Хаотичность его мыслей

Он слышит глухое рычание. Оно раздается по всему подсознанию и отражается от стенок гулким эхом. Он чувствует яркий жар, который окутывает с ног до головы, и цепляется краем уха за странный шум, которому он не мог придать характеристики. — Эй. Он открывает глаза. Прямо перед ним — огромные острые зубы-клыки и недоброжелательный взгляд демонических глаз. Наруто щурится, скалится сам и смотрит в ответ настойчиво, ощущая ярость и гнев, нежелание смирения, дикость. — Уймись. Он вцепляется пальцами в морду, чувствуя прилив сил — и чакра вдруг переполняет его. Девятихвостый рычит и бьётся, но Наруто стоит на месте — не дает слабины, концентрируется и вкладывает всё, что есть. Так продолжается, как думает Узумаки, долго — но упорства у него хоть отбавляй, и в какой-то момент рычание затихает, и Наруто открывает глаза, расплываясь в ухмылке. — Ты мой, — тот смотрит с яростью и вновь рычит, — понял? — Наруто-кун, — раздается хриплый голос, и он приоткрывает глаза. Он лежит на земле, холодный ветер оставляет неприятные ощущения на коже, а ссадины болят — Орочимару в десяти метрах от него и подходит чуть ближе. Наруто, рыча, опирается на собственные руки и пытается встать, не поднимая головы. — Ты слаб, — слышит он, — даже не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь достигнуть своей цели. Наруто тут же рычит, и Орочимару останавливается, хмурясь. Узумаки вскидывает голову и резко ударяет хвостом по земле — совсем рядом со змеем, видя, как разлетелись в сторону камня и почва. Спустя секунд пятнадцать, когда пыль сошла, Наруто окончательно поднялся, рыча — рык был странным, точь-в-точь животным, исходящим откуда-то из живота и проходя по горлу, громко расходясь эхом, и Узумаки увидел, что Орочимару от этого дёрнулся, убирая руки из защитного жеста, и сощурился, внимательным взглядом осматривая всего Джинчуурики. — Наруто-кун, — сказал Кабуто спустя пару часов, — можешь описать, что ты тогда чувствовал? Наруто не смотрел на него. Чуть щурился, рассматривая собственную руку, и медленно кивнул. — Я… — он тихо усмехнулся, проводя большим пальцем второй руки по вене, — чувствовал власть. И ярость, — он вскинул голову, чуть улыбаясь, что шло вразрез со словами, и глядя на нахмуренного Кабуто, — не свою, а Кьюби. И это… — он вновь усмехнулся, — было классно. — Но ты ведь не сорвался. — Нет, — Наруто снизил тон, вновь сощурился и улыбнулся еще шире, смотря ниже, куда-то медику в ноги, — я… — он перевел взгляд на Орочимару, и тот сложил руки на груди, — стал его хозяином. Кабуто подошел к нему ближе, присаживаясь рядом с ним на одно колено и заглядывая в глаза. — Можешь снова показать? — Не боишься, что я оторву тебе голову? — тот усмехнулся, и Кабуто фыркнул, приподнимая брови. — Нет, — протянул он, — мне точно не оторвешь. Наруто в ответ на это лишь закрыл глаза и сжал покрепче челюсть, а через минуту Якуши чуть дрогнул от неожиданности, когда встретился своим взглядом с демоническим. Узумаки на его реакцию лишь усмехнулся и рыкнул — так, как рычал при Орочимару. Этот рык был чем-то особенным, громким и заставляющим покрываться холодным потом и сглатывать — так, как сглотнул сейчас Кабуто, когда рык отразился от стен чудным эхом. Наруто не знал своих нынешних возможностей до конца и не знал, что с этим делать. Однако он понимал одно — теперь всё точно изменится.