Таинственный путь

- Чёрт, моя голова, - проснувшись, голова так сильно гудела. *трр, трр, трр*, чей телефон звонит, мой что ли? Оглядев кровать, я нащупала телефон и приняла звонок. - Алло? - охрипшим голосом, произнесла я. - Алло, Маш, ты видела время!? - это была Катя, оказывается они уже давно в школе. На часах было 8:45, а это означало, что через 15 минут начинается первый урок, да и не простой - алгебра. Быстро сообразив, я вскочила с кровати и понеслась завтракать. Запихнув в рот что попало, побежала в ванную, чистить зубы. Кое - как умывшись, стала искать брюки и рубашку. По пути закинув учебники в рюкзак, сломя голову, я выбежала на улицу.

***

До начала урока оставалось 5 минут. Влетев в раздевалку, я стала скидывать с себя куртку и кеды. Прозвенел второй звонок, я вылетела из раздевалки. Подниматься пришлось на 4 этаж, оказывается в нашем кабинете у кого-то там замена. Постучав, я открыла дверь. У доски стояла Ольга Ивановна и что-то объясняла. Мельком посмотрев на меня, она сказала: - Быстрее заходи, уже урок давно начался, - её тон не приносил ничего хорошего. Я быстро прошла на свое место, окинув её безразличным взглядом, стала доставать свои принадлежности. - Перед тем, как начать урок я бы хотела уведомить вас, - она вышла в центр класса, - Как вы знаете, была проведена олимпиада. Из нашего класса выиграло два человека, это Смирнова и Гордеева, поэтому через неделю они поедут в Москву в моем сопровождении. Поэтому те, кто хотели тоже могут поехать с нами. Все в классе засвистели и начали улыбаться. - Нам разрешили взять пару человек, но с дополнительной оплатой от вас, поэтому тот, кто..., - но её перебил стук в дверь и голова какой-то учительницы, - Мне сейчас нужно удалиться, а вы пока между собой решите, - и она ушла. Кстати, в классе не было Сони. Либо она подойдёт потом, либо не хотела появляться после моей вчерашней выходки, надо будет с ней поговорить, а пока мне важно совсем другое. Пока её не было я решила посидеть в телефоне, но невольно услышала разговоры про учителей, среди которых была Ольга Ивановна. - Слушай, Антох, ты поедешь? - спросил его лучший друг Дима. - Скорее всего, тем более раз ОНА будет нас сопровождать, - с наглой ухмылкой произнёс Антон. Честно говоря, я напряглась, что этим уродам нужно от неё? Отложив телефон, я стала подслушивать. - Ты что-то уже придумал что ли? - О да, я, она, вино, мы одни и я её отжариваю во всех позах, - тут парни рассмеялись. Скрипя зубами, я сжала кулаки, что даже костяшки побелели. Резко встав, я обронила стул назад и рывком подошла к Антону. - Что ты сейчас сказал про Ольгу Ивановну? - ещё сильнее закипая, спросила я. Одарив меня ехидным взглядом сказал: - А что, Смирнова, тоже хочешь с нами? - тут он засмеялся вместе со своими уродами дружками. Я не выдержала: - Ах, ты урод! - я кинулась на него. Опрокинув его на пол, я стала бить по его наглой морде, он, естественно, уворачивался. Со всей силы он оттолкнул меня, и так получилось, что я упала прямо лицом на ножку стола и рассекла губу. Поднеся руку к губе, из неё стала идти кровь. Ладно бы чуть-чуть, но там был просто водопад. Встав с пола, я злобно посмотрела на него. - Знаешь, ты такой урод, как ты можешь обсуждать людей, тем более учителя!? Ты ничтожный, она на тебя даже не посмотрит, ты видел себя вообще? - совершенно не боясь, я подхожу к нему и, со всего размаху, ударяю по его наглой морде. Он упал и стал хвататься за нос. Вау, не ожидала от себя такого. Его дружки стоят и тупо смотрят, как девчонка бьёт его. Но не тут то было. Антон быстро встаёт и ударяет мне по лицу, задевая бровь костяшкой. Из неё стала сочиться кровь и капает мне на ресницы. Круто, губа, бровь полностью разбиты. В ту же секунду, Антон снова накидывается на меня и пытается ударить, но, оттолкнув его тело ногами, я сама сажусь сверху и начинаю душить. Мне уже было всё равно, что с ним будет. Абсолютно наплевать. - Слезь с меня, сука! - кричит он. - Заткни свой поганый рот! Я не заметила, как в кабинет влетает Ольга Ивановна. - Что здесь, черт возьми, происходит!? - голос полный возмущения и, одновременно, волнения, только вот за кого. Она быстро подлетает к нам и разнимает, пытаясь снять меня с него. - Помогите оттащить, - скомандовала она ребятам. В ту же секунду меня отодвигают за плечи. А я не собираюсь останавливаться на своём словарном запасе. - Скажи спасибо Ольге Ивановне, а то получил бы, - вырываясь, кричала ему в лицо. В итоге в одном конце класса стоит Антон, которого держат двое его дружков, а меня держат Наташа и Катя. - Что здесь произошло!? - стала возмущаться она, - подойдя ко мне, Оля подняла меня за подбородок, разглядывая художество этого сукина сына, - Смирнова, да что с тобой такое!? Сбросив её руку и подняв на неё взгляд полный возмущения, ответила: - Да ничего со мной, а вот с этой сукой надо ещё разобраться, - вырвавшись из цепких рук девчонок, быстро покидаю кабинет, последний раз взглянув ей в глаза.

***

И что мне делать со своим лицом? Идя по коридору, размышляла я. Надо зайти в туалет. Урок уже давно закончился и прозвенел звонок на другой, а я до сих пор брожу. Зайдя в туалет, я взглянула на свое лицо. "М-да, вот это красота". На глазу висела сухая кровь, а губа опухла. Включив воду, я стала умываться. Я решила просидеть перемену в коридоре, удобно сев на скамейку, я стала думать об этой ситуации. Спустя неделю, она обратила на меня свое внимание, однако, какой ценой? Да и ещё накинулась на меня, мол, я виновата. Моему возмущению не было предела. Просидев кое-какое время, я решила забрать свой рюкзак, все-таки, там телефон и деньги. Оглядев коридор, я медленно пошла к кабинету. Только я собиралась идти, как услышала, что кто-то идёт сзади меня. Конечно же, она. Я решила побыстрее уйти, не хотелось что-либо ей объяснять, тем более раз я виновата. Но далеко уйти мне не дала её хрупкая и нежная рука. - Маша, - твердо проговорила она. Мне не оставалось, как повернуться к ней. - Что произошло, ты не объяснишь мне? - подняла бровь вверх. Я упрямо молчу, даже не взглянув на неё. Вздохнув, она потянула меня за собой. - Пошли. - Подождите, куда? - опешила я. Она ничего не ответила, лишь дальше тащила меня за руку, а ведь больно. Спустились мы на второй этаж, в её кабинет. Хм, а что уже никого нет? Меня никто не спасёт? Закрыв дверь на ключ, приказным тоном сказала: - Садись. Достаёт вату и спирт. А чего это вы хотите помочь мне, а не любимому Антоше!? Она подходит ко мне, мочит ватку и нежно проводит по брови. Она так близко, снова я могу слышать её дыхание. - Что все-таки случилось? - поднимая взгляд на меня, тихо спросила она. - Вы, разве, не меня считаете виновной в этом? Слышу её нервный смешок, но она также продолжает прикладывать вату. - Маш, - вздохнув, произносит она, - Я не понимаю, что происходит.. Не понимаю, о чем это она? - Вы о чем вообще? - Ты знаешь, - ещё один вздох, - У нас с тобой всё нелегко, ну я о наших... Взаимоотношениях. Я не знаю о чем с тобой говорить, что сделать. Лишь смотрю на неё, ничего не могу произнести. Она перешла на губу. "Ай, больно", я схватилась за её руку. Взглянув на меня, но продолжая смотреть в глаза, сказала: - Что, больно? - тихо, нежно. - Больно, но не губе, - обозначила намёк я, на ситуацию в клубе. Мы молча смотрели друг другу в глаза, её рука до сих пор покоилась у меня на губе, а моя, в свою очередь, гладила её. Я решила уйти, пока не было ещё больнее. Встав, я хотела бы уйти, но она снова не дала мне этого сделать. - Подожди, - я еле услышала, что она сказала, но поняла. Положив руки мне на плечи, она поддалась вперёд и сомкнула наши губы. Пару секунд я стояла в ступоре. "Она сама меня целует?", но быстро отойдя от шока, и, протянув руку к её щеке, я ответила на поцелуй. Это продолжалось минуты две. В поцелуе не было страсти, какой-то извращенности, была лишь нежность и мои чувства к ней, а может и её ко мне? Нас прервал стук в дверь, мы резко отряпнули друг от друга. В её взгляде не было страха, злости, а была.. Нежность? - Ольга Ивановна, это Ирина Владимировна, я вам тут принесла бумаги на подпись. - Я пойду, - быстро проговорив, я открыла дверь и выбежала. - Смирнова!? - вслед последовал крик завуча, но я уже не обращала ни на что и ни на кого внимания, а думала лишь о ней.