Клонизация

– Ты слышишь меня? Шрам открыл глаза. Он был уверен, что услышанное ему примерещилось, однако, слова звучали так, словно кто-то прошептал их ему прямо на ухо. Вокруг всё ещё было темно. Часов не было видно в таком мраке, но по ощущениям Первый полагал, что сейчас было около часа ночи. Слабый лунный свет всё же пробивался через зашторенное окно. Почему зашторенное? Шрам помнил, оно было открыто, когда он ложился спать. Хотя, вероятно, это сделал 2-ой, или 3-ий. Возможно, по утрам здесь очень яркий свет, и парни завесили окно, чтобы солнце не мешало им спать. Но кто сказал это? Была ли это проделка одного из соседей Шрама? Красный попытался присмотреться к их кроватям, но клоны вроде были на своих местах. На всякий случай Шрам даже попытался заглянуть под кровать, однако сразу же вспомнил, что никто не мог под ней сидеть, ибо в неё снизу были встроены два больших ящика для постельного белья. Продолжая безрезультатно оглядываться, Шрам медленно опустился обратно на матрас. В комнате царила мёртвая тишина, но Первый ей не верил. Он пролежал с закрытыми глазами несколько минут, рассчитывая услышать хотя бы малейший шум. Но мозг начал предательски отключаться, ведь красноглазого клонило обратно в сон. Он упрямо боролся с этим, пока до него вдруг не дошло, как нелепа сама ситуация. Тогда, Шрам всё же бросил все свои старания и просто уснул.

***

– Эй, вставай, Шрам! – голос 3-его заставил Шрама проснуться. – Ты же завтрак проспишь! Шрам нехотя открыл глаза, и на мгновение забыл, что он сейчас не на базе. Он одарил 3-его невероятно шокированным взглядом. – Он ведь в девять начинается. А сейчас уже пол десятого… – растерянно договорил клон, не понимая, чем он вызвал такую реакцию Первого. 3-ий развернулся, и собрался покинуть комнату. Тут Шрам вспомнил все последние события, и прежде, чем 3-ий успел скрыться, спросил: – Постой! Ты, ничего не слышал ночью? 3-ий приостановился. Он задумчиво уставился на потолок и, простояв так несколько секунд, заявил: – Хмм, кажется нет. – 3-ий пожал плечами и оставил Шрама одного в комнате. Всё ещё думая об услышанном ночью, Первый быстро переоделся и спустился на 10-ый этаж. Остальные революционеры уже ждали его в столовой, за тем же столом. Естественно, Флеша среди них не было. Зато, на его месте сидел Одержимый, который уже успел сдружиться с Шизо. На завтрак была яичница с беконом. Клоны вели себя уже не так скованно, как вчера и более-менее разговаривали друг с другом. Хотя, произошедшее всё же давало о себе знать. Это стало чем-то вроде больной темы, которую все усердно пытались обходить. Шрам пожелал всем доброго утра, и уселся на своё место. Остальные революционеры сразу замолчали. Как-никак, Первый их действительно вчера напугал. Шрам чувствовал это, и решил не вмешиваться в разговор братьев. Он просто стал молча уплетать яичницу, пока его не прервал Эль, решивший, что некрасиво вечно игнорировать лидера. – Как спалось, Шрам? – Дааа… Хорошо. – просто ответил Первый. В последний момент он почему-то решил, что не хочет никому рассказывать о таинственном голосе. Братья и так сейчас переживают за Флеша, а если Первый ещё и скажет, что услышал чей-то голос ночью, они, вероятно, примут своего лидера за идиота. Внезапно, Шрам заметил чью-то тень, приближающуюся к их столу. Он поднял голову, и заметил, как блеснули чьи-то очки в свете лампы. Диктор?! Тело красноглазого напряглось. Он присмотрелся, и удивлённо обнаружил, что к ним подошёл вовсе не Томас. Это был Уильям. Да, пускай это не Диктор, но Шрам помнил, как этот клон отбросил Первого назад, казалось, силой мысли, при их первой встрече в зоне симуляций. – Мне нужен 29-ый. – произнёс он, привлекая всеобщее внимание. – Зачем? – настороженно поинтересовался Шрам. Блондин вздохнул, вероятно думая, как бы отделаться от назойливого Первого. – Томас хочет немного с ним поболтать. Касательно его «особенности». – Хорошо, одну секунду. – быстро произнёс Шизофреник, не давая лидеру возразить. Он быстро отнёс свою тарелку, и вместе с Уилом покинул столовую. Шрам же всё время смотрел им в след, словно его брату могли навредить в любой момент. – Ну вот, теперь двоих потеряли. – тоскливо вздохнул Перец, упав лицом на стол. – Думаешь, Шизо не вернётся? – спросил с насмешкой Джеймс, пытаясь как-то подавить тоскливую тишину. – А мало ли. – пожал плечами Острый. После завтрака братья последовали в зону симуляций. Как оказалось, сегодня там опять было море. Джеймс снова разочаровался. На этот раз остальные клоны выказывали больший интерес в сторону революционеров. Шрам догадывался, что вчера они, вероятно, немного опасались его команду, из-за её репутации. Но теперь, клоны поняли, что революционеры – почти ничем от них не отличаются, и потому стали вести себя с ними более открыто. Одя же воспринял компанию Шрама как свою, и поэтому не отходил от революционеров весь день. Он чувствовал себя с ними комфортно, да и они не были против. На обеде революционеры были уверены, что встретят Шизо. Однако, их брат так и не вернулся, что вызвало у них ещё большее переживание. Время пролетело невероятно быстро, и клонам, казалось, словно они всё ещё сидят на завтраке. Флеш так и не попадался на глаза, и Шрам уже тоже начал переживать за него. Но ещё больше он переживал, что случайно наткнётся на него в одном из многочисленных коридоров. Вообще, Первому было довольно тяжело осознавать, что ему пришлось так обращаться с одним из братьев. Он требовал от Флеша понимания, но может, это Шраму нужно было попытаться его понять? После обеда, так и не дождавшись Шизофреника, клоны направились в комнату отдыха. Зона симуляций уже успела им изрядно надоесть, поэтому революционеры решили провести оставшуюся часть дня в каком-то другом месте. Комната отдыха выглядела как просторный зал, с кучей кресел и диванчиков. Рядом с каждым диваном был небольшой журнальный столик. В углу стоял шкаф, набитый множеством книг на всевозможные темы. Рядом со шкафом стояла тумбочка, внутри которой были различные настольные игры. Посредине зала были три стола с настольным теннисом, и один бильярдный стол. В итоге парни разделились. Пустыня успел 3 раза выиграть у Эля в шахматы, пока Джеймс с Перцем рьяно спорили на каждом ходу своей партии в карты. Боец играл в настольный теннис с каким-то другим клоном, Одя восторженно смотрел, ведя счёт, а Шрам просто наблюдал за всем происходящим, сидя на небольшом диванчике. Он всё больше вспоминал свою прошлую жизнь, и почему-то не мог смириться с таким неожиданно хорошим исходом событий. Однако, стоило ему услышать голоса братьев, как все мрачные мысли отступали, сменяясь чем-то более позитивным. – Шрам, объясни этому идиоту, что никакая дама, кроме козырной не может побить козырного валета! – крикнул Джеймс, привлекая внимание лидера, в то время как Перцу становилось всё труднее сдерживать смех. – Прости, но я не разбираюсь в картах. – пожал плечами Шрам, едва сдерживая улыбку. Джеймс чуть не взвыл с досады. Первый уже вновь начал погружаться в свои мысли, среди всего этого шума, однако он вдруг почувствовал, как кто-то плюхнулся на диван рядом с ним. Красноглазый машинально развернулся и изумлённо уставился на Сьюзен, сидящую прямо рядом с ним и уткнувшуюся в свой мобильник. Почувствовав, что на неё кто-то смотрит, она подняла свои карие глаза на Шрама, но, поймав его взгляд, быстро отвернулась обратно к телефону и спросила, слегка смущённо: – Ничего, если я тут посижу? – Да, конечно. – Шрам утвердительно кивнул. – Отлично. А то знаешь, как тут ловит хорошо… – протянула Сьюзен, стараясь больше не замечать Первого. – А что ловит? – не понял он. – Интернет. Короче, не морочь себе голову. – отмахнулась девушка. Шрам последовал её совету. Через некоторое время он заметил, что голоса вокруг слегка притихли. Красный посмотрел в сторону входной двери, куда было направлено большинство взглядов, и заметил наконец появившегося Шизофреника. – Шизо, vi estas fine ĉi tie! (наконец-то ты здесь!) – радостно воскликнул Эль. – Ты как? Почему тебя не было на обеде? Революционеры уже успели обступить Шизо. Тот лишь устало, но добро на них смотрел. – Нам пришлось немного задержаться, поэтому, мы пришли на обед за пять минут до его окончания. – ответил он. – А чем вы там занимались? Диктор не причинил тебе вреда? – взволнованно спросил Шрам. – Нет, что ты! – заверил его Шизофреник. – Томас просто проверил меня на схему. Сначала, он хотел прочитать мои мысли, но у него не вышло. – Шизо немного помолчал, а потом добавил – Голоса отказывались его впускать. По лицам революционеров прошло удивление. – Потом, Диктор просто стал задавать мне вопросы, как я думаю, мог работать Икс. Ещё он попросил меня нарисовать Икс, опираясь на его рассказ. Но, получилось совсем не похоже, как он потом сказал. – Получается, схема не в тебе? – подвёл итоги Джеймс. – Похоже на то. – пожал плечами Шизофреник. – Но, это довольно неточная проверка. Кстати, а чем вы занимались, пока меня не было?

***

За ужином Шрам продолжал размышлять о голосе, услышанном ночью. Он не давал Первому никакого покоя, хотя, Красный даже был ему в этом благодарен. Ведь, мысли о Флеше, тогда отступали на второй план. Остальные революционеры уже повеселели, и вели себя почти как прежде. Вообще, вся столовая была переполнена различными возгласами клонов. Шрам просидел так ещё некоторое время. И вдруг, его осенило. Может, стоит поговорить с Шизо? Первый отыскал его взглядом. Быстро покончив с едой, Шрам подошёл к Шизофренику, и, пока остальные болтали, тихо прошептал ему на ухо: – Жду тебя в комнате отдыха. Шизо удивлённо посмотрел на лидера, но похоже, понял, что разговор предстоял серьёзный. Через несколько минут он уже стоял в дверях комнаты отдыха, ожидая слов Шрама, сидящего на диване. – Присаживайся. – сказал Первый. Шизофреник послушно уселся на диван рядом с ним, и вопросительно уставился на лидера, ожидая его речи. – Скажи, Шизо… – начал Шрам, и тут же понял, что не знает, как ему это объяснить. Уверенность сменилась растерянность на его лице, и Первый замер, не в состоянии найти подходящих слов. – Это, что-то связанное с моим отсутствием сегодня? – предположил Шизо. – Нет, кое-что другое… Слушай. Твои голоса… Ты ведь слышишь их ночью? – спросил Шрам. – Ну, иногда я просыпаюсь из-за них. – Шизо задумчиво почесал затылок. – Они могут начать говорить о чём-то в час ночи, например. Не очень-то удобно. А что? – Ну, понимаешь… – начал Шрам. – Сегодня ночью, я слышал голос. Я проснулся из-за него. И, я не могу понять, что это за голос и, откуда он шёл. Шизофреник удивлённо уставился на Лидера. – Может, тебе просто приснилось? - предположил он. – Нет, в этом я точно уверен. Голос звучал так чётко и ясно, что это просто не могло быть сном. – А что этот голос вообще говорил? – Он спросил, слышу ли я его. Что-то такое. – вспомнил Шрам. – Причём, знаешь, я ведь спрашивал 3-его, слышал ли он что-нибудь ночью. И нет, ничего! Попросту не понимаю, что это значит… Шрам уставился куда-то в пол, сложив руки на коленях. Он вдруг стал ощущать себя невероятно жалким и эгоистичным. Да, этот голос наверняка ему приснился, а он выдувает из этого целую трагедию. Все сейчас и так потрясены, а Шрам тут о каком-то голосе распинается. Шизо все так же продолжал растерянно смотреть на своего лидера, думая над ответом. – Ты не ответил ему? – вздохнул он наконец. – Нет. Я даже как-то не сообразил. – пожал плечами Первый. – Знаешь, забудь. Как-то это глупо вышло. – Что? – Просто забудь. Прости, что отнял твоё время. Я понимаю, я совсем некстати завязал этот разговор. – Почему некстати? – не понял Шизо. – Да брось, ты и сам знаешь. Вы все переживаете за Флеша и, вероятно думаете, какой я козёл. – Шрам отвернул лицо от собеседника, пытаясь скрыть стыд. – Шрам… – Вы просто простили его! А я не смог. – Шрам, прекрати винить себя. – серьёзно произнёс Шизофреник, немного повысив голос. Тот вновь посмотрел на Шизо, одарив его действительно печальным взглядом. На мгновение Шизо показалось, словно Шрам сейчас расплачется. – Никто, абсолютно никто из нас не осуждает тебя. Первый почувствовал, как чувства, накопленные за день, забурлили внутри него. Ему хотелось говорить от сердца, обильно наполняя эмоциями каждое сказанное слово. Но, демонстрировать свои слабости он не желал. – Шрам, мы все жили на том складе, вместе с тобой. Эта жизнь была неприятна нам всем. И мы знаем, что ты прошёл через нечто похуже, чем мы. Ведь, было время, когда ты жил там один. Поэтому, мы не виним тебя. Это всё просто так… неожиданно? Шизо растерянно улыбнулся, и уставился куда-то в сторону. – Мы все сейчас подавлены из-за происшедшего. Мы просто, стараемся этого не показывать, чтобы побыстрее забыть. Ради друг друга. И вообще, ты ведь сам говорил вчера, что мы все – братья. Так что я с радостью выслушаю тебя, и мы вместе попробуем решить твою проблему. Ты бы и сам так поступил, я же знаю! Ты помогал нам всё время, совершенно не заботясь о себе. Как после этого, мы можем на тебя злиться? Шизофреник ободряюще посмотрел на лидера, и тот слегка удивился столь решительной речи. Она придала Шраму уверенности. Он расслабился и вздохнул, думая с чего начать. – Всё же, за что ты переживаешь больше, Шрам? О чём ты хотел поговорить? О голосе, или… о вчерашнем? – Наверно… о вчерашнем. – Шрам замолчал, не желая продолжать тему с голосом. – Что ж, тогда, – Шизо на мгновение замолчал, обдумывая слова. В комнате царил полумрак, на улице уже было темно. В слабом свете с улицы лицо клона казалось умным и задумчивым. – Тогда я советую тебе самому поговорить с Флешем. – Кто-нибудь вообще видел его сегодня? – Я видел. Он пришёл в столовую самым последним, как раз, когда мы с Томасом там были. Я думаю, Флеш действительно сожалеет. Просто, попробуй понять его. – Попробовать понять? – Шрам вздохнул. – Легко сказать… Я вот всё пытаюсь поставить себя на его место, и всё равно не догоняю его ход мыслей. Я бы в любом случае сказал вам правду. – Ты в этом уверен? Мне кажется, всегда найдутся вещи, которые не знаешь, или забываешь учесть. А учесть всё – просто невозможно. – Но… хм… Пожалуй, ты прав. – согласился Шрам. – Ничего страшного. Должно пройти какое-то время, прежде чем ты сможешь нормально осмыслить его поступок. – Но тебе ведь удалось это практически сходу! – Воскликнул Шрам. – Так объясни же, как тебе удалось понять Флеша? Почему ты простил его? – Ну… – Не знаю. – Шизо пожал плечами. – Мне просто его жалко. Находиться под давлением двух враждующих сторон как-то не очень приятно. Я уверен, что Флеш любит нас. Даже Одя о нём хорошо отозвался. – И всё же, он выбрал какого-то Роберта, а не нас. – Заметил Шрам, но уже не так решительно. Он помолчал некоторое время. – Знаешь, это удивительно. Мы клоны, но у нас такое разное мышление! – Ага… – протянул Шизо. – И всё же, я склоняюсь к тому, чтобы ты сам поговорил с Флешем. Может, я немного разбираюсь в людях но, к сожалению, не умею читать мыслей. Шрам откинулся на спинку дивана, и начал обдумывать всё сказанное Шизофреником. Да, он ожидал, что их разговор в итоге приведёт к этому заключению. – Спасибо тебе за этот разговор. Как камень с души свалился. – искренне признался Первый. – Пожалуйста. Я всегда готов выслушать, если что. – Клон улыбнулся и, похлопав Красного по спине, покинул комнату.

***

После ужина все клоны собрались в комнате отдыха, проводя время вместе. Хельсинг с Софией общались, сидя на диване рядом с Сьюзен, пока та упорно старалась их не замечать. Рик с Феликсом тоже о чём-то болтали. Уил понуро смотрел куда-то в окно и пил кофе. Шрам наконец решил начать как-то взаимодействовать с остальными революционерами. Нерешительно, он подошёл к их группе. Они разговаривали на какую-то тему, и казалось, выглядели довольно расслабленно. Красный прокашлялся, чтобы привлечь их внимание. Клоны замолчали, и посмотрели на него. – Ну что, хороший был день? – спросил Шрам. Банальный вопрос, однако. – Да, хороший. – Шизо незаметно подмигнул Лидеру, пытаясь его поддержать. Странно. Никогда ещё Первому не было так трудно говорить со своей командой. – А вот и вы! – из стороны донёсся радостный голос. Словно на помощь, к парням приближался Хельсинг, на этот раз без Сони. – Ну как, вы уже привыкаете к здешней жизни? – Ну, потихоньку… – заметил Эль. И больше Красному не пришлось ничего говорить. Разговор между клонами немного затянулся, и вновь накалённая атмосфера медленно расслабилась. Но Шрам понял, что Шизо говорил правду. Случившееся всё ещё давало о себя знать, как бы сильно остальные не старались этого скрыть. Вся компания расположилась на мягком ковре. В комнате стало немного темно, но это лишь придавало какой-то домашний уют. – Признаться, я почти завидовал вам, когда узнал, какая у вас тут жизнь! – рассмеялся Красный, обращаясь к остальным клонам, которые уже тоже собрались вместе с революционерами. – Да ну, неужели у вас действительно всё было так плохо? – удивился клон с номером 13. – Ну, по крайней мере нам не готовили такие вкусные и необычные блюда. – заметил Эль. Не отрывая взгляда от телефона, Сьюзен застенчиво пробубнила что-то о том, что рисовый суп не такое уж необычные и сложное блюдо. – А как вы жили кстати? – спросил 2-ой. – Да, да, расскажите, расскажите! – послышалось со всех сторон. – Ну, эм, наша жизнь сильно отличалась от вашей… – начал Пустыня. Все сразу же замолчали. Клоны приготовились жадно слушать всё, что революционеры будут рассказывать. Рик и Феликс тоже подсели к ним, намереваясь услышать их рассказ, Уил же слышал всё из далека. – Вы ведь жили в лесу? – спросил какой-то клон. – Нет не совсем. – сказал Джеймс. – Неподалёку от этого Бобсока есть небольшой заброшенный склад со всяким сломанным барахлом. Мы скрывались там. – Первое время мы жили без электричества и следовательно, без тепла. К счастью, нам удалось найти зажигалку, и мы разжигали костёр прямо на полу, чтобы отапливать помещение. – Да ладно, правда?! – Не поверил 6-ой. – Вы реально разжигали костёр? – Конечно! Я не лгу. – ответил Джеймс. – Правда, нам потом удалось починить батарею, и в костре уже не было необходимости. Со всех сторон послышались удивлённые возгласы. – А чем вы питались? – спросил кто-то. – Ну, мы нашли несколько пачек сухарей… Вода тоже была. – начал Боец. – Хотя иногда, нам всё же удавалось добыть более-менее нормальную пищу. – заметил Шизо, вспомнив, что Флеш иногда таскал им всякие фрукты из Бобсока. – И каково это, выживать в таких условиях? – спросил 5-ый. – Хотел бы я попробовать! – Ты что! Это ужасно! – воскликнул Перец. – Пусть я прожил так не очень долго, но мне было достаточно и того короткого отрезка времени с неделю. Представь, ты спишь на каком-то пыльном старом матрасе, тебе холодно и хочется есть. Так к тому же, ты без понятия что вообще творится вокруг, и что с тобой может случиться завтра! – Да, жить в страхе не так комфортно, как вы думаете. – подвёл итог Шрам. – Да плевал я на комфорт. – расстроенно сказал 2-ой. – Мне он уже надоел! – Ты не понимаешь. – вздохнул Пустыня. – Но я в любом случае рад, что вам не выпала наша участь. – Попытался как-то переубедить клонов Первый. *** Через некоторое время все начали расходиться. Шрам попрощался с остальными и направился к себе, задумавшись о своей прошлой жизни. Может пройдёт время, и он тоже захочет вернуться обратно в прошлое? Судя по речи 2-ого, это довольно возможно. Но пока, Первому было крайне трудно это представить.