Цена азарта

Лин все ворочается в постели. Не может никак уснуть. Оно и понятно, ведь рядом нет Чона. Девушка, к слову, все ещё не понимала, почему студент решил прибрать казино к своим рукам, а не просто позволил ему прикрыться. Раз и навсегда оставить все беды, что шли от него. Но, видимо игры много значат для него, раз он не захотел оставлять их. Но девчонка опасалась тех вещей, которые могли произойти. А произойти могло все, что угодно. Разборки, драки, покушения - все это являлось неотъемлемой частью азартных игр. Лин боялась, что Чон может стать таким же, как Юнги. О, этого девушка страшилась больше всего на свете. Когда ты простой студент, работающий на мафию, ты не воспринимаешь все так всерьёз. Потому что все важные дела, сделки, разборки тебя не касаются. Твоя задача - выигрывать в картишки и попивать с боссом виски. Совсем другое дело, когда ты сам становишься этим боссом. Отвественности становится в разы больше, как и опасностей. Конечно, Чонгук пообещал ей, что не будет таким, как Мин. Уверил её, что ему насилие чуждо. Но, все таки, от непредвиденных обстоятельств никто не застрахован. И Лин... Лин просто боялась, что с Чоном может что-то случится. Что он станет злым или, хуже того, кто-то попытается его убить. Ведь у владельцев казино всегда много обиженных неприятелей, а, учитывая, скольких Гук оставил в дураках, ещё будучи в подметках у Юнги. К большому сожалению, Лин и не подозревала, что в эту самую минуту на Чонгука уже было совершено покушение, и причём весьма удачное. Конечно, сердце девушки даже на секунду екнуло, будто чувствуя что-то неладное, но Лин списала это на запоздалую реакцию того, что творилось на этой постели час назад. Действительно, это все ещё кружило голову и в том числе не давало уснуть, однако истинной причины, почему Чон все ещё не вернулся, Лин не знала, а потому, прикрыв глаза, попыталась уснуть. *** По спине пробежал неприятный холод, но на лице была все та же маска безразличия. Идиот, тебя сейчас грохнут, как жалкого щеночка, а ты так и будешь строить из себя смельчака? Нет, Чонгук, конечно, понимал, что, так или иначе, столкнётся с неприятностями. Они не могли не настигнуть его, но, блять, не так же скоро и не при таких обстоятельствах, что собственный бармен решил вырубить его прямо в казино. Но это был большой промах самого Чона. Первый и, похоже, последний. Не стоило вот так смело шагать, пускай и за своим работником, зная, что тот физически сильнее и, в случае чего, просто обхватит своими патлами, заставляя тебя потерять сознание. Но ведь студент был так смел лишь потому, что носил с собой пистолет. Только вот он ему нихрена не помог и лежал сейчас в купе с остальными предметами для так называемых пыток. По крайней мере, выглядело это все так, что его действительно будут пытать; старое заброшенное здание, где навряд ли есть хоть кто-то, кто бы услышал крики парня, целый арсенал орудий убийств, так аккуратно разложенных прямо перед ним. Парень поднимает тяжёлый взгляд на киллера. Ну как же до него не дошло? Ведь Чон знал Юнги почти лучше, чем кто либо другой. И знал, что тот выкинет что-нибудь напоследок. Обязательно выкинет. Но только Гук и не подозревал, что каратель заявится прямо к нему в «логово». Чонгук ожидал подвоха откуда угодно, но только не в собственном казино. И явно прогадал с этим. Ну, и чего же этот придурок медлит? Смотрит на него в ответ и не двигается? Ах точно, он же задал свой гребаный вопрос. — Если я пошлю тебя нахуй, — хмыкает Чон, скрывая страх за улыбкой. — Это сойдёт за ответ? Сихван тоже ухмыляется. Что ж, он предполагал, что студент будет дерзить даже в такой, казалось бы, обречённой для него обстановке. Но надо показать ему, что убийца шутки шутить не будет. У него заказ - убить Чон Чонгука, и он его выполнит. — Что ж, я давал тебе выбор, — Сихван с силой замахнулся и врезал Чону ногой в область живота, тут же срывая с уст студента хриплый стон. — Но ты решил дерзить и очень зря, — ещё удар, и Чонгук зажмуривается от боли, но на этот раз не издаёт ни звука, лишь сгибая шею и тихо хрипя. Парень сплевывает кровь с сторону и смотрит из под тёмной челки взглядом, полным жгучей ненависти, отчего Сихвану даже на секунду становится не по себе, но что ему сделает студент, привязанный руками к бетонному столбу? — Хотя, признаюсь, я впечатлён, — вдруг произносит Сихван, разворачиваясь спиной и подходя к своему арсеналу оружия. — Отправить мафию за решётку, это надо быть храбрецом, — убийца берет в руки нож и поворачивается с маньяческой улыбкой на лице. — Или глупцом. Вот теперь парню стало по-настоящему страшно. Инстинкт самосохранения отчаянно бил колоколом в голову, но что Чонгук мог сделать? В мыслях крутилась лишь одна идея, но для её исполнения надо заставить убийцу отвлечься на разговоры, иначе Сихван заметит. — Почему это глупцом? — спрашивает Чон и не сводит глаз с мучителя. Киллер ухмыляется. Неужели студент решил дурачка из себя построить? — Потому что ты должен был понимать, что за тобой придут, — Ван наигранно вертит в руках нож, надо сначала как следует напугать жертву. Это заставит кровь бежать по организму быстрее, и так же быстро она польётся. Или, может, взять пистолет? Убийца на секунду отворачивается, продолжая свою речь, ведь глупенький мальчик, кажется, не понимает. Но Чон как раз таки все понимает, и пользуется моментом, пока Сихван стоит к нему спиной. — На что ты надеялся, Чон? — киллер пробегает взглядом по оружию. — Что останешься безнаказанным? — Тебе просто повезло, — шипит Чонгук, стараясь, как можно тише тереть веревку о бетон. Это единственное, что пришло ему в голову. Выходит плохо, но выходит. Правда, вместе с верёвкой, стираются и руки, но Гук терпит, стиснув зубы. Он не подохнет здесь, по крайней мере, не так просто. — А вот тебе - нет, — разворачивается убийца, держа в руках пистолет с глушителем самого студента. — Выстрелю в тебя твоим же оружием. Желваки на скулах Чона нервно шевелятся, но он чувствует, как тугая верёвка, обтягивающая его руки, слабеет. И он почти дотер её, но этот придурок так не вовремя повернулся обратно. — А для чего же тебе тогда весь этот арсенал? — как можно громче спрашивает Чонгук, дабы заглушить звук стирания верёвки о бетон. — О, поверь, им я ещё воспользуюсь, — дьявольски улыбается киллер и подходит ближе, направляя дуло в ногу парня. — Ведь это только начало. Выстрел. И Чонгук успевает дёрнуться в сторону буквально за миллисекунду до того, как пуля бы вошла ему в голень, но та, все таки, успевает задеть участок его кожи, сдирая до крови вместе с тканью брюк. Студент скрипит зубами и лишь на мгновение издаёт болезненный стон, но некогда сейчас раскисать. Он в ту же секунду набрасывается на убийцу, хватая его за руку, державшую курок и отодвигает пистолет в сторону в тот самый момент, когда Сихван делает ещё один выстрел, явно опешив от того, как резко студент подскочил. Парню удаётся выхватить своё оружие из чужих рук, но ненадолго. Мужчина, не медля, накидывается на студента в ответ, откидывая его пистолет куда-то в стену и смачно врезая юноше прямо по лицу, отчего тот делает пару подкошенных шагов назад и дрожащей рукой утирает кровь с губы. Не успевает Чон опомнится после сильного удара, как убийца вновь налетает на него, валя на бетонный пол, на который Гук покорно падает, ушибая спину. Все тело уже начинает ныть от боли, но если он даст себе ещё одну слабину, то поплатится за это жизнью, ведь своим активным сопротивлением он явно разозлил Сихвана. Тот наседает на него своим телом, и, хватая студента за воротник одной рукой, второй наносит ещё удар, после которого в ушах начинает звенеть, а все тело пробивает мелкая неприятная дрожь. Адреналин в крови возрастает до предела и лишь это заставляет Чонгука перехватить руку, которая уже занеслась для очередного удара. В глазах Чона - тревога вперемешку с ненавистью. Она движет им. Не позволяет ударить себя снова. Но Сихван вдруг передумывает бить, быстро потянувшись рукой в сторону, где аккуратно были разложены орудия убийств и, хватая первый попавшийся нож, резко дергает его в сторону студента, но Чону вновь удаётся перехватить эту руку. Он с силой сжимает его запястье, но острое лезвие неумолимо тянется к его предплечью. — Не сопротивляйся, — шипит киллер, уже почти вонзая нож в руку Чонгука. — Ты все равно подохнешь. Да, Сихван сильнее, но ему не стоило тратить время на пустые разговоры. — Не сегодня, — бросает в ответ Чон и таки отталкивает от себя руку с ножом, тем самым заставляя и мужчину немного отпрянуть назад. Это был его единственный шанс и Гук его не упустил. Студент, из последних сил, сталкивает с себя тяжёлое тело убийцы и, что есть мочи, ударяет ботинком ему в лицо, отчего тот, закричав от боли, отлетает назад, закрывает лицо руками на секунду, упираясь на колени, сидит на месте и слегка трясётся. Чонгук не тратит это время зря, быстро метнувшись в сторону и схватив свой пистолет, он направляет его прямо на киллера. Тот поднимает свой полный желания убивать взгляд и скалит зубы, разводя руки в стороны. — Стреляй, — смело говорит он и наконец таки видит страх в глазах напротив. А Чон не так уж плох, раз догадался растереть верёвку о бетон, но это все, на что хватит смелости у этого жалкого студентишки. Он игрок в карты, но никак не убийца. Мин на его месте выстрелил бы без промедлений, но в этом их отличие - Чонгук не так жесток. Не успел таким стать, да и не хочет. Он ведь, как это называется, положительный, хороший, за добро. А добрые не убивают, вот только ему придётся, иначе умрет сам. Но он не сможет. Не сможет убить. Сихван видит это по его взгляду, полному отчаяния, страха и неуверенности. Да, он смело держит пистолет, но что дальше? — Ну же, спусти курок, парень, — злобно усмехается Ван, а сам уже понемногу привстает. — Или кишка тонка? Чон напуган. Напуган до дрожи костей и холода по всему телу. Голова трещит, а на губе он чувствует вкус металла. Но он не сводит мужчины с мушки, однако понимая, что не выстрелит. Раньше парень всегда был уверен, что убьёт кого-то, если того потребуют обстоятельства. Пойдёт на этот ужасный грех. Но, когда этот момент настал, студент понял, что не может. Он не хочет брать на себя роль палача. Он не хочет марать руки в крови, начинать, как Мин, потому что ему это чуждо, противно, мерзко. Но на кон впервые поставлены не деньги, а его жизнь. Его палец нервно ёрзает по курку, так и не решаясь нажать. Он не хочет быть убийцей. И он не будет им. Чонгук, тяжело вздохнув, опускает пистолет вниз. А Сихван только этого и ждал. Готовый к рывку, находясь на низком старте, мужчина подрывается с места, но расстояние между парнями позволяет Чону дать сообразить. Он уклоняется от удара и, пропуская Сихвана вперёд, нападает сзади, обхватывая одной рукой его за шею, зажимает, но не сильно, чтобы не убить, однако ограничить поступление кислорода в мозг. Но это не так просто сделать, когда Ван брыкается изо всех сил, в активных действиях заезжая локтем по торсу Гука, туда, куда он нанёс два сокрушительных удара ногой, когда студент был ещё привязан. Весь воздух тут же вылетает из лёгких юноши, а глаза, кажется, выкатываются из орбит. Тело будто пронизывают сотни острых ножей, а руки и ноги становятся до ужаса ватными. Черт, этот урод умеет бить и ещё как. Но Чонгук не отпускает его из своей хватки. Безумно хочется опустить руки и схватиться за ушибленное трижды место, но нельзя. Иначе эта ночь точно станет последней для него, а он, казалось, только обрёл новую жизнь. Свой бизнес, новых друзей, и резко возросший авторитет среди знатных людей этого города. А ещё Лин, которая сейчас наверное спокойно спит в его постели и не знает, что творится с её спасителем. Чон не может так быстро потерять все то, что только что обрёл. А потому парень продолжает зажимать горло все ещё брыкающегося киллера. Тот лупасит его изо всех сил, но студент будто не замечает этих ударов. Терпит эту боль, пропуская её через все своё тело и платит цену. Гребаного азарта. Это должно было случиться, рано или поздно, все расплачиваются за свои поступки. Студенты, неудачно зашедшие в казино и нагрубившие мафии, девчонка, которую, по воле случая, спас один из шестёрок этого мафии, сам Мин, и теперь Гук. Спустя недолгое время, которое казалось Чонгуку вечностью, Ван таки затормаживается в своих сопротивлениях, а чуть позже и вовсе затихает, его руки виснут вниз, а тело опускается на бетон. Только тогда Чон вдруг резко отпрыгивает назад, с широко распахнутыми глазами смотря на все вокруг. На оружия, от вида которых бросает в дрожь и которые были приготовлены, чтобы мучить его. На непонятное здание, сошедшее будто с фильма ужасов и на вырубленного киллера, который почти убил его. Все тело ужасно ноет, но все же парень подрывается обратно к убийце, начиная лихорадочно осматривать его на наличие мобильника и, хвала небесам, находит у него такой. Тут же судорожно, дрожащими пальцами набирает номер Джина. — Слушаю, — раздаётся с того конца трубки сонный голос парня. — Доброе утро, блять, я чуть не сдох, — зло шипит Чон, понимая, что бессмысленно сейчас гнать на друга, но пар тоже хочется выпустить. — Ч... Чонгук? — уже более бодро спрашивает Сокджин. — Погоди, что? — Скину тебе геолокацию, будь добр, забери меня отсюда, — Гук снова сплёвывает, черт, из-за разбитой губы слишком много крови во рту. — Ну и ещё, похоже, нам нужен новый бармен. *** Лёгкие хлопки по лицу заставляют парня придти в себя. Сихван раскрывает глаза и резко дёргается в испуге от сидящей рядом незнакомой ему девушки. Хотя... он видел её где-то, кажется, она одна из компании того паренька Джина, что наряду с Чонгуком принимали его на работу в казино. — Чон, он очнулся, — кричит Нунг куда-то в сторону и привстает с корточек. В это время мужчина успевает оглядеться. И, судя по обстановке, он в казино. Киллер тут же пытается сообразить, как это получилось, но помнит лишь то, как студент каким то образом обхватил его и не обращал внимания на многочисленные удары, что сыпались на него со стороны Вана. Что ж, надо отдать парню должное, он силён не только духом, но и телом. Или просто желание жить взяло вверх и сделало своё дело. В комнату, похрамывая, зашёл Чонгук, следом за ним, как телохранители, зашли ещё три парня. В одном из них Сихван узнал дилера, в другом самого Джина, а третий, кажется Хёнсо. Тоже из всей этой компании. Чон тут же одаривает пришедшего в себя мужчину убивающим взглядом. О, в этом он хорош и ничем не уступает Сихвану. Вот только теперь они поменялись местами. Теперь Ван - жертва, однако... возьмёт ли Гук на себя роль мучителя? Он ведь не смог пристрелить его в том здании. Так что же он собирается делать сейчас? — А я говорила, он похож на зека, — съязвила Нунг, тоже кидая на неприятеля презрительный взгляд. — Вот только он оказался не зеком, а убийцей, — нервно выдохнул Сухо, скрещивая руки на груди и с сожалением смотря на избитого Чонгука. — Ох, и досталось же тебе, Гуки. Но Чонгук, казалось, даже глазом не повёл. Его все ещё переполняли эмоции. Конечно, когда ходишь по грани между жизнью и смертью, тяжело оставаться спокойным. Тяжело и сейчас. С одной стороны, злость, скопившаяся в студенте, заставляет избить убийцу до полусмерти, но в таком случае Чон ничем не будет отличаться от Юнги. Жестокость - не выход. — А ты парень не промах, — обращается Сихван прямо к Чонгуку, чем заставляет его изумленно выгнуть бровь. — Но, не сумев выстрелить, ты привёз меня сюда, дабы за тебя это сделали твои друзья? В его голосе слышится ирония, насмешка. Тот, кто повидал много смертей, их уже не боится. Даже если теперь эта смерть - его собственная. — Нет, — резко отрезает Чон, чем вызывает удивление со стороны Сихвана. — Ты удивишься, но я намерен отпустить тебя. — Что? — вдруг встревает Хёнсо. — Но именно этот урод убил нашего друга, он должен сдохнуть... — Убив, мы ничем не будем лучше него, — вздыхает Джин, явно тоже не испытывая симпатию к киллеру, но все же принимая сторону владельца казино. — А если он снова попытается его убить? — все не унимается Хёнсо, указывая на Чонгука. — Если он не глупый, то не попытается, — говорит Гук, неотрывно глядя на Сихвана и как бы намекая ему, что это его шанс - остаться живым. Ван это понимает. Он впервые провалил задание и, признаться честно, умение Чонгука выбираться из самого лютого пиздеца впечатляет. Прятать девчонку от мафии, потом засадить того, избежать смерти. Кажется, удача преследует студента не только в картах. — Ты слишком милосерден для мафии, — делает своё заключение Сихван. — Я не мафия, — серьёзно выдаёт Чон. — А кто? — с наигранной улыбкой спрашивает Ван. — Хочешь сказать, обычный студент? — Который надерет тебе зад, если ты ещё раз к нему притронешься, — зло выплёвывает Хёнсо. Не убить, так запугать этого морального ублюдка юноша считал своим долгом. В ответ на это парень получает лишь презрительный взор глаз, которые видели много смертей, но так и не увидели смерть Чона. Сихвану всегда было интересно, встретится ли он с заданием, которое окажется ему не по силам и вот ответ. — Договорились, — вдруг неожиданно для самого себя выдаёт убийца. — Я более не потревожу. — Надеемся на это, — кивает Джин охране, стоящей у дверного проема, дабы те вывели неудачника вон. Вот именно, что неудачника. Всем давно известно, кому здесь сопутствует удача. И, все же, Чонгук заплатил свою цену, с силой, болью, кровью, но заплатил. Студент тяжко выдыхает и разворачивается к друзьям. — Безумная выдалась ночь, — констатирует он. — Это точно, — слабо улыбается Сухо. — Но я же говорил, что мы поможем тебе, — хлопает его по плечу Джин и искренне смотрит в глаза парню. — Отдыхай, ведь вечером сюда нахлынут посетители. Чонгук ухмыляется. Точно, его ведь ещё ждёт реванш с Минхо. Ну, ради такого стоило выжить. — А может, в больницу? — встревожено спрашивает Нунг. — Не, — отмахивается Гук. Уж что, а таскаться по больницам он сейчас точно не хочет. Переломов у него нет, только сильные ушибы. Дома сам себя подлатает. *** Лин потягивается в постели и привстает на локтях, дабы взглянуть на время. Часы показывают шесть утра, ещё слишком рано. Но, когда девушка поворачивает голову вбок, дабы убедиться, что парень спит рядом с ней и не находит его в кровати, то резко подскакивает, подрываясь к телефону и мигом набирая номер Чона, попутно потирая глаза ото сна. Хотя дрёму как рукой сняло, ведь Чонгук, почему то, все ещё не дома. Уехал и не вернулся. А вдруг что-то случилось? Но, как только в трубке начинается гудки вызова абонента, то откуда-то с первого этажа слышится звонок на мобильный Гука. Лин удивленно убирает телефон от уха и направляется на звук. Спускается по лестнице и видит на кухне картину, от которой кровь стынет в жилах. Чон, усевшись за столом и разложив перед собой аптечку, пытается обработать себе рану на губе, немного морщась от покалывания, какое доставляет обеззараживающее средство. Сердце на секунду замирает и отмирает, начав биться в бешеном ритме. — О господи, Чонгук, — подрывается с места и бежит прямо к парню, что поднимает на девушку свой вопросительный и слегка удивленный взгляд. — Что с тобой случилось? Юноша понимает, что сейчас опять начнутся расспросы, но он уже привык. Его девочка так любит тревожиться из-за всего. — Ты почему не спишь, зайка? — игнорирует её вопрос Чонгук, однако понимая, что ответить придётся. — Потому что рядом нет тебя, — машинально отвечает Лин, но, заметив довольный взгляд Гука, нахмуривается. — Ответь на мой вопрос. Так требовательно смотрит, стоя прямо над душой. Злится и в то же время разрывается от тревоги, что наполнила её душу в тот же момент, как она увидела избитого парня на кухне. — Обработаешь мне рану? — нежно спрашивает Чон, вдруг приобнимая девушку за талию одной рукой и притягивая к себе ближе. — Чонгук! — Успокойся, — закатив глаза, вздыхает он. — Юнги заказал на меня киллера, и им оказался бармен, которого я с распростертыми руками принял в казино, — поведал юноша, сразу же замечая, как глаза девчонки расширяются. — Он... он пытался тебя убить? — дрожащим голосом спросила девушка. — Как видишь, — кивнул на себя Чонгук. — Но у него не получилось. Парень хотел сказать что-то ещё, но замер на полуслове, когда Лин вдруг вжалась в него, обхватив руками и крепко сжимая в своих объятиях. Лицом она уткнулась ему в шею и Чон почувствовал, что на её глазах выступили слезы. — А я знала, что что-то случится, — услышал он её всхлип. — Боже, Чонгук, ты... — Тише, — шепчет юноша и поднимает лицо девушки на себя, дабы взглянуть в её полные слез глаза. — Я жив, видишь? Все хорошо. Парень усадил девчонку к себе на одно колено, рукой все так же придерживая за талию. Смотря ещё непродолжительное время на лицо, украшенное ссадинами, напротив, Лин тяжело вздохнула, и, утерев слезы рукой, выхватила из второй руки Чона дезинфицирующее средство, выливая его на ватный диск и с особой нежностью, проводя им по разбитой губе парня. Рука её немного тряслась от осознания причины, по которой юноша отсутствовал всю ночь. А Чонгук следил за её сосредоточенным взглядом и слабо улыбался. Он не мог погибнуть. Хотя бы ради неё. Ведь девчонка точно не пережила бы такого и Гуку даже было страшно думать о том, что с ней стало бы. И он не думал. Не хотел забивать себе голову этими гнусными мыслями. Как только девушка закончила с губой, парень вдруг начал расстёгивать свою рубашку, вызывая со стороны Лин удивлённый взгляд, но вскоре она поняла - почему. На торсе Чона красовался огромный синяк. Лин лишь скользнула по нему взглядом и тут же напряжённо поджала губы. Увиденное вызывало эмоции сострадания и жалости. Но лучшее, что она сейчас могла сделать для парня, это взять мазь и аккуратно начать проводить пальцами по подтянутому телу, на котором теперь красовался такой яркий след от удара. Чонгук сначала слегка поморщился от той боли, которой отдавало это место, куда так безжалостно бил его Сихван, будто пытаясь вывернуть его органы изнутри, но уже спустя секунду трепетное и аккуратное прикосновение пальцев начало вызывать совсем другие ощущения. Парень расслабился, откинув голову назад и просто позволил делать девушке своё дело. Черт, так нежно водит. Чон сглотнул, крепче сжимая пальцы на талии Лин. Однако, через мгновение девушка прекратила сие действие, закрывая мазь и намереваясь привстать, но Чонгук не дал этого сделать. Он выпрямился, прижимая Лин к себе и не позволяя ей встать. Но девушка и не стала противиться. Она ласково зачесала ему чёлку назад, наклоняясь и почти невесомо целуя в губы. Вот только парень, естественно, сделал этот поцелуй более весомым. *** — Уравниваешь ставку? — с издёвкой в голосе спрашивает Чонгук. — Или повышаешь? Минхо тяжко вздыхает. Глядит на свои карты. В принципе, у него уже есть пять карт одной масти, но этого мало, очень мало, чтобы обыграть студента. И, все же, богач решает рискнуть. — Повышаю, — уверенно выдаёт мужчина и ставит больше, чем Чон. Парень на это лишь хмыкает, но истинных своих эмоций не выдаёт. Он всегда играл с почти каменным, серьёзным лицом, дабы не выдать себя. — Ограбить меня решил? — саркастично спрашивает студент, смотря как на стол кладётся четвёртая карта в открытую. Следует круг торговли. — Это ещё кто кого ограбит, — нервно смеётся Минхо, а сам радостно улыбается одним взглядом, ведь теперь у него есть все шансы составить стрит-флеш и, быть может, таки оставить студента в так называемых дураках. Хотя, в такой итог слабо верится. На стол кладётся ещё одна карта и таким образом их оказывается всего пять, после чего следует последний круг торговли. Чонгук видит, как с лица Минхо не сползает довольная улыбка, но ни капли не напрягается, потому что последней картой, упавшей на стол, был туз, а парень только его и ждал. Молил, чтобы подфортило. И ему подфортило. Как всегда. — Вскрываемся, — гордо произносит Сухо, ведь работа крупье, ну или, как Хёнсо сказал - дилером, доставляет ему неимоверное удовольствие. Минхо формирует стрит-флеш и заранее победно улыбается, ведь, даже если Чон собрал то же самое, то это будет ничья. Его взор, взор дилера и всех следящих за игрой, тут же обращается на владельца казино. Тот снова медлит, как и в прошлый раз, заставляет богача напрячься, а потом безмолвно выкладывает пять карт от туза до десятки одной масти и закидывает руки за голову. Со всех сторон тут же слышатся одобрительные и удивлённые возгласы, а Минхо намеревается впасть в истерику. — Да твою мать, Чон Чонгук, флеш-рояль? — чуть ли не кричит он, но без обиды в голосе. Потому что уже не удивлён. Потому что перед ним сидит профессионал, который не вызывает обиды. Только уважение. — Прости, старик, мне повезло в самый последний момент, — жмёт плечами Чон. Сухо собирает карты, пока студент забирает себе банк раздачи. Какой это уже по счёту выигрыш? — Ничего, когда-нибудь я тебя обыграю! — привстает из-за стола Минхо и тут же протягивает парню руку на прощанье. — Не сомневаюсь, — Чонгук жмёт её и искренне улыбается. Пока остальные поздравляют с победой, парень двигает в сторону барной стойки, за которой примостилась Лин, болтая о чем то с новым барменом, которого Гук досконально изучил вдоль и поперёк, чтобы больше никаких сюрпризов. — Сделай мне клубничного ликёра, — говорит бармену Чонгук, и тот, кивнув, принимается за заказ. Юноша упирается локтями о стойку и переводит взор на девушку, проходясь по ней взглядом. Лин, как ни в чем не бывало, сидит, попивая простой смузи и слегка улыбается, глядя себе в бокал, потому что знает, что парень на неё смотрит. — Выиграл? — Конечно, — ухмыляется Чон, на секунду задерживая глаза на стройных ногах, которые видны из под темного облегающего платья, в котором Лин сегодня соизволила придти в казино. — А ты меня сегодня решила подразнить? — не стесняясь, Гук кладёт свою ладонь ей на колено, чем тут же вызывает шумный вдох со стороны той. — А для этого мне нужно платье? — вопросом на вопрос отвечает девушка и поворачивает голову в сторону парня, тут же встречая его игривый взгляд. Чонгук ухмыляется. Да она снова решает играть с ним в игры. Неужели не поняла, что Чона обыграть невозможно. — Не нужно, — отрезает юноша, делая голос на тон тише. — А потому я сорву его с тебя сегодня ночью, — Чонгук резко проводит ладонью во внутреннюю часть бедра, заставляя Лин задержать дыхание и с силой вцепиться в стакан с напитком. Но уже в следующую секунду парень убирает руку и принимается за коктейль, быстро намешанный барменом. Лин выдыхает. Нельзя, ой нельзя играть с Чонгуком в игры. Проиграешь.