точка

Сал проснулся от громко барабанящего по оконным стеклам дождя. Большие капли, в перемешку с маленькими градинками, стучали и, как будто, требовали чтобы парень проснулся, будто произошло что-то неладное. И это произошло. Юноша первым делом взял телефон в руки и увидел сообщение от Ларри: — «Я не смогу сегодня прийти.Я вчера на прогулке простудился-но ничего страшного.Просто болит горло и голова побаливает.Не скучай :)» — Сука-а-а… — протянул злобно Сал и ударил кулаками по матрасу. — Это только и нужно было! — рассерженно добавил он и отправился окончательно просыпаться.

***

Дождь хлещет в лицо. В глаза залетает навязчивый град. Ветер становится сильнее, а тучи гуще. Все становится хуже. Внутренний голос нашептывает все самое худшее из того, что только можно (и нет) было представить. — «Сегодня кр по алгебре» — голубоволосый сильно сжал кулаки, оставляя на ладонях следы от ногтей. — Ларри не придет, значит Тревис будет доебываться, — Салли был прав. — «Послезавтра у тебя течка, а ты даже не купил подавляющее» — ДА, БЛЯТЬ, КАК ЖЕ ЗАЕБАЛО! — не выдержав, воскликнул Сал, при одной мысли о том, что его запах усиливается, друга, который может за него постоять, нет, Тревис — ебучая очередная альфа, которая конечно же проест ему мозги.Вдали раздался крик.В душе что-то екнуло…

***

— Неужели сегодня омежка пришла без Ларри? — мерзко усмехнушись протянул Трэвис, засунув руки в карманы и покачиваясь, подошел к Салу. — Отъебись. — Фишер знал, что так будет.Он старался смотреть в одну точку на серо-желтой, грязной школьной стене.На душе было тошно и как-то вязко-липко от ощущения, что сейчас на нем блуждаю и облизывают его взгляды многих одинаковых альф, готовых его использовать в первый попавшийся момент. — Нет, — Фелпс улыбнулся, показав свои острые, небольшие, похожие на дьявольские клыки, немного задрав голову — ты что, боишься меня? Я же ничего не сделал. В ответ было лишь молчание.К горлу подползал ком. — Или же ты боишься не меня, а, допустим, Джонсона. — Ларри не такой альфа, как все! — нервно воскликнул обращаясь к блондину Фишер. — Что? Шутишь? Он же выебет тебя при первой возможности. И, мне кажется, у тебя скоро течка. Это заметно, поверь. Она у тебя дня через два, — протянул блондин, потупив взгляд, и тут же улыбнулся, оскалившись. — А может, и послезавтра, — Сал вздрогнул. — Подпустишь ли ты к себе этого «не такого, как все» альфу? Купил ли ты подавляющее? — Трэвис победно улыбнулся. Но, кажется, в его глазах проскользнула печаль. Он как-то странно посмотрел на голубовласого. Ему будто хотелось добавить что-то еще, но, кинув взгляд на косящихся в их сторону альф, дернул носом и пошел за спину Салу, задев по пути плечом. Трэвис остановился и, обжигая горячим дыханием шею, словно выдохнул какой-то невесомый шепот, но тут же зажмурился, словно от кислой дольки лимона, ушел. «Мне показалось, он хотел меня предупредить. Я не знаю о чем именно, но его слова словно пытались натолкнуть меня на какую-то мысль. Пытались заставить чего-то не делать. Будто он что-то чувствовал. Что, возможно, чувствовал и я, но просто не осознавал этого. На мои плечи будто одели огромный свинцовый рюкзак, наполненный кирпичами, что давят мне не только на тело, но и на мозг, который будто лавой, обжигает моё сознание. Хотелось кричать, рвать все вокруг и заорать на эту удаляющуюся белобрысую фигурку: «Да постой ты, мудак! Скажи какого хуя все это было?! Обьясни хоть часть того, что ты только что сказал!» — думал Сал. Его слова для другого показались бы просто попыткой обидеть Фишера, но он сам прекрасно понимал, что это было не так. В них был какой-то другой смысл. Смысл, посвященный только ему. Понять который, был способен только он. -FLASHBACK- Холод. Белый. Серый. Черный. Я встал с кровати. Хотелось упасть в пропасть и лежать. Хотелось, чтобы дождь с градом хлестнули по лицу влажной, холодной ладонью, оставив след боли и печали, цепляющий уныние и страх. Дар. Долбанный дар с предчувствиями. Я могу видеть будущее. Я стараюсь не применять его, только в самых крайних случаях, когда он может кому-то помочь. И в этот раз я знал, что может. Знал, кому именно.Я попытался почувствовать заранее, что произойдет.ьЯ не мог понять, что именно, но меня вдруг пронзила насквозь боль, я вынужденно распахнул глаза и начал задыхаться от давящей боли в груди, опустившись на холодный пол. Я должен поговорить с ним. Я должен предупредить его, но так, чтобы он не понял, что могу видеть. Он и без того думает, что я фрик. Как другие. В разговоре с ним я не сразу, но точно пойму что произойдет. Я предостерегу его. И он поймет меня. Я спустился молча на первый этаж, слышна ругань отца. Ничтожество. Никто. Слабый. Ненужный. Я выбежал из дома на улицу и побежал к школе. Град. Дождь. Волосы лезут в глаза.В носу неприятно щекочет, а глаза невыносимо хочется зажмурить. Хочется остановиться и заорать в небо. В небо, что такое пустое и серое, наполненное тучами и воспоминаниями, что убивают. Такое бездушное. Такое холодное небо. Хочу Закричать на него, на этого долбанного Фишера, сказать ему чтобы он увидел, как он слаб, чтобы он понял, что его ждет. Чтобы он остановился, перестал верить и надеяться. Надеяться и верить в то, ЧЕГО НЕТ. Чтобы он наконец, увидел, что вокруг на самом деле. Каждая капля упавшая на землю с грохотом била молотом по черепу, отдаваясь в сознании, переполненным эмоциями и болью за него. Я закричал, зажав руками уши…

***

— Или же ты боишься не меня, а, допустим, Джонсона. — Ларри не такой альфа, как все! — нервно воскликнул обращаясь ко мне, Сал. — Что? Шутишь? Он же выебет тебя при первой возможности. И, мне кажется, у тебя скоро течка.Это заметно, поверь.Она у тебя дня через два… — Протянул я, потупив взгляд и тут же улыбнулся, показав свой белый оскал.Сердце грохотало так, что мне казалось, что его слышит вся школа. — А может и послезавтра, — Сал вздрогнул. — Подпустишь ли ты к себе этого «не такого, как все» альфу? Купил ли ты подавляющее? ДА УСЛЫШЬ ТЫ МЕНЯ, ПРИДУРОК!!! Как же ты наивен, глупый мальчишка. Как же тебе будет больно послезавтра. Послезавтра. Послезавтра — этот день обольется кровью вен, умоется грязью моей души и вытрется настоящим Джонсоном. Я видел все, что будет. Я понимал. Я люблю его. Я буду любить его, даже когда кровь будет капать с запястья. Когда глаза заволокла пелена. Когда шприц с наркотиками войдет в вену. Мне смешно. Смешно от того, что если я пойду и выложу тебе все — ты не поверишь. Если я скажу намеком — ты не поймешь. Ты думаешь — ты силен, поскольку ты за Джонсоном, как за стеной? Так ведь эта стена и упадет, и раздавит тебя, попытается сравнять с землей и вывернуть твою душу. Неужели я просто фрик? Или я неудачник, вынужденный знать о страданиях того, кого я люблю? Шприцы — мои друзья, а лезвия — союзники…

***

Нет. Я не боюсь. Мне плевать. ДА! Я сам решил так, поэтому я сегодня же пойду к Ларри. И завтра пойду в школу. И послезавтра. Я приду к Джонсону и буду вести себя спокойнее, чем удав. -END FLASHBACK- Фишер до конца не понимал, что именно хотел сказать ему Фелпс. Возможно синевласке было страшно от этой неизвестности. С этим страхом Сал зашёл в класс и сел за последнюю парту, стоящую в углу класса. Как только прозвенел звонок, учительница раздала листы с контрольной работой и объяснила, как и что делать. Естественно голова протезника была занята не контрольной, а тем, что произошло на перемене с Трэвисом. Урок прошёл незаметно, Салли дрожащими руками дописывал решение уравнения, пытаясь бороться с отвлекающими мотивами, потому что практически ничего не успел сделать из-за посторонних мыслей. — Мистер Фишер, пора сдавать работу. Давайте быстрее, — Учительница подошла к парню и забрала лист. Хорошо, что Сал успел дописать решение и спокойно покинул класс.

***

Сал натянул черную толстовку и вышел из школы. На улице опять пасмурно. Холод пробирает все сознание насквозь и кидает в сомнения. Почему? Почему он до сих пор не может понять это странное чувство, зародившееся в его душе после разговора в школе? Почему его разум как назло твердил прислушаться, а адреналин заставлял назло пойти к шатену, ткнуть носом Тревиса, доказать что он не слаб, что ему не страшно. Шум дождя, и все еще идущего града просто готов был свести с ума, закрутить сознание в вальсе с разумом, замучить этой бешеным ритмом до упаду, чтобы прекратить мыслить. Дышать, бояться, чувствовать… Юноша тут же повернул к апартаментам, открыл дверь и тут же быстрым шагом метнулся к подвалу… Он ворвался ко мне в подвал.Растрепанные голубые хвостики, черная толстовка до колен, длинные ноги в рваных бордовых джинсах.Запах мяты и шоколада сразу ударил мне в нос.Он заполонил все пространство вокруг, проник в сознание, заставляя зрачки расшириться.Я чувствовал что со мной происходит что-то.Я всегда был ему близким другом и оберегал когда это было нужно.Моя забота, искренность и беспокойство делали его спокойнее и помогали почувствовать себя в безопасности. Сал подошел к Джонсону и сел рядом, быстро обняв его за шею и прижавшись щекой к его плечу. -Ты не представляешь, как меня заебал Тревис… Он постоянно отпускает какие-то двусмысленные фразочки в последнее время… Бесит, жуть как. Мята.Шоколад.Так рядом.Близко.Я посмотрел на Сала.Я понимал, что мой взгляд уже был не тем, что раньше.Его худые, светлые руки, обвивают мою шею… На них больше нет порезов-когда я рядом ему никогда не больно.Это правда.Больше нет синяков-когда я рядом, его не бьют.Это правда.Но можно все разрушить.За минуту, дать понять, что ты не тот кем кажешься.Купить удовлетворение ценой человека.Ценой души.Но так хотелось.Бесит.Бесит его слабость.Впервые.Бесит, что он вечно такой… Раздражает.Неужели он серьезно думает, что все всегда будет так хорошо? Он действительно верит в сказку? -Эй? Ларри? Все хорошо?.. Не сорваться.БЕСИТ.Терпеть.ВЗЯТЬ.Борьба.Проигрыш?.. -Нормально все. Шатен убрал руку омеги с плеча.Трудно.Тяжело.Терпеть. -Ну Ларри… Давай сыграем в приставку?.. Чем я тебя обидел?.. Доверчивый юноша положил руки на плечи шатену, совершенно не понимая воцарившегося напряжения.Ему казалось все хорошо.Ему казалось Тревис говорит бред.Ему казалось Тревис ничего не знает.

***

-Ты ничего не знаешь! удар. -Тебе не известны страдания! удар. Больно.Не страшно.Привычно-ужасно. Светлые волосы лезут в глаза, а солено-горячая кровь предательски затекает из носа в рот, стекая алыми струйками по сухим губам.Хлопок двери.Он ушел.О да, я не знаю.Я то не знаю каково иметь пол жизни доброго отца, а затем узнать что он убил мать.И слушать всю свою жизнь это.Чувствовать всю свою жизнь это.Боль-какое продажное, затасканное слово.Боль-шлюха, дающая всем по любому поводу.Не подарили подарок? Это уже боль для кого-то, а для кого-то и обзывательство-непереносимое страдание.Нет.Это выше боли.Выше страха, упавших надежд, разбитого сердца и сломленной души.Что-то невероятно простое и душащее твое горло, разум, душу, сознание… Сжимающее тебя в тисках ужаса, бездействия, беспомощности… Будущее.Беги, ничтожный Фишер.Слишком скоро твоя защитная стена упадет на тебя.Слишком скоро… Как глупо не чувстовать своей боли, но чувствовать боль человека, которого любишь.Он уже почти живет, существует только этим голубоволосым недоразумением.Только им.Он всегда стоит за углом, смотря в порядке ли он, не одиноко ли ему, не страшно ли… ОН никогда не поймет, кому он действительно нужен.Если бы Тревис мог умереть за Сала, он давно бы уже умер, ведь его жизнь не играла для него ничего-какой смысл в ней, если твой главный враг тот, кого ты любишь больше самого себя? Какой смысл, если каждоутренние шоколадки в шкафчике Фишера списывались на заботу Ларри, и никогда даже не было мысли что их приносил он.Сколько радости делать ему приятно, понимая что он никогда не заметит этого, драться с ним чтобы занимать его мысли, а в драке подставляться под удар, чтобы не доставлять ни капли боли.Чувствовать приятные мурашки по телу, от простого касания его рукавом, лежать и думать о нем, спать и мечтать о нем, быть и существовать им. А он существует другим.Навсегда.Постоянно.Везде.Получив удар, ему будет больно.И тогда придет пора.Придет пора поставить точку.Окончательно и навсегда.Облака, похожие на его мечты, окутывающие крышу ближайшей высотки-заброшки, будут его последними советчиками.Может у них он услышит ответ.Может они нашепчут ему последнюю надежду… В боку сильно закололо.Темно.Обморок.

***

-Сал, я не настроен сейчас разговаривать.Встретимся завтра в школе. -Все хорошо? -Сказал же, настроения нет. Я вышел из подвала.Направился в квартиру.Странный день.Странное поведение у этих двоих.