Влюбиться в нее - исход фатальный.

— Ма-ама ро́дная, — послышался громкий насмешливый голос прямо за стеклом их автомобиля. Катя испуганно отстранилась от Ромы и резко повернулась на звук. Шумоизоляция в машине не представляла возможным распознать обладателя голоса, отчего девушке стало совсем не по себе. А вот Роман, в отличие от нее, был совершенно спокоен и лишь иронично усмехнулся, ведь он узнал бы этот голос из тысячи. — Привет, Жданчик! — бодро сказал Малиновский, опустив стекло. — Здравствуй, Ромочка, здравствуй, — хитро ухмыляясь, произнес Андрей. — И вам доброе утро, Катенька! — мужчина кивнул, на что девушка лишь смущённо глянула на него, а потом вновь отвернулась. — Ты чего в чужие машины заглядываешь, а? — спросил друга Рома. — И давно у тебя такое увлечение? А Кира в курсе? — Рома избрал свою любимую тактику защиты — остроумное нападение. — А я иду, смотрю — машина твоя стоит, думаю, дай гляну. А ты тут мою секретаршу совращаешь, — Жданов расхохотался. Вид у него был победоносный, гордый, словно он победил в каком-то состязании или выиграл в лотерею. Ведь он же сразу увидел между этими двумя очевидные романтические флюиды. Безумно довольный тем, что всё-таки оказался прав, Андрей никак не реагировал на колкости Ромки.— Даа, не долго вы в штирлицов играли, — он широко улыбался, с триумфом глядя на парочку. — Палыч, ты ступай, видишь, ты смущаешь Катю, — Рома бросил на девушку быстрый взгляд и еще раз убедился, что ее щеки до сих пор горят багровым румянцем. — Ладно, так уж и быть, любовнички, пойду я. Работать надо. Чего и вам желаю. — сказал Андрей и отправился к лифту. — Черт, ну зачем я тебя только послушала?! — возмущённо завопила Катя. Распаленная ждановскими подколками, искрящая праведный гневом, в эти минуты она была так прекрасна, что Малиновский невольно залюбовался ей. — Ты такая красивая, когда злишься… — произнес он чуть слышно, не сводя с нее восхищенных глаз. — Рома! Ты что не понимаешь?! Нас видел Андрей Палыч! — продолжала сокрушаться Пушкарёва. — Спокойно, Кать, все нормально. Андрюха точно никому ничего не расскажет, это я тебе обещаю, — мужчина притянул девушку за плечи и посмотрел в ее тревожные глаза. — Ты так в этом уверен? — спросила она с явным недоверием. — Абсолютно. Он свой человек. Такой же, как и Зорькин. — Убедил, наверное…— Катя немного успокоилась и даже постаралась улыбнуться ему. — Если ты в порядке, тогда пойдем, а то твой шеф наверняка нас уже заждался, — они вышли из машины и Рома тут же взял Катерину под руку.— Может ну ее, эту конспирацию? Катюш, плевать я хотел на все сплетни и интриги. Тем более в этой компании их превеликое множество. О нас поговорят максимум на двух перекурах, а уже к обеду найдут новую горячую тему для обсуждения. — Мне просто очень неловко. Ведь мы работаем вместе, — пробормотала Катя, но руку не убрала. — А что в этом такого? Андрей и Кира тоже работают вместе. Это им не мешает быть парой. Они вон женятся даже, — приободрил ее Рома, отчего Пушкарёвой сразу стало гораздо легче. Да и просто было приятно, что Роман не собирается скрывать их отношения, что он намерен всем открыто их продемонстрировать как данность. От этого улыбка сама родилась на ее лице, а глаза засияли счастьем. Они шли по коридору компании под удивлённые взгляды сотрудников, но никого не замечали вокруг себя, ведь у влюблённых своя маленькая реальность, своя вселенная, в которой есть место только для двоих. Андрей тем временем незаметно наблюдал за ними и был очень удивлен метаморфозам, приключившимся с его другом. Ведь Малиновский слыл в их компании легкомысленным гулякой, повесой и бабником, а теперь он шел под руку с девушкой, на которую смотрел с искренней любовью и теплотой, как на истинное сокровище, как будто она была самым дорогим, что у него есть. — Ну что, друзья мои, расскажете мне, что у вас случилось? — спросил Андрей, когда они все втроём оказались в президентской приемной. — Палыч… — гневно произнес Рома, посмотрев на Катю и снова заметив в ее глазах тревогу. — Что? — удивлённо подняв брови, спросил Жданов. — Ты мой единственный друг, а вы, Катенька, мой личный помощник. Я просто обязан знать, что между вами происходит! — Кать? — Малиновский повернулся к девушке. — Ой, да рассказывай уже, что нам терять? Только чур без меня! Я не готова все это слушать и смотреть на издевательски довольное лицо своего начальника. — Ну уж нет, расскажем всё вместе! А то я взболтну что-нибудь лишнее, а ты на меня опять обидишься, мне это надо? — усмехнувшись сказал Рома. — Да ладно, что ты там можешь рассказать? — спросила девушка с улыбкой, отмахнувшись. — Ну, например, как твои родители однажды уехали в Подмоско… — с заговорщической ухмылкой начал Роман, но Катя его быстро перебила. — Хорошо, уговорил, я иду с вами! — она быстро закрыла его рот рукой. — Андрей Палыч, пройдёмте в кабинет! — повернувшись к Жданову, уверенно предложила она. «И почему мы с Кирой не можем быть такими? Не можем просто радоваться мелочам, наслаждаться друг другом, просто любить друг друга. Любить не для прессы, не для членов совета директоров, не для родителей, жаждущих нашей женитьбы, а просто потому что между нами однажды родилось это светлое чувство, которое живет в наших сердцах до сих пор, несмотря на ее скандалы и мои загулы.» Почему-то ему захотелось вот так же идти по коридору и держать Киру за руку, любуясь ее лучистыми глазами, тёплой улыбкой. Больше не хотелось никаких тусовок и гулянок с моделями. Тем более Малиновский теперь вряд ли когда-нибудь составит ему компанию. — Пойдёмте, Катенька, — очнувшись от своих размышлений, сказал Жданов и они направились в его кабинет.

***

— Ну, как-то так, — закончила Катя их с Романом долгий рассказ. — Охренеть, — после недолгого молчания произнес Андрей. — Согласен, — в ответ сказал Рома, кивнув. — И ты все это время молчал? Мог бы, я не знаю, поделиться со мной. — Да я эту историю хотел забыть, как страшный сон. Ты не представляешь, как мне удалось собраться и пойти дальше. Я ведь думал, что уже никогда не встречу Катю, — он с нежностью посмотрел на девушку, ласково касаясь ее руки. — Оо, ну просто Ромео и Джульетта, — фыркнул Жданов, ухмыляясь. — Палыч, не завидуй. Зависть — плохое чувство, — Малиновский поближе подсел к Пушкаревой и крепко прижал к себе. — Я, конечно, понимаю, что такой девушки, как Катя больше в мире нет, но все равно завидовать не нужно, — он снова прижал ее к себе не в состоянии сдержать блаженную улыбку. — Дурак, — она легонько ударила ему в грудь и усмехнулась. — Да, дурак, но зато такой счастливый! — гордо сказал Малиновский, немного отстранившись от нее. — Все, заканчивайте уже, а то меня от этих розовых соплей сейчас стошнит! — подал голос Андрей. — Давайте поработаем что ли, для разнообразия, — буркнул он, нацепив на себя маску строгого начальника. — Жданов, а отпусти нас сегодня, а? Будь человеком! — нагло заявил Рома. Катя вскинула на него удивлённые глаза, но возражать не стала. — А черт с вами! Идите! Всё равно в этой компании работаю только я и лифт! — с напускным раздражением ответил Андрей, а влюблённая парочка тут же поспешила удалиться, наспех попрощавшись с президентом. Выйдя из кабинета, Рома снова заключил Катерину в объятия и коснулся ее губ поцелуем. — Ром, ну может быть нам стоит остаться и поработать? — спросила девушка, чуть отстранившись. — А мы сейчас поедем ко мне и будем работать над кое-чем другим, — ответил загадочно Роман и снова страстно прильнул к желанным губам.