Часть 26. С грустной, но тёплой особенностью.
19 августа 2020 г., 13:51
ВОСЕМЬ ЛЕТ НАЗАД — спустя некоторое время после переезда Карлы в Нью-Йорк.
— Я отвергла его предложение переехать к нему. Я не готова отдаваться ему полностью, сейчас мне нужно личное пространство для подготовки в университет, — Карла только переехала свою квартиру в центре Нью-Йорка и делилась новостями с Лукрецией. — Как он отреагировал? — Он чудо, Шон хоть и погрустнел, но понял меня и предложил просто общаться. Естественно, в этом я не отказала. — Это такая редкость, что кажется есть некая подстава. — Нет, нет, в нём этого точно нет! — можно сказать, что девушка многое пережила с ним — от его спасения от насильников до его мечт их жизни в новом городе. — Поверю тебе на слово! — Я сейчас лягу в кровать, в последнее время так хочется спать… — зевнула она. — А я рассчитывала на твои бесконечные тусовки, а ты в 8 часов вечера дрыхнуть собралась. — Голова болит, это больше раздражает, чем приносит боль. Выпью таблетку и лягу. Завтра созвонимся, люблю! — Тоже люблю, пока-пока! Карла выключила ноутбук и пошла за парацетамолом. — Вау, какой чудесный запах… — почуяла она с далека запах вкусного мясного пирога у соседей.***
11 ДНЕЙ СПУСТЯ
— Подруга сказала, что у меня были конвульсии, — Карла в больнице объясняла врачу свою странную отключку во время тусовки в клубе. Она второй день лежала в палате, пока доктора бегали вокруг неё как сумасшедшие. — У вас были какие-нибудь признаки болезни за прошедшие дни? — Постоянные боли в голове и головокружение. Меня стошнило от запаха орхидей вчера вечером, если это чем-то поможет. — Ещё пару анализов и можно вас выписывать. — И всё? Мне не стоит остаться ещё на день ради ваших наблюдений? — Нет, могу дать вам лишь рекомендацию. Нельзя пить алкоголь при беременности. — При беременности?! — С плодом всё в порядке. Завтра начнётся ваша пятая неделя беременности. Карла замолкла и окончательно осознала, что некая энергия всё ещё её не может отпустить с Испании и перечеркнуть навсегда прошлое. Девушка перебирала все матершинные слова в своей голове, от которых давно отучилась. Ей не хватало только этих новостей, образовавшихся как опухоль.***
Карла ничего не говорила несколько дней и пыталась осмыслить всю ситуацию. В один самый обычный вечер заявилась Лукреция с дорогой бутылкой вина. Карла, игнорировавшая её сутками, решила рассказать верной подруге всю правду про отношения с Андером и беременность. Она много лет держала это в себе и с ужасом раскрыла все взлёты и падения. Лу окончательно прилегла к бутылке и не могла остановиться от шокирующих известий. — ТЫ БЕРЕМЕННА? ОТ АНДЕРА? ОТ НАШЕЙ ТИХОНИ АНДЕРА? Я и представить себе не могла! Хотя нет, я представляла вас у себя в голове, очень много раз. Мне нужно пару секунд на прозрение… — Теперь понимаю, что я могла втихую сделать аборт и не говорить тебе ничего. Ты пришла так невовремя, в мою самую слабую минуту! — Теперь мы стали ближе! И когда ты сделаешь аборт? — Я уже объявила об этом врачам, они перебирают всякие бумажки и мою медицинскую книжку. Мне перезвонят. — Карла, ты никогда не перестанешь меня удивлять! Слава дьяволу я явилась, тебе нельзя переживать это одной!***
Карле перезвонили через два дня, секретарша абсолютно ничего не сказала по телефонному разговору, а лишь назначила время долгожданной встречи с врачом для обсуждения хирургического вмешательства. — Мисс Калерэуга, вы в курсе о вашей сердечной недостаточности? — Она у меня с самого детства, это имеет какой-то дефект? — Во время аборта ваше тело может не выдержать и привести сердце и мозг к летальному исходу. Мы обязаны отказать вам в этой услуге, просим прощения. Это слишком опасно, мы не может позволить взять ответственность за эту процедуру, — слова прозвучали как очередной гром уже не среди ясного неба, а на самой тёмной. — Какова вероятность моей смерти? — Карла не хотела останавливаться на этом препятствии. — В вашем случаи около 80%, это ещё не включая нарушения потока крови. — Другие больницы смогут прооперировать меня? — Сомневаюсь в этом. Могу посоветовать вам родить через кесарево сечение, так намного меньше шанса риска.***
— У Андера ремиссия. Я сама узнала об этом только сейчас, Надя получила известие от Гузмана. Ремиссия наступила пару недель назад, — Лу и Карла снова обсуждали горячие новости за ужином. — РЕМИССИЯ?! — Карла прослезилась и безумно была счастлива за его выздоровление, а также была обозлена за то, что из-за рака всё так сложилось между ними, — Хотя бы одна хорошая новость… — Он не звонил тебе? — Никаких вестей от него нет… — и началась бомбёжка. — Не горячись ты так сильно! — Я ненавижу эту жизнь! Завтра будет долбаный день открытых дверей в Гарварде, а меня тошнит как восьмиклассницу на вписке! — на десятой неделе беременности у Карлы особенно бушевали гормоны. — Все больницы отказали в аборте? — Лу переживала как никогда. — Ага! Я уже подумываю рассчитывать на подпольные организации. — Даже не думай, я не подпущу тебя. Я наслышалась о многих таких историях, всё заканчивалось плачевно. — А что мне остаётся делать?! — Понятия не имею, но я с тобой. Нам стоит продумать дальнейшие шаги. — Должно ли мне быть стыдно, что я мечтаю о выкидыше? — Мне не по себе, когда ты такое говоришь. — Ты права, нужно понять, что делать дальше. Вселенная не позволяет сделать это. Учёба начинается через два месяца, а моё пузо может взорваться прямо на парах. Браво! — Я разузнала, что выкидыш также опасен для женщины в твоём положении. Тоже велика вероятность умереть. — Значит, у меня нет никакого выхода кроме как родить этого несчастного ребёнка? — Получается так… — Думаешь мне стоит позвонить Андеру? Поздравить его…? — и они пришли к выводу, что не стоит контактировать с ним. У всех трудности, нельзя рисковать, чтобы Карла неудачно рассказала ему истину. Лучший вариант — оставить его в покое и отвязаться от своих проблем.***
ТРИ НЕДЕЛИ СПУСТЯ
— Мама, я беременна… — после окончательного принятия решения рожать, Карла набралась сил рассказать всё родителям. — Карла! Я даже не знаю — радоваться или нет! — реакция мамы была на удивление мягкой, а отец лишь застыл. — Прости нас… — выдал мистер Калеруэга. — За что? — Из-за нас ты слишком быстро повзрослела, наш бизнес всегда был превыше тебя. Мы впутывали тебя в наши авантюры. Мне так жаль… — Теперь я втройне в неудобном положении, — таких слов от папы Карла никто не ожидала. — Мы поддержим любое твое решение… — Я хотела сделать аборт, но из-за сердечной недостаточности все клиники отказали мне в этом. — Так и знала, что это может снова мешать тебе жить. Если хочешь мы можем найти самых лучших докторов готовых на это! — Нет, мама, всё сложнее. Аборт может убить меня, даже рождение этого ребёнка может нанести мне мощный урон. Мне просто нельзя это делать, иначе всё закончится плохо. — Карла, мне жаль. Ты подумываешь воспитывать ребёнка? — Нет! Это нежеланный ребёнок, он не получит той родительской любви, которую заслуживает. — Имеет шанс узнать кто отец ребёнка или это не имеет смысла? — Плевать на это. — Хорошо. Но что с ребёнком? — А что ещё делать, придётся сдать… в приют, — Карле было тяжёло говорить это. — Карла, ты будешь жалеть всю жизнь, если это произойдёт. — Не буду, — врала себе Карла. — Ты помнишь тётю Зулему? — Она отстранилась от вашей семьи и бизнеса, начав собственную жизнь. — Хоть она и отдалилась, мы продолжали общение. Зулема бесплодна, они с мужем около восьми лет пытались зачать ребёнка, но всё безуспешно, не помогало даже ЭКО. Долгое время они обдумывали вариант взять ребёнка из детдома, но постоянно откладывали это. Нам стоит поговорить с ней и обсудить это. — Мама, спасибо, это действительно хороший вариант, — впервые за долгое время на душе к Карлы стало легче.***
Карла соврала Шону, что решила устроить год для самой себя. Она решила вернуться в университет на следующий год, а пока жила «ради путешествий и нахождения себя». По правде девушка уехала в Финляндию. В Финляндии находились лучшие медики, там был самый наименьший риск к плохому концу. До февраля Карла находилась там, изредка переписываясь с Шоном и постоянно обманывая его. Также девушке долгое время снились сны с Андером, совесть пыталась надавить на неё и рассказать ему правду. Семь месяцев в Финляндии — целая осень, рождество и половина весны 2021 года теперь ассоциировались с этим местом. Зулема, тётя Карлы согласилась на их предложение и всё время находилась с Карлой. При каждой малейшей проблеме и мелочи она была тут как тут, волнуясь за своего будущего ребёнка. У Карлы не наблюдалось материнского инстинкта, ей хотелось лишь поскорее родить и уехать в Нью-Йорк. Новая жизнь не могла ждать так долго. Многие говорят, что пора беременности — это лучшее время женщины. Для Карлы это же было бесконечным мучением. Ощущение, словно она оказалась в клетке из которой никогда не выберешься. Срок беременности девушки уже истекал, все оборудования приготовлены и врачи трепетно ждали когда же отойдут воды. И вот спустя больше девяти месяцев… начались роды. Это было слишком сложно и мучительно, совершенно то, что говорят люди. Такой физической боли, Карла не ощущала никогда. Мозг был готов отключиться, тело хотело лишь спать, но Карла держалась до последнего. И вот… хриплый голосок новорожденной девочки. Карле в срочном порядке дали дыхательную трубку из-за слабого дыхания. Зулема смотрела на ребёнка и рыдала от счастья, её многолетнее желание наконец-то исполнилось и на руках находилась любовь всей её жизни. Придя в сознание, Карла увидела тетю с ребёнком на руках и почувствовала бзик в своей душе. — Дай мне посмотреть на неё… дай мне взглянуть на неё… — Зулема была не в восторге от этого, но всё-таки позволила взять её на руки и помогала придерживать. Карла смотрела на чадо и поняла, что не зря мучилась столько месяцев морально и физически. Красота этого ребёнка зашкаливала, гены её биологических родителей сработали на полные сто процентов. Девушка поняла, что не хочет отдавать своего ребёнка чужим людям и хочет всегда держать её при себе. Но справедливая часть души нашёптывала ей, что в другой семье у неё будет то самое счастливое детство, которое не было у Карлы. Карла с трудом отдала обратно ребёнка. Она смотрела как Зулема выходит с нею из палаты, от чего у неё навсегда разбилось сердце. Повернувшись вправо, Карла горько заплакала от безысходности своей жизни.***
Вскоре после рождения ребёнка, ей дали имя Кармен. Карла не смирившись с первоначальными условиями Зулемы никогда не встречаться с девочкой, с трудом уговорила её на минимальные встречи раз в месяц. Ей не давало ей покоя, почему Андер не передал ей новость о своём выздоровление, но она всё равно поехала в Испанию. Совесть не могла обеспечить ей нормальный сон, пока Андер был в абсолютном неведении. Ей не хотелось долгих прелюдий, поэтому она пошла в Лас-Энсинас, с надеждой застать его там. Зайдя туда, она с далека заметила на скамейке Андера и Омара. Они умилялись и мило целовались — заняты друг другом и счастливы. Карла осознала — в данный момент он светится от благословения больше чем с ней, поэтому она не решила портить его будущие моменты жизни. Теперь они должны были быть без неё. Он не сказал ей о ремиссии, помирился с Омаром — Андер явно начал всё сначала. От этого Карле было очень уныло, но в то же время очень мирно. В последнюю секунду посмотрев на его лицо, полное удовольствия жизни, она с улыбкой вышла из школы. Теперь она долгожданно намеревалась начать новую жизнь в Нью-Йорке. Академический отпуск закончился, наступил момент вернуться за учёбу и к человеку, не забывавший о ней. После её выхода дверь захлопнулась с неестественной силой, ознаменовав удовлетворение души Карлы. Словно ветер завыл с грустной, но тёплой особенностью. Словно дальше всё будет лишь всё хорошо…
