Больно.
Я сижу у тебя на коленях.
Прохладно, у тебя очень холодные руки. Мне нравятся твои прикосновения. Мне нравишься ты.
Я ощущаю твое дыхание на своей шее.
Хочу чтобы ты любил только меня. Чтобы касался только меня. Чтобы смотрел только на меня. Всегда.
Ты оставляешь очередной след на ключице, кусаешь шею. Сжимаешь запястья до побеления костяшек. Нет, я не мазохист.
Просто я очень тебя люблю,
но любишь ли ты меня?
Я надеваю кофту с длинным рукавом, чтобы никто не видел синяки и твои отметины. Никто не должен видеть твою любовь, только я, только мы.
Почему ты смотришь на других? Почему позволяешь кому то коснуться тебя?
Почему ты не отталкиваешь поцелуй, а прижимаешь эту незнакомку ближе?
Вы близки? Ты любишь ее?
Я вглядывался в каждый сантиметр ее кожи. Нет, никаких отметин нету.
Значит это ложь?
О нет, кажется кто то увидел мои синяки. Кажется, кто то слышал нас. Ты избавишся от меня? Похоже я не был тебе нужен...
Ты бросаешь на меня злой взгляд, прогоняя прочь.
Я снова вижу тебя с ней. Вы встречаетесь.
Но недолго. Она бросает тебя. Никто не полюбит тебя так как я, Гию.
Вечер, я пишу таким красивым и аккуратным почерком записку. Не так много людей кому я могу ее посвятить. Двум друзьям, что беспокоились обо мне. Я благодарен им, и жалею о том что не слушал их раньше. Любимой сестрёнке. И тебе.
Я хочу чтобы ты страдал, страдал как я, Гию.
Мне больно и неприятно, ты играл не честно.
Я поднимаюсь на крышу школы, солнце начинает прятаться куда-то вдаль. Ветер еле перебирает волосы, я разуваюсь, придавливая обувью красивые конверты, и серьгу. Никто не знал о моем плаче в школьном туалете. Об этих ранах. Душевных и физических. Мне жаль, что так получилось, и что я встретил тебя в своей жизни.
Я хочу чтобы ты знал, что ты виноват в этом.
Если ты это читаешь, Гию, значит уже знаешь что являешься главной причиной моей смерти.
Я прыгнул. Время будто замедлилось вдвое. Я ещё не упал, но чувствую боль. Всегда чувствовал.
Вот я приземлился. Я ещё жив, чувство боли стало проходить. Только облегчение. Теперь я избавлюсь от безответной любви. Но что это? Ты бежишь к моему телу, и стараешься поднять. Мои веки ещё не закрыты, я вижу тебя. Лучше бы не видел. Почему ты плачешь? Тебе не стоит делать этого.
Послднее прикосновение к щеке. Такое тёплое. Впервые твои руки такие теплые.
И всё-таки, спасибо Гию. И прощай.
Веки потяжелели, и медленно закрылись.
***
Когда полицейские нашли записку, и проверили тело, Гию Томиоку посадили за домогательство до ученика Танджиро Камадо, и доведения его же до суицида.
Незуко плакала без остановки. Когда она видела учителя в последний раз, прокляла того. Незуко пила антидепрессанты.
Гию скончался в тюрьме, не пробыв там и года.
Иноске, потерял свой боевой дух.
Ну а Зеницу поддерживал их двоих, как только мог.
В какой-то степени все они, как и Камадо, были виновниками его смерти.
B A D E N D.
Game over.
