Парень этажом ниже

      Кажется, будто время остановилось — оглушительная тишина, только дыхание и громкий пульс звучат в ушах обоих, а в поле зрения только человек напротив, и ничего более сейчас не существует вовсе. Стэн так и стоит на лестничном пролёте, схватившись за перила, ранее помогавшие ему как можно быстрее преодолевать ступени; Кайл же, ранее спускавшийся вниз, так и оставил ноги на разных ступенях. В узкое подъездное окно за спиной рыжего светит закатное солнце, лучи преломляются и пробиваются прямо через кудри, от чего те приобретают цвет красного золота. Не щуря глаз, Стэн зачарованно смотрит на Кайла — сейчас он видит настоящее солнце, не то, что где-то далеко за небом.       Марш делает шаг вперёд, преодолевая ступень, затем ещё две, будто в замедленной съёмке. Брофловски же делает шаг назад, уступая место, позволяя парню поравняться с ним.       Кайл берёт его за руку — донельзя аккуратно и ласково — и ведёт вверх по подъездной лестнице, минуя три пролёта, после чего оба выбираются на крышу высотного здания, где лаз на чердак почему-то вечно открыт. Небо окрашено насыщенным красно-оранжевым цветом, будто вторя веснушкам и неряшливым кудрям рыжего мальчика.       Зрительный контакт прерывается лишь после того, как они заключают друг друга в неловкие объятья. Тишина наконец нарушена — опустив голову на плечо Кайла, Стэн смеётся, прижимая его ближе. Его добрый и приглушённый смех набирает обороты, сам же Марш нежно кладёт ладони на щёки рыжего, после чего поднимает взгляд на него, уже без смущения смотря в глаза.       — Это всё так глупо, — говорит Стэн, сияя счастливой улыбкой, что ярче любой звёзды.       Он опускает взгляд и прикрывает глаза, а их лбы соприкасаются; Брофловски подхватывает смех и также кладёт ладони на щёки Стэнли.       — Ещё как, — соглашается Кайл, вовлекая Марша в поцелуй.