Заметки

Каждый из ВДА хоть раз видел в руках Дазая ту самую книгу «Самоубийство для чайников», но никто не держал её в руках кроме самого хозяина. Как-то раз Куникида после очередного выговора для Осаму пытался выхватить у него эту странную книгу, но так и не смог этого сделать, натолкнувшись на шутливое сопротивление и фразу: — Неужели ты решил тоже покончить жизнь самоубийством, Куникидушка? — после чего суицидник получил в очередной раз по голове от разъярённого экс математика. Казалось, что в этой книге он видел куда больше, чем видели другие. Ревниво защищал и носил с собой как амулет. Попадал с ней в неприятности, перечитывал её раз за разом, пряча от других открытые страницы, подолгу мог отшучиваться, пытаясь вернуться к перечитыванию одних и тех же строк. Однако не каждый смог бы заметить, что книга, так упорно охраняемая суицидником, хранила в себе. Закладки. Маленькие закладки из бумаги, которые невозможно было заметить, не держа её в руках и не присмотревшись к корешку. Тонкие листики, вкладываемые между отдельными страницами были настолько незаметны, что единственным, кто знал о них был Эдогава, который по собственным соображениям не вмешивался, будто зная, что раскрытие секрета не принесёт облегчения другим. Загадка так и осталась неразгаданной для всех тех, кто пытался её разгадать. — Что вы делаете? — подал дрожащий голос Ацуши, рассматривая в полумраке книгу в руках Осаму. Они ожидают прихода Тигра, устроив засаду на складе. Казалось бы — как можно читать что-то в такой темноте? — Читаю книгу. — Но как вы можете читать в такой темноте? Вы ведь не видите страниц, — вновь подал голос юноша. — Мне и не нужно видеть страницы. Я знаю эту книгу наизусть и перечитывал её бесчисленное количество раз, — от взгляда Ацуши ускользнуло то, как застекленели глаза детектива всего на мгновение. Этого хватило, что бы вернуться куда-то назад — в воспоминания. Каждый кусочек бумаги был отдельным приложением к страницам, но увидеть их содержание удалось лишь паре человек кроме самого хозяина. Дазай и сам не знал, как так получилось. В те времена, когда сам Дазай был членом Портовой Мафии, он как-то раз оставил книгу в Баре «Люпин». Именно в тот момент появилась первая закладка. Маленький лист из блокнота, который туда вставил Анго, после чего в очередной раз началась тирада о навязчивых идеях самоубийства. Дазай только смеялся на это. Он почему-то напрочь забыл о том, что она вообще была там. Позже появилась запись на одном из листиков из того же блокнота. Уже от Оды. Мафиози так и не смог понять, почему он тоже принял эту традицию, но просто рассмеялся, увидев «заметку» и от него. Часто Дазай в шутку стал оставлять на них заметки об их очередных вечерах в баре. Даты смешивались, записей становилось больше вместе с растущим количеством закладок. А потом появилась ещё одна. Последняя. Ею была та самая фотография, сделанная в баре. На обратной стороне дата и короткая фраза, написанная не так аккуратно, как была написана дата.

«Бродячие псы»

Их трио рассыпалось со смертью Одасаку. Теперь закладки оставались среди страниц как напоминание об этом времени, бередя и в тоже время сглаживая края ран, оставшихся после пут Портовой мафии. Дазай свободен от этих пут. И в тоже время что-то заставляло его раз за разом тянуться руками к книге, которую он порой готов был выкинуть или сжечь. Нельзя.

«Нельзя так просто отказаться от воспоминаний»

И вот рука снова перелистывает вдоль и поперёк перечитанные страницы, взгляд цепляется за строку с короткой датой совместно проведённого вечера в баре. Вспоминается даже привкус виски. Горький, потом кислый и наконец — сладкий. Связанное одной датой совсем не вяжется в голове в одно целое. Так никогда не сможет связаться в одну нить прошлое и настоящее, всегда оставляя бескрайнюю пропасть из боли, закрытой в тонких листах меж страниц. В один из казалось бы, самых обычных дней Дазай снова пропал из офиса. Ацуши только пришёл, а Куникида уже отправляет искать Осаму по всему городу. Но поиски не увенчались успехом — Накаджима вернулся ни с чем. Пропажа пришла только во второй половине дня. Осаму тут же настиг гнев Куникиды, но он снова отшучивается и спокойно садится за своё рабочее место, действуя на нервы математику своими рассказами о том, как он сегодня проспал и не успел опробовать отложенные до сегодняшнего дня способы самоубийства. Для других это действительно самый обычный день лета. Душный, жаркий, рабочий день. Но никто из Агенства так и не узнает о том, что именно этот день Дазай Осаму будет боготворить в то же время ненавидеть из-за того, что он когда-то родился. Именно в этот день несколько лет назад в книге «Самоубийство для чайников» появилась первая закладка, на которой позже была выведена аккуратная надпись.

«С днём рождения, Дазай»

Похоже, что и в этот год книга будет вместе с хозяином, оставаясь жестоким напоминанием и не менее жестоким способом хранить воспоминания…