(Не)вероятный Союз

На следующий день, Асока чувствовала себя по-новому: её мир будто расширился, границы сознания изменились. Она приняла себя частью тандема: Она и Мол. Он... Стал её первым партнёром, первым мужчиной, которому она отдалась... И ей хотелось быть его. Быть с ним. Мол тоже взглянул на ситуацию по-новому: он с трепетом осознал, что пересёк рубеж в отношениях с Асокой, который никогда ни с кем не пересекал - ощущения походили на полёт в тёмном космосе, вслепую, без навигатора. Одно было ясно: помимо того, что он овладел ей физически, она была от него эмоционально зависима. Сознаваясь сам себе он признал, что он от неё тоже, в определённой степени. Это его и воодушевляло, и угнетало. Такой расклад сулил новую, доселе неведомую ему ответственность, и сложность их сотрудничества. Но вместе с тем и невероятные ощущения, которые он испытывал от их близости. Причём, эффект простирался за грани физики – его эго раздувалось от факта, что он смог удовлетворить её и довести до экстаза. Мало того, она признала, что ей всё понравилось. Это воспринималось как достижение, на грани реального, и заставляло плечи расправляться шире. — Как ты? — спросил Мол, видя забвенный взгляд Асоки, явно замечтавшейся за завтраком. — Прекрасно… Как-то по-другому. — задумчиво ответила она, неосознанно поёрзав на мате. — Ничего… не болит? — замялся он, не зная, как спросить об ощущениях ниже пояса, и тут же жалея, что вывалил язык. Хотя, откровенно, хотелось удостовериться, что с ней было всё в порядке после первого раза. Щёки Асоки потемнели, она тихо ответила: — Не болит. Не переживай. — с этими словами она посмотрела из под ресниц ему в глаза, смущённо улыбаясь. Мол принял ответ с облегчением. После завтрака, он собрался пойти по делам. Последнее время он зачастил с выходными и неполными днями. Асока же решила побыть дома, посвятить время изучению информации про артефакты. Она поймала его перед выходом и обняла на прощание: — Ты необыкновенный... — прошептала она ему. — Как и ты. — ответил он ей, влажно целуя в щёку перед уходом.

~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~

В последующие дни, Мол внимательно следил за Асокой, пытаясь уличить оттенки её настроения, изменения в её Силовом поле и состоянии. Удостоверясь, что с ней всё хорошо и между ними всё ладно, он радовался этим обстоятельствам, и даже, можно сказать, был счастлив. Они мило общались, ходили вместе гулять по вечерам, любуясь звёздным небом, в объятиях друг друга. Выезжая на спидере далеко за пределы поселения, они предавались нежностям на лоне природы. Несмотря на произошедшее между ими, Асока вела себя сдержанно, лишь иногда увлекаясь поцелуями. Однажды после замысловатых ласк, ему удалось поласкать её всю, но это было скорее исключение. По большей части, она всё же не давала волю своей страсти. Мол держался подобающе, не бросался на неё при всяком порыве, хотя ему этого ужасно хотелось. Все его мысли были заняты ей… Он был будто одержим её существом: следил за ней днём и ночь, наслаждался её вниманием, запахом, прикосновениями. Он замечал самые небольшие изменения: то, как она иногда неосознанно виляла бёдрами; прогибала спину, оттопыривая попку; больше трогала себя, прихорашиваясь; была немного скована в ногах, по-другому сидела, по-другому ходила – казалось, пыталась привыкнуть к новой физиологии. Такие проявления Асоки были обусловлены её желанием, которое теперь сопровождало постоянно и её, а особенно интенсивно, когда Мол был рядом. Она текла, не зная, как прекратить эту напасть, от его голоса, от объятий, от прикосновений и поцелуев. Да и Мол очень способствовал этому, постоянно будучи рядом ней и не отрывая глаз.

~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~

В очередной раз разглядывая её, она поймала его взгляд и вопросительно посмотрела в ответ, давая понять, что его усиленное внимание не осталось незамеченным. Он сказал прямо, что её пластика и осанка изменились, и она кажется скованной. Асока, ясное дело, не стала выдавать истинные причины перемен, вместо этого заверив, что это от напряжения и редких тренировок в последние дни. Мол понимал, что она лукавит, но решил поиграть в её игру. Он предложил растяжку чтобы "снять напряжение и наладить тонус мышц". Асока, скрепя сердцем, согласилась, осознавая, что скрывать от Мола своё состояние - идея провальная. Выйдя в лес, с закусками и матами, они направились на знакомое им место – обширную поляну с густой растительностью и тенистыми зарослями вокруг. Расположившись в тени, в густой траве, Мол сразу взял инициативу в свои руки. Он разложил маты и потянулся. День был тёплым, он снял робу – для растяжки та была не нужна. Его рельефное мускулистое тело заблестело в лучах солнца, ожидаемо, приковывая взгляд Асоки. — Начнём. Садись напротив, будем тянуться вместе. Они приступили к растяжке. Мол знал множество техник и умел вытягивать и стимулировать любые мышцы. Он усердно "помогал" Асоке с вытягиванием плеч и спины. Доходя до ног, он и вовсе переключился на неё, так как кибер-конечности в растяжке не нуждались, а её ноги и бёдра очень даже интересовали его. Он наслаждался моментами контроля над ней при растяжке: когда он гнул и тянул её, как хотел, а она поддавалась – ему претило чувство обладания ею. Делая всякие замысловатые комбинации и сгибая её в разные позы, он намеренно несколько раз прошёлся руками по её груди, бёдрам и лобку, претендуя, что полностью сосредоточен на процессе вытягивания определённых групп мышц. Асока, немного хмурясь, позволила ему продолжить. Ей нравилось, как он умело с ней обращался, да и растяжка хорошо помогала наладить контроль над телом. Под конец, он уже устал претендовать и дал себе волю: он откровенно трогал её бёдра и проводил по промежности рукой. Его поразило, что даже через ткань он почувствовал жар и влагу её лона. Асока тут же заёрзала, выворачиваясь из позы, в которую он её поставил. Он не позволил ей выкрутиться и, быстро прижал миниатюрное тело к земле. Оставаясь сзади, он запустил одну руку в ей в штаны. Асока в протест скрестила ноги, и начала активно выбираться из его захвата, но он не собирался её отпускать. — Эй! Что ты делаешь! А если кто-то… — панически залепетала она. — Расслабься, тут никогда никого не бывает. — прогудел он ей низким голосом, сильнее налегая на сверху, — И ноги раздвинь. Асока потеряла дар речи от его доминирующих манер. Она знала, что могла бы воспротивиться и запросто скинуть его с себя, но не сделала этого. Она не могла ему противиться – ей хотелось отдаться ему, отрицать это было глупо. И она отдалась. Она развела ноги и приподняла бёрда, позволяя руке Мола проскользнуть в нижнее бельё и коснуться её истекающего лона. Тот удовлетворённо промычал и вжался в неё ещё сильнее. Он начал медленно, невесомо поглаживать её клитор пальцами. Его распирало от осознания, что она текла по нему ещё до того как он начал свои ласки. Захотелось особых ощущений – он намеревался прочувствовать её наслаждение через Силу. Сфокусировав свою энергию, которая била фонтаном от возбуждения, он начал обволакивать Асоку своим тёмным Силовым полем, заворачивая её, как паук в паутину. Она охнула ошеломлённая осознанием того, что он делает, но поддалась, утопая в его темноте, полной похоти. — Хочу почувствовать тебя… Твоё наслаждение, — прошептал он, давая знать о своих намерениях. Получив к ней доступ, и познав её жгучее желание, её огонь – ему снесло крышу. Он с рыком дёрнул Асоку на себя за бёдра, поднимая их выше, и начал с нажимом водить круги по её клитору. Асока застонала в голос от контраста ощущений, поддаваясь как кукла его рывку. Наслаждение било через край – её потряхивало от страсти, ноги невольно сводило и она не сдерживаясь застонала от напористой ласки. Бельё и штаны мешали ему ускориться и он одним махом спустил их с неё, чуть оцарапав кожу на попе ногтями. Он немедленно продолжил стимулировать клитор одной рукой, в то время как другой, массировал её грудь через топ. Асока хваталась руками за траву вокруг и подавалась бёдрами на него. Он вдыхал запах её взмокшей кожи и чувствовал её желание наравне со своим. Она исходилась волнами эйфории, вызванной его действиями. Его с головой накрыла эта страстная нега. Её пульсации усиливались, становясь хаотичнее и ярче, отчего ему спёрло дыхание, а сердца заколотились о рёбра с дикой силой от новизны и остроты ощущений. Гортанно рыча, он прижал её к земле и ввёл один палец внутрь. От этого Асока завибрировала на новой частоте – всё её существо кричало в экстазе от того, что он так брал её. Он чередовал стимуляцию клитора с проникновениями пальца внутрь. Вскоре он поменял позу и подключил второй палец, что вызвало сдавленный стон и волну жара по телу Асоки. Он понимал, что возможно слишком напорист, и ей может стать больно, но крыша его летала далеко и высоко, и он не останавливался, продолжая трахать её пальцами сзади, вворачивая их как можно глубже в её нутро. Она насаживалась на его пальцы, истекая смазкой. Её прерывистые стоны переросли в один сплошной полу-крик наслаждения, а хаотичные Силовые волны от подступающего огразма пробивали их обоих до нутра. Когда она, сдавленно вскрикнув, кончила с дрожью в ногах, сжимая его пальцы в себе, его тело пробило разрядом, похожим на те, что ему доводилось испытывать от молний. Дух вышибло, в глазах потемнело – он выпал из реальности на добрый миг. Приходя в себя, он медленно вынул из неё пальцы и тут же лёг на землю, обретая баланс, тяжело дыша. Натянув свою одежду, Асока свернулась рядом и затихла в его объятии. Они лежали, наслаждаясь теплом друг друга. — Хорошо потянулись, однако — нараспев сказал он, — Надеюсь, помогло с напряжением в мышцах… и прочих местах? — На сегодня помогло. Но я постоянно чувствую это… — Асоку понесло на откровения, — Желание. Я хочу твоих ласк постоянно. Какая-то зависимость… — Это нормально, учитывая, сколько ты сдерживалась. И я тут, весь в твоём распоряжении. — Я раньше не представляла, что может быть так хорошо... Что такое дикое желание выливается в такое наслаждение, — тихо сказала Асока. — Теперь представляю, и это слишком… — Зацепили тебя плотские чувства? — Да... — выдохнула она, прикрывая глаза, собираясь с мыслями. — Это меня как-то поменяло… Пока не понимаю как. Но хочу, чтобы это продолжалось. — Я тоже хочу ещё… Хочу больше… — задумчиво сказал Мол и они затихли. Они провели послеобеденное время, обсуждая Силовые трюки. Мол рассказал про то, что знает о Силовых связях, а Асока дополнила, что связь может оставаться даже после смерти одного из партнёров тандема, с его Силовым полем. Мол о таком слышал, но не верил. Асока настаивала, что такое возможно и в Ордене об этом шли разговоры, в которые, однако, падаванов не посвящали. В итоге, они решили, что вопрос стоит исследования: ведь если это так, Силовая связь оказалась бы крайне полезной на войне. Возможности Силовой связи были им непостижимы, но они предполагали, что крайне велики. Они наслаждались друг другом и беседами о путях Силы ещё долго. Асока подметила, что их взаимодействие меняет их. Она стала чувствительней к себе и к нему, в то же время жёстче и увереннее в своих силах. Мол согласился и сознался, что перестал страдать от неконтролируемых вспышек ярости и больше думал о своей жизни, нежели о мести. Их силовые поля тоже поменялись: поле Мола излучало тёплый мрак, а не зияющую черноту, а Асоки – палящий свет, горящий ярко от страсти и чувств к Молу, в которых она не признавалась даже себе.