Where is Alice?

      Медицинский центр Самсунг. Детское хирургическое отделение.       Медленно раскрыв веки, девочка увидела над собой белый потолок, едва различимый в темноте. Звон в ушах от резкого пробуждения не давал ей покоя. Осмотревшись по сторонам, она заметила капельницу. Капли лекарства медленно утекали, как песчинки в часах. С улицы доносилась сирена скорой помощи, а в воздухе витал запах антисептика. Всë окружение напоминало о том, что это больница. Ощущение беспокойства накрыло её, по телу прошла дрожь, а на лбу выступила испарина. Чувство страха заставило её резко приподняться в кровати.       — Тебе не стоит так резко вставать, — послышался женский голос, — швы могут разойтись!       — Доктор Ан, это вы? — девочка увидела женский силуэт у окна.       — Да, Ина. Не переживай, этого человека здесь нет!       Оторвав взгляд от ночного города, доктор пошла в сторону больничной койки.       Ина не могла отделаться от ощущения, что за ней наблюдают. Резкое приближение врача вызвало новую волну ужаса. В мыслях всплыли сцены, в которых отец со всей жестокостью наносил ей увечья. Она сжала губы, скусывая потрескавшуюся слизистую. Видя, как девочка дрожит, Джиа села на стул, стоящий неподалеку. Чтобы успокоить ребенка, она включила индивидуальное освещение над кроватью. Резкое появление света заставило обоих зажмуриться. Как только глаза девочки привыкли, она смогла рассмотреть доктора. Белое лицо, тëмные круги под глазами, слегка выступающие скулы. Губы тонкие, бледные, что казалось сливались с общим тоном кожи. Короткие пряди волос выбивались из хвоста, спадая по щекам. Несмотря на усталый и замученный вид, Джиа смотрела на девочку с теплотой во взгляде. Её золотисто-карие глаза, как янтарь, поблескивали под очками.              — Тебя больше никто не обидит! — голос доктора звучал мягко и успокаивающе, — Этого монстра забрала полиция, теперь о тебе позаботятся. Тебе нужно думать лишь о выздоровлении.       От этих слов по щекам Ины потекли слезы. Она обхватила себя руками так, что ногти впивались ей в кожу, принося ощущение реальности. В горле саднило так, что больно было дышать, поэтому каждое сказанное ей слово давалось с трудом.       — Он правда больше меня не коснëтся?       — Я сделаю всë, чтобы этого не произошло! — состояние ребëнка вызывало у Джиа ярость.       — Как вы можете. — сквозь боль говорила она, — быть уверены, что он не выкрутится?       — Я предоставила твою историю болезни полиции, так же другие улики. Не думаю, что ему удастся избежать наказания!       Ина замолчала. Слова доктора не вызывали у неё полного доверия. Слишком часто окружающие игнорировали то, что с ней происходило. Даже родная мать ушла, оставив её один на один с этим чудовищем.       — Независимо от расследования, твоего отца лишат родительских прав. Ты больше не вернешься к нему! Я попросила социальную службу поискать твоих родственников. Но если они никого не найдут, то обещали отправить тебя в приют, в котором выросла я, — доктор не оставляла попытки завоевать доверие.       — Вы выросли в приюте? — удивилась Ина, — Вы же доктор! Все врачи в нашей стране из обеспеченных семей!       — Ахахах, как видишь не все! — рассмеялась Джиа, — Иногда, если чего-то очень хотеть, то и горы можно свернуть!       — Это невероятно, — голос девочки гнусавил, —хотелось бы мне быть такой же сильной, как вы…       — Лучше быть собой. Ты так не считаешь?       Ина неуверенно кивнула. Мягкий тон, нужные слова и поддержка, которой ей так недоставало, воплотились в девушке, что сидела рядом. Она не напирала, всë делало осторожно, шаг за шагом. Это уменьшило тревогу девочки, хотя о полном доверии говорить было рано.       — Думаете у меня есть шанс стать счастливее?       — Конечно, есть! Не плачь, Ина. Тебе нужны силы, чтобы скорее поправиться! — доктор широко улыбнулась, — Завтра придëт детектив, расскажи ему всë, хорошо? Если захочешь, я буду присутствовать?       — Я постараюсь… — хрипло ответила она, — Вы правда будете со мной?       Джиа молча кивнула. Их диалог прервала вибрация, доносившаяся из кармана халата. Достав телефон, она ответила на звонок.       — Хирург Ан Джиа! Что случилось?       — Это ординатор Ён Джун! — быстро говорил парень, — Поступил мальчик семи лет с аппендицитом! Признаки перитонита положительные! Операционная заказана, анализы готовы, но все хирурги кроме вас заняты!       — Какая операционная? — встав с кровати, доктор помахала на прощание девочке.       — Третья!       — В приëмном есть кто-то кроме тебя?       Продолжив разговор по телефону, доктор покинула палату.       — Здесь ещё Чи Юн, — послышался женский голос из трубки.       — Тот, кто смотрел ребëнка, будет ассистировать. Бегом!       — Я понял! Бегу! — ответил Ён Джун и повесил трубку.       Как только звонок был окончен, Джиа отправилась в опер блок.              Ординатор Чхве Ён Джун проводил операцию по удалению аппендикса под присмотром доктора Ан. Высокий рост, каштановые волосы, причëска «шапочка» с выбритыми висками, темно-карие глаза, а также детские черты лица — делали парня красавчиком. Возможно, из-за этой схожести с милым ребенком, Ан Джиа относилась к нему снисходительно. Он молод, оптимистичен и единственный, кто её не боялся. Несмотря на то, что многие ординаторы не желали попадать к ней в ассистенты, парень отчаянно стремился стать им. Он часто оставался в больнице, когда дежурила доктор Ан. Этот раз не был исключением.       — Хорошо справился, Ён Джун! Живот зашьёшь сам, не забудь поставить дренаж! — покидая операционную, хвалила его Джиа.       — Спасибо, доктор Ан! — улыбался парень, смотря вслед наставнику.        Хирург вышла в предоперационную комнату, стягивая с себя одноразовый хирургический халат. Выбросив его в утиль, она потянулась. В плечах и шее девушки чувствовалась скованность, поэтому она размяла мышцы рукой. Это были её третьи сутки на работе, усталость давала о себе знать. Как только перед ней раздвинулись двери ведущие из опер блока, на неё накинулись с расспросами родители пациента.       — Что с нашим Минсу? Операция прошла хорошо? — встревоженно спросила женщина, подбежав к доктору.       — С ребëнком всë хорошо. Операция прошла успешно, но из-за того, что вы медлили с обращением в больницу, у него развился перитонит, — ответила Джиа.       — Перитонит? Что это? Когда мы сможем его увидеть? — протараторил отец ребенка.       Вид у него был потрëпанный, словно он бросил все дела, чтобы приехать в больницу. Лицо было бледным, а взгляд обеспокоенным.       — Это воспаление брюшины, что покрывает все органы живота. Мы удалили аппендикс, промыли брюшную полость и установили дренаж. Вы сможете увидеть сына, когда он отойдет от наркоза, и его переведут в палату.       — Спасибо большое, доктор Ан! Спасибо! — поклонилась мама ребëнка.       — Это моя работа. Вам стоит отдохнуть так же, как и вашему сыну, поэтому идите домой!       — Хорошо, я отправлю жену домой, а сам дождусь, когда Минсу проснëтся! — мужчина поклонился, а после повëл жену в сторону лифта.       — Правильное решение, — удовлетворëнно качнула головой Джиа.       Как только родители мальчика скрылись из виду, Джиа с облегчением выдохнула. Она любила лечить детей, это приносило ей удовольствие. А вот общение с опекунами пациента всегда вызывало у неё раздражение. Больше всего она не могла терпеть родителей, которые бессердечно поступали по отношению к своему ребëнку.       — Может хватит уже работать? — послышался хриплый мужской голос, — Почему мне всегда приходится силком вытаскивать тебя с работы?       Джиа повернулась на источник звука. Со стороны лифтов к ней приближался черноволосый молодой человек. Он был того же роста, что и девушка. Кожа была бледной, словно из слоновой кости. Он носил причëску с эффектом мокрого волоса, длина которой достигала края мочек, прикрывая уши. На правой стороне лица, от середины лба до верхнего края щеки, проходя через веко, выглядывал шрам. На каждом ухе висело по два кольца, а тëмно-карие глаза прожигали при одном взгляде. На нëм были чëрные потëртые джинсы, серая футболка и поношенная джинсовая куртка цвета хаки с объëмными карманами.       — Юнги? — девушка не выглядела удивлëнной.       — Тебя совсем не удивляет моё появление, Зефирка?       — Всë ещë помнишь это дурацкое прозвище? — от раздражения она упëрлась языком во внутреннюю сторону щеки, — Ты всегда за мной приходишь, будто других дел у тебя нет!       — Ну это не я одержим маршмелоу, — усмехнулся он.       — Раз ты пришëл, значит я не выходила на улицу, как минимум дня два…       — Уже три дня прошло, — Юнги буравил её взглядом.       — Три? Не так уж и много, — равнодушно ответила Джиа, направляясь парню навстречу.       — Если бы я принял новый заказ, то пробыла бы на работе ещë неделю без отдыха!       В пустой лифт Юн вытолкнул Джиа бедром, когда она подошла к нему. Она упëрлась спиной в стенку лифта в ожидании старшего. Он зашëл следом и нажал кнопку пятого этажа.       — Если бы меня сегодня не было на работе, ещë бы один урод продолжал мучить ребенка! — взбешенно произнесла она, вспомнив утреннее происшествие.       — Что случилось?       — Отец изнасиловал дочку, поступила к нам с разрывом яичника! — сквозь зубы произнесла она.       — Снова вызывала полицию, надеюсь его не отпустили? — разочарованно произнëс он, когда дверь лифта закрылась.       — Не отпустили. Этот урод, увидев детективов, дал деру. Мы с офицером его поймали. Этот ублюдок кидался на меня с ножом, — усмехнулась Джиа, прокручивая в голове момент, как преступнику прописали ногой по лицу.       — Ты хоть не пострадала? Ему небось тяжко пришлось?       — Как ни странно в этот раз полиция была на высоте. Детектив закрыл меня собой, а потом отправил эту тварь в нокаут! — на лице девушке проскользнула злорадствующая улыбка.       — Страшно перейти тебе дорогу! — улыбнулся Юн, видя еë выражение лица.       — Кто бы говорил!       Джиа похлопала парня по плечу, а после вышла в открывшиеся двери.       — Если не спустишься через 10 минут, вытащу тебя силком, — улыбаясь, предупредил он.       — Вот только этого не хватало, своими ножками дойду! — показав язык, Джиа пошла в сторону комнаты персонала.       Как только дверь лифта закрылась, Юнги спустился на первый этаж. Минув регистратуру, он выскочил через главный вход госпиталя и остановился у дороги. Парень запустил руку в левый нагрудный карман, чтобы найти свои сигареты. Он, открыв пачку, достал одну, зажимая её между зубами. Яркая искра зажигалки, глубокий вдох, и вот на кончике сигареты тлел пепел. Глубоко вдыхая дым, Юнги смотрел на ночное небо.       Как только он докурил, Джиа вышла из больницы. На ней были голубые джинсы, белая толстовка и свободный плащ цвета мокрого асфальта, который отлично сочетался с её чëрно-белыми кроссовками «Nike air». Каштановые волосы спускались до уровня плеч, очки сменились на линзы, через плечо висел кожаный чëрный рюкзак.       — А я уже собирался идти за тобой. Почему так быстро примчалась? — язвил старший, выбрасывая окурок.       — Просто не хотела, чтобы ты протащил меня на плече через всю больницу. Ещё подумают невесть чего! — так же язвительно ответила девушка.       — Голодная?       Юнги вытянул руку, увидев проезжающее такси. Белая Mazda 3 подъехала к ребятам.       — Нет, ела недавно. А вот пропустить стаканчик, я только за! — уселась Джиа на переднее сидение, подъехавшего такси.       — Ну вот опять я сзади…       Юнги отправился на заднее сидение автомобиля. В салоне сильно пахло кофейным ароматизатором, отчего у парня закружилась голова.       — Не ворчи, как старый дед! — ухмыльнулась девушка, посмотрев в зеркало заднего вида, — Сзади самое место для такого старичка, как ты!       — Сказала старушка, что родилась в том же году, что и я! — съязвил старший.       — Нам в Йосангу, Каннам-донг, бар «232»! — игнорируя его слова, Джиа обратилась к водителю.       — Хорошо, — коротко ответил он.       В течение часа они добрались до пункта назначения. Юнги оплатил такси, пока Джиа ожидала его у входа в бар. Выйдя из машины, парень кивнул в сторону двери, а после зашëл в здание первым. Звон колокольчика раздался следом за ним. «232» — это небольшой бар с богатой атмосферой. На полу расстелены ковры, вдоль стен шкафы, заполненные виниловыми пластинками. Множество маленьких столиков для небольших компаний. Деревянная барная стойка в свете приглушëнных ламп, словно переместилась из 80-х. Парень, что стоял за ней тут же обратил внимание на гостей.       — Да это же, Мин Юнги! — воскликнул бармен, орудуя шейкером, — Госпожа доктор, тоже пожаловала!       — Хоби, давай без этого! — прохрипел Юн.       Парень направился прямо к стойке, а Джиа последовала за ним. Спустившись по лестнице, ребята огибали столики. Вокруг было людно, хотя это не удивительно, ведь сегодня пятница.       Старший сел на свободное место за баром, пока девушка вешала свой плащ. За стойкой, напротив парня, остановился бармен. Он был среднего роста и хорошо сложен. Из-под заправленных рукавов чëрной рубашки выглядывали подкаченные мышцы, а кисти обрамляли вздутые вены. Не меньше внимания привлекали волосы платиного цвета, что слегка прикрывали уши.       — Тебе как обычно Мин? — обратился он к гостю.       — Сегодня у меня настроение выпить текилу, что думаешь Джиа?       — Текила, так текила! Я до дома тебя не потащу, предупреждаю! — ухмыльнувшись, она села рядом с ним.       — А в итоге, тащить тебя буду я, — пробормотал Юн, постучав по барной стойке указательным пальцем.       Обычно этим жестом Юнги, просил повторить выпивку. Бармен понял сигнал гостя и ярко улыбнулся. Он достал из-под стойки две рюмки, обработал края лимонным соком, а после погрузил в соль.       — Лимончик не забудь, Хо, — обращалась к бармену Джиа.       — Конечно, для прекрасной девушки, что угодно! — от мягкого взгляда парня могла растаять любая девушка.       — Не утруждайся, дружище, — сочувствующе посмотрел на бармена Юнги, — она у нас больше по девочкам!       — Ахаха, я не только по девочкам, но ни одному из вас ничего не светит!       — Не представляю какой должен быть мужик, чтобы тебе понравиться! — удивлëнно произнëс бармен, разлив по стопкам текилу.       — Я тоже бы хотел увидеть это чудо природы! — принимая рюмку, Юнги пристально посмотрел на девушку.       — Когда встречу его, сообщу тебе первому! — язвила она, чокнувшись рюмкой с парнем.       — Вот и лимон, — Хосок, поставил блюдце перед гостями, — вам, как всегда, оставить бутылку?       — Ты слишком хорошо нас знаешь! — она мгновенно осушила рюмку.       — И соль оставь, чтоб тебя не дëргать, — похлопал по плечу бармена Юн.       — Вы постоянные клиенты, было глупо не знать ваши привычки! — гордо произнëс парень, — Я оставляю вас, приятного отдыха! — он перевëл своë внимание на других гостей.       Джиа проводила бармена одобряющим взглядом, а после забрала опустевшую рюмки. Молча погрузила их в соль, затем же разлила текилу. Прокатив рюмку в сторону старшего, она повернулась к нему лицом.       — Как твоя работа? Мне нужно тебя подлатать?       — Неужели, наша мисс равнодушие вспомнила обо мне? — саркастично ответил Юнги.       — Не хочешь не говори, — всем видом показывая незаинтересованность, она выпила снова.       — Я думал мы друзья, — хмыкнул парень, осознав, что повышенного внимания ждать бесполезно.       — Не будь мы друзьями, мы бы здесь не сидели. Ты и сам это прекрасно понимаешь, — в голосе Джиа чувствовалось раздражение.       — Да знаю я, знаю!       Он выпил свою текилу. Слабая горечь напитка была несравнима с тем, как относилась к нему Джиа. С момента знакомства и по сей день от девушки сложно было получить хоть каплю тепла, которое она дарила своим маленьким пациентам. Юнги знал почему она так себя ведëт, поэтому и не требовал от неё невозможного. Ему было достаточно того, что она допускает его в свой круг общения. — Я не пострадал, работу выполнил чисто. Волноваться не о чем.       — Я не сбежала и не отвернулась от тебя ни разу за 10 лет, — Джиа опустила голову на столешницу, прислонившись к ней щекой, — поэтому не говори так, будто я тебя совсем не ценю… Ты единственный с кем я могу общаться и оставаться при этом собой.       — Прости… — Юн потрепал её за волосы, — Сегодня ты мрачнее обычного. Та девочка напомнила тебе о брате?       Девушка ничего не ответила. Глаза были закрыты, а волосы спадали на лицо.       — Зефирка? — позвал её старший, — Ты уснула? В итоге, опять я понесу тебя…       Парень аккуратно убрал пряди её волос за ухо. Она мягко сопела. Её дыхание раздувало, просыпанную на столешницу, соль. Юнги смотрел на Джиа еще пару минут, давая погрузиться в более глубокий сон. Убедившись, что она не проснëтся от его прикосновений, он подозвал рукой Хосока.       — Опять уснула? — бармен не был удивлëн, он уже не раз заставал эту сцену, — Вызову такси.       — Буду благодарен, — улыбнулся Юнги парню, а после отправился за плащом Джиа.       Хосок вызвал такси, которое ожидало у бара спустя пару минут.       — Спасибо, Хо! До встречи! — оплачивая выпивку, прощался Юн.       — Хорошо вам добраться! — кланялся на прощание бармен.       Юнги набросил плащ на плечи Джиа, а после взял её на руки. Медленно поднявшись по лестнице, вышел из бара. У входа их ожидало такси. Водитель заметил, что руки Юнги заняты, поэтому быстро выскочил из машины. Он открыл заднюю дверь автомобиля, а после вернулся на место. Уложив девушку на заднее сидение, Юнги сел вперëд.       — Добрый вечер! Куда поедем? — спрашивал водитель.       — В Сонпхагу, Донгнам-ро, дом 309, — ответил Юн.       — Два пункта назначения будет или один?       — Один, — обернувшись, парень проверил Джиа.       Машина тронулась с места, разрезая прохладный ночной воздух.