Развод на кекс

Мукуро косилась на дверь в ванную и изображала вселенскую скорбь и злость. Бьякуран пел в душе. Да лучше бы он войну с Вонголой затеял, чем лишний раз начал имитировать эти звуки раненного медведя пополам с неудовлетворённой морской коровой. Ну, или на крайняк репчик почитал. Там хоть одни слова. А он на поп-музыке хрен знает каких годов сидит. То Modern Talking завоет, то Village People завизжит. Чёрт, ну обделили его голосом-то соловьиным, так чего кукарекать-то?! Рокудо ворвалась в ванную, отдёрнула шторку, и залезла к парню прямо в одежде. - Мукуро-чан? – ответом ему был головокружительный поцелуй. - Мойся быстрее. Я больше не в силах слышать твои завывания! - Неужели всё так ужасно? - Не поверишь, но хуже, чем ты себе представляешь. Рокудо ещё раз поцеловала парня. Слегка отстранившись, она сняла с себя майку. - Я с тобой сполоснусь, чтоб неповадно было блеять. - Моё пение лишь предлог. На самом деле ты просто хочешь меня. Правда же, Мукуро-тян? – Джессо прижал девушку к стенке. - Думай, как хочешь. Я здесь, и всё тут. - Между прочим, ты тоже иногда поёшь, когда в джакузи отмокаешь, я же тебе и не говорю ничего! - Потому что у меня красивый голос. - Это да, - согласился парень, - особенно, когда стонешь в постели. Он прямо такой сексуальный, я аж кончаю. - Блядь, романтик чёртов! Давай, я тебе спину потру, и мы вылезаем отсюда. - Но как же так! А секс в душе? Вот зашла такая, настроение игривое, а вдруг взяла и обломала! Не-е… Так не пойдёт. - Если ты не будешь больше петь, то хоть на твоём рабочем столе три раза в день. - Но с условием того, что во время наших совместных процедур поёшь ты.