Назови меня папочкой

– Возможно, это моя карма… Заставив своего самого любимого человека страдать, я сильно разозлил вселенную. С кем бы я не был, кто бы мне не нравился, отношения всегда неудачны. Более того, я перестал чувствовать что-то большее, чем просто симпатия. Нет этого горящего сердца, этой сводящей с ума любви… Это просто флирт, интерес, но не более. Боль также не прорывается в мое сердце, когда меня кто-то бросает или я с кем-то расстаюсь. Я просто забываю об этом и все, будто ничего и не было. – Может быть, вам не нужно на этом зацикливаться, мистер Ким? – психолог говорил медленно, чтобы клиент мог спокойно воспринимать его слова. – Вы молоды, успешны, можете в полной мере наслаждаться своей жизнью. Возможно, если вы перестанете винить себя за прошлое и не будете зацикливаться на своих неудачах, то найдется тот, кто сможет разделить с вами ваше счастье? Вам стоит быть терпеливее к самому себе и не делать поспешных выводов о своей жизни. Сколько времени прошло с того… инцидента? – Порядком шести лет. – Ким ответил очень холодно. – Что вас сподвигло всё же принять наследство отца, а именно, его бизнес? – На протяжении 4 лет после того случая я не возвращался в Корею, ездил то там, то сям, занимался, что вздумается, общался с разными людьми. Но после смерти отца я узнал, что он оставил всё наследство мне. Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать. Но в его поступке есть логика, потому что у него не было никого кроме сына, не оправдавшего его ожиданий. Ему просто больше некому было передавать этот ничтожный бизнес, ничтожный, по моему мнению. Где-то пол года я не откликался на просьбы менеджеров компании вернуться в Корею, но всё равно являлся законным владельцем. Я много думал и наблюдал, как компания постепенно начинает падать в бездну. Падать в бездну начал и я сам после того, как осознал всю ничтожность своей личной жизни. Поэтому я решил, что так продолжаться не может. Я вернулся в Корею, принял наследство, а после начал осуществлять свои задумки насчёт бизнеса. Естественно, мои взгляды были совершенно противоположны отцовским. Я уволил практически весь персонал компании, нанял новых, более квалифицированных и честных людей. Отцом двигала его алчность, его желание ухватить как можно больше денег и неважно какими способами. Моей же целью было превратить этот противозаконный гадюшник в нечто большее, чем просто бордель. Ну а дальше вы сами всё знаете, если смотрели мои интервью, как до этого утверждали. Самые популярные клубы Южной Кореи, лучшие бармены со всего мира и бла бла бла. – Да, мне известно всё остальное… Ваша целеустремленность поражает. Вы пытались убежать от личных проблем, забыть своё прошлое, поэтому так быстро подняли с колен компанию. Теперь вы должны подумать о том, что можно поднять с колен, например, самого себя. – Наверное, вы правы, – Тэхён задумался на несколько мгновений, а затем встал с кресла. – Что ж, спасибо вам. Я, пожалуй, пойду, дела ждут. Оплату за сеанс я уже перечислил. – Хорошо, спасибо. До встречи! Тэхён вышел из кабинета психолога и, попрощавшись с секретарём на ресепшене, направился на парковку. Нервно постукивая по рулю автомобиля, Ким обдумывал разговор с психологом. За 2 года работы с ними, он понял, что им важны лишь деньги и статус их клиентов, но никак не чувства. Тем не менее, в этом психологе Ким нашёл что-то новое, чего не видел в других раньше. Это поразительная честность и прямолинейность, чего так боятся рядом с Тэхёном многие люди, учитывая его статус. Подъезжая к зданию KimTae Entertainment, он вспомнил слова психолога «Теперь вы должны подумать о том, что можно поднять с колен, например, самого себя» и усмехнулся. На колени он не опускался где-то около года, как только увяз в делах компании. Возможно, в его случае нужно как раз таки снова начать опускаться на колени. Но делать этого президенту компании совершенно не хотелось. Ему не хотелось вновь возвращаться к этой разгульной жизни, в попытках разобраться в своих мыслях идти на поводу у каждого, кто проявит к нему хоть малейшее внимание. Практически бессмысленными для Кима стали казаться и походы к психологу. Кажется, что он уже давно смирился и со смертью любимого и с тем, что больше не может любить и быть любимым. Ему это неприятно, любой намёк на новые отношения вызывают у него панику и банальное отвращение. Но он продолжает вновь приходить в кабинет психолога, потому что, наверное, крупица надежды на личное счастье все ещё живёт где-то глубоко в его сердце. Но, тем не менее, все это уходит на второй план, когда Тэхён заходит в стены здания компании. Здесь Президенту Киму приходится принимать кучу важных решений, хоть они и не так сложны, как проблемы в личной жизни. Тэхён уже без опаски и стеснения пересекает первый этаж, не обращая внимания на множество сотрудников, которые, хоть и спешат по своим рабочим делам, но всегда кланяются президенту. Поднимаясь в лифте на 19 этаж в главный офис, Ким недовольно постукивает ногой, ведь ему предстоит разобрать очередную кучу документов, требующих подписи президента. Не успев выйти из лифта, Тэхён видит спешащего к нему на встречу секретаря, в руках которого как раз и находятся та самая стопка бумаг. – Президент, всё готово! Осталась только ваша подпись, – с усталостью, но большим энтузиазмом докладывает секретарь, поправляя съехавшие на кончик носа очки. – Вы точно всё проверили? При открытии клуба в этом районе нельзя допустить ни малейшей ошибки. – Конечно, я лично перепроверил всё не меньше трёх раз. – Надеюсь... Где зам. президента Мин? Мне нужно с ним обсудить кое-какое дело, – поинтересовался Ким, открывая ключом дверь своего кабинета. – Он в зале заседаний, проверяет какую-то презентацию. Мне передать ему, что вы его искали? – Да, передай, спасибо. Положив документы президенту на стол, секретарь выбежал из кабинета. Откуда же в нём столько энергии? "Он выглядит довольно уставшим," – подумал Тэхён, вяло подтаскивая стопку бумаг поближе. Подбираясь уже к концу стопки, Тэхён услышал стук в дверь. – Входи, Юнги. – спокойно проговорил Ким, бросив взгляд в сторону двери. – Почему так неофициально, Президент Ким? Где ваши манеры? – в кабинет зашёл светловолосый мужчина, явно решивший добить уставшего Тэхёна своими шуточками. – За весь день мне уже насточертела вся эта субординация и манеры… Работа, психолог, потом опять работа… Я устал. – пожаловался Ким, подписывая последний документ. – Ладно, ладно, не кипишуй. – Юнги уселся в кресло, немного послабляя галстук на шее. – Секретарь Пак до тебя на улитке что ли добирался? Чего так долго? – Не вини секретаря Пака, ты же знаешь, что он вечно пулей летает по офису. Это я задержался, редактировал презентацию нового клуба для завтрашнего собрания с PR-отделом. – И как обстоят дела? – холодно и задумчиво спросил Тэхён, подходя к панорамному окну и всматриваясь в ночной город. – Это будет успех. Акционеры в восторге от наших нововведений, осталось только согласовать рекламный план, чем я и займусь завтра. В ответ на свою воодушевляющую речь заместитель получил лишь гробовое молчание. – Ты снова был у психолога сегодня? Честное слово, после визитов к нему я готов задушить тебя, да и его тоже. Такое ощущение, что он только хуже делает. – Мин быстро переключился из роли заместителя в роль лучшего друга. – Он просто даёт мне пищу для размышлений. Хуже мне вряд ли уже станет. – Дело твоё, конечно, но не стоит так сильно загоняться по его нравоучениям. Он лишь трясёт с тебя деньги, не более. Лучше эти деньги потратить на высококлассный виски, который, кстати говоря, порой, самый лучший психолог. – Кстати о виски, – Ким будто проигнорировал все остальные слова Юна. – Нужно съездить в Каннам, посмотреть как там дела перед открытием клуба. Заодно куплю тебе виски, кажется, ты так и напрашиваешься на пьяные посиделки. – Ты слишком печешься об этом, уже кучу раз всё перепроверяли. Но ради виски, я, пожалуй, соглашусь. *** Обходя столики VIP-зоны, Тэхён вздохнул и облегченно сказал: – Кажется, все здесь отлично поработали. – А я тебе о чём говорил, – голос Юна донёсся из барной зоны, его было очень хорошо слышно, ведь в клубе кроме них не было ни души. – Мы готовили открытие клуба в Каннаме больше полугода, здесь всё до отвратности идеально. – Не очень-то хорошо звучит. – Тэхён немного нахмурился, смотря на друга. – Да не цепляйся ты за каждое слово. Всё будет отлично, как и в остальных клубах. Каннам отличается от других районов лишь чрезмерным пафосом, созданным для туристов. – Как раз-таки туристы меня и волнуют. Благодаря им мы вышли на международную арену, благодаря им же можем с грохотом с неё упасть. – Ким тряхнул головой, которая была забита лишь мыслями о работе. – Так, всё, хватит. Ты сам жаловался, что устал от работы, лучше выпей чего-нибудь. – Мин повертел перед носом у Тэхёна свои бокалом, наполненным виски. – Только не виски… с прошлого раза у меня на него аллергия, – Ким пошарился за барной стойкой и достал парочку бутылок соджу. – Соджу? Серьёзно? – Юнги выгнул бровь, делая очередной глоток. – Да, Юнги, не все такие высокие ценители алкоголя, как ты. Есть и простые люди, которые любят выпить соджу. – язвительно процедил Тэхён. – Ой, да ну тебя. На 5 рюмке соджу Тэхёна стало клонить в сон. Он покручивал в руках пустую бутылку, рассматривая яркую этикетку с изображением какого-то актёра, что навеяло на него воспоминания.

/flashback/

– Тэ, может тебе хватит уже? Я не хочу тебя потом снова тащить в постель на себе и отпаивать наутро таблетками от похмелья. – Тебе даже позаботиться обо мне лень, Чонгук? – Какой же ты дурной, – Чон закатил глаза. – Я не хочу чтобы ты к 20 годам стал подзаборным алкашом, вот это и называется забота. – старший потрепал волосы на макушке Кима. – Говоришь словно ты мой отец… хотя, он вряд ли когда-нибудь беспокоился за меня. – Я хоть и твой папочка, но сравнение с твоим отцом звучит как оскорбление. – Чонгук выхватил из рук младшего рюмку. – Прости… – Тэхён сразу заметил, как Гук напряг скулы из-за упоминания Джевона. – Как думаешь, что он от тебя хочет? Прикажет выбирать между мной и бизнесом? – Не важно, просто забудь и не говори об этом до следующей недели. Будем решать проблемы по мере их поступления. – Чон мягко улыбнулся и чмокнул упрямого парня в лоб.

/end of flashback/

– Эй, ты чего завис? – Юнги потрепал Тэхён за плечо. – Да так… пожалуй, пора расходиться по домам.