Проблема

      POV Билл Сайфер       Раз за разом одна и та же ситуация: Диппер ускользал, а я следовал по пятам за ним. Сегодня же произошел сбой, такое стечение обстоятельств не могло не радовать.       — Отдай.       Запах мятной жвачки, старые поношенные кеды, ослабленный галстук и в довершение требовательный тон, выводили в голове шестеренки из строя, руша налаженную работу.       — Не хочу.       — «Билл, проводи меня до класса» — скажешь это и отдам.       — Вот еще.       Какое потребительское отношение: отдай, сделай, помоги. А мне что? Мне нужен вполне заслуженный кусок внимания. Это необходимо как вишневая слойка из кафе брата с кофе по воскресеньям. Ни проблеска согласия, какой ледышка.       — Вот как? В таком случае забирай и иди.       — Прости, что ударил тебя. — Диппер сжал лямку рюкзака. — Я просто… Я…       Губы на лице парня сжались в тонкую упрямую линию, а рука коснулась шеи нервным движением скользя к затылку, где пальцы тут же спрятались в завитках каштановых волос. Диппер посмотрел на меня, а после отвел взгляд, будто решаясь и собираясь продолжить начатую фразу.       Никогда бы не подумал, что можно так мило не уметь подбирать слова. Пайнс посмотрел на рубашку, оттянул ее конец и лишь одними губами красноречиво выругался. По столовой разнесся смех детей из начальных классов. Диппер все же столкнулся, хоть и не со старшеклассником, а маленькой девочкой, перемазавшей его рубашку томатным соком.       — Решил сменить имидж, Диппер? — не удержался от подкола я.       — Теперь понимаешь почему в школе нельзя бегать? — он наклонился к перепуганной школьнице, потрепал по голове и добавил что ничего страшного не случилось.       Девочка кивнула, прижимая к груди томатный сок, понуро опустила голову и поспешила к перешептывающимся подружкам.       — Диппер. Диппер… Дииипер? Ты на связи или спишь стоя?       — Она совсем новая, — с досадой произнес он, осматривая испорченную вещь.       — Пошли, дам тебе сменную майку. Промоешь пятно от сока пока не высохло, — не то чтобы я сжалился над ним, просто гадко становилось, когда Пайнс выглядел расстроенным.       Место удара все еще отдавало легкой саднящей болью. Мир окрасился из серого в красочные цвета от предвкушения. Я увижу Диппера в своей одежде. Девушки любят носить вещи своих парней и считают это романтичным, только вот ни он ни я не являемся представителями прекрасного слабого пола.       — Спасибо, Билл.       Белая майка висела на Диппере широким мешком, местами складки портили образ, но он был таким милым в ней, а мои мысли настолько стали порочными, стоило лишь увидеть его. Да чего уж там говорить, я бы предпочел затащить в безлюдный угол для уединения и просто обнять от переизбытка чувств.       — Пустяки, не расстраивайся и съешь конфетку, — я порылся у себя в рюкзаке и достал из него шоколадный батончик, и отдал его заметно повеселевшему Дипперу, не скупившемуся на лучистую улыбку и очередные слова благодарности.       — Ты же сказал, что у тебя нет конфет!       — Для тебя ношу специально.       До конца я так и не понял как такое стало возможным и с чем связано данное проявление тактильности. Диппер прижался ко мне, крепко обнимая за спину и уложив голову на плечо. Честно признаться, я даже на несколько секунд подзавис, не до конца веря своему счастью.       — Билл, я так сегодня испугался, а потом пришел ты и стало совсем не страшно, — торопливо и сбивчиво, тихо, напоминая шум ветра с подсохшей листвой, заговорил Диппер. — Ты ведь такой сильный, вот бы мне стать таким же классным.       И без того повышенное настроение поднялось до небес и вместе с самооценкой взмыло, расправив крылья, в свободный полет. Как только приду сегодня домой обведу пятнадцатое сентября красным кружочком в настенном календаре. Не часто услышишь такие откровения от Диппера, еще и такие приятные. Сразу вспомнился наш кот, которого когда накормишь блинами со сметаной, а если еще и погладишь по шерсти, будет довольным и ласковым. Возможно, я сейчас чем-то напоминал его.       — Про тебя так много девчонок спрашивали, а мне не хотелось им рассказывать о тебе. Противно было думать, что ты мог бы с кем-то встречаться, а меня отодвинуть на второй план.       Дверь открытого кабинета, находящегося рядом с нами, открылась изнутри порывом ветра открывая взору совершенно пустой класс. К великому счастью, даже в северном крыле из людей никого кроме нас с Диппером не было.       «Останови меня, Диппер».       Упустить такую возможность мог только идиот. «Убеги, оттолкни, вмажь по лицу, но приведи в чувства. Я теряю контроль». Я сделал пару шагов вперед, Пайнс пятился назад упираясь ладонями мне в грудь, но ничего более не предпринимая.       «Только скажи и я прекращу».       — Что ты делаешь?       Не мог же я ему сказать, что о невинности моих побуждений не могло идти и речи.       — Голова кружится, давай зайдем в кабинет, я посижу немного.       — Хорошо, а ты уверен, стоит передвигаться именно так?       — Да, в глазах потемнело.       — Только аккуратней, не упади, — забеспокоился Диппер, дотрагиваясь до моей щеки и вглядываясь в зрачки.       — Не беспокойся.       Дверь кабинета тем же сквозняком закрылась за нами, и я еще раз убедился, что в нем никого нет. Ряды парт, от которых еще пахло свежей краской стояли ровно, будто перфекционист, вымерял расстояние строго по линейке. На окнах мостились суккуленты и кактусы в маленьких горшках. Рабочее место учителя тоже одиноко пустовало. Идеально чистая доска, порядок на столе, из вида выбивался лишь небрежно перекинутый через ручку кресла пиджак. Диппер повел меня к центральному ряду к первой парте с целью посадить на стул. Я прижал Пайнса к себе поближе и уткнулся лбом в шейный изгиб, втягивая носом приятный запах.       — Диппер… Дипп… — будто в трансе зашептал я, задевая губами теплую кожу на ключицах. — Диппер.       Ни в тот, ни в этот раз он меня не оттолкнул, словно сам давно хотел этого. Мало того, что приятный на ощупь так еще и вкусно пах. Я сжал в кулак рукав майки, оголяя плечо, светлое, нетронутое загаром, на котором будут прекрасно смотреться отметины. Диппер же словно прочитав мом мысли тут же скрыл свой непотребный вид.       Я притянул его к себе за подбородок, теряясь в наваждении, пробирающем до самых костей. Ровные и плавные контуры рта, родинка на правой щеке и глубокие глаза цвета молочного шоколада. Он сладкий и милый, хоть и временами злобный. Бывало при плохом расположении духа крыл все всех трехэтажным матом, но быстро выходил из взвинченного состояния и успокаивался.       — Диппер, я собираюсь поступить не очень неподобающе, — я тяжело сглотнул, все еще помня об обещании, которое так нестерпимо хотелось нарушить. — Лучше останови меня сейчас.       Не знаю, что чувствовали воздушные гимнасты под куполом цирка, паря в десятках метрах над землей. Лично я сейчас находился, как перед пропастью.       Между нашими губами оставались считанные миллиметры, и цель сократить их до минимума, прижаться почувствовать головокружительное тепло и нежность, стала такой навязчивой. Диппер отшатнулся, упираясь бедрами в парту. От него исходила растерянность, нерешительность, глаза бегали, дыхание стало прерывистым и сбивчивым.       — Не помешаю? — из подсобного помещения вышел учитель и произнесено было это с таким тоном, будто мы осквернили священное место. — Ну и детки… — мужчина прищелкнул языком, величественно шествуя, офисному креслу, словно верховный владыка, готовый покарать провинившихся самым жестоким образом.       Мы с Диппером тут же отпрянули друг от друга, я с досадой и злобой на холеного типа, одетого с иголочки, а Пайнс со стыдом и мало скрываемым страхом.       — Что совсем негде?       — Извините, — стремновато вышло. И как давно он там стоял? Сколько слышал и видел?       Давно предков в школу не вызывали. Скоро наша директриса старой закалки лично поздравит нас с началом учебного года и потребует привести родителей, в последствие которые будут терзать наши дрянные души.       — Я сделаю вид, что у меня резко упало зрение и стерлась память, — резко отчеканил брюнет. — Мелкий может идти, а ты останься.

***

      Джаспер чуть не поперхнулся при виде слегка больной на голову парочки. Было время когда и он в школьные годы попадал в похожие, так сказать, пикантные ситуации. Не веси на нем репутация жесткого препода, при упоминании лишь о котором у учеников начинали трястись колени, он бы усмехнулся, сделал замечание для приличия, подколол смеха ради перепуганных парней и отправил на урок.       Вспоминая то, как блондин сверлил его неодобрительным взглядом, жестким и давящим, точно готов разорвать на части, невольно усмехался.       — Значит они вместе.       Вчера в кафе, да они, два парня, он видел их, забавные и так гармонично смотрелись друг с другом. Мужчина подошел к открытому окну, достал из кармана сигареты и зажигалку. Славные ребятки показались ему счастливыми, пропитывали своей живостью все помещение, хоть и шумноваты. Он сжал сигарету в зубах и затянулся. Темные пряди мешали: падали на очки, лезли в глаза и в довершение ко вселенской справедливости солнце играло с линзами.       — Да, Тедди. Нет… И тебе не хворать.       Зажатый между плечом и ухом телефон высвечивал на экране имя старого знакомого. Раньше они учились вместе, успешно доставляли учителям кучу проблем своими выходками и проказами. Джаспер так и не решился признаться, струсил и не стал портить только налаживающиеся отношения друга с девушкой. Билл же стал, пробивной парень, пусть и жуткий собственник.       — Чем ты решил меня огорошить на этот раз?       Месяц назад Тед «обрадовал» его новостью о том, что намерен сделать своей девушке предложение и создать с ней новую ячейку общества — семью. Помнилось в тот вечер после поздравления друга и ободрительных слов поддержки, он сидел со стаканом виски до полуночи, проглядывая фотографии столетней давности и понимая, что все еще любил Тедда, но про себя не желал ему счастья с ни с кем другим.       — Чем занят? Разбиваю надежды парочек на возможность уединиться.       Джаспер даже не подозревал к чему в дальнейшем приведет их разговор и как перевернется жизнь с ног на голову. Его чокнутый друг слишком любил находить приключения на свою пятую точку.       — Да можно.       Договорившись выпить сегодня в баре по важному поводу, о котором так и не удосужился рассказать Тед, они распрощались. Именно этот разговор стал отправной точкой в жизни Джаспера.       — Я все упустил.       Уже готовясь мысленно к очередной счастливой новости под названием «Она-сказала-да», Джаспер нашарил в сумке зарядку для телефона. Кафе знакомого находилось в паре улиц от школы. Вечер предстоял быть долгим, но на сколько многообещающим даже сам Браун не мог предвидеть.