My beloved best friend

Каждое лето мы ездим на море с тобой и это совершенно не исключение. Мы снова сядем в твою черную машину и России в сторону мягких волн и красивого заката, на фоне которого ты так любишь делать сотни фотографий моего лица. И я никогда не подозревал, что ты действительно хранить их все в галерее своего телефона. Может даже пересматриваешь, когда скучаешь. А скучаешь ты вероятнее всего очень часто. Я бы хотел видеть тебя чаще, чем сейчас, но не все чего нам хочется всегда случается. И Уён понимает это как никто другой, каждый раз хватаясь на крепкую руку Сана. Чон скучает по парню даже когда они рядом, потому что младшему всегда мало, всегда не хватает, он хочет чего то большего Чего Сан не в силах ему дать. Грубые ладони скользят по щекам и стерают слезы с немного впавших щёк. Неловкий смешок и руки на чужих запястьях. Это лето будет особенным. Оно будет безумно одиноким, несмотря на толпу людей, оно будет шумным, но таким тихим, оно будет вероятно всего самым лучшим. Но безумно болезненным Уён убирает руки Сана со своих щёк и улыбается, — всё в порядке, — младший отворачивается и мягко улыбается куда то вдаль моря. В эту бескрайнюю пустоту. Это море напоминает ему предыдущее лето, когда они приехали сюда со своими девушками. Все они улыбались и их спутницы будто дети веселились с песком, пачкая белые футболки парней. Только вот Уён расстался с той девушкой. Нет, не надоело, просто не было чувств, она всегда была другом, всегда могла поддержать не более того а Ёну хотелось родного тепла. Которое получить он мог лишь от одного человека на целом свете. Этот человек сейчас сидит рядом и вплетает в его волосы маленькие ромашки. А Сан так любит ромашки, он собирает целые букеты для своей возлюбленной и та ему счастливо улыбается А Уён ненавидит ромашки. Потому что он сам как ромашка, он прост как дважды два и слишком легко понять "любит-не любит" потому что любит. Очень любит. За целый год в колледже он понял, что сильнее чувства он не испытывал. Вокруг всегда было множество людей, но все они были лишь слабым отголоском Чхве, они бы никогда не смогли заменить. Первый год обучения в колледже без Сана был полон разочарования. И боли. Его успели использовать и даже бросить, но он выдержал. Потому что в родном городе его ждёт маленький лучезарный мальчик с ямочками на щеках. — я женюсь в следующем месяце — сквозь тишину было сказано Саном кому то далеко в море, куда и смотрел младший — я рад за тебя, — младший обнял д р у г а и улыбнулся, сквозь сгусток боли, но он смог и ему так же как и всегда счастливо улыбнулись в ответ, — ты потрясающий Сан-а, знаешь, другого шанса у меня видимо уже не будет — Ён посмотрел на Чхве — я люблю тебя и очень долго, наверное со средних классов — Уён~и, какого ты молчал, все это время? — Сан подорвался и наспех сел в машину Вот и конец. Уён потерял свое счастье всего за три слова. * * * Пока Сан едет до своей квартиры, где его ждёт любимая девушка и скорее всего смотрит слащавые дорамы, закутанная в плед. Она такая уютная, родная и любимая. Он вспоминает почти все моменты, которые они прошли вместе с Уёном, как они бегали по морю за руки и как младший, тяжело дыша, лежал на груди у Чхве и выводил своими пальчиками только ему одному понятные узоры, иногда задевая чувствительные соски и старший тогда слегла дёргался. Его возбуждали руки Уёна. Но он был уверен, что это все лишь реакция организма, но руки девушки никогда не вызывали такой дрожи в теле. Чхве никогда не думал о своем друге больше чем о друге. Парни часто обнимались и держались за руки. Но только сейчас Сан понял, что это могло трактоваться не так, как он хотел. Чхве мог давать таким поведением ложную надежду Хотя на самом деле в голове старшего возникают все неоднозначные моменты за такое долгое время. А их было очень много. Лёгкие поцелуи с утра, "я люблю тебя, Сан-а" перед концом телефонного разговора, красные щеки, когда Чхве в ходе какой то игры усаживался на крепкие бедра младшего и терся пахом о чужой. Сан в конце концов понимает все слезы и тихие всхлипы, пока они спали в одной кровати. Чону действительно было безумно больно. А Сан слепой, раз не мог увидеть такого очевидного в этом безумно простом парне. Сану нравились ромашки. Они напоминали ему Уёна, они были простые и вся красота была в их простоте. А ещё Чхве любил плести веночки из этих цветов и дарить их младшему. Белые лепестки веделялись на фоне бронзовой кожи и подчеркивали его красоту Красоту в простоте. — милая, я дома, — он ищет девушку, но не находит и идёт в их спальню. Она, укутанная в теплое одеяло, спит, подложив под свою худую щеку руку. Она прекрасна, Чхве всегда знал, что ему повезло с любимой женщиной — я думала, что ты приедешь позже и уснула — она лучезарно улыбнулась, прямо как и ей Сан — не хочешь поехать куда нибудь завтра? — Чхве гладит ее ладонь своей и ложится рядом, прямо в одежде. Он помнит, что Уён ненавидел, когда люди в уличной одежде ложаться на кровать. — завтра примерка платья, ты наверное забыл, любимый — девушка закрыла глаза и снова провалилась в сон, оставив своего будущего мужа один на один с мыслями Младший являлся лучшим другом в этой короткой жизни Чхве. Если бы Ён не одобрил эту девушку ещё пару лет назад, то Сан бы никогда не стал с ней встречаться. Для него Уён был важнее всего на свете, кто же думал, что их дружба прервалась с одной стороны ещё шесть лет назад. Старший не понимает, зачем друг скрывал от него такое. Может быть и жизнь сложилась бы иначе и Сан не рассматривал вариант "перестать общаться" нет. Он тоже был влюблен в Уёна, но оставил это далеко позади и никогда не вспоминал. Это же все переходный возраст, в этом убеждали его родители, а потом и он сам понял, что эта влюбленность лишь подростковые заскоки. Многие хоть и считали их парочкой, но они мило отнекивались и смущённо уводили взгляд "Мы друзья с самого детства, нам не суждено быть парой" Сан заснул с мыслями о Уёне. С мыслями о его чувствах, о всех тех страданиях, что старший принес ему своим существованием. А теперь у Чхве будет любимая жена, потом дети и два кота, его ждёт жизнь в которой нет места этому влюблённому другу. А есть ли вообще тогда смысл в существовании Сана, без этого лучика света, который пишет ему с рассветом "доброе утро, Сан~и". * * * Сан не может уснуть всю ночь, его терзают сомнения и те чувства, что он когда то запер внутри на семь цепей и большой навесной замок. Самые теплые слова и самые трепетным касания, которые он дарил младшему и такие же получал в ответ. На улице уже начинает потихоньку рассветать, а слегка прикрытые шторы не дают падать на лицо, пока что, девушки Сана, зато солнце умело освещает тумбочку на которой лежит телефон. Сан противится сам себе. Он безумно хочет набрать номер лучшего друга и поговорить с ним обо всем. О их дружбе, о том что будет дальше, и вообще будет ли у них дальше, после того как Чхве буквально сбежал от младшего и после этого даже не брал свой мобильник в руки. Хотя парень уверен, что там нет ни сообщений, ни пропущенных от Чона. Почему? Просто потому что Уён слишком прост. Для него "нет" значит "нет" и ничего больше. А Сан четко дал понять это самое нет, когда на лице промилькнуло секундное отвращение. И не потому, что ему признался парень, а потому что это был Уён, его друг, который врал ему в глаза шесть лет. Но рука все таки тянется к мобильному и как бы странно это не звучало, Чхве вынес контакт Уёна на главный экран, что бы лишний раз не искать его среди десятков других, менее важных контактов. На иконке стоит их совместная фотография с какого то фестиваля, которую любезно сделала девушка Сана, потому что они мило смотрелись вместе. Чхве прокрутил этот момент в голове ещё раз и понял, почему же парень тогда, так надломленно улыбался с этих слов его любимой. — Ён-а? Я разбудил тебя? — Сан вышел на балкон и достал из кармана пачку сигарет, которые обычно он не курил, из за своей любимой. Ей не нравился запах табака, а Чхве боялся ей перечить. Здоровее будешь думал парень. Но сейчас он переживал, как и что лучше сказать, с какой стороны подойти, как не дать ложной надежды и при этом сохранить какую-никакую дружбу. Последнее вообще звучит как строчка из какой нибудь книги с жанром «фантастика». — нет, я не спал — голос по ту сторону немного хрипит и слышится приглушённый шмыг носиком. Чхве представил и залился приятной улыбкой, когда Уён плакал его носик чуть чуть морщился, но брови не показывали почти никаких признаков, что их носитель плачет — ты хотел что-то? — младший не выдерживает такой долгой паузы и спрашивает первый — ах, да, ты плакал? — Сан выдыхает сигаретный дым, а приятное ощущение терпкости расходится по полости рта и отдается горечью в горло. Первый раз за последний год он берет сигарету и закашливается в трубку. Но Чон умело это игнорирует Младший прекрасно понимает, что его хён курит. Уён и сам бы не против закурить, а может даже и напиться в хлам, а может и переспать с кем то, а может и не с одним человеком. — ты звонишь, что бы спросить это? — младший не скрывает небольшого недовольства в голосе — уже начало пятого, какого хера Чхве? — последняя фраза слишком громко влетела в ухо старшего. Раньше Уён часто на него ругался и почти всегда, стоило только Сану взять его руку в свою, его полукриком спрашивали "какого хера, Чхве?" — нет, — Сан задумался — ладно, прости, спокойной ночи — Чхве первый сбросил трубку и сам не понял зачем. Последний шанс остаться друзьями утек как вода в море, куда они ездили каждое лето и это почему то не стало исключением. * * * Сделать в этой жизни что то слишком просто, Чхве было легко найти любящую жену, но за любое приобретение в жизни, следует потеря. Сан приобрел лучшую жену на свете, она была вторым самым ярким человеком в жизни парня, но зато потерял первого. И наверное все ещё самого важного в его жизни – Уёна. После того раза по телефону они не то что не встречались, Уён даже не отвечал на сообщения и звонки, сводя любое их общение на нет. Потихоньку за последние четыре года Сан забыл о нем. А напоминанием лишь был контакт на рабочем столе, уже нового, телефона и иконка, где Сан шептал Уёну на ушко слова песни. Они улыбались вместе. Они были счастливы друг с другом. У парня уже была трёхлетняя дочь, которую он безумно любил, она была похожа на свою маму и так же лучезарно улыбалась. А ещё у нее были яркие ямочки от папы и такие же улыбающиеся всему миру глазки. Почему то Сан находил сходство с бывшим другом и его дочкой. Он был таким же ярким, как и этот ребенок. Чхве думает, что вокруг него изменилось абсолютно все и каждая клеточка кожи уже успела сменится дважды, а то и трижды и этого человека не должно быть в его жизни. Хотя кому врать он есть только в голове, телефоне, на полке в рамке, но в жизни его уже никогда не будет. И Сан понимает, что он потерял, он прекрасно понимает, что было, то не вернуть. Того что было раньше никогда не будет. А что то другое старшего никогда не устроит. За эти года проведенные без Чона, он понял как пуста жизнь. Мы ценим лишь когда теряем. Да, до боли банальная фраза и с самым глубоким смыслом, который стал доходить до Чхве только сейчас. Он понял, что брак был ошибкой, все вокруг него происходящее это ошибка. Это неправильно. Но Сан сделал все это своими руками и винить ему можно только себя. Забивая голову такими ненужными мыслями парень достает пачку сигарет, которые его жепа не любит все так же. Но честно говоря, Чхве именно сейчас плевать и он зажигает спичку, поднося ее к сигарете, что бы спешно закурить. Первая затяжка, она такая горькая, но самая приятная, разливается дым по лёгким и потом потоком выдыхается. Прикрытые глаза лишь обостряют ощущения и дают сосредоточится на полуночной тишине, на шелесте деревьев, на приятном ветре, который тихо колышет отросшие волосы парня. На шагах, которые раздаются в начале улицы и на секунду Чхве открывает глаза и роняет сигарету почти в ту же секунду. — Уён? Чон Уён! — Сан кричит с балкона этому человеку, который безумно напоминает ему своего друга. Старший наспех выходит с балкона и даже не успевает натянуть пяточку конверсов. Они с Уёном раньше никогда этого не делали и поэтому меняли обувь слишком часто, забавно откуда вообще у подростков столько денег на обувь, но эта привычка пропала из жизни Чхве сразу же вместе с младшим. И кажется вернётся только вместе с этим человеком. И почему то Чхве кажется, что не вернётся. Он выбигает из квартиры игнорируя крики жены и вопросительный взгляд маленькой дочки — это действительно важно, извини — он не останавливается ни на секунду, а сердце предательски сильно стучит, а дыхание сбивается уже на первом пролёте. Но там Уён и Чхве прибавляет шагу, стремительно набирая скорость, что бы младший не успел сбежать. И вот он подбегает и обнимает своего бывшего друга сзади и вдыхает горячий воздух прямо тому в затылок — какого черта, Чхве? * * * — какого черта, Чхве? — Уён поворачивается и скидывает чужие руки. — не трогай меня, пожалуйста, — голос младшего сник под конец предложения, и вокруг воцарилась полная тишина. Которую прервал Сан, сделав шаг назад. — прости, я, наверное, поторопился, — старший стал тупить взгляд в пол и нервно застегивал, и расстегивал нижнюю пуговицу своей рубашки. — мы уже никто друг другу, Сан, я живу дальше и тебе советую, — Уён мягко посмотрел на -с-в-о-е-г-о- хёна и приподнял его голову за подбородок. — у тебя прекрасная жена и самая красивая дочь, я искренне желаю вам счастья, — добрая улыбка сменилась немного горькой, и Чон отвернулся от Сана. По когда-то мягким щекам побежали горячие слезы. Сан хотел развернуться и уйти, он Уену не нужен, он точно дал это понять, но ведь сам Чхве оттолкнул его точно также несколько лет назад. Упускать свое истинное счастье дважды как-то глупо, не находите? Поэтому Чхве прижимает младшего к ближайшей стенке, тот больно ударяется спиной и издает тихий стон, но как только он поднимает свой взгляд, напротив его губ возникают губы Сана. И он тяжело сглатывает вязкую слюну. Чону немного страшно от такой близости, но внутри начинают порхать тысячи бабочек. Но все сомнения отпадают, когда немного потрескавшиеся губы старшего накрывают сладкие и такие мягкие губы Уёна, они боятся продолжить. Но младший поддается вперёд и обнимает своего хёна за шею. Он вплетает свои пальцы в волосы на затылке Чхве и оттягивает, причиняя приятную боль. Младший сминает губы друга и улыбается прямо в этот робкий, но такой горячий поцелуй. Он был наполнен чем-то больше, чем просто какой-то любовью. Вокруг них все пропало, а те годы разлуки будто пропали, и им снова по двадцать, и они сидят на берегу моря и держатся за руки. Они такие родные, а языки сплетаются так, будто были единым целым в прошлой жизни. Такое неправильное действие, но такое желанное. Они должны были сделать это уже очень давно, но все-таки мы начинаем ценить, лишь когда теряем. Сан запускает руки под толстовку младшего и оглаживает выступающие ребра. "Раньше он не был таким худым..." - проносится в голове старшего, но он четко игнорирует это, углубляя и так уже глубокий поцелуй. Просто Сану мало, ему безумно мало Уёна. Этого парня хочется во всех смыслах. Хочется сидеть под его ребрами и отдаваться глухим стуком сердца. Хочется быть тем самым человеком, что отпечатался на черепной коробке. Но Сан и так уже захватил всего Уёна и не отпускал ни на секунду. Но Чон прервал их сладкий поцелуй: — мы не должны, нет, ты женат. Дочь. Нет, не надо, — Уёна накрыла истерика, и он пытался всеми силами вырваться из сильной хватки любимого друга. — тебя действительно волнует сейчас это? — Чхве немного разочарованно выдыхает, но лишь крепче прижимает тело младшего к себе, усиливая хватку. — меня да, потому что я могу разрушить семью, а ты идиот, Сан, — Чон не выдерживает и опускается вниз по стене, запуская пальцы в волосы, — мы не должны. — я люблю тебя, — Сан смотрит в глаза парню. — понимаешь? Я люблю тебя. — Сан, нет, нет, нет, ни за что. Я не люблю тебя, у меня тоже уже другие отношения, нам нельзя, пойми же меня, — младший закрывает уши и слегка повышает голос на старшего — нет, нет, нет. — ты уверен, что не хочешь этого? — голос Чхве стал твёрже и угнетающий взгляд очень давил на Чона, который казался маленьким мышонком рядом с этим человеком. — я... — парень сомневался уже раз, два, три, четыре, — уверен, пока, Сан. — дебил, — Чхве выпускает младшего из плена и отходит, — пока, Ён~и. Старший уходит медленно. с каждым своим шагом он мечтает, что Чон подойдёт и схватит за руку, не даст так легко уйти, как в прошлый раз, что сейчас все будет иначе. Но стоит старшему обернуться, а младшего и след простыл. Он был прост, как ромашка. По нему было всегда видно, любит или не любит, в этом была его прелесть. Но в этом же было и его проклятие. ᴛʜᴇ ᴇɴᴅ.