой. Кроме того, здесь Шраму даже досталась подушка, хотя на складе он клал под голову свою жилетку. Затем, Шраму на глаза бросился шкаф, стоящий рядом с его кроватью. Первый встал, и приоткрыл одну дверцу. Там, на полках лежали аккуратно сложенные белые футболки и водолазки. Несколько пар серых джинсов, носков, обуви. Две голубые жилетки. На верхней полке лежали зубные щётки, полотенца и прочие важные вещи. Через несколько минут, Шрам, уже переодетый, с бейджиком на груди, стоял рядом с окном, и всматривался в даль. Однако, на нём всё так же оставались его красная жилетка и перчатки. Шрам всё ещё не хотел демонстрировать всем свои ожоги. В окне был виден лес, простирающийся невероятно далеко. Однако, чуть дальше, за ним Первый разглядел несколько многоэтажных домов, которых на самом деле было больше. Солнце было в самом центре неба, было около двух часов дня. Оказывается, что всё, что делал Шрам, было напрасно. Спасение клонов, революция, ни в чём не было смысла. Первый был обречён на провал с самого начала. Это был лишь вопрос времени. Всё уже давно было предрешено, не зависимо от того, что Шрам делал. Теперь, он стал одним из тех простых клонов, которым придётся сидеть здесь, в этом БобСоке и ждать, пока Диктор не решит свою проблему. Что ж, в любом случае, здесь хотя бы хорошие условия. И братья вроде как счастливы. Может, не так уж и плохо жить без смысла? Шрам отошёл от окна и шлёпнулся на свою новую кровать. Естественно, он не собирается проводить весь оставшийся день в этой комнате. Надо будет пойти и собрать остальных. Может, ещё посмотрим на ту, другую зону симуляций сегодня…