День Святого Валентина

Шёл дождь. Союн сидела на подоконнике, подложив подушку, и наблюдала за прозрачными каплями, столь беззаботно чертящими фигуры на стекле. Настроение было скверное; сегодня влюблённые отмечали День Святого Валентина. Девушка угрюмо усмехнулась — она считала себя и любовь параллельными прямыми, никогда не имеющие шанса пересечься. Хотя, если подумать, это не так, ведь она любила, любила уже давно. Но эта любовь не укутывала сердце тёплым пледом, нет, скорее она обжигала, оставляя шрамы и ссадины изнутри, в груди, где нельзя было потушить пожар. Снаружи какая-то пара дурачилась, пытаясь перетянуть на себя общий зонт. Оба смеялись, оба промокли до нитки, но продолжали искренне и с упоением любить друг друга. Парень изловчился поймать свою девушку, обнимая её сзади пока она смешно дергала ногами в воздухе. Капли стекали по их лицам, обрамляя растянувшиеся щёки и смешиваясь со слезинками радости. Союн отвернулась. Жаль, что этот безмозглый орган не образумить. Не доказать, что Мин Юнги наплевать на неё, и поэтому нет смысла тратить эмоции, тратить слёзы по вечерам, изливая душу подушке, зная, что всё это бесполезно и ни к чему не приведёт. У семнадцатилетней девушки не было депрессии, но было сильное чувство, что разрушало мозг не хуже психических расстройств. Она потянулась к телефону, чтобы проверить сообщения. Конечно, ничего нет — у всех её немногочисленных друзей планы, встречи, свидания. Взять лучшего друга, Тэхёна. У него есть Юна, красивая, разносторонняя Юна, такая прекрасная и эффектная, что аж зубы сводит. Союн нравилась девушка, просто между ними до сих пор стояла ледяная стена, возведённая самой Союн. Цемент из сарказма, кирпичи из напускного безразличия скрывали боль девушки, когда она наблюдала за целующимися друзьями, улыбаясь им в ответ. Но глаза её оставались стекляшками, лишь отражающими их любовь, не смея надеяться на свою собственную, с тем, кого она любила больше года, но который не выделял её из толпы. Они чем-то схожи, Юнги и Союн. Оба защёлкнуты на замки. Самое странное было то, что Тэхён дружил с Мином, насколько тот ему позволял. Юнги не был популярным плохим мальчиком, коих обожали девчонки, но возможно именно это и притягивало. Он никогда не самоутверждался. Но каждый раз доказывал свой талант, свой ум и свою правоту. От тяжких мыслей Союн отвлекла вибрация телефона. Ей звонил друг с квадратной улыбкой. Нахмурившись, интровертка попыталась отклонить вызов, но палец соскользнул и пришлось отвечать. С дежурным оптимизмом в голосе, она поинтересовалась: — Чего тебе? Лёгкий смешок на другом конце линии доказал что Тэхён в прекрасном настроении, и ничто не сможет раздражить его. — И тебе доброе утро, солнышко. Как отмечаешь столь знаменательный праздник? — Да вот, понимаешь, сижу готовлю блинчики для своего парня, знаешь его? Он такой прям прекрасный, красивый, умный и несуществующий, — буркнула Союн, отодвигая тюль от окна чтобы проверить, не ускакала ли сумасшедшая парочка с улицы. Парочки больше не было, и девушка развернулась, чтобы снова обозревать косые линии воды. Тэхён рассмеялся в голос, настолько заразно и искренне, что губы Союн аж дрогнули вверх. — Ладно, извини. Я ж знаю, что ты втюрилась. Остался вопрос — в кого? — выдал вдруг парень. Девушка удивилась. Она никогда не делилась своими личными делами, а уж этой любовью так и подавно. Откуда этот наглец узнал..? — Ты в шоке, да? Не боись — мне Юна сказала, она ведь психологию изучает, вот и понаблюдала за тобой и пришла к выводу, попросила меня проверить. Умная она у меня, — как ни в чем не бывало объяснил он. — Так я тебе и сказала, — ответила девушка. — Попробуем по другому. Отвечай не задумываясь, сколько будет два плюс два? — Четыре. Может, хоть в субботу отбросим математику? — Не задумываясь, Союн. Выключи мозг. Столица России? — Москва. — На какой мы планете? — Я на земле кукую, а ты вон вроде вышел уже в орбиту со своим дебилизмом… — В кого втюрилась? — В Юн... ах ты! — спохватилась она, мысленно выкидывая себе из окна. — Так я тебе и сказала, психолог хренов, — ругнулась девушка. — О великий Юн, чьё полное имя не должно быть произнесено вслух, даже лучшим друзьям! Скажите по-секрету, нет ли слога ‘ги’ и фамилии ‘Мин’ в вашем паспорте? — Тэхён отрывался на полную катушку. Союн задумалась. В принципе, можно было ответить на его вопрос, и потом вечно выслушивать подколы, зато будет с кем поговорить если станет невмоготу. Либо, повести себя рационально и не разболтать секрет, столь тщательно скрываемый уже год. Либо дождь так повлиял, либо отсутсвие утреннего кофе, но она выбрала первый вариант. — Юнги, Юнги. Чему радоваться-то? — угрюмо согласилась Союн. — Да так. Радуюсь, вот, что подруга блин наконец созналась. Как давно это началось? — Год назад. Парень на конце линии присвистнул. Он не догадывался, что Союн страдает зря вот уже столько месяцев, но был чрезмерно рад, что она всё-таки поделилась. Для него всегда было очень важно говорить о том, что чувствуешь, и возможно поэтому он и встречается с Юна уже второй год но до сих пор влюблён, как мальчишка. — Ладно, не буду тебя расстраивать дальше. Наоборот, приходи вечером в кофейню, поболтаем втроём. Отказы не принимаются — мы с Юна и так проведём весь день вместе, так что вечером хотим поговорить с тобой. Скажем, в восемь? — Окей. Всё равно делать больше нечего. — почти нехотя согласилась она. Настроение упало ниже плинтуса и, насвистывая, рыло себе могилку. Часть её сердца надеялось услышать от друга, что Юнги тоже неровно к ней дышит, возможно он поделился с ним. На секунду она испугалась, что Тэхён всё ему расскажет, и что парень с серыми волосами отдалится от неё ещё дальше, если это вообще возможно. Но страх сменился безразличием, закалкой от столь долгой, медленной пытки. Союн чувствовала себя эгоисткой на последнем этапе, ведь, читая книги где героиня безответно влюблена, она часто встречала признания типа «даже если он не любит меня, пусть будет счастлив, любя другую». Она была далека от такого отношения. Ей хотелось получить Мина и не отпускать, держать, обнимать, прижимаясь к нему, как коала, изголодавшаяся по эвкалипту. Он был её эвкалиптом — без него она не чувствовала себя и не ощущала свои чувства, они притуплялись, как будто одно зависело от другого. *** В семь пятнадцать, Союн начала собираться на встречу с друзьями. Выудив вешалку с серой юбкой и светлой водолазкой, девушка собрала часть своих волос в шишку. Почему-то ей хотелось быть сегодня чуточку красивее чем обычно, показать, что не всё для неё потеряно и что у неё осталось чувство собственного достоинства. Может быть, поэтому она подчеркнула глаза тушью и мазнула тенями, в тон помаде. Или надела серьги-кольца. Ей просто хотелось доказать, что она не сломается под напором эмоций. *** Кафе в конце квартала приветливо встретило девушку манящим запахом пирожных и свежеиспеченных маковых булочек. Так же в воздухе витал запах различных сортов кофе, а улыбки официантов так и переливались под мягким светом торшеров. Приглушенная атмосфера, наполненная приглушенными голосами. Союн оглянула зал, ища глазами Тэхёна и Юна. Часы показывали восемь ноль пять, поэтому, не увидев друзей, девушка двинулась вглубь, высматривая укромное местечко. Оно нашлось быстро — маленький столик из тёмного дерева, кожаные кресла и лампа. Прекрасно. К ней вскоре подошёл учтивый официант, записывая заказ в свой маленький чёрный блокнотик. Девушке даже стало слегка жаль парнишку, получившего смену в День Влюблённых. Наверняка есть девушка, которую он готов носить на руках. У Юнги она тоже наверное есть. Только эта девушка не она. Латте пощекотал ноздри пряными нотками муската и корицы, заставляя взять напиток в руки, чтобы согреться. Она до сих пор не сняла бежевое пальто, так как ей банально было холодно в одиночестве, в кафе, полном людей, которые обрели свою вторую половинку. Откуда эта горечь на языке? Ах, да. Это же кислота разрушающей её изнутри безответной любви. Когда Союн протянула руку чтобы поставить кофе на стол, она заметила на блюдце бумажку. Непонятное чувство, загадочность, придавало ситуации интерес. И где, на минутку, Тэхён, чьей идеей и являлась эта встреча? На клочке ровным почерком было написано пять слов, прочитав которые, Союн вздрогнула, почувствовав электрический разряд по позвоночнику. Я тоже тебя люблю, глупая. Союн оглянулась вокруг. Она не смела надеятся, что автор столь поэтического признания тот, кто избегал встречи с ней на протяжении этих месяцев, тот, кто покорил её сердце своей серой чёлкой и своим ярким характером. Мин Юнги расслабленно сидел за столиком на другом конце зала, и смотрел прямо на неё. Их взгляды пересеклись, и, возможно, где-то в космосе из-за этого произошёл взрыв, ведь такой контакт и такое неосознанное счастье имели нереальную силу, способную зажечь звёзды на небе. Парень, одетый в чёрные рваные джинсы и тёмный свитер медленно приблизился в любимой девушке. Он тоже любил её давно, так же замыкаясь в себе при виде её с Тэхёном. Она была для него недосягаемой, и он не считал что имеет право надеятся на ответные чувства. Поэтому он и не сказал ничего своему другу с квадратной улыбкой, пока тот сам не спросил его в лоб, сегодня утром. Юнги нечего было терять и он не стал отнекиваться, просто признался. Узнав о его разговоре с Союн, он не мог поверить своим ушам, в одну секунду перевоплощаясь из куска льда в человека. Любовь — это огонь, дикая, необузданная стихия. Воюя с ней легко обжечься, но стоит перестать сопротивляться, как всепоглощающее пламя становится уютным, успокаивающим костерком. И, если подбросить веточку в его тлеющие угли, то он с благодарностью обнимет тебя и растопит сердце. Парень наклонился над девушкой, замершей под его взглядом, немо открывая и закрывая глаза. Наконец, собравшись с мыслями, Союн хрипло начала: — Ты это серьез- Девушка была быстро заткнута поцелуем, нежным посасыванием губ, подтверждающим её надежды. Она обняла его лицо и шумно выдохнула, не веря в обретённое счастье. Слёзы потекли по её щекам, словно капли дождя, смывавшие накопившиеся эмоции. Они нашли друг в друге ответные чувства, они шептали заветные слова, снова и снова, не отрываясь. Оба боялись потерять обретенное сокровище, оба крепко сжимали другого до побеления костяшек. — Пойдём на улицу, — проговорил Юнги, бережно держа свою любовь под локоть, и выводя её из заведения. На ночном небе мелькали звёзды, шелест веток на ветру и пушинки снега окружили влюблённых. Парень молча притянул к себе девушку, а она молча прижалась щекой к ворсинкам на его пальто, вдыхая терпкий парфюм. Союн подняла голову и посмотрела в его глаза, наполненные наконец счастьем, а не тем безразличием, что встречало её раньше. Он наклонился к её губам, сквозь улыбку прижимаясь к ним своими. Юнги медленно покрывал её щеки нежными, чувственными поцелуями, обхватывая её шею своими длинными пальцами. Союн ощущала покалывание кристалликов снега и жар от губ любимого человека, что, наконец оторвавшись, проговорили: — Я люблю тебя.