Сколько стоит улыбка любимого?

— Подумай. Ну, куда ты пойдёшь сейчас, среди ночи? Где ты остановился? В какой то лачуге с клопами и тараканами? — тихо продолжал художник, сжимая сильную ладонь, боясь разжать длинные, аристократические пальцы, как будто если он это сделает, то его соулмейт просто исчезнет, растворится в воде. — Я не уверен. Но сегодня и в ближайшие дни мне действительно негде остановиться. Я собирался вернуться в общественную баню, когда мы простимся, — сдался Чонгук. — Но я соглашусь с одним условием! Если я буду платить за аренду! Правда твоя квартира наверное слишком дорогая и я не потяну даже четверть всех расходов, — он печально вздохнул. Тэхён же наоборот повеселел и расцвёл: "Наконец-то его квартира перестанет быть музеем, а он не будет чувствовать себя в ней музейным экспонатом!" — Тогда давай пари... Давай на перегонки! Если я тебя обгоню, ты будешь платить мне аренду. А если ты приплывёшь первым, то я все расходы возьму на себя, пока ты не сможешь устроиться в Сеуле на хорошо оплачиваемую работу! — О! Соревнование? Это то, что я люблю! Они забрались по лесенке на бортик бассейна, приготовились и прыгнули в воду. Чонгук стремительно набирал скорость, преодолевая быстро водное полотно и не подозревая, что тот, кто заключил с ним пари, еле тащится позади, барахтаясь по собачьи вдоль натянутых поплавков, разделяющих бассейн на дорожки. Дотронувшись до стенки бассейна и убедившись, что на соседней дорожке нет Тэ, Чонгук издал победный вопль, радуясь победе. Но обернувшись и увидев жалкую картину, как спорщик барахтается не преодолев и трети водной дорожки, расстроился. — Обманщик! Как ты мог спорить со мной и предлагать плыть наперегонки, если не собирался плавать? — он подплыл к Тэхёну и напрыгнул к нему на плечи, притопив, думая, что тот дурачится специально, чтоб проиграть ему. Но Тэ не всплыл, а лишь беспомощно, отчаянно задрыгал ногами и руками, а после и вовсе застыл, судорожно вздрагивая. Фотограф нырнул и вытащил его на поверхность, а потом доплыл с ним к лесенке и помог выбраться из воды парню в полуобморочном состоянии. — Что? Что случилось? Ты что, совсем не умеешь плавать и даже держаться на воде? — укладывая Тэ на шезлонг и обмахивая ему лицо полотенцем, спросил Гук. — Нет. Я умею немного. Умел. Но у меня развилась боязнь глубины. Понимаешь, это как боязнь высоты, только глубокой воды очень сильно боюсь. Панически. Однажды подо мной лодка перевернулась и я не мог в темноте определить где верх, где низ или нащупать дно ногами. Меня вытащили, сказав, что я отделался лёгким испугом. Но испуг оказался куда сильнее, превратившись в панический страх. — Понятно. Прости, я не знал. — Хорошо. Но больше так никогда не делай, пожалуйста. А сейчас давай уйдём отсюда? Чонгук помог шатающемуся другу дойти до раздевалки, оглядываясь с тоской на бассейн. — Ты иди, плавай! А я пока полежу, посижу, приду в себя. Вернёшься, перекусим и поедем домой, — похлопав по накаченному бицепсу, сказал художник. Гук с надеждой посмотрел на бассейн, потом снова на Тэ. — А с тобой точно будет всё в порядке? Тот кивнул в ответ. — Иди, мне нужно побыть одному, успокоиться. Только обязательно возвращайся. Он со слабой, нежной улыбкой смотрел вслед спешащему к воде юноше. "Какой же ты всё таки красивый телом! Но такой малыш внутри! Как же я боюсь тебя потерять, если бы ты знал! Я так надеюсь, что моя слава и богатства не испортят тебя, но я так хочу тебя баловать, как балуют маленьких детей. Ты же не предашь меня, не продашь меня, правда?" ______________________