Бестия

Жизнь с этой демоницей напоминала сидение голой задницей на пороховой бочке — не узнаешь, когда взорвет всё и вся к чертям собачьим. Да, Влад и раньше не считал себя человеком относительно спокойным, но с появлением Рыжовой, он заметил, как обычное, свойственное ему, раздражение, перешло в злость, злость в агрессию, а агрессия в неконтролируемую ярость. И сдерживать её рядом с этой чёртовкой было нереально. Он никогда не говорил ей, что любит. Ни разу, с тех самых пор, когда встретил её в клубе, привёз к себе домой. Да и сам, в принципе, до последнего не признавался себе в этом. Однако, потом понял, что бессилен. Алёна опьяняла. Будто бы выпил коктейля из самых разных бутылок крепкого алкоголя, не имея даже малейшего шанса противиться столь яркому соблазну выпить его до дна. До последней капли. Его убеждения о любви сильно пошатнулись. В книгах она описывается нежной, такой сопливой и сентиментальной, что хочется придушить автора этих самых книг. Любовь Влада такой не была. Алёнка раздражала его своими обтягивающими топиками, красной губной помадой, которую он всегда с остервенением слизывал — точнее, съедал — приторными духами, а самое главное, ублюдком Сашей. Именно этого шатена, некогда бывшего друга, Алёна упоминала каждый раз, при любом случае и ходила с ним на вечеринки, возвращаясь только под утро. Словно не замечала, как Влада он раздражает, как желает выпустить ему кишки и обмотать вокруг собственной шеи. Нет, она видела его буквально насквозь. Делала это намеренно, играясь, желая вновь видеть его грубым. Саша был всего лишь прикрытием. Алёна всегда открыто отказывала шатену в попытках подкатить. Они были друзьями с подросткового возраста, и девушка никогда не видела его в роли своего парня. Сегодня ей захотелось побыть собой. Скинуть маску стервы, в первый раз за долгое время не красить губы своей излюбленной красной помадой и провести с Владом целый день — с утра и вплоть до самого вечера. Алена всего лишь хотела стать к нему ближе, чем обычно. Узнать, что он любит, поговорить на общие темы, приготовить завтрак, чем она, собственно, сейчас и занимается — нарезает помидоры для салата. Готовить что-то более хитрое, чем салат и яичница с беконом, не хочется. Прошедшая тусовка в доме Вари украла все жизненные силы рыжеволосой. Слишком много выпила, что до сих пор трещит голова, несмотря на выпитые таблетки. Обычно, она бывает редко с Владом дома. Вся её жизнь состоит из вызывающей одежды, дискотек и секса, а утром работы официантки в ресторане. На разговоры с парнем времени мало, да и он не очень-то, как ей казалось, стремился поговорить с ней. Ох, детка, тебе так только кажется. Влад задумчиво следил за её действиями, облокотившись о дверной проем. Наверное, скорее снег летом пойдёт, чем рыжая решит остаться с ним подольше. Их отношения никогда не заходили дальше пары диалогов и безумного секса. Решив не раздумывать над этим, парень бесшумно подошёл сзади, прижимаясь всем разгоряченным телом и положил руки по обеим сторонам её бёдер. Вот почему он не смог отыскать свою футболку — демоница бесстыдно напялила её на себя. Сам не заметил, как девушка переселилась из своей комнаты в его спальню. Края материи не скрывали красных стринг. Внизу живота потянуло. Черт, даже не сделав ничего смогла его возбудить с утра пораньше. — Малыш, если будешь так ходить по дому, то навряд ли выберешься из постели. Его губы уже исследовали шею девушки, заставляя её дать больше пространства и сцепить зубы, дабы не застонать от удовольствия. Влад прикусил кожу шеи, проскальзывая руками под футболку, пробирается к груди, сжимая руками, обводит подушечками пальцев напрягшиеся соски. О, да тут не только он успел возбудиться. Рыжая облизывает пересохшие губы, будто бы нечаянно трется об отчётливо виднеющуюся эрекцию. Заводит. — Блядь, детка, ты сводишь меня с ума. — хрипит он, впиваясь в губы девушки. Сегодня без помады она кажется ему вкуснее, чем когда-либо. Поцелуй яростный, хватка на скулах слишком болезненная, но девушке эта грубость приносит только чистый кайф. Возможно, мазохистка, она ничего не может и не хочет делать с этим. Во рту ощущается металлический привкус собственной крови от специально прокушенной им губы. Одним рывком парень усаживает её на гладкую поверхность стола и выключает плиту. Шипение становится тише, а напряжение между ними лишь больше. Влад отодвигает ткань стринг в сторону, удовлетворённо выдыхая. Его малышка слишком сильно изголодалась по нему за всю неделю, что у них не было близости. Ткань трусиков и внутренняя сторона бедра были покрыты её возбуждением. Он сам был готов кончить лишь от одного вида своей дьяволицы. Размазывает влагу по липким складочкам, не проникая внутрь. Дразнит. Играется. Девушка чуть ли не скулит от желания, пытается сама насадиться на его пальцы, но с провальным успехом. Это же надо иметь такую выдержку после недели воздержания. Влад с пошлыми чмоками облизывает свои мокрые в её влаге пальцы, будто дегустируя. От этого зрелища девушка откидывает голову назад, встречаясь затылком с дверцей навесного шкафчика и шепчет: — Влад… ик. Пожалуйста… — Что? Прости, я тебя не совсем понял. — Господи, возьми ты меня уже наконец. — Взять? На руки, что-ли? Да он просто издевается над ней. Хорошо, пусть будет игра. Только вести будет точно она. — Ну, не хочешь, и не надо. Позвоню-ка я лучше Саше, уж он не против взять меня как следует. Произнесенные слова дают нужный эффект. Влад с рыком входит в нее двумя пальцами, наращивая темп все быстрее. Ну нет уж, после произнесенных слов он навряд ли даст ей кончить. — Неужели ты думаешь, что он будет лучше меня? Алёнка молчит. Нет, ей даже это проверять не хочется и не станет. Однако, хитро улыбается и смотрит в прищур голубых глаз. — Ох, — она притворно вздыхает. — Был опыт, увы, печальный. Знаешь, я считаю, что у него член как у восьмиклассника. — О, — Влад силится не рассмеяться от нелепости этого разговора. Злость как рукой снимает. Удивительно, она способна разбудить в нем дикое желание, злость и так же легко успокоить парой предложений. — Это экспертное мнение? Хотел бы я узнать, что ты думаешь о моем. Алена массирует ему плечи и хаотично покрывает шею засосами, прикусывая. — Я думаю, что он твёрдый, большой, — прижимается к нему промежностью, заставляя хрипло выдохнуть. — И то, что безумно сильно желаю ощутить его в себе. Сейчас же. Влад с треском рвёт её трусики и приспускает надетые наспех спортивки, входя во всю длину. Алена сладко тянет его имя, двигаясь ему навстречу в диком темпе. Алёнка не должна испытывать удовольствие от того, что смогла опять довести парня до состояния слепой ревности. Или от того, как не замечает, что ранит его клином прямо в сердце своими ебанутыми упоминаниями о Саше. Перед глазами у девушки начинают мельтешить толи точки, толи звезды. Она начинает мелко трястись в его руках. — Малыш, ещё чуть-чуть… Ну же, давай. Парень усмехается. Не все так просто. Он слишком заебался давать ей всегда то, что она хочет и когда хочет. Довольно с него. Девушка плотно окольцовывает его член мышцами, чувствует, что прямо сейчас кончит, но Влад выходит из неё, изливаясь на плоский, подрагивающий от возбуждения животик. Влагалище пульсирует, и рыжая чуть ли не плачет от разочарования. Старается сама насадиться на него. Безуспешно. Влад натягивает спортивки, небрежным жестом зачесывает назад волосы и достаёт из кармана почти новую пачку marlboro. Игнорирует хныкание девушки, делая затяжку и выпускает колечко дыма. Алёне нравится как он курит. Сексуально до умопомрачения. Она хочет быть той самой сигаретой в его руках. Сейчас уже начала медленно сгорать от любви к нему. Жаль, что не взаимной. Тщательно вытираясь бумажным полотенцем, рыжая не обращает внимания на пожар внизу живота и вновь включает плиту с недоделанным завтраком. Спустя время раскладывает по тарелкам яичницу и салат. — Ты сегодня останешься дома? — спрашивает он. — Я хотела, взяла выходной, но потом позвонили и сказали, что Наталья не выйдет на работу из-за болезни, а лишаться двух официантов в один день не выгодно. Сегодня наплыв клиентов, я там нужна. А ты? —  Думал, что останусь с тобой дома, но, раз уж развлекать меня некому, то нужно многое успеть сделать за сегодня. Вечером останешься? Алёнка вздохнула, увидев его полный надежды взгляд, но не придала этому особого значения. Они друг другу никто. — Нет, сегодня поедем в клуб с друзьями. После работы за мной должен заехать Саша. — Влад стиснул зубы, почти скрипя ими. — Ты с нами? Он бы рад, но дела по управлению целой сетью ресторанов не должны стоять на месте. Наверное, ему нужно немного времени отвести отдыху. Развеяться не помешает. — Если только освобожусь пораньше. Ничего не обещаю, детка. Девушка пожала плечами, убирая в мойку посуду. Надела чёрные кожаные лосины, красный топик, такого же цвета шпильки и, не дожидаясь Влада, вышла из дома. Время на часах неумолимо приближалось к одиннадцати, поэтому она ускорилась, дабы не опоздать. Влад хоть и очень помог ей, устроив на работу в этот ресторан, но прикрывать её задницу вечно точно не станет… *** Скинув с себя неудобные туфли, девушка прошла в спальню и разлеглась на кровати в позе звезды. Действительно, сегодня было намного больше людей, чем обычно. Сын какого-то мажорчика, имени которого она даже не запомнила, отмечал совершеннолетие, позвав с собой, как ей казалось, чуть ли не пол города. Она даже не успевала перекинуться парочкой слов с Ольгой — её лучшей подругой — приходилось бегать от стола к столу, натянуто улыбаться, угождая всем подряд. Хоть девушка и была с характером сложным, но надевать маску вовремя была способна. Её гардероб в основном состоял из юбок и топиков, однако, сегодня девушка решила одеть короткое платье с пайетками на бретельках. Волосы как всегда ниспадали водопадом, а губы украсила матовая красная помада. Надела черную кожанку и поспешила к машине. Она дико устала, но никогда не пропускала ни одну вечеринку. Все считали Алёну главной тусовщицей города и она не собиралась давать повода для того, чтобы в этом мог хоть кто-то усомниться. Телефон пиликнул, оповещая о сообщении. Посмотри в окно. : D Возле дома стояла старенькая lada Саши. Она поспешно заперла дверь и побежала к парню, чмокнув того в щеку. — Прекрасно выглядишь. — Серьёзно? Я всегда прекрасно выгляжу. Саша даже не обратил внимания на эту колкость. К такому поведению Алёны привыкли уже все и давно. — Готова повеселиться? — О, ты же знаешь, ещё как готова. Поехали поскорее! — воскликнула рыжеволосая, чувствуя предвкушение. *** Алена подошла к стойке и приказала налить себе 7 стопок текилы, мгновенно опустошая одну за другой. Толпа яростно ревела, подпевая недавно приехавшему певцу, срывая голос. Некоторые собрались в кучку, закидываясь наркотиками и даже не боясь, что их могут увидеть. Бармен высоко подкидывали бутылки с элитным алкоголем и так же ловко ловил их, демонстрируя всем умение делать лучшие коктейли. В углу стоял чёрный кожаный диван, на котором уже чуть ли не трахалась одна пара. Сознание потихоньку затуманивалось из-за выпитой текилы и девушка, схватив за руку отошедшего в сторону шатена, вытолкнула прямо в центр всеобщего хаоса, подняла руки и соблазнительно двигалась. Саша осторожно положил руки на её бедра и, не получив привычного леща за домогательство, стал смелее. Прижался к ней сзади всем телом и прикусил мочку уха. Она хотела просто отвлечься от мыслей о Владе, об их отношениях, которых как таковых и не было. Весь день на работе только и думала о нем. О его горячих руках, сухих губах, жёстких волосах, в которые она частенько, под его недовольное мычание во сне, зарывалась пальцами… Волна мурашек табуном пронеслась по позвоночнику, а подушечки пальцев начало покалывать, но Алёна упрямо не обращала внимания на это. Она отошла от разгоряченного близостью с ней парня и подошла вновь к барной стойке, в желании выпить ещё парочку стопок текилы. Шатен подскочил неожиданно, схватил за руку, и, не объясняя ничего, потащил в сторону мужского туалета, грубо толкая внутрь, с выдохом впиваясь в приоткрытые губы рыжеволосой. Она возмущённо попыталась отпихнуть его за плечи, но Саша сильнее вдавил её хрупкое тело в шершавую стену, выбивая остатки кислорода в лёгких. — Ты что творишь? — прошипела девушка как только он отстранился. — А что такое? Мне показалось, ты совсем не против. Признайся, хочешь меня, детка? Ты вкусная. — облизнулся парень, игриво подмигивая. Алену чуть ли не начало трясти от злости, кипящей в венах. Это произнесенное детка только сильнее распалило её гнев, ведь только один единственный человек в мире мог так её называть, но, решив разозлить его также, как и он, широко распахнула глаза и проигнорировала ебанутые вопросы. — Вкусная… Нет, ты знаешь, мой Владик предпочитает выражение «охуительно сладкая». На лице парня заиграли желваки, заставляя рыжую удовлетворённо улыбнуться. Как всегда, по стервозному. — Знаешь, я очень сглупил, когда решил познакомить тебя с Владом. Мы были хорошими друзьями до этого момента… Когда твоя бабушка умерла, а оплачивать съемную однушку было нечем, я предлагал тебе пожить со мной, ведь… Тогда мной руководило не только сочувствие, но и любовь. — Он смотрел пристально, раскрывая ей всю свою душу и боль. Через мгновение взгляд стал холодным, пробирающим до костей. — Но ты выбрала его. Приняла приглашение Влада, стала жить с ним, спать с ним, и тогда мной овладело презрение сначала к нему, потом к тебе. Он болезненно поднял её за подбородок. Теперь ему было поебать на синие засосы на шее Аленки, боль притупилась, любовь к ней прошла, как будто её и не было. — Я пытался сохранить частички той дружбы, которая была у нас с тобой до знакомства с Владом, но теперь могу без сомнения сказать, что ненавижу тебя. Ты просто шлюха, которая не знает о существовании любви, которая даже её не заслуживает. Дрожащими руками рыжеволосая оттолкнула шатена и выскочила на улицу, набрала номер Влада, мысленно умоляя того взять трубку. Длинные гудки сменились любимым низким баритоном. — Детка? — Владик, пожалуйста, забери меня отсюда. Я прошу тебя… — Где ты? Продиктовав адрес, Алёна прислонилась к стене клуба, едва сдерживая поток слез и рыданий. Она всегда была сильной, справилась со смертью единственного родного человека, справиться и с этими жёсткими обвиняющими словами из уст того, кого считалась близким другом. Чёрный мерседес остановился прямо возле её ног, и Влад поспешно вышел из машины, подхватывая ослабевшую девушку на руки. Сразу же обратил внимание на размазанную помаду и заплаканное лицо. Бережно положил свою ношу на переднее сиденье и опустил его. Глупая девчонка. Даже куртку оставила в клубе, выскочив на улице только в платье, мало что прикрывавшем. Парень взял клетчатый плед с заднего сиденья и аккуратно обмотал девушку. Совсем по-детски смотрелась с подложенной под голову ладошкой. Спустя минуту автомобиль тронулся с места. *** Алена сонно приоткрыла глаза и зевнула. После тусовки ощущения всегда адские, но сегодняшним утром прибавился ещё и тяжёлый груз вины от неожиданного откровения Саши. Была слишком слепа, что не замечала его влечения к ней. Да и виновата ли сама, что сердце отплясывало чечетку, как только в поле зрения появлялся этот голубоглазый красавчик? Нет, конечно, нет. Тогда почему так паршиво? Она ведь холодная, расчетливая стерва, не должна обращать внимания на это. Но она обращала. Хотя, разве были они настоящими друзьями? Взгляд беспардонно скользил по лицу спящего парня, сканируя его. Желала вновь изучить любимые черты лица. — Такой красивый, что глаз не оторвать? — внезапно резко открыл глаза он и ухмыльнулся. Впился в её губы настойчивым поцелуем. Прикусил нижнюю губу, тут же зализывая и проникнул языком в ротик, исследуя. Еле оторвался от своей охуительно сладкой девочки и притянул к себе за талию, впечатывая в стояк. — Да. — хрипло прошептала Алёна и свела ноги вместе, чувствуя, как низ живота болезненно тянет. — Что было вчера, после того, как ты меня забрал? Мои воспоминания обрываются на нашем разговоре с Сашей… — Ну, я был несколько удивлён, когда ты мне позвонила. Думал, что ублюдок вернёт тебя утром, как и всегда. Это было странно, поэтому я бросил все отчёты и метнулся к тебе. Ты свалилась прямо мне в руки, благо, хоть не на асфальт. Я привёз тебя домой, уложил спать, но ты проснулась и начала рыдать. — Он прикусил губу, внимательно следя за её эмоциями. — Рассказала мне весь разговор без утайки и я должен… Нет, просто обязан тебя отшлепать. Она удивлённо выгнула бровь. — За что это, позволь спросить? В голубых глазах напротив уже вовсю прыгали чертята. Длинные пальцы ловко забрались под платье и трусики, поглаживая клитор и тут же проникся в нее, набирая темп. Тихие стоны срывались из приоткрытых губ. — А за твои ебанутые мысли о том, что тебя никто не любит. Я тебе на что нужен? — Ты.? — Повторила она, мечтая, чтобы это все не было сном или игрой её больного воображения. — Я люблю тебя. С самой первой встречи любил, но не хотел признаваться ни тебе, ни себе в этом. А нежелание что-либо слышать о Саше было подогрето не только злостью на него, но и ревностью… К тебе. Я пойму, если мои чувства не взаимны. Просто я, кажется, созрел для того, чтобы в них признаться. — Я тоже тебя люблю. И обязана отшлепать за мысли о невзаимных чувствах, Владик. Сейчас с них слетели все маски, все их недомолвки, которые преследовали всю жизнь. Оба запутались в себе, в своих чувствах, боялись раскрыть правду, боялись отказа. Утопая друг в друге, они познали смысл необычного слова «любовь».