Nova-story: Цвет тепла

Несколько дней на Моби Дике было затишье. Перед самой настоящей бурей, как оказалось, но об этом позже. Ки благодаря поддержке Юмари стало значительно лучше — он так увлечённо рассказывал о своих прочитанных романах, что и Ки невольно увлеклась. Да, чтение, а иногда и совместное помогло девушке пережить то время, пока медсёстры пытались что-нибудь сделать с её рукой.       Однако в мыслях Ки всё равно моментами проскальзывала мрачная меланхолия. *** Ки обняла колени, вслушиваясь в гром и бушующие волны. «Мне не страшно… Немного… неспокойно…» Шум волн и бесовство природы было слышно даже через крепкие стены Моби Дика. Тот скрипел, пыхтел, но упорно боролся с буйством, не давая своих накама в обиду. А те, в свою очередь, ругались, кричали и бегали — делали всё, чтобы колоссальный корабль остался на плаву. Шторм был жуткий. Ки и в самом деле не было страшно. Однако ругань и жуткий вой волн напоминали о её первом внезапном шторме. В тот вечер она едва не утонула. Снова. Как и Марко. Прикрыв глаза, Ки глубоко вдохнула и сосредоточилась. И вроде бы «голос» Феникса она нашла, но он то гас, то загорался. Ки это беспокоило. Однако Марко находился явно не на палубе, что успокаивало. Да и не была она уверена в «показаниях» своей сбоящей воли. «Что есть, что нету», — недовольно цыкнула она и снова вздохнула. В очередной проверке «голос» Марко высветился чётко — он находился в своём кабинете. Ки обессиленно опустила голову на колени. Неосознанно попыталась найти Эйса, что получилось мгновенно. Не успев подивиться этому, Ки остановила поток мыслей. Думать об Эйсе было неловко и стыдно. То, как она тогда на него смотрела и как удрала потом… «Ужас…»

***

Эйс вышел из каюты и осмотрелся. Он не понимал, зачем покинул своё уютное удобное кресло. Снаружи оглушающе громыхнуло. Эйс нахмурился от смутного чувства тревоги. Или дело было в пессимистичных мыслях Ки? Она не думала о чём-то конкретном, но тревога отчётливо ощущалась. «Юмари придёт же к ней? — задумался Эйс. С этого добряка сталось бы удрать наружу, чтобы помочь. Хотя смена не его была. — Точно ускакал помогать». Послышался резкий шум, гомон, чей-то крик. Эйс отлепился от стены. Из-за поворота выскочил взмыленный Юмари. Заметив Эйса, он ослепительно улыбнулся. Тот едва не поморщился. Подбежав к комдиву, Юмари вручил ему книгу. — О, Эйс, ты же свободен, да? — спросил блондин и без перехода затараторил: — Сходи к Ки, пожалуйста. Мне наверх надо, народу много — толку мало, невидно нифига, а ещё грохот, ливень, шторм и кабздец полный. А Ки-чан впервые такое переживает на корабле, ей не по себе, наверное. Ну или не впервые, но тогда ж обстоятельства другие были, но да неважно. Спасибо. Не став ждать ответа, будучи уверенным в доброте Эйса, Юмари попросту удрал также быстро как и появился. Эйс моргнул. Безразлично взглянул на книгу. — По долине Рохир… — прочитал он. Название ему ни о чём не говорило. Он вздохнул. Идти не хотелось. Но больше ему и делать нечего было. Марко он вчера достал. А Изо, наверняка, снаружи заправляет вместе с Макурой. «А Сатчи с горячим возится. Чтобы никто не простыл». Эйс покачал головой и направился к каморке неторопливым шагом. Ки хотела помочь на камбузе. Но Сатч не позволил. И это было правильно. Она до сих пор нуждалась в нормальном, полноценном отдыхе. А в шторм на камбузе начинался такой хаос, что и Белоус мог потеряться.       Несколько минут Эйс тупо стоял перед дверью каморки и прожигал её глазами. С одной стороны настроя на разговоры у него не было, с другой — он чертовски сильно хотел узнать причину, по которой Ки его избегала. Эти несколько тихих дней они с Ки совсем не разговаривали. Девушке было неловко, стыдно и страшно. А Эйсу… обидно. Он отчасти хоть и понимал её чувства, но такого святого ужаса увидеть не ожидал. Иногда ему прилетала мысль, что этот ужас в карих глазах стоял неспроста. Но она быстро терялась на фоне других. Чем так ужасен тот факт, что Ки именно к нему привязалась? Да, быстро, да, слишком сильно. Но почему это так страшно? Неужели он не заслужил доверия? Неужели он не тот, кто способен бескорыстно дружить с любым человеком? Они ведь неплохо ладили. Он даже из-за беспокойства за неё приплыл куда раньше положенного, за что все эти дни ловил хмурые взгляды загнанных накама. И нет, он не ждал благодарности. Но хотя бы… «Хотя бы объясни мне, в чём дело!» — мысленно взорвался Эйс, борясь с малодушным желанием сбежать и слишком настойчивым желанием встряхнуть Ки и узнать правду.       Спустя томительные минуты борьбы со своими тараканами, собравшись с духом наконец, Эйс чертыхнулся и почти зарядил костяшками в лоб Ки. Решившая проверить, кто мнётся за её дверью, девушка смерила его спокойным взглядом. Эйс ответил тем же. Потом Ки заметила книгу. Она отошла в сторону, пропуская парня внутрь. Не увидев ничего кроме тусклого огонька, Эйс зажёг огонёк на плече. Он осмотрелся. Старая лампа сиротливо стоял на тумбе в компании какой-то потрёпанной книги. Однако даже старые вещи на Моби Дике работали, как новые, благодаря талантливым рукам Улла. «Так какого хрена?» — Чего в темноте сидишь? — тихо спросил Портгас, пройдя внутрь и усевшись на пол возле кровати. Ки пожала плечами. — Привыкла. Она индифферентно взглянула на лампу. — Дай сюда, — Эйс протянул руки. Ки послушно вручила ему лампу в виде нелепой ракушки. Подкрутив детали, Эйс сделал огонь поярче и поставил лампу на пол. Прикрыл глаза и глубоко вдохнул, набираясь терпения. Безэмоциональная мина Ки начинала бесить. — Сядь, — с трудом придав голосу ровный тон, попросил Эйс. Ки промолчала и осторожно устроилась рядом. Но так, что между ними образовалась неприятная брешь. «Ещё чуть-чуть и метр», — цыкнул Эйс. Но в самом деле — почему его это так задевало? Ему дружба с Ки была очень важна. Почему? Нет, ответ на этот вопрос он знал отлично. Интересно другое — если она хотела отстраниться, то была в своём праве. Так почему ему было неприятно и даже болезненно от одной мысли об этом? Расстраиваться из-за этого — нормально, но ведь не до такой степени… Снова цыкнув, Эйс глубоко вдохнул и прикрыл на миг глаза. Мысли всё крутились в голове, как рой мух. Это по настоящему раздражало, как и молчание Ки. И её безэмоциональное лицо.       В тяжёлой тишине прошло несколько напряжённых минут. «Да к чёрту! — Эйс подскочил на ноги. — Что я пытаюсь сделать?! Если человек не хочет, ничего из него не вытащишь. Не пытать же мне её». Не успев сделать и шага, он замер, ощутив прикосновение. Недостаточно крепкое, чтобы его действительно удержать, но достаточно отчаянное, чтобы он присмотрелся к Ки внимательнее. Не через пелену обиды. «Дьявол, да у неё ледяные руки», — изумился Эйс. Но ведь в каморке было тепло, несмотря на шторм. Моби Дик умел поддерживать температуру, благодаря умелым рукам Улла и его потрясающим произведениям. Следом Эйс увидел лёгкую дрожь. На самом деле, едва заметную, но его внимательности хватило, чтобы её разглядеть. А потом он снова всмотрелся в лицо Ки. Она не смотрела на него. Но вид у неё теперь был… совершенно сломленный. Под гулкий удар сердца Эйс ощутил, как рассыпался в пыль гнев, а за ним раздражение и обида. Разозлённый и обиженный, он лишь мельком представлял, как всё это перенесла Ки. И даже не думал, что ей будет настолько тяжело. Эйс медленно сел обратно, но уже намного ближе. Он крепче сжал ладонь Ки. Та была такой же ледяной, словно не желала отогреваться. Эйс протянул руку за второй ладонью Ки. Та, словно нехотя, осторожно протянула её. Эйс чуть поднял температуру в помещении. Но Ки это мало помогло. Он мягко скользнул большим пальцем по нежной коже, отчего Ки вздрогнула. Взгляд её по прежнему был устремлён в пол. — Не посмотришь на меня? — тихо спросил Эйс. Ки поджала губы и опустила голову. Отрицательно мотнула головой. Эйса это ничуть не задело. Стоило унять бурю эмоций, как чужие чувства раскрылись словно звёздная карта ясной ночью. — Страшно? — спросил он. Ки опустила голову ниже. Не ответила. Но и отрицать не стала. Эйсу стало грустно. Не хотел он вызывать у неё такие чувства. — Стыдно? — без толики упрёка спросил он. В этот раз Ки ответила слабым кивком. Дрожь на миг остановилась, но вернулась с новой силой. «Но это явно не от холода». — Неловко? Снова кивок. И тихое, едва различимое «Прости». Эйс сделал вид, будто не услышал. — Страшно… — задумчиво повторил он. — Почему? Ки с трудом уняла дрожь в руках. Она опустила голову так низко, что Эйс видел только печальную макушку. — Прости, — чуть громче, чем прежде, но ненамного. Эйс невесомо погладил тонкие запястья. Руки у Ки были маленькими, но крепкими. Смешные кривоватые пальцы, маленькие ладони, хрупкие запястья с выпирающими косточками, легко проглядывающиеся венки и даже капиляры, настолько бледной была кожа… Но сила в этих маленьких руках была. Однако в тот момент ощущалась лишь вернувшаяся дрожь. — Почему страшно? — ровным тоном повторил Эйс, изучающим взглядом рассматривая то чужую макушку, то ладони. Ки сжала зубы так, что заходили желваки под кожей. Эйс это заметил. Он сдвинулся и неожиданно положил подбородок на макушку Ки. Та неловко дёрнулась, но тут же затихла. — Поделишься? — мягко попросил Эйс, невидящим взглядом смотря на стену. Почему-то сил на яркие эмоции у него уже не было. — Я… не знаю… — на грани слышимости произнесла Ки. — Страшно, потому что… потому что… Она нахмурилась, проклиная дрожь в руках и голосе. — У нас с братом пять лет разницы. Мне было около одиннадцати, когда он сбежал… — голос Ки надломился, — бросив меня. Я не виню его, будь я смелее, тоже бы сбежала. Но мне было некуда… В лес опасно, в горы тоже. А друзей… не было. Ки замолчала, подбирая слова и пытаясь понять, как внятно выразить всю ту смесь чувств, что она испытывала. Выражать эмоции и словами, и действиями было сложно. — А бабушка с дедушкой были как чужие. Они презирали нас… Когда брат сбежал… Эйс мягко поелозил подбородком по её макушке, отчего Ки сбилась и замолкла. Но продолжила она уже через минуту. — Я всю ночь проплакала. Мне впервые было так одиноко и больно. Я понимала… была уверена, что больше его не увижу. Что ни за что не найду, как бы упорно не искала, что он исчез… навсегда. Было невыносимо больно. И я решила, что больше ни к кому так не привяжусь, чтобы эта боль никогда не вернулась. И словно… после того решения и чувства отключились. Поэтому мне было всё равно на свою жизнь. Я ничего не чувствовала… или мне так казалось… Но я действительно ни к кому не привязывалась. В школе у меня не было друзей. И после неё я так ни с кем и не сблизилась. До такой же степени, как с братом... Ки замолчала, невидящим взглядом рассматривая пол. Эйс терпеливо ожидал. — А тут ты… — словно задыхаясь, произнесла Ки после паузы. — Такой добрый, понимающий и… И подумать не могла, что смогу подружиться с таким человеком, как ты. И мне… «Страшно, что ты можешь исчезнуть…» — Эйс внутренне содрогнулся от этой мысли. Которую Ки так и не произнесла вслух. Почему? — Страшно… Страшно от силы этой привязанности. Страшно от того, как неожиданно и быстро она появилась… Нет, вовсе не неожиданно, но… Слишком быстро. Я не успела осознать, как стала твоим другом. Это меня напугало. Прости… Я хочу… быть твоим другом и дальше, но… Нет, не знаю… Прости. Смешавшись окончательно, Ки замолчала. Каморку заполнила гнетущая, печальная тишина. Эйс прикрыл глаза, чуть сдвинув голову. Чистая капля скользнула вниз и разбилась о пол. Ки застыла. И резко, но осторожно выпрямилась, заставив Эйса отстраниться. Глаза её расширились в шоке. Эйс отчётливо увидел и боль, и печаль, и ту самую привязанность. Да, она немного пугала. — Господи… — растеряно выдохнула Ки. Она протянула руку и мягко коснулась мокрой дорожки на щеке Эйса. Следом протянула и вторую и осторожно вытерла прозрачные слёзы. — О, небо, почему ты плачешь? — с той же растеряностью спросила Ки. Эйс плотнее приник щекой к её ладони и прикрыл глаза. — Мне грустно, — тихо поделился он. — И больно. В начале ещё было обидно. Но теперь только грустно и больно. Он потёрся мокрой щекой о руку Ки, ласкаясь, словно кот. Ки это изумило. Эйс был… полностью открыт. Так уязвим. И это тоже пугало. Разве Эйс мог кому-то так спокойно открыть душу? «Мог», — осознала Ки. Он ведь уже показал ей всю свою жизнь. Она разве что, запретила себе что-либо рассматривать и анализировать. Конечно, был вопрос: осознанно он это сделал или нет. Однако Портгас не заводил об этом разговора. — Прости, — тихо произнесла Ки и замолчала, не в силах больше что-либо произнести. Довести Эйса до слёз… Эйс слабо покачал головой. Он накрыл ладонь Ки своей. — Не надо… — прошептал он. Слёзы медленными жгучими ручейками текли по его щекам. — Не извиняйся больше. Одного… достаточно. Я… — он с неохотой открыл глаза и уставился в пол невидящим взглядом. У Ки всё внутри болезненно сжалось от его беззащитного вида. Столь сильный молодой человек, комдив и пират… плакал перед ней, доверчиво касаясь руки… — Я… Эйс сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить. — Помнишь, я говорил? Ты нужна мне, — Ки на мгновение перестала дышать. — Не совсем понимаю смысл этой фразы, но точнее выразить это чувство пока не смогу. Ты мне нравишься, Ки. Мне нравится наша дружба, то, как мы похожи и непохожи. Хотя это иногда пугает… Но я рад, что ты здесь, рядом, — Эйс мягко-мягко улыбнулся. Смотреть он продолжал в пол. Было похоже, что он смущён. — Рад, что мы подружились. Правда. Я очень… ждал такой возможности… Ки моргнула. Зачем-то осмотрелась. И вернула на Эйса несколько озадаченный взгляд. Подобная откровенность… не просто ошарашивала, она шокировала. Нет, Эйс часто говорил правду, только… не столь смущающую. Так называемых нежностей он старался избегать. Ки осторожно придвинулась. — Ты пьян? — она принюхалась. — Но алкоголем не пахнет. — Стоило выпить для храбрости, может быть, — Эйс сонно моргнул. — Но это было бы плохое решение. Я хотел быть в твёрдом уме и памяти, когда мы говорим. Это ведь очень важно.