Ханьгуан-цзюня много не бывает

***

Вэй Усянь снова засел за своими «прибыльными» и «удачными» экспериментами в цзинши Облачных глубин (стоит ли говорить, что делает он так абсолютную бессмыслицу?) и Лань Чжаню приходиться шататься по Гусу без дела, ожидая «возвращения» мужа из его маленького мирка. Он много дулся-обижался, переживал за состояние Вэй Ина, пытался развлечь его, звал Цзян Чэна и жаловался Лань Сиченю — и всё в бестолку! Как об стенку горох, ей-богу. — Гэгэ, потом, — отмахнулся Усянь, когда Ванцзи в очередной раз принес ему его любимой «Улыбки императора». Представляете? Вэй Усянь — прославленный среди четырёх Великих кланов пьяница и любитель выпить — и отказывается от «Улыбки императора»! В голове Лань Чжаня даже скользнула мысль о внезапной болезни Вэй Ина, и, как только он хотел отвести Усяня к лекарю Облачных глубин, из цзинши раздался взрыв, а из щели приоткрытой двери полетели клубы серого дыма. Следом за ними вышел сам Вэй Ин, кашляя и ругаясь на Вселенную за очередной провал. Ванцзи беспокойно покосился на мужа, но тот скрылся раньше, чем он смог вымолвить хоть слово. И одному дьяволу известно, куда подался Вэй Усянь. Лань Чжань решил проверить, что всё-таки произошло в цзинши. Когда он вошёл, дым уже немного рассеялся, и всё было более-менее видно. Он осторожно, словно ожидая очередного подвоха от вещей, лежащих на небольшом столике, подобрался к нему и присел. Разумеется — это ведь сам Ханьгуан-цзюнь — спина была ровная, как под линеечку. Ванцзи беглым взглядом осмотрел столик, и задержал его на маленьком пузырьке с непонятной жидкостью. Это то, над чем Вэй Ин так долго работал? И что это? Лань Чжань аккуратно, длинными изящными пальцами взял пузырёк, рассматривая со всех сторон. Из открытого горлышка веяло каким-то сладким ароматом. Ванцзи жадно вдохнул его и. упал без чувств, а стеклянный пузырёк благополучно разбился и жидкость разлилась по чистому (уже нет) ханьфу Лань Чжаня. Очнулся второй нефрит от миниатюрных ручек, с интересом трогающих его лицо. Он испуганно поднялся и смотрел на. себя. Да, на себя. Только этому Лань Чжань было около десяти лет. Ванцзи тяжело вздохнул, когда наглядно понял, что то был за эксперимент. Он поднялся, отряхнулся и осмотрел цзинши. Ничего не изменилось, кроме. Кроме того, что сейчас здесь были: малыш А-Чжань, которому буквально три года, Лань Чжань, которому десять-двенадцать лет и Ханьгуан-цзюнь, которому шестнадцать лет. И сам Ванцзи, которому перевалило за. Кхм! Неприлично оглашать возраст бессмертных. Шестнадцатилетний Ханьгуан-цзюнь с ужасом рассматривал цзинши. Его можно было понять: кроме присутствия его «двойников» в комнате творился страшный беспорядок. Он посмотрел на Лань Ванцзи и неуверенно спросил: — Что.. происходит? — Скоро вернётся Вэй Ин и.. — не успел закончить Ванцзи, как его перебили: — Вэй Ин?! — глаза Ханьгуан-цзюня округлились, — Зачем? Ванцзи лишь улыбнулся. Это было на него похоже. Второй нефрит подошёл к А-Чжаню и взял его на руки, перенося на растеленую циновку, тот лишь радостно помахал ручками, поднятыми вверх. Ванцзи придался воспоминаниям: этот малыш напомнил маленького Сычжуя, когда тот был того же возраста..

***

— О.. Ого. — удивлённо вскинул брови Вэй Усянь. — А ты времени тут не терял, как я посмотрю, — улыбнулся он, оставляя мешочек с какими-то травами на полке. — Вэй Ин, это... — начал Ванцзи. — Убожество! — недовольно отвернулся Ханьгуан-цзюнь, увидев Усяня. — Гэгэ! — Лань Чжань подбежал к заклинателю, хватая того за подол серых одежд. Вэй Усянь, не растерявшись, подхватил мальчика под бедра, поддерживая другой рукой. — Так во-от каким мой муж был в детстве, — Вэй Ин пальцами провёл по мягкой щеке Лань Чжаня, не скрывая обожания во взгляде. — Муж?! — шестнадцатилетняя копия Ванцзи, видимо, не разделяла этой радости. — Ага, — подмигнул Усянь, подойдя к Ванцзи, который виновато смотрел на него исподлобья. Он губами невесомо дотронулся к губам мужа и самодовольно улыбнулся. Младший второй нефрит покраснел до корней волос от такой картины. Разумеется, ведь его самые сокровенные желания сбываются у него на глазах. ;) Усянь стал рядом с Ванцзи, окружённый «копиями» возлюбленного. Один — на руках, другой — стоит прямо впритык к плечу, а третий.. Маленького А-Чжаня Вэй Ин заметил не сразу, только когда сзади что-то потянуло за алую ленту в волосах. Усянь обернулся и увидел Лань Чжаня — совсем младенца. Глаза Вэй Ина вновь загорелись. — Малыш А-Чжань! — Усянь наклонился к нему, прямо с десятилетнем мальчиком на руках и А-Чжань рассмеялся, маленькими пальчиками теребя волосы Вэй Ина. — Ты посмотри! Каким ты сладким был в детстве! — обращаясь к Ванцзи, воскликнул Усянь. Тот слабо улыбнулся. — Вэй Ин, это ведь ненадолго? — с опаской спросил Ванцзи, пока Усянь игрался с А-Чжанем и Лань Чжанем на кровати цзинши. — Я затем и уходил — найти травы для обратного эффекта. Кстати, это зелье было предназначено для кое чего другого, но, видимо, не судьба, — наигранно вздохнул Вэй Ин, а потом вновь отдался безмятежным забавам с младшими. А-Чжань сидел у него на коленках, а Лань Чжань рядом, и оба с азартом и изумлением наблюдали за фокусами Вэй Ина, Ханьгуан-цзюнь долгое время скептически смотрел на них, а затем.. поддался соблазну и стеснительно, постоянно краснея, подошёл в Усяню и взял того за кончик ханьфу. — Вэй Ин, можно я тоже тут... посижу? — стушевался шестнадцатилений Ванцзи. — Да! — улыбнулся Усянь, подвинушвшись для парнишки. Тот поближе придвинулся к Вэй Ину, прильнув к нему всем телом. Ванцзи чувствовал себя невероятно от созерцания подобного. Однажды он уже размышлял — что было бы, если он и Вэй Ин встретились бы раньше? Например, когда оба были ещё совсем детьми.. Он самозабвенно смотрел на счастливого Усяня, думая о своем. — Сянь-гэ такой молодец! — хлопали в крошечные ладоши А-Чжань и Лань Чжань, приходя в дикий восторг от очередного талисмана Вэй Ина. Сердце Усяня переполняла радость, и мужчина крепко обнял мальчиков, пока Ханьгуан-цзюнь мирно сопел на его плече. Внезапно сзади подошёл Ванцзи, который заключил руки в замок на талии мужа и поцеловал мужа в макушку. Вы знаете, что такое счастье? Это оно и есть. Солнечный свет — хотя настоящее солнце здесь Вэй Ин — заполнял цзинши, и сквозь светло-голубые занавеси не особо напекал, пока Усянь ведал своим мужьям истории из их жизни.. —..а ещё я помню, как Лань Чжань краснел, когда я забирал его одежду на холодных источниках Облачных глубин! — без умолку продолжал рассказывать Вэй Ин. Вэй Усянь, окружённый самыми любимыми: А-Чжанем, Лань Чжанем, Ханьгуан-цзюнем и Ванцзи беззаботно смеялся. Бархатный смех Вэй Ина разливался по цзинши, пока четверо вторых нефритов, подобно котятам прижимались к Усяню. Все пятеро (за исключением давно спящего Ханьгуан-цзюня) провалились в сон глубокой ночью, послужив одеялом друг для друга. Свет в цзинши так и горел, а потому Лань Хуань решил зайти и проверить, есть ли там кто. Представьте его удивление, когда он увидел своего младшего брата в четырёх обличьях, а посередине — как вишенка на торте — Вэй Усяня. Сичень негромко рассмеялся и потушил горящий в комнате свет.