i feel life for the very first time

Ищешь повод увидеться. Смущаешься. Ревнуешь. Думаешь о нем. Тоскуешь. Сжимается сердце. Ричард нахмурился и закрыл вкладку. Симптомы частично совпадали, но дать определение своим чувствам для него было сложно. Он действительно странно ощущал себя в последнее время. Особенно около своего напарника. Конечно, прошла всего неделя с его активации, и все это время он провел в участке, рядом с Гэвином. Неудивительно, что он не может думать о ком-либо еще, ведь он больше никого и не знает. Верно? Он смотрит на человека, сидящего за столом напротив, и думает, что может подождать. У него есть все время в этом мире, чтобы завоевать сердце детектива. Он еще не знает, что это за чувство, но знает, что очень хочет быть рядом с этим человеком. Это сказано звездами, на которые он смотрит по ночам из своей комнаты, выделенной Киберлайф. Он знает, что Гэвин будет рядом, совсем рядом. - Ты можешь бежать, но не можешь прятаться. Рид поперхнулся и поставил кофе на стол, раздраженно глядя на напарника. Он действительно бесился с таких фраз, которые в последнее время слышал слишком часто. Гребанный кусок пластика совсем оборзел, считая, что влюбился и проявляет внимание. Гэвину не нужно внимание. Он и так видел на лице андроила отражение всех его "чувств", но не верил в них. Как можно влюбиться в человека, которого едва знаешь? Да еще и когда ты андроид? И самое главное, что Гэвину не нравился такой Ричард. Внимательный и заботливый, всегда перехватывающий его взгляд и старающийся прикоснуться. Гэвину хотелось блевать при виде этих влюбленных глаз. Понятно, что парень, считай, только что появился на свет и не знает, что с этим делать, но как же было ахуенно когда Ричард ценил его личное пространство. Когда не лез в его жизнь и держался в стороне. Когда его лицо было освещено приятным спокойствием. Когда он был другим. Не таким человечным. - Хватит постоянно пиздеть, что я тебе нужен, это и так понятно. Мы ж, блять, напарники, - говорит Гэвин, все еще не верящий в эту ситуацию, закуривая на заднем дворе участка. Ричард усмехается. - Тогда перестань врать, что тебе хорошо и без меня. Этого не может быть, от одиночества ничего хорошего, - полунадменно отвечает андроид, отводя взгляд. Если бы диод не снял, сейчас бы заливался красным. Гэвин не был уверен, что он вообще когда-либо влюблялся. Это слишком сильное слово, чтобы применять его ко всем увлечениям, которые у него были. Это лишь усиливало его непонимание и все больше отталкивало от андроида с его странным поведением и почти ласковыми взглядами. Гэвин почти решил, что у того от девиации крыша поехала. Но Ричард все осознавал. Он знал о своих желаниях, хоть и не знал, как этого добиться. Поэтому решил ждать, пока не придет момент, когда он найдет выход. Он будет терпеливо ждать, пока Гэвин не заметит все знаки и не прибежит в его раскрытые объятья. Пока Гэвин не осознает, что ждать было вовсе необязательно. Пока Гэвин не откроет глаза. Весь участок чувствовал напряжение в воздухе, исходящее от этих двоих. Хэнк частенько метал ехидные вгляды в сторону Гэвина, который чуть ли не дыру прожигал взглядом в своем мониторе, лишь бы не смотреть на Ричарда. Даже Фаулер через толстое стекло мог почувствовать что-то неладное, ведь Гэвин из кожи вон лез, чтобы доказать напарнику что он главный бунтарь участка, а теперь сидит смирно и лишь нервно щелкает колпачком от ручки. Джеффри должен был чувствовать облегчение, что этот идиот наконец одумался и не лезет на рожон, но чувствовал он только своеобразную жалость. Но конечно, он об этом молчал. Гэвин привык быть один. Он не нуждался в заботе и внимании, точнее, ему давно удалось убедить себя в этом. И такое внимание со стороны Ричарда было ему едва ли не противно. Хотелось сбросить его с себя, как наваждение, и вернуться к прежней жизни. Но это было невозможно. Этот гребанный девиант таскался за ним, как хвост, и не давал ни минуты покоя без этих изучающих взглядов. Гэвин понял, что стал центром его мира. Но не понял, что с этим делать. - Я могу подождать, - заявил Ричард, когда они уезжали в участок с очередного места преступления. - У меня есть все время этого мира. Вот только у тебя его нет. Ты человек. Гэвин почувствовал, что закипает. Это было последней каплей. Жить в таком напряжении было просто невыносимо. Детектив вжал педаль тормоза в пол, и даже не заметил того, что машина заглохла посреди тихой улицы. Рид фыркнул и резко повернулся к андроиду. - Знаешь что? Ты меня откровенно заебал. Ты мне не нужен, Ричард. Отправляйся в участок сам. Или в Киберлайф, мне вообще похер. Отвали от меня со своими дешевыми подкатами. Я хочу жить, как и жил. Так что иди нахуй. Гэвин разблокировал двери машины и громко выдохнул, отворачиваясь к окну. Он не увидел, как лицо девианта резко преобразилось, и на нем заиграли различные эмоции, от замешательства до обиды. Ричард не знал, куда себя деть. Все эти человеческие чувства, незаметно вписанные в код программы, сводили с ума, если можно было так выразиться. Внезапно Ричард почувствовал, как бы он хотел деактивироваться прямо сейчас. Чтобы была тишина. Чтобы все это ушло. Чтобы все уведомления о программных сбоях замолкли. Чтобы стало темно. Ричард на автомате вышел из машины. Гэвин не стал медлить и быстро завел автомобиль, мельком глянув в зеркало заднего вида. Он вжал педаль газа, надеясь, что ему удасться оставить растерянного андроида позади, и тот не погониться за машиной. Но Ричард стоял. Он стоял и смотрел поямо перед собой, как андроид на витрине. Гэвин шумно выдохнул и вперил взгляд в дорогу. Ему было необходимо уехать от этого ненормального. Но его взгляд то и дело падал на пассажирское кресло рядом. Гэвин корил себя за это, но ничего не мог поделать. Пришлось включить какую-то паршивую песню и ехать дальше.