overthinking

Субин чувствует себя чертовски уставшим, когда камера вновь возвращается к его лицу, снимая в широком формате, но он изо всех сил пытается улыбаться не слишком фальшиво, скрывая за спиной начинающие дрожать пальцы. он, кажется, слишком переутомился за последнее время: ежедневные выступления, тренировки и съемки в шоу выжимали из него все силы, так что под конец каждого дня он ощущал себя овощем, сразу при возвращении в общежитие заваливаясь на кровать. Субин, правда, старается быть хорошим лидером, хорошим другом и напарником, но иногда, в самые бессонные ночи, когда мысли врываются в его голову, мешаясь в одну болючую несуразицу, он понимает, что у него скоро не хватит сил, что его самого скоро не хватит. но он об этом никому не говорит, потому что перекладывать свои проблемы на чужие плечи — не в его характере, потому что он видит, что у остальных мемберов и своих переживаний достаточно: вечно улыбающийся кай слишком сильно скучает по родителям, почти не имея свободного времени даже на звонок; бомгю не может справиться с вредной привычкой грызть ногти, из-за чего менеджер заставляет его покрывать их горьким лаком, срок годности которому — два дня максимум, потому что бомгю сгрызает и его; тэхен жалуется на срывающийся голос, вне камер разговаривая полушепотом, а Енджун… только у Енджуна идеально получается скрывать от остальных свои мысли за маской милого старшего мембера, готового помочь всем и каждому. Субин не понимает, что происходит в его голове, когда они расходятся по своим углам, смыв с себя макияж и вернувшись в свой естественный образ: устал ли Енджун так же, как и он? есть ли что-то, что его тревожит? как у него получается быть таким уравновешенным? может, Енджун не доверяет ему? может, Субин не такой уж и хороший лидер? что, если- Субин, кажется, никогда не получит ответа на эти бесконечные вопросы. Субин дергается в сторону, вынырывая из облака мыслей, когда чужие пальцы неожиданно касаются его заведенной за спину руки, начиная мягко поглаживать. — ты снова слишком много думаешь, Субин-ни, — тихо шепчет Енджун, оттягивая микрофон в сторону, чтобы никто не услышал. Субин кивает в ответ, возвращая живость к лицу, но чувствуя небольшое огорчение, когда Енджун отпускает его пальцы. ощущается пустотой. • у Субина руки пускаются в тремор и все тело покрывается потом, его голова пускается в пляс, кружась по орбите мыслей о том, что черт, он упал за двадцать четыре секунды до конца песни. тэхен говорит, «не переживай, хен, со всеми случается», кай вторит «мы даже не обратили на это внимания, хен, настолько это было незаметно». но Субин думает, что на это могли обратить внимание другие. другие обратили на это внимание. • когда они возвращаются к себе, на часах стрелка скатывается к двенадцати ночи, и все разбредаются по своим кроватям, пожелав друг другу спокойных снов, но Субин не может уснуть в очередный раз, поворачиваясь с бока на бок. он снова думает о том, что, «может быть, место лидера должен был занять кто-нибудь другой?», потому что Субин не успевает поддерживать всех и каждого все время, у Субина, если быть честным, не хватает времени на самого себя, если не учитывать его постоянное самокопание и саморазбирание по кусочкам. Субин, по правде говоря, чувствует себя маленьким, крошечным ребенком, который нуждается в любви и объятиях. объятия. сейчас он нуждается в них, как никогда прежде. может быть, ему стоит сходить к психологу? выговориться и попросить совета, потому что это однозначно странно — лежать с покрасневшими глазами, обнимая себя руками и попеременно стирая мокрое с щек. — хэй, малыш, ты в порядке? — Субин вздрагивает от тихого шепота рядом и распахивает глаза: из ниоткуда взявшийся Енджун нависает над ним, наклонившись и уперевшись руками в колени, и пытается разглядеть в темноте мальчишеское лицо. — прости, хен, я, наверное, был слишком громким? — младший Чхве натягивает одеяло повыше, стараясь максимально незаметно вытереть набежавшие слезы. он видит, как под пробившимися из окна лучами уличных фонарей губы Енджуна растягиваются в маленькой улыбке, а потом он качает головой в стороны, шепча «нет». — давай, подвинься, — говорит Енджун, толкая его в плечо. Субин придвигается вплотную к стене, освобождая место и боясь сделать что-то не так: придвинуться слишком близко, ненароком коснуться или показать, что он уже рассыпался по кусочкам. • Субин дышит тихо-тихо, пытаясь не нарушить тишину, воцарившуюся в комнате: младшие давно спят, изредка перекатываясь на другие бока и что-то бормоча во сне, а Енджун почему-то смотрит на него так пристально, так нежно, что у мальчишки захватывает дыхание в непонятках, а потом приближается ближе, притягивая его в свои объятия. Енджун начинает «тебе не стоит закрываться в себе, не стоит брать на себя слишком многое», он говорит «мы всегда здесь, рядом с тобой, я рядом с тобой, и это нормально — сообщать о своих переживаниях». хен осторожно гладит его по волосам, путаясь пальцами, и Субин сдается, утыкаясь носом в чужие ключицы, цепляется пальцами за подол футболки. — тебе… тебе не стоит закрываться в себе, — тихо повторяет Субин, чувствуя, как замирают руки Чхве — он понимает, что эти слова предназначаются теперь ему самому, — и… если тебе надо с кем-нибудь поговорить, я всегда здесь, — Субин встречается вновь глазами с Джуном, тихо восхищаясь его маленькой улыбкой. — хэй, малыш, ты что, плачешь? — со смешком тянет старший, вытирая чужие уголки глаз. у младшего Чхве сердце делает переворот и медленно оседает на чувстве невозможной нежности и привязанности. — нет, это… это просто пыль в глаза попала, — отвечает Субин, вытирая воротом футболки глаза. Енджун вновь тихо смеется и, прошептав «завтра, как только появится свободное время, мы поговорим, малыш, обещаю» и «а пока постарайся уснуть, Субин-ни», обнимает его еще крепче. Субин чувствует маленький поцелуй, оставленный на макушке, перед тем, как закрыть глаза.