Серебряная кровь

Том достал из тумбочки пистолет, повернулся к Первому. Тот ошарашено смотрел на его действия, но Учёный позабыл о способностях, которые приобрел у Икса. — Убери пистолет лучше, меня это пугает. — КБ решил вставить это хоть и не был уверен. Рука Томаса потяжелела и он выронил оружие на пол. — Чтоб тебя! Да не так же. Аргх, ладно… — возмущенный клон хотел подняться с кушетки и подобрать самостоятельно, но рука Учёного первой схватила. — Это я возьму пожалуй себе. А ты пока будь здесь и не высовывайся. — объяснил Диктор, отходя к выходу. — Что происходит? Куда ты? Только не ври мне, ладно? — Нужно проверить все, я быстро. Если придёт Док скажи ему, чтоб был с тобой, я не буду искать его по заводу. Рацию я все равно потерял. — Клон кивнул на указания и Томас покинул мет. отдел, закрыв его на замок. Второй ключ имеет также его помощник. [Задача обновлена: проверить камеры]. Добрался он до своего кабинета быстро и без проблем, по дороге, конечно, врагов не обнаружил, кто же будет так открыто нападать? Уже войдя и присела за стул Учёный открыл окно на экране с камерами видео съёмки и начал смотреть. Повреждения были как на ладони: все такой же повреждённый генератор в щитовой, разбросаны вещи в одном из отделений, а также отображались следы мутанта в отделении камер с испытуемыми, а именно — сломан, точнее проломлен выход в одной из камер. Ясно, кто это был. Томас выслал туда охрану для зачистки периметра, ещё три отряда отправил в разные отделения. На одной из камер он обнаружил своего помощника и он был явно не в лучшем положении. Зато находился совсем рядом, можно было сходить, заодно выяснить правду о Красном.

«Столовая», вот что за место было. Удобно было расположить это отделение в аккурат возле самого кабинета Тома. Когда он прибыл, ощутил гробовую тишину, уже было подумал, что Дока нет. Ему махнули рукой из-за стола и Том немедля направился туда. Там прятался напуганный Док, он держал в руке пистолет, правда, откуда он Том не понял. — Не шуми. Иди сюда. — почти шопотом проговорил Доктор. — Что?.. — его перебил звук падения чего-то в комнате и учёный решил не шутить с этим. — Эй, ты куда? Не ходи. — Мне это уже надоело. — Томас захотел проверить и возможно даже убить негодяя, но одного вида его сморщеного серого тела, обтянутого остатками голубой жилетки и блика зелёных глаз в полумраке хватило, чтобы он вернулся обратно к доку и спрятался за соседним столом. — Нельзя так напролом, он сильнее нас двоих вместе взятых раза в три. Видел какой огромный? — шёпотом продолжил помощник. Он был встревожен, а одежда растрепана, будто бежал и скрывался уже не мало. — Да. И что с Этим делать? — Не знаю, дай подумаю… Кстати, пули его не берут, я пробовал, это не выход. Слишком толстая кожа. — Док, ты не хочешь мне кое что рассказать? Например, про Номера Один? Какого хрена он жив? — лицо помощника явно сконфужено, он водил глазами со стороны в сторону, искал более менее вразумительный ответ. А тем временем монстр во всю переворачивал посуду, бросал её на пол в поисках пищи решил вскрыть холодильник. — Том, давай не сейчас. Не самую подходящую минуту ты выбрал… — нервно сказал доктор. — Ох, так значит? Ты понимаешь, сколько проблем теперь у меня появилось? А все так хорошо начиналось. И сейчас вместо того, чтобы сидеть в своём кабинете и проводить исследовательские работы как учёный я торчу здесь, на холодном полу прячась от какой-то херни! — Тише. — сказал Док. — Я кажется придумал идею. — учёный глянул вопросительно на него. — Смотри: вон есть холодильная комната мы можем заманить его туда и заморозить. — Он указал на железную дверь недалеко от клона. — Глупая идея… — У тебя есть получше? Или предлагаешь сидеть тут, пока эта дрянь не нажраться? — Ладно… Кто будет выманивать? — они переглянулись. Никто не хотел идти. Том подумал хорошо, понял, что от помощника помощи не дождёшься и переполз к другому столу, потом к следующему. Так он подобрался ближе к шкафам с продуктами и открыл один ключом, пока та тварь была занята поисками. Диктор открыл камеру, включил там максимальный режим заморозки и достал с полки кусок твёрдого сыра в том же шкафу. Было очень страшно, он отступил свободно в центр комнаты. Док следил за ним, был готов стрелять, хоть и не надеялся, то поможет. Том выстрелил из пистолета рядом с клоном и тот моментально отреагировал оторвавшись от бедного холодильника и стал идти на Тома. А тот времени не терял — бросил сыр в уже открытую камеру для хранения продуктов. Монстр либо был слишком голоден, либо глуп (скорее первое), поэтому как по команде бросился за едой в комнату не побоявшись человека. — Ого, Том, да ты спятил! — восхитился Док и вылез из укрытия. Учёный запер животное в той камере и улыбнулся победе. — Вот как это делается! Теперь я могу пойти наконец заняться работой. — они шли на выход из столовой. Разгромленной столовой, которая похожа на поле битвы школьных поваров. — Док, слушай указания: сейчас идёшь к Номеру Один, оказываешься ему помощь, если надо и вообщем следишь за ним, я на тебя рассчитываю. Меня не тревожить. Когда закончишь с клоном, займись порядком на заводе, этот черт много чего натворил… Все ясно? — Да.

***

Томас чувствовал огромную энергию внутри себя, которая распирала его тело и подавляла рассудок. Он хотел ещё. Это можно сравнивать с наркозависимостью, когда не можешь совладать собой и просто идёшь на поводу мании. После второго и последнего опыта на Иксе он получил ещё больше сил, голова трещала по швам, готова расколоться на части, конечности тряслись еле стоя на коленях на холодном полу, а из носа текла струйка крови. Его удивляло, как сердце выдерживает такие нагрузки. Учёный смог подняться на ноги, но голова в придачу к тошнотворному состоянию ещё и закружилась. Он отшатнулся назад к столу с компьютером, ухватился рукой и сел в кресло. Немного передышки и боль совсем исчезла. Надо же, сколько агонии из-за этой дьявольской машины… На смену тошноты пришла сила, он увидел себя в зеркале в ванной возле кабинета. На него смотрел бледный светловолосый мужчина лет двадцати девяти, с синими кругами под глазами и складками на лбу. Волосы небрежно набросаны на голове, торчали в разные стороны подобно соломе. Учёный намочил руку под краном и загладил немного шевелюру. Получилось, правда так себе… Томас вспомнил о делах, но его постигли ни с того ни с сего странные мысли, которых раньше не было. Даже объяснить трудно, он ударил резко в зеркало с неистовой ненавистью и пред ним произошла вспышка зелёного цвета, которая разнесла стекло в мелкие осколки. Учёный отскочил назад, в шоковом состоянии не знал, откуда это такая мощь. Неужели перестарался? Кажется, теперь было плевать на все.

***

Дверь в подвал на первом этаже завода резко и нетерпеливо открылась и в тёмное помещение вошёл парень в лабораторном халате. В руке все тот же фонарь, а в другой — золотой медальон его жены. Медленно ступая по незнакомой территории он шёл вперёд в надежде, что Эвелин все ещё жива. Том соврал ему, в который раз подряд. Злости было столько, что можно разнести в хлам целого робота Диктора, но это сейчас ни к чему. Он посветил фонарём под стену, увидел часть ноги, женский ботинок. Страх и радость одновременно охватили Исходного, он провел лучом выше: тело с перевязанными за спиной руками лежало на полу, лицо прикрыто жирными волосами. Роберт убрал волосы, пощупал пульс — она все ещё жива. Он сумел поднять жену и, тяжело шагая с ноги на ногу покинул комнату. Она была в плохом состоянии, придётся нести в медотдел, так как Роберт разбирается в медицине; благо идти недалеко…

***

Томас шагал по коридору своего завода. Головная боль и тошнота все ещё давала о себе знать, а распирающие силы вот-вот норовят вырваться наружу и разнести все к чертям. Он думал о Роберте, о том, что он пошёл искать жену и сейчас, возможно, уже с ней на плечах где нибудь возле выхода торчит. Мало того, он видел на камерах, когда свет вернулся. Его это не сильно беспокоило: если захочет, в любой момент может телепортироваться к нему и прервать его планы, застать врасплох так сказать. Прежде он хотел скорее утолить дикий голод, ведь теперь нужно ещё больше энергии для поддержки жизни. Он ощущал урчание в животе, казалось, что без пропитания в ближайшие минуты просто свалиться на пол и потерять сознание. Томас доплелся до нужного места — заводской столовой. Свет как обычно был включён, ему оставалось лишь пробраться через обломки и прочий мусор от того животного, который не убрали уборщики. Том уже и не знает, кто вообще работает на его заводе; те рабочие, которых он раньше видел сейчас уже не появлялись в привычных местах. Можно сказать, поддержка большинства систем была на автоматическом уровне и не требовала вмешательства людей, но были и такие процессы, в которых влияние человека было непосредственным. Вот та же лаборатория к примеру: в ней в любое время суток (даже ночью) можно было кого-то встретить, вечно кипела жизнь, что-то шумело, создавалась рабочая атмосфера, что главное. Но не сейчас к сожалению, он мало встречал людей. Вероятнее, это из-за проблем с кредитами, либо все просто «прятались». Учёный ринулся к холодильнику, открыв нержавеющую дверцу, заглянул внутрь. На него подул холодный воздух из камеры хранения пищи, Том достал какой-то пакет с быстрым перекусом. Открыв его за столом обнаружил бутерброд с сыром и колбасой, то есть — сендвич. Неплохо, в принципе жить можно, особенно учитывая, что Том не был хорош в готовке, а повара сейчас на месте не было. Жадно схватывая мягкий бутерброд, он смотрел по сторонам, его уже как полчаса преследовало странное чувство. Но только сейчас это чувство подтвердилось, когда он увидел открытую дверь из холодильного отделения и мороз по стене вокруг входа. Он подошёл ближе: понятно было, та тварь разорвала замок и выбралась из ловушки, чтоб не сдохнуть в холоде. Тома покрыл страх — теперь он не может знать, где и как искать этого питомца, и что в состоянии агрессии он может сотворить с заводом. Учёный выскочил из помещения и снова куда-то пошёл. Первым делом — проверить Номера Один и Дока заодно, ведь он послал своего помощника приглядывать за клоном. Ему было неспокойно, он дорожил и тем, и тем, но была надежда, что Док не пропадёт просто так, а Первый, как всегда найдёт в себе мужества встать на сопротивление или же убежать. По крайней мере, он таким его видел всегда с тех пор, как начал замечать неполадки в симуляции и скорое поражение в революции, которое он, несомненно, выстоял и упрямо пошёл вперёд. Учёный все шел и шёл в направлении к медицинскому центру, вот и дверь уже видна. Но резко его сознание омрачилось, а богатое воображение стало рисовать самые страшные картины из фильмов ужасов — на полу, рядом с дверью и прямо из помещения стелился ровный шлейф из крови; похоже было, будто тело тащили по полу, а потом след, протянутый вдоль длинного белого коридора как-то резко обрывается. Томас еле нашёл силы сдержать слезы и возродить проклятую надежду в голове, он вошёл в комнату и перед ним была данная картина: за столом сидел испуганный клон в красной не только тканью жилетке, выглянул из-за стола, и увидев Тома — вылез и подошёл к нему. — Первый, что черт возьми произошло?! — задал банальный вопрос учёный. — И где Док? Что за кровь, блять?! — Я… Я, извини. Появилась та мразь и она… — Клон из-за испуга говорил дрожащий голосом, словно пытался выдавить хоть что-то ртом. — Что она? Так, успокойся, присядь и все мне расскажи. — Томас заботливо усадил КБ на стул под стеной и тот стал приходить в себя, его взгляд был как у прокаженного. — Прости. Она утащила Дока, я даже не успел отреагировать, только спрятался. Не уверен, он видел и меня и скоро придёт сюда. Что делать, Том? — Тихо, ты не виноват. Сейчас что нибудь придумаем… Ты видел, Док ещё… Ещё был в сознании? Нужно быть уверенным, чтобы идти за ним. — Да, он был ещё жив, и у него был пистолет. Может, не пропадёт… А где ты был? — Том шарахнулся от такого вопроса. — Искал Исходного. — Ясно… — Красный выпил воды из бутылки. Заметно, как дрожали его руки, видимо давно не переживал стресса… Хоть ему не привыкать к сожалению. — Сейчас некогда говорить, нужно идти. Хоть там и опасно, может быть куклы его задержат… Ладно. — Томас без объяснений схватил КБ за руку и потащил к выходу. — Давай, нужно держаться вместе, прости, что тороплю… — Я и сам могу идти, спасибо. — Том обернулся к Бобу и увидел огонёк в его глазах, он был не дружелюбен, но в который раз смог поразить Тома своей мощью. Нечто более убедительное, нежели тысячи слов и порицаний; то, что мгновенно всегда давало понять и отступить, даже Том сейчас понял, что сделал не правильно — это самостоятельный организм. И сейчас, когда Кб в изумление держал руку Учёного, он ощущал дикое давление и пургу — она переходит в его тело, волнами. Красный отдернул свою кисть и смягчил взгляд. — Хорошо, только не пропади. Я в рубку. — Том ушёл к выходу и скрылся в белесых коридорах, а Кб тем поплелся по своим делам. Он хотел одного: узнать, что с кристаллами и ничего более его не тревожит, даже Док, ведь он уже настроил себя на его бесповоротную кончину. Он разминулись с Томом и Кб направо пошёл, а учёный и не подозревал куда тот идёт. Вскоре Красный оказался в большом помещении, там, где посредине на пьедестале красовался большой круг с разноцветными камнями по всему диаметру; он блестел от солнечного света, который пробивался сквозь толстое стекло витража на потоке. От Икса тянуло чем-то научным и таким знакомым Шраму: казалось бы — вот оно, возвращение в быль, давно минувшие дни, которые были запечатлены лишь на бумаге в дневнике его главного некогда врага, и по сути не могли вернуть ему память. Оно отнюдь это было не само сооружение, а его, модно сказать самые важные детали — кристаллы, которые и нужны были. Единственная память Шрама, единое его «спасение» сейчас прямо перед ним и грех не добыть его. Он, пребывая в шокированном состоянии, подошёл поближе, предварительно осмотрев лабораторию на наличие той вари, от которой у него непроизвольно выработался инстинкт, плюс — страх, а так же работники. Но к счастью тут было пусто и одиноко — даже аппаратура не работала. Красный попытался выдернуть первый кристалл, пришлось приложить усилия, но получилось — в его руках оказался жёлтый полупрозрачный камень в виде ромба. Джеймс, подумал Кб. Он самый, но любоваться времени нет. Второй дался легче, может быть слабее вкручен. Третий, четвертый… Он собрал все пять… Остался последний. И тут внезапно в комнату влетает Том: весь потрепанный и уставший на вид. Его взгляд сразу помрачнел, когда он увидел Кб за Иксом. — Не трогай! — крикнул он в полуголоса. — Я тебе запрещаю… — учёный, оторвавшись от стены, за которую крепко держался, подошёл ближе. Красный от испуга сорвался и со странным чувством вины стал следить за Томом. На его халате была видна кровь, а в руке был пистолет… — Так и знал… Ты использовал его в своих «благих» делах. — прервал неловкую тишину Клон. — Теперь я понимаю, откуда столько силы… Ты не изменился. — Он проговорил это с разочарованием. — Не важно. КБ фыркнул на него и продолжил дело, рука вновь потянулась к последнему камню — разноцветный кристалл Шизофреника. — Боб, если ты его возьмёшь — буду стрелять. — Он угрожающе направил на парня дуло пистолета, сокращая между ними дистанцию. Кб не отреагировал на это, ему не было плевать — он знал, Том не решиться на такое, хотя опыт показывает обратное. — Нет. Почему ты вдруг стал таким?.. — недоумевал клон. А ведь Том и вправду переменился. Неужто из-за Икса? Выстрел оглушил на несколько секунд парней, пуля пролетела возле клона, пробила стену. Шрам вздрогнул, но, опять же — не отреагировал. Тома это выбесило, он подошёл к Кб вплотную и попытался ещё раз пригрозить: — Я сказал бросай. Что тебе от этого? — Нет, ты не имеешь права отобрать это у меня, и убить! — выкрикнул клон в попытке увернуться от рук Диктора. Он оттолкнул Тома, моментально вырвал последний кристалл и побежал к выходу из помещения. Том со злости успел сделать несколько выстрелов, но промазал. Пусть валит, думал он. Его силы не нуждались в подкреплении и росли с каждой минутой.

***

Что же произошло за то время, пока не было Тома? Все просто: он пришёл в кабинет, к камерам и запустил общую тревогу на заводе — техника, а именно куклы стали патрулировать коридоры в поисках того животного. Дока он не обнаружил ни на одной из камер, вероятно, что его уже нет в живых. Томас поспешил, ибо увидел со съёмки Кб с Иксом, а этого допустить нельзя было.