Записки юного целителя

– Приплыли.       Дарт Вейдер отложил рабочую деку и с хрустом потянулся. Из-за его спокойствия я сообразила, что что-то произошло, только когда свет в помещении моргнул и стал заметно тусклее. Еще через несколько секунд я поняла, что давно привычный и ставший незаметным тихий гул реактора смолк. От понимания возможных последствий внезапная тишина ударила, но не столько по ушам, сколько по нервам. – Что происходит? – Реактор сдох. Напрочь. – И что?       От флегматичной уверенности ситха истерика не то, чтоб издохла, но затаилась.       – Ничего. Реактор стабилен. Энергии для систем жизнеобеспечения и движения на досветовой скорости хватит. За несколько дней доковыляем до верфей Куата, а там экипаж примет новый флагман, а этот встанет на длительный ремонт. Но эта головная боль не моя – Таркина.       Я растерянно перевела взгляд на легкомысленно отброшенную в сторону деку. Ситх специально вывел из строя корабль, чтобы с моффом не делиться? Я так поняла, что Таркину «Вымогатель» глянулся, и губернатор неким неведомым мне образом убедил Палпатина передать корабль на нужды охраны затеянного моффом строительства. Вейдер поворчал, но вроде бы согласился. Как выяснилось, не совсем. – А как же воля императора? – Она будет исполнена. «Железо» я передам моффу на верфях – честь по чести. Вот экипаж не отдам. Мое. Пусть Таркин себе новый формирует. За тот год, что потребуется для ремонта, должен управиться. – Год? Все так серьезно? – Серьезно, но не опасно. Не волнуйся. Лучше пойди поспи часик-другой. – По-моему экипаж так не думает, - взгляд упал на истерично прыгающий комлинк главкома на столе.       Он не надрывается во весь голос только потому, что звук отключен. Я забыла упомянуть, что Вейдер сидит рядом со мной возле своего медитационного шара. Потому что двойняшки исхитрились-таки подхватить заразу и заболели. Некритично, но у меня намечается вторая кряду бессонная ночь. Сейчас дети спят, но стоит мне или отцу отойти от них более, чем на несколько шагов, как они просыпаются и начинают капризничать. Собственно, поэтому брата и сестру переместили в апартаменты лорда, а сам он здесь, а не на мостике. Вейдер задумчиво посмотрел на комлинк, потом быстро распорядился, чтобы те, кому неймётся, явились к нему в покои. После чего задумчивый взгляд ситха вернулся ко мне. От чего-то сделалось не по себе. – Что-то не так, милорд? – Все так, не волнуйся. Просто сравнивал тебя с Падме. – Меня? Но что сравнивать-то? – Способность вторые сутки не отходить от постели заболевшего ребенка. Не думаю, что у сенатора было бы на это время. А тебе все же надо поспать. Сейчас найдем тебе замену. Дарт Вейдер вышел в кабинет, но оставил дверь открытой. Чуть отодвигаю стул, чтобы можно видеть происходящее, не отвлекаясь от детей. Те вроде бы спали, но как сильные форсюзеры даже во сне чутко ощущали мое присутствие и без свидетеля спокойно болеть не желали. Тем временем в кабинет вошел командир искалеченного «Вымогателя» Грифф с главным энергетиком и офицером контрразведки. Судя по бледному виду, завещания все трое уже написали. К слову, присутствие контрразведчика говорит о том, что наличие злого умысла в случившемся специалисты обнаружили. Только отследить до конца не смогли: судя по поджатым хвостам, сюда они отнюдь не арестовывать диверсанта явились. – Милорд, случившаяся на борту авария… - начал Грифф севшим голосом. Вопреки ожиданиям ситх докладчиков не перебивал. Внимательно выслушал всех троих. Хотя, на мой взгляд, слушать там нечего. Все трое рассказывают одно и тоже, пусть каждый со своей позиции: произошла череда мелких происшествий, которые не могли быть случайностью, но никаких следов внешнего воздействия не обнаружено. О том, что ситх мог двигать рычажки и нажимать кнопочки, глядя на монитор системы наблюдения, люди не в курсе. Вейдер же просвещать собравшихся не торопился. Я не сразу сообразила, что он банально компенсирует потраченные на общение с Палпатином и Таркином и сидение возле больных детей силы за счет страха и растерянности пришедших. Наконец лорд ситхов жестом остановил капитана, но только тогда, когда сказать что-либо по существу тому стало уже нечего. – Дети есть? – Да, милорд, - обреченно отзывается энергетик.       Благодарю Великую за то, что не могу прочесть, что именно успел подумать офицер в ответ на странный вопрос ситха. – Значит, госпожу Стоун смените вы. Через три часа настанет ваша очередь, - Вейдер ткнул пальцем в сторону контрразведчика. – Инэри, объясни офицерам круг их задач. Вы же, Грифф, возвращайтесь на мостик. Курс на Куат. У меня нет претензий к действиям экипажа в чрезвычайных обстоятельствах. Энергетика, папашу двух достаточно болезненных девочек-погодков, инструктировать особо не пришлось. Хотя уйти далеко у меня едва ли получится. Но есть надежда подремать немного где-нибудь рядом. В приемной милорда, например. – Не валяй дурака. Ты устала и нуждаешься в отдыхе, - раздалось из кабинета. – У меня много работы, так что спальня свободна. Халат и полотенце в освежителе. То ли сказано это было тоном, не терпящим возражений, то ли сил у меня совсем не осталось, но я отправилась исполнять волю главкома без тени смущения. Даже успела осмотреться и заметить висящие в рамочках над прикроватной тумбочкой дипломы Корусанского имперского университета бакалавра военно-космического общегалактического права и инженера-конструктора малых и средних космических аппаратов. Утром несмотря на прилив бодрости, побороть неловкость оказалось куда сложнее. Нет, не подумайте, лорда Вейдера в спальне не оказалось. Мало того, я позволила себе немного понежиться в куда как более широкой чем в моей каюте постели. От мысли о том, что хорошо все-таки быть главкомом имперского флота, плавно перешла к размышлениям о повседневных заботах предстоящего дня. Впрочем, у меня еще есть несколько минут блаженства в душе. Можно не торопиться, в Силе штиль: дети еще спят, причем гораздо спокойнее, чем с вечера, ситх бодр и деятелен, находится в одном из соседних помещений. Вот от мысли о лорде неловкость и возникла. Почему-то мысль о том, что он может зайти и увидеть, как я выхожу из душа в его халате, даже уши покраснели. Но деваться уже некуда. Паническая мысль пришла уже в освежителе, а верхняя одежда осталась в спальне. Слава Великой, и после моего возвращения из душа Вейдера в спальне не оказалось. Облегченно выдыхаю и переодеваюсь в форму военврача. И осторожно возвращаю вейдеровский халат на место. При этом только сейчас разглядываю эту вещь. Судя по орнаменту а-ля иллюстрации курса «Основ ситхологии и техники борьбы со тьмой» для юнлингов, халатик Вейдеру Палпатин подарил. Даже проверила узоры на предмет накачки Силой. Нет, просто шитье. Хотя, наверное, не просто, а в какой-нибудь особенно сложной технике выполненное и непременно дорогущее.       Под мысли о вкусах Палпатина и его отношениях с учеником выхожу в кабинет. Вейдера там тоже нет. Прислушиваюсь к Силе, чтобы почувствовать ситха в малом конференц-зале по соседству. Совещание проводит. Подхожу к шару для медитаций. Дети спят, а у их постели дежурит давешний контрразведчик. – Доброе утро, лейтенант. Все в порядке?       Спрашиваю об очевидном. Но у офицера нервно дергается щека. – Да, мэм. Если летающие по помещению мелкие предметы – это нормально, то да. – Для температурящего форсюзера это нормально. Вы зря волновались. К слову, судя по безупречному порядку, все разбросанное непроизвольным телекинезом близняшек было аккуратно собрано и расставлено по местам. – Все форсюзеры умеют двигать предметы не глядя? – Практически все, лейтенант, простите, не знаю вашего имени. Только видеть предмет все же обязательно. Голопроекцию или во сне, но надо. – Крикс Мадин, - чуть поспешно представился лейтенант. Только голос у него при этом совсем упал. Еще бы. У него только что сложился очень неприятный пазл: он понял, как был выведен из строя реактор «Вымогателя», и кто способен это сделать. Меня при этом он не подозревает. Ну, да, мой уровень технической грамотности – это железное алиби. Как бы на почве непомерной догадливости парень глупости делать не начал. Пока я лихорадочно придумывала предлог не дать Мадину уйти, выход сам ко мне пришел. В виде доктора Макруса. – Я, конечно, не педиатр, но как-нибудь справлюсь, - привычно заворчал он. – А вас, госпожа младший целитель, хотел видеть главком.       Благодарно киваю и выхожу, стараясь не терять из вида Мадина. Впрочем, тот, если и задумался о суициде, то выбрал наиболее экзотичный его метод: вместе со мной оказался под дверьми зала для совещаний. Собирался ли Мадин предъявлять ситху-главкому обвинение в порче имперского имущества или просто спросить, зачем тот ИЗР испортил, хотел, не знаю. Но настроен он решительно. Мало того, намерен играть в открытую, что, вообще-то для человека его профессии не характерно. Подумать об этом не успела, потому что совещание у Вейдера закончилось. Не успели старшие офицеры покинуть зал, как Мадин ринулся внутрь против течения. На то, чтобы доказать контрразведчику правомерность своих действий, ситху понадобилось около получаса. При этом ушел лейтенант хоть и сильно задумчивый, но на своих ногах. Дарт Вейдер встретил меня как обычно у иллюминатора, за которым уже вырисовывались кружевные конструкции верфей Куата. – Откуда у кореллианца, к тому же спецслужбиста, столько чистоплюйства?       Пожимаю плечами вместо ответа.       – Опасаетесь, что офицер наговорит лишнего? – Едва ли. Не журналистам же он побежит интервью давать. А флотские слухи – они только слухи. Проблема, как его дальше использовать? Честный разведчик – нонсенс. Коммандос? А если он и на не вполне по-рыцарски пролитую кровь также отреагирует? Аналитик… Пожалуй. Только лучше уж у Таркина. Впрочем, это не твоя забота. Тебе же следует отправиться на поверхность Куата, как только здоровье детей это позволит. Вас ждут в загородной резиденции Онары Куата. Высказывать сомнения я не стала. Они и возникнуть толком не успели. Так, некоторое недоумение по поводу, кто такая эта Онара, почему у нее фамилия как у планеты, и что делать детям в крупнейшей промзоне Центральных миров. – Онара Куат – глава клана, владеющего «Верфями Куата» Это планета носит имя богатейших представителей мира, а не наоборот. И на поверхности Куата вполне умеренный климат и пристойная экология, потому что практически все производства вынесены на орбиту и спутники. И это неопасно. Не думаю, что здешние хозяева склонны ссориться с крупнейшим покупателем их продукции. Но ногри с собой возьмите.

***

Сады Куата – не самое распространенное словосочетание в нашей галактике. Но сады оказались прекрасны. Без тени иронии. Умеренный климат, неяркая, ненавязчивая природа и предупредительный и тоже ненавязчивый персонал – все это сделало наше с детьми пребывание на вилле семейства Куат легким и беззаботным. Дети часами носились по лужайкам, после чего с аппетитом ели и крепко спали. Мне только и оставалось, как присматривать за детьми, перемещаясь от лавочки к лавочке. Давно я столько не читала, как в эти дни. Дарт Вейдер связывается со мной и детьми по нескольку раз в день. Но в основном в Силе. С малышами у него канал практически постоянный. Со мной у него тоже возникло нечто не вполне устойчивое, но общий настрой типа «у нас все в порядке, не волнуйтесь» вполне передающее. Результат двухлетних медицинских медитаций, наверное. На нормальную голосвязь у главкома сейчас нет времени: он принимает в состав флота целую кучу кораблей разного класса, из которых сразу десяток ИЗР-ов нового проекта, оборудуя один из них под флагман. В общем, на орбите сейчас жарко и суетно. Время полдника. Подзываю детей, и мы идем к гостевому домику, на веранде которого для нас уже приготовлен чай. Впрочем, дети с радостным визгом несутся вперед на второй космической скорости не столько из-за выпечки на столе, сколько из-за вальяжно развалившегося на ступеньках дымчатого фелинкса. Зверь настолько пушист, что удержаться от того, чтобы его потискать, просто невозможно.       Только свой покой местный пушистик оберегает весьма тщательно. Один прыжок, и он уже на крыше.       – Кис-кис-кис! – без особой надежды на успех пытаются подманить его дети.       – Не так.       Незнакомый военный улыбается в светлые усы и привязывает к нитке блестящий фантик. Бумажка медленно «ползет» по дорожке. Фелинкс навострил уши. Резкий прыжок, и добыча почти в его лапах. Дети хохочут от восторга. Лея пытается схватить охотника за хвост, но офицер вручает ей нитку от игрушки, и охота на фантик продолжилась.       – Разрешите представиться, мэм. Капитан третьего ранга Оззель.       – Добрый день, мэм.       Из-за спины Оззеля выглянул капитан-лейтенант Пиетт.       – Добрый день, господа. Прошу за стол. Надеюсь, ничего не случилось?       Последнее я зря. Ибо лица у обоих офицеров отмечены свежими гематомами. Но это не Вейдер. Потому что пока рассаживались за стол, я заметила очень специфически сбитые костяшки пальцев у обоих. Значит, может и не равная, но драка, а не избиение. При этом Пиетт в парадном мундире, тогда как на Оззеле повседневная форма одежды.       – Мадмуазель Стоун, - начал Пиетт просто похоронным тоном. – Сегодня вечером вам надлежит присутствовать на торжественном приеме, который дает совет директоров «ВК». Сопровождать вас туда поручено мне. Тем временем за детьми присмотрит господин капитан третьего ранга. Что, опять? Милорд все еще не унялся, или причина в чем-то ином? Судя по довольной ухмылке Оззеля, которому улыбаться больно, но смотреть спокойно на подавленного сослуживца сил нет, я чего-то важного не знаю. Тем временем фелинкс удрал-таки от Скайуокеров, и тех стало реально усадить за стол. Лея, раз и навсегда определившая всех дядей в форме имперского флота как своих, забралась на колени к Оззелю. Люк чужих людей еще дичился и жался ко мне. Но первым к гостям обратился именно он. – Дядя!       Палец Люка направлен на Пиетта, а взгляд – в экран головизора. Действительно, там красовался наш капитан-лейтенант. Правда, под конвоем местной полиции и с разбитым носом. Но этот хотя бы своими ногами идет. Моего нового знакомого Оззеля вообще следом волоком тащат. Кстати, новости не местные, а общегалактические. Отчего Пиетт совсем скис, представив, как эти новости смотрит родня на Акселане. Диктор же рассказывал что-то про провокацию. Вроде бы против доблестных имперских военнослужащих, которые на эту самую провокацию не поддались. А местные власти ко всему этому ни капельки не причастны. – Сила Великая! Что происходит?       Оззель кривился от боли, но ржал вполне искренне. Пиетт продолжал конфузится, но начал рассказывать именно он. – Трауну капитан-лейтенанта дали. Вот мы и пошли отметить. Место вон он посоветовал, - с некоей мстительностью кивнул рассказчик в сторону капитана Оззеля. – Заведение, и правда, солидное. Все вроде бы чинно. А тут к Трауну какой-то местный хрен цепляться начал: «Тварь безродная, чурка синемордая» и все такое прочее. Сперва мы гаду по-хорошему пытались объяснить, что цвет лица имперского офицера не должен вызывать каких бы то ни было вопросов. Ну, слово за слово… Пиетт сокрушенно вздохнул и принялся ощупывать синяк под глазом. Воспользовавшись паузой рассказ продолжил снисходительно улыбающийся Оззель. – Слово за слово, и высокое местное собрание решило, что компании простолюдинов не место в заведении для высшего сословия. Вот только я запамятовал, кто первым влепил в ухо племяннику финансового директора верфей: вы или танкист Вирс? – Эта аристократическая сволочь обозвал имперских офицеров безродными тварями! На каком основании, вообще! – Ну, акселанскую шпану за три парсека видно. Да и словившая в ухо сволочь скорее олигархическая, чем аристократическая. Хотя ни в голосе, ни в мыслях не было и тени высокомерия или злорадства, но я предпочла вмешаться. – Разве вас, господин Оззель, не было в компании «акселанской шпаны»? – О, нет! Я проводил время с господами Мотти и Тагге за пару столиков от нашей разудалой компании. И нас владельцы «ВК» считали людьми своего круга. Так что начало массовой драки я пропустил. Пришлось вмешиваться тогда, когда словами убеждать стало уже поздно. – Почему вмешались не на стороне «людей своего круга»? – Да пьяный уже был. Мотти вроде бы заорал: «Наших бьют!» И понеслась, - снисходительность вдруг исчезла из улыбки офицера. – Довольно быстро словил в челюсть. Отключился. Кап-лей меня выволакивать начал, а тут полиция. Мы вдвоем удрать не успели. – Хатт, у них тут даже «обезьянник» в участке на три отсека по сословному признаку разделен. Так что пришлось Рексу нас по разным камерам искать. – Сила! И Рекс был там? – Нет, он в приличное заведение и соваться не стал. Пил пиво в забегаловке напротив участка, в который нас привезли. Как раз вышел… ну, воздухом подышать. А тут нас выгружают… – Короче, местным полицейским крупно повезло, потому что это был всего лишь капитан Рекс, а не лорд Вейдер. – Полицейским повезло. Нам – не очень. Из дальнейшего рассказа выяснилось, что оповещенный о культурном отдыхе своих офицеров Дарт Вейдер с воспитательной работой затягивать не стал. Утром собрал практически всех офицеров флотской группы на посадочной палубе флагмана и перед строем учинил разнос провинившимся. Основных тезиса было три: почему эти чудаки на букву «м», по недоразумению считающиеся офицерами имперского флота, отступили перед гражданскими? Как так вышло, что основные силы вышеназванных чудаков отступили, а двое их товарищей остались без прикрытия? До каких это пор офицеры штурмовых отрядов будут шляться по третьесортным кабакам, позоря тем самым честь имперского мундира? На робкий аргумент Рекса о том, кто же клона в приличное заведение пустит, милорд осведомился: «А кто вас сможет НЕ пустить?» После чего штурмовик заткнулся, а лорд вынес вердикт: свое главкомовское неудовольствие и запрет на увольнительные. Теперь вплоть до особого распоряжения в город только строем и только во главе с командующим. Впрочем, первый такой «культпоход» назначен уже на сегодняшний вечер. Как я поняла, в отместку за нанесенную флоту обиду Дарт Вейдер решил шокировать местную элиту, притащив с собой на закрытое светское мероприятие только для избранных кучу офицеров самого подлого присхождения, включая клонов. Про то, что при этом будут чувствовать сами ставшие орудием мести люди, ситха не особо волновало. Впрочем, вечер того стоил. У местных зубы скрипели – аж эмаль крошилась. Еще бы! Лорд Вейдер ни с кем кроме конструктора Лиры Уэссекс не общался. Рекс явился с Иссан. Капитан-лейтенант Пиетт со мной. Капитан-лейтенант Траун и еще без малого полсотни офицеров явились с дамами – техническими специалистами верфей среднего звена. – Пусть скажут «спасибо», что милорд не распорядился снять девочек в районе припортовых кабаков, - мстительно прошипел Пиетт. Ввиду численного превосходства имперских сил, местные быстро забились по углам, а гости почувствовали себя куда раскованней. В общем, в лучших ситхских традициях выдался вечер.

***

– Позвольте похитить вашу даму, капитан-лейтенант. Маска Дарта Вейдера буквально лучилась добросердечием. У любого здравомыслящего существа от этого мороз по коже. Но Пиетт держался молодцом: обратил ко мне вопросительный взгляд и, дождавшись моего кивка, отсалютовал главкому, поклонился мне и удалился. На сей раз не драпал, а именно удалился, смешиваясь с толпой военных на парковке. Лорд же чинно взял мою руку и неспешно направился к своему шатлу. – Надеюсь, мы не очень сильно пошатнули устои здешней нравственности? – Если ты о правилах этикета, то все нормально. Парни справились. Хотя в программы военных академий соответствующий курс вводить надо срочно. Офицеры Империи должны чувствовать себя уверенно в любой ситуации. А вот шахту для социального лифта мы, я надеюсь, пробили. – Вы собираетесь сломать социальную структуру Куата? – Я собираюсь систематически получать здесь не только корабли, но и первоклассных технических специалистов для флота. Тех, кому надоело быть существами второго сорта. Впрочем, я хотел вас видеть не для этого. – Я думала, вы хотели видеть детей. – Это – само собой. Тебя и детей хочет видеть император. Лично на Корусанте. Он прислал за вами яхту. Вылет через час. – А вы? – Я остаюсь принимать корабли для флота. Сказано абсолютно спокойно. Но я понимаю, как Вейдеру не хочется отпускать детей от себя. Даже к Палпатину. Или особенно к Палпатину. Но приказ императора будет исполнен. Мысли об обратном не позволено даже возникнуть. Мне же главное – не показать детям свой страх.

***

Кажется, последнее мне удалось. Часы до Корусанта Люк и Лея вели себя практически идеально. Благо, приславший за нами яхту Палпатин позаботился об игровой зоне и дроидах-аниматорах. С одной стороны, с меня сняли ставшую привычной заботу. Но, с другой стороны, появилось свободное время. Как раз для того, чтобы подумать о будущем. Мысли при этом рождались одна тревожней другой. Медитация помогла, но не до конца. Яхта просто экспрессом прошла мимо всех таможенных и диспетчерских постов не просто к VIP-причалам космопорта, а прямо на внутреннюю парковку правительственного комплекса. У трапа меня встречал директор Айсард. Без цветов, но и без готовых увести детей в сторону нянек. На том, чтобы дети постоянно находились у меня на глазах, я собиралась настаивать жестко. Не пришлось. Директор СИБ просто проводил нас до внутренних императорских покоев и остался за дверьми.       Помещение, в котором мы оказались, правильнее назвать не кабинетом, а гостиной. Причем не парадной, а предназначенной для узкого круга близких. И уж точно – не владениями ситха. Большие окна наполняли комнату воздухом и светом. Ничего темного, красного или золотого. – Здравствуйте, друзья мои! Старый ситх превзошел сам себя. То есть здесь и сейчас он просто не был ситхом. Передо мной стоял прежний канцлер Палпатин, которого я видела когда-то в детстве. Мудрый, мягкий, чуть грустно улыбающийся человек, которому сейчас действительно приятно общаться со своими гостями. Он действительно с интересом их слушает. И плевать, что двоим из них едва минуло по два года. Ему действительно интересно, или император мастерски играет? – Мне искренне интересно, а о том, как использовать полученную информацию, я уж потом подумаю, - поднял на меня лукаво сощуренные глаза Палпатин. Ситх… Только противопоставить мне ему нечего. Вот и сидим на уютном диване друг напротив друга, и двое малышей между нами. На старого ситха дети реагируют спокойно. Даже куда более осторожный в общении с чужими Люк не дичится. Наверное, это пугает меня сильнее всего. Тьма Сидиуса умеет быть вкрадчивой. – Да причем тут вообще Сила? – фыркнул Палпатин, на миг отвлекаясь от рассказа малышей про свою жизнь. Они же как раз добрались до куатского фелинкса. – Киса хорошая! Судя по размаху рук Люка, это был не фелинкс, а почти банта. – Такая? Палпатин заговорщицки подмигнул, и в комнате появился дроид с пушистым плюшевым фелинксом. Дети восторженно вцепились в игрушку. – Спасибо, деда, - вспомнила начальные навыки альдераанской наследницы Лея. – Пасибо, - подхватил Люк. – Понравилось? – Да! - дружно вопят малыши. Но император недоверчиво хмурит бровь. – Точно понравилось? – уточняет ситх. – Игрушка! – благоговейно подтвердил Люк, у которого ничего подобного на Татуине не было. – Кися живая, - чуть неуверенно высказала свои сомнения в равноценности замены Лея. – Хотите живую кису? – Да! – Папа подарит, - кивнул детям Палпатин. – Подалит?       В голосе Леи сквозило сомнение. Верно, раньше за Дартом Вейдером склонности делать подарки не замечалось.       – Подарит, подарит. Я прослежу. А сейчас мы позовём дядю Арманда, и он покажет вам кисок в моем парке. Идет?       – Идет! – Господин Айсард, зайдите, пожалуйста.       Директор СИБ мгновенно появился. Он так и ждал под дверью все это время? Что он думает о приказе прогуляться с детьми по парку в поисках кисок, я не поняла. – Нашего общего друга уже доставили во дворец? Хорошо. Думаю, мы с ним пообщаемся, пока вы гуляете. Я попыталась проследовать за взявшим детей за руки Айсардом, но император меня остановил. – Я не оставлю детей без присмотра! – пытаюсь возмутиться. – Не оставляйте, кто против? Присматривать можно и через окно.       Подчиняясь приглашающему жесту подхожу к окну. За ним действительно раскинулись дорожки парка, на которых очень скоро показался Айсард со своими несколько нетипичными спутниками. – Слухов не боитесь? – Очень на них надеюсь. Детей невозможно скрыть полностью. Болтать все равно будут. Так пусть, пока их появление является горячей новостью, версий будет как можно больше. Потом особо настырные смогут узнать правду. Но к тому моменту дети примелькаются, и большинство перестанет интересоваться ими. Тем временем Айсард, и правда, сумел подманить довольно игривого фелинкса. – Во дворце засилье мышей? – Дагобские камышовые коты способны ловить не только мышей, - чуть загадочно улыбнулся Палпатин. – Стоит посоветовать Вейдеру завести для деток такую «кисю» из дворцового питомника. Лично мне за будущее детей в таком случае будет гораздо спокойнее. Вам нет? Тогда может быть имеет смысл посмотреть, от какого будущего вы их избавили?       – О чем вы?       – О возможности поговорить по душам с господином Органой. Не Йода, конечно. Но чем богаты. Да и вряд ли уважаемые магистры стали бы с нами откровенны. – Вы поэтому отправили детей на прогулку? – Предлагаете вести допрос при них? – и уже в комлинк. – Пригласите господина Органу, пожалуйста. За прошедший с нашей в общем-то недавней встречи срок сенатор здорово сдал: осунулся, ссутулился и словно стал ниже ростом. – Если я арестован, то почему мне до сих пор не предъявлено обвинение? – несмотря на внешнюю сломленность Органа принялся качать права от самой двери. – Что вы, дорогой сенатор. Какой арест? Вы просто мой гость. Ради вашей же безопасности. Согласитесь, после того, как вы передали службе имперской безопасности столько ценных сведений, такая мера предосторожности совсем не лишняя. Да и находитесь вы вовсе не в камере. Поверьте на слово, там гораздо страшнее. – Этот ваш агент глаз с меня не сводит! Даже до туалета провожает. – Все ради вашей же безопасности, сенатор. Никогда не знаешь, откуда прилетит очередной донос, в смысле – неприятность. Кроме того, еще совсем недавно вы активно общались с этим самым пареньком, правда, считая его своим агентом. – Своим?! Да у него глаза по ночам красным светятся! – Да что вы такое говорите! Ужас-то какой! Я приму меры, - и снова в комлинк. – Агент Малро, зайдите пожалуйста. – Да, мастер. Замерший у дверей Уи, на сей раз одетый в строгий полувоенный костюм, опустился на одно колено перед старым ситхом. В мою сторону он даже не посмотрел. Я же по-прежнему не чувствую его Силы. Ни темной, ни светлой. Он с Палпатином закрыты настолько, что даже внимательно сканируя их ауры, я бы приняла обоих за нечувствительных к Силе. – Уи, друг мой, чем вы занимались прошлой ночью? – Медитировал, мастер. – В спальне нашего гостя? – Нет, мастер. В малом ритуальном зале. И не заметил, как наш гость туда заглянул. – Усердие – вещь похвальная. Но все хорошо в меру.       Император вроде бы покровительственно похлопал младшего адепта Тьмы по плечу. Только я заметила, как Уи скривился от боли. – А то сенатор беспокоится о вас. Говорит, что глаза от недосыпа красные. Кстати, вам не кажется, сенатор, что усердие молодого человека должно быть вознаграждено? По-моему, вам следует взять господина Малро себе секретарем. И упаси вас Великая, если кто-нибудь из ваших друзей узнает, по чьей рекомендации вы это сделали. Спокойно вроде бы сказал, даже с улыбочкой, а Органа аж попятился. И, кажется, только сейчас заметил меня. Забегал глазами по сторонам и нарвался на вид играющего с детьми Айсарда за окном. – Сила Великая! В этой галактике остался хоть кто-нибудь, кто не работает на СИБ?! – Вот и я вам говорю: глупо оставаться последним. – Что вы от меня хотите? – Прямо сейчас расскажите нашей милой Инэри, что вам известно о планах джедаев по отношению к детям генерала Скайуокера. – Мне известно совсем немногое. – Вот о немногом и расскажите. В рассказе о том, как из детей планировали сделать неотразимое оружие против ситхов, нового для меня оказалось не так уж и много. Задавать Органе уточняющие вопросы показалось противным. Так что, когда сенатор закончил, Палпатин отпустил его на все четыре стороны. – Обратите внимание, Ларсам запретили записывать Люка на свою фамилию. Видимо, надеялись, что в какой-то момент у услышавшего имя «Скайуокер» Дарта Вейдера рука дрогнет, а у натасканного на ситхов юного джедая – нет. Видимо, императору показалось, что я недостаточно бурно реагирую на услышанное? Но спросила я о другом. – Что стало с теми джедаями, что работали в салоне связи вместе с Уи? – Да что с ними сделается? Улетели по указанному тобой адресу. – А Уи? – А Уи не джедай. Он – сотрудник СИБ. И вообще, талантливый мальчик: к нему идиот-Органа во время медитации ввалился, а он сумел сдержаться и не пришибить. – Вы его сломали. Он пал во Тьму. – Почти не ломал. Во всяком случае, не сильнее, чем тебя. И он не пал, а осознанно перешел. Уж гораздо осознаннее, чем это сделал лорд Вейдер. – Такое возможно? – Мало того, оказалось совсем несложно. Айсард повозил паренька, который всегда считал, что его цель – очищать мир от всякой скверны, по злачным местам Корусанта. Мне осталось лишь вернуть парню меч и показать несколько характерных для адепта Тьмы, но очень эффективных приемов. – Но теперь он оказался в Сенате. – Да. Потому что довольно быстро понял, что ведром не вычерпать море, и нити управления преступным миром ведут в Сенат. Хм, уже практически сформировавшийся джедай поменял сторону Силы, но не изменил себе. Чудно, правда? Вот и мне чудно… Палпатин перестал улыбаться. – Знаете, деточка, на странные мысли наводит меня общение с вами. Не только с вами, конечно. С Вейдером, с Уи с другими, кого вы и не знаете… Раньше все было просто: здесь Тьма, здесь Свет, здесь ситхи, здесь джедаи. Красота! Только джедаи украли детей Энакина, чтобы ослабить Империю, а уж потом, чтобы они стали джедаями. Точнее, падение Империи – цель, а новые джедаи – способ ее достижения. Вернув детей, мы уже ликвидировали эту опасность вне зависимости от того, какую технику Силы они будут использовать в будущем. Хочешь – не хочешь, а задумаешься о том, что первично - личность или Сила. – Хотите сказать, что политические предпочтения неотъемлемой частью избранной стороны Силы не являются? – Опыт последних лет говорит именно об этом. А еще о том, что для воина хороша ярость, а для врача – сосредоточенное спокойствие. И глупо заставлять их меняться местами. – Хотите убедить меня в том, что позволите подрастающим одаренным самим выбирать сторону Силы? – Под чутким присмотром специалистов и при безусловно имперском воспитании – да. – Почему тогда так жестоко ломали захваченных в Храме падаванов? – Там не было ни специалистов, ни воспитания. – Вы обещаете такое же право выбора и для детей лорда Вейдера? – Естественно. Хотя бы потому, что все иное воспримется папашей как насилие. С совсем непредсказуемыми для всех последствиями. Это я вам как весьма неплохой провидец говорю. Если я удовлетворил ваши сомнения, то идемте к детям. Пора сменить милейшего Айсарда. Его уже сексот Органа, ожидающий новых указаний, заждался.

***

Не то, чтобы рассуждения императора о воспитании юных одаренных, меня полностью успокоили. Но и немедленных действий вроде бы не требовалось. С деталями пусть папаша-Вейдер разбирается. Благо он тем же вечером на Корусант прибыл. Ночь он, как водится, провел в компании своего повелителя. Явился рано утром, когда дети еще спали. Выглядел усталым и откровенно потрепанным. Серьезно, видать, с учителем общались. Молча дожидаюсь, пока лорд стянет шлем и доспехи. Потом все так же молча кладу руки на плечи и принимаюсь массировать. Чувствую, как под моими пальцами расслабляются разогретые мышцы. – Достаточно. Спасибо.       Вдруг ловлю себя на мысли о том, что мне совсем не хочется убирать руки с сильных плеч. Мало того, желание коснуться губами шрамов на голове едва удалось подавить. Только же он все равно почувствовал миг моей слабости. Чувствую, что краснею, отскакиваю, как ужаленная и глушу лишние мысли разговором.       – Чем на этот раз не доволен владыка Сидиус?       – Всем доволен. Поспорили просто.       – О чем, если это не великая ситхская тайна?       – О детях. Повелитель настаивал на том, что самым безопасным местом для них будет дворец, я – что флагман.       – Чье же мнение оказалось единственно правильным?       – Мое. Но при условии, что я не буду лично лезть в самую гущу всякой драки и заведу на «Истце» какого-то айсардовского кошака.       – «Истец» - это новый флагман?       – Да. И мы отправимся туда сразу после визита в питомник.

***

      Палпатин не привык бросать слова на ветер. Только несмотря на радостную возню, которую затеяли проснувшиеся дети вокруг отца, мне сделалось тревожно. Ночью я посмотрела видео про этих камышовых котов. Один такой почти фелинкс без особого труда справляется со взрослым тренированным бойцом без брони, но с холодным оружием. С броней и бластером приходится повозиться. В общем подпускать такого хищника к детям – чисто ситхская идея.       Впрочем, улыбчивая кареглазая тренер-фелинолог в форме сотрудника СИБ показывала нам исключительно котят. Милых и пушистых, как все дети. Нахальные рыжие разбойники пробовали когтями на прочность плащ лорда ситхов. Пушистые беленькие красотки игриво терлись лобиком о сапог сопровождавшего нас на экскурсии директора Айсарда. Но дети дружно выбрали черную короткошерстную кошечку, сидевшую на верхней ветке стоящего в вольере дерева и внимательно наблюдающую за происходящим внизу огромными жёлтыми глазами.       – Хороший выбор, - кивнула девушка-фелинолог. – Дочь Клеописа и Атрии – Клеопатра. Лучшей родословной для телохранителя и придумать сложно. Я распоряжусь, чтобы принесли переноску. – Мы можем забрать котенка прямо сейчас? – уточнил Вейдер. – Да, милорд. Едва ли дети согласятся оставить подарок без скандала. Действительно, снятого с ветки котенка уже вовсю гладили в четыре руки. Та же, несмотря на всю свою кровожадную породистость, только обозначала удар лапкой по рукам, если ее пытались схватить за хвост. – Это не опасно? – начала беспокоиться уже я. Уж больно мне не понравилось то, с каким энтузиазмом закивал директор Айсард, услышав имена кисиных родителей. – Нет. Клеопатра совсем котенок. В ближайший месяц ей следует научиться ходить в лоток и привязаться к тем, кого ей в будущем следует охранять. Серьезной дрессировкой надо будет заняться чуть позже. – Тем не менее, полагаю разумным, если вы отправитесь в распоряжение лорда Вейдера в качестве дрессировщика немедленно, - вынес вердикт Айсард. – Будет исполнено, директор.       Если девушка-кошатница и удивилась, то виду не показала. Это она о вейдеровских представлениях о том, что значит «немедленно» еще не догадывается. Но это ненадолго. – Через два часа на военном причале центрального космопорта с вещами, - подтвердил мои опасения ситх. Но девушка в отведенное время уложилась. Мало того, прибыла к указанному причалу раньше нас. Когда мы подходили к посадочному рукаву сторожевика, у входа нас встречал не только его командир капитан-лейтенант Пиетт, но и новая сотрудница. И да, уж не знаю, чья это паранойя, императора или Вейдера, но теперь в качестве шатла «планета-орбита» у нас сторожевик. «Истец» встретил нас запахом свежей краски и парадным строем на посадочной палубе. – Ну, Грифф, показывайте ваше хозяйство. Дарт Вейдер старательно делал вид, будто никогда раньше здесь не был. Дал возможность командиру корабля торжественно представить флагман командующему во всей красе. Наконец мы перед тихо распахнувшимися дверьми личных покоев главкома. Иссан жестом останавливает всех на пороге и берет переноску с Клеопатрой из рук Кита. – Кошка должна зайти первой. Теперь это наш дом.