Кризис веры

-Что значит – нет?! – Линдон, казалось, был поражен, ошарашен, обескуражен и морально повержен. Будто он ждал от Ольфура чего угодно, только не этого короткого слова из трех букв. -Нет, - просто повторил Ольфур. – Я не пойду вместе с Марианн. -Но ее хотят убить! Ну или что-то еще сделать. Ольфур, ты за ней ухлестывал. И даже если для тебя это ничего не значит – она моя падчерица сейчас. Я прошу! – не сдавался Линдон. -Нет, - стоял на своем Ольфур. – Это не мое дело. -Но почему?!?! – Линдон все больше начинал нервничать. -Потому что это – не вопрос моей веры, - Ольфур тоже начал закипать. – Я не мальчик на побегушках, не рядовой спаситель всех и вся. У меня есть моя собственная задача, моя цель, которую я – и никто другой - должен выполнить. Я и так потерял слишком много времени. Линдон встал как вкопанный. -Ольфур, я… Хорошо, давай зайдем с другой стороны. Я очень хочу тебе помочь, но я не смогу этого сделать, если для этого не будет достаточно поводов, - старательно подбирая слова, издалека начал Линдон. – Вот конкретно этот повод – помочь Марианн – я считаю достойным. Ольфур тоже остановился, потом оглянулся на приятеля, не удержал приступа неожиданного смеха и спросил. -Кормак? Линдон нервно кивнул. -Ну и кое-кто из твоего ордена. Они были очень обеспокоены. -Скажи честно – они считают меня еретиком. Отсюда все эти слухи про договор с демонами и суета Лората, - не спросил, а скорее утвердительно ответил Ольфур. -Да, они считают, что в своих поисках света ты ушел далековато и теперь… -Опасен, - подытожил Ольфур. – И потому меня нужно вернуть, чтобы обезопасить. Подозреваю, путем торжественного принесения в жертву. -Ну, примерно, - кивнул Линдон. - Там может быть вариант еще не очень торжественного обезглавливания, но как пойдет. Ольфур удовлетворенно кивнул. -Я вначале удивился, что ты не торопишься и не стремишься помогать мне в поисках истины относительно варваров – я, кстати, и забыл о той мысли – да и возвращаться не спешишь, - вздохнул Ольфур. – Но теперь многое стало на свои места. -Я вынужден немного писать о твоих действиях здесь, - деликатно отметил Линдон. – Доказывая то, что прямо сейчас ты никак не можешь выдвинуться. Порой мне приходится уже прибегать к помощи Варрика, чтобы придумывать достаточные причины – вот поэтому я очень, очень прошу тебя пойти с Марианн. -Нет, - снова отказал Ольфур. – И можешь написать Кормаку прямо, что я не вернусь, а если он хочет получить меня, то пусть приходит сам. -Ты понимаешь, что за это тебя просто выкинут из ордена? – по тусклому тону было заметно, что Линдон явно очень устал от всего этого. -В белиалову задницу этот орден тогда, - вдруг спокойно отозвался Ольфур. – Я не первый год говорил им про необходимость углубления, уточнения, но они вцепились даже не в догматы, а в мелкие ритуалы, которые не имеют никакого значения. Они требовали меня найти доказательства – и я пошел их искать. И я их здесь почти нашел. А теперь они угрожают исключить меня, чтобы я просто стал послушным, а заодно отказался от своей же веры, которой при них же присягал. Не будь у меня статуса спасителя мира – я бы еще лет пять назад отправился по их наущению куда-нибудь и там сгинул. -Но как же Карвер? – вот теперь Линдон был поражен. -Я поговорю с ним, - кивнул Ольфур. – У него будет выбор. -Ты… сумасшедший, - только и выдохнул Линдон. – Поверь, я все еще твой друг, но я больше не в силах помочь тебе. Просто не губи теперь мою семью, ладно? -Хорошо, - кивнул Ольфур. – Ты хотел меня куда-то провести? -Не сейчас, - отмахнулся Линдон. – Как видишь, обстоятельства изменились. Ольфур кивнул, и пошел куда глаза глядят, размышляя, что и как он будет говорить Карверу. И что он сам будет делать дальше. Закарумская вера всегда была богата на ответвления и разные точки зрения – при относительно общей основе. На извечный вопрос «Что есть Свет» одни отвечали, что это любовь, другие – что это справедливость, третьи говорили о милосердии, четвертые – о чем-то еще, примерно близком. Никто не оспаривал, что Аэрий был ангелом, никто не пытался найти основу – всегда была граница, за которую было не принято заходить. Ольфур же впервые понял, что ему мало этих слов, когда увидел, как рушится Серебряный шпиль. Как несокрушимый Тираэль в один момент оказался поверженным сомнениями. И остановить Владыку Ужаса смогла его вера – и его умения, но в гораздо меньшей степени. Однако вера – его вера – она не справедлива, не милосердна и не дарует надежду. Она не способ – она цель. Когда он сказал об этом в открытую – вначале все посчитали, что это шутка. Потом – что это последствия напряженного боя. Потом – что это претензии на нечто большее, нежели глубокое уважение за проделанное. И только потом пришли понимание и опасения. Страх и ошеломленное осуждение. Ольфур не мог их винить за это. Но и примириться с их эмоциями – тоже не мог. Так началось его долгое скитание в поисках Света. На самом деле – в поисках решения этой нерешаемой задачи. И вот он нашел в себе силы признать, что единственный ответ – никак. И если Кормак хочет – то пусть приходит. И Империя с собой прихватит, и Тираэля, да хоть все ангельское воинство – Ольфур не сдвинется со своей позиции. Однако… Ольфур вынырнул из своих мыслей и увидел, что пришел домой. Ему помахал рукой сосед, и Ольфур вдруг понял, что в ту роковую ночь, когда яд накрыл весь район, он спас этого человека и его семью. Это было странное ощущение – словно бы в какой-то прошлой жизни, понарошку, в полусне. Ольфур улыбнулся и прошел дворик, зашел в дом, глядя на все словно бы в первый раз. -Эй, что стряслось, на тебе лица нет, - Карвер оказался у себя в чулане. Ольфур потер виски. -У меня к тебе есть разговор, - он кивнул в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Карвер, озадаченный и встревоженный, пошел следом. Комнатка была все такая же крохотная. Ольфур поджал губы, глядя на огромный белоснежный щит на стене. А потом одним движение рванул его со стены. Щит, жалобно застонав, слетел с державших его крюков, и с грохотом срубленного дерева рухнул на пол. -Мне нужно тебе кое-что рассказать, - выдохнув и сдержав нахлынувший бешеный гнев, Ольфур тяжело сел на кровать. – Я… Нет, не так. Мой орден все же считает меня еретиком – и готов на многое, чтобы спасти мою душу, скажем так. Я не согласен с ними, я не буду отказываться от своих убеждений и я не собираюсь сдаваться им живым или мертвым. Даже если они приведут армию – я выйду на бой. Но ты не обязан умирать за мои убеждения. Которые, к тому же, имеют очень смутные очертания. Если ты хочешь остаться крестоносцем – я дам знать Кормаку, тебе найдут нового наставника. Если ты хочешь стать храмовником – бери мой щит и мой меч – я поговорю с Калленом. Если ты хочешь очистить Ферелден от последствия Мора – пожалуй, я готов на неприятный для меня разговор с Марианн по поводу моей «магии». -А если я захочу пойти с тобой? – спросил Карвер. – Что меня ждет в этом случае? -Тогда, - Ольфур задумался, уж слишком опрометчиво должно было прозвучать задуманное. – Тогда ты будешь строить со мной новый орден. Я считаю, что моя вера достойна быть разделенной и принятой другими. Я хочу сделать этот мир лучше. Я не знаю еще точно, как это будет. Но я хочу попробовать. Карвер кивнул. -Ну, тогда предлагаю завалиться к Наместнику и поговорить насчет одной твоей знакомой – матери Петрис. Я тут случайно узнал, что она хочет устроить провокацию с кунари, у меня кулаки чешутся начистить ее охраннику лицо, - Карвер поднял и повесил щит на место. А потом предлагаю завалиться в «Висельник» и за кружкой пива обсудить название нового ордена, ну, устав там… Только не говори, что оголтелая трезвость – обязательное условие. Ольфур усмехнулся. Пожалуй, это действительно необязательное условие. Хотя ему с этим придется примиряться с изрядным трудом. Ольфур появился около «Висельника» в оговоренное время, чем, похоже, очень озадачил Карвера. -Я думал, ты не согласишься, - младший Хоук выразил свои мысли. Ольфур пожал плечами, понимая, что ему нечего сказать на такое. Впрочем, Карвер тоже смог удивить – Ольфур думал, что это будет типичная пьянка: почему-то очень многие находили мысль, что напоить трезвенника – это открыть ему целый новый мир. Однако Карвер, поставив перед Ольфуром его кружку с пивом и хлебнув из своей, смущенно вытащил из сумки целую кипу бумаг. -Ну, я тут подумал… Короче, ты пей, а то на трезвую голову все одинаковые. Ну, знаешь, люди – они слишком многое думают про себя. А потом высказать это – язык не поворачивается, - пояснил свою позицию Карвер. – А говорить надо, вот что я понял. Так что – давай вздрогнем, а потом начнем. Ольфур послушно пригубил пиво – с некоторым трудом, потому что напиток сложно было назвать восхитительным. И, видимо, безбожно разбавленным, потому что хмельное ощущение явно не спешило. -Так, смотри, - Карвер приступил к делу. – Вот я тут написал, что мы можем делать, ну, на мой взгляд. Если ты согласен, то надо распланировать этапы. Ольфур с некоторым удивлением стал изучать содержимое листочков – Карвер исписал целую кипу идеями – и, хоть Ольфуру было и тяжело признавать – не самими плохими. Там было и про Ферелден, и про Мор, и про то, что нужно что-то делать с положением эльфов и магов. Многие положения ставили Ольфура в тупик своей неожиданной смелостью, но это было действительно то, что нужно было сделать. Прочитав пункт «Придумать название ордену», Ольфур понял, что ему нужно срочно допить кружку. -Я смотрю, ты подготовился, - Ольфур осторожно перебирал листы. – И я полностью согласен, что на трезвую голову я бы не нашел силы все это прочитать. Кстати, у меня к тебе есть один вопрос, который ты тут не указал. -Какой? – Карвер постарался сделать незаинтересованный вид, но было видно, что он сильно нервничает. -Вопрос субодинации. Ты тут здорово рассуждаешь о том, что не стоит делать различия по расам и полу – но вот сейчас и здесь, как мы вдвоем будем договариваться о действиях, - Ольфур посмотрел прямо на Карвера. - Ведь я больше не твой наставник – а ты не мой ученик. Карвер старался не отводить взгляда, но потом не выдержал и опустил глаза. -Я думал… Я не знаю. Конечно, я хочу быть наравне с тобой и все такое. Но я, например, даже Песнь света до конца нормально не выучил. Или я вот думаю, если меня спросят про то, во что я верю – я ж и двух слов не скажу. Как-то неубедительно для нового ордена, не находишь? – Карвер смутился. – И знаешь – я не хочу этим заниматься. Мне хватает то, что ты знаешь, во что верить – а я готов верить в то же самое. Я хочу подвигов, битв, хочу видеть, как меняется мир. Только прыгнув в пропасть, можно понять, умеешь ли ты летать – это моей сестре Ведьма из Диких земель сказала. Я хочу узнать, умею ли я летать. Так себе звучит, знаю. Но зато правда. Ольфур кивнул. -Я понимаю тебя, - он осторожно сложил листы, неожиданно чувствуя потребность выговориться. – Знаешь, я сам понял, во что я верил, наверное, лет шесть назад. Я всегда был послушен. Вернее, я всегда был склонен к порядку, к строгости – это давало мне умиротворение. Окружающие видели в этом послушность, а я – склонен был им доверять. Отдельность, независимость – то, к чему я никогда не стремился, и потому доверие другим было столь незаменимым и необходимым. Когда ты отдаешь другому часть своей свободы, ты больше не можешь разрушить его, пусть даже случайно. Я не знаю, почему меня так страшило это – быть невольным убийцей, но я точно помню, что когда я думал об этом, то видел слепящий свет. -И ты ищешь его? – Карвер слушал завороженно и внимательно. – То есть, ты ищешь не следы Андрасте или там еще какую-то церковную муть – ты ищешь этот свет? -Да, - Ольфур аккуратно поставил на поднос подошедшей Коре пустую кружку, взял полную и кинул медяк. – В какой-то мере – я с самого начала был вруном и еретиком, просто другие этого немного не разглядели. -А я думал, это у меня проблемы, - Карвер рассмеялся. – Ну, возьмешь меня в помощники? -Нет, только в соратники, - Ольфур отрицательно покачал головой. – А Песнь света можешь не учить. Что у тебя по плану первое? Карвер взъерошил волосы. -Есть такой парень – Фейнриэль. Моя сестра здорово ему помогла, ну, спасла его, если точнее, и не отправила в Круг, а отослала к долийцам. Мерриль мне говорила, что у Фейнриэля есть редкий талант и что такие маги рождаются раз в тысячу лет, а сестра – что этот его талант вроде как в той части магии, что и ритуал, что она проводила, когда меня спасала. Я вот подумал, что надо бы Фейнриэля к нам. Ты говорил, что знаешь способ от одержимости – вот заодно и проверим, - пояснил свой план Карвер. Ольфур в ответ только коротко кивнул – с планом он был полностью согласен. Ночь выдалась на удивление спокойная – Ольфур и не помнил, как давно он спал так хорошо. Последнее, что пришло в ему голову перед провал в сонную пустоту – странная мысль, что надо бы узнать, что Карвер думает о Мерриль и каковы вообще их взаимоотношения. А утром они отправились в эльфинаж. Арианни вначале отнеслась к предложению крайне настороженно, так что Карверу потребовалось немало усилий, чтобы уговорить несчастную эльфийку довериться им. Вид двух вооруженных мужчин нервировал Арианни, и она все причитала, что в мире столько злых людей. Потом послали за Маретари. Та, казалось, не спешила – солнце перевалило за полдень, а Карвер весь извелся, когда Первая появилась под сенью дерева. Глядя, как эльфы в почтении склоняют перед ней головы, Ольфур в очередной раз поймал себя на ощущении глубокого недоверия к эльфам как к чему-то невероятно чуждому. Маретари величественно кивнула Арианни, а потом стала внимательно рассматривать Ольфура. Потом успокоила несчастную мать пространными словами о том, что ей нечего опасаться, а сама дала знак Ольфуру следовать за ней. Карвер пошел было следом, но был решительно остановлен. Укромное место нашлось за каким-то фантастически вонючим и едва стоящим сараем, который в эльфинаже носил гордое наименование «дом». -Ты должен знать, - начала Маретари с какой-то, как показалось Ольфуру, ноткой неприязни. – Мальчик, если им завладеет демон – будет смертельно опасен для всех нас. А ты – по твоему следу рыщут демоны. Я бы отказала тебе, но никто более не вызвался помочь мальчику – так что знай, будет лучше, если он никогда не проснется. Ольфур кивнул. Фейнриэль оказался весьма болезненного вида юношей с нервными жестами и не самыми благовидными чертами лица. Более про него Ольфур ничего не успел выяснить, поскольку Маретари погрузила своего подопечного в сон, выставив перед этим суетящуюся Арианни на улицу. А потом занялась Ольфуром и Карвером. Ольфур не мог бы сказать точно, что с ним сделала эльфийская колдунья, но если она сказала правду, то вокруг была Тень. Выглядела она, однако, ровно как внутренний дворик Казематов. Карвер внимательно изучил все вокруг и подтвердил с видом знатока, что это в самом деле Тень, вызвав почти непреодолимое желание у Ольфура выдать замечание относительно опытности младшего Хоука в магических делах. Но Ольфур взял себя в руки, на всякий случай чуть обнажив клинок Лазурной ярости. Вначале лезвие было спокойно, но потом по нему проскочила голубая искра, вторая, третья… -По твоему следу рыщут демоны, - проговорил Ольфур. – Карвер, держись у меня за спиной. Карвер недовольно хмыкнул, но повиновался. Двор был пуст, и пара искателей приключений заглядывали в комнаты, открывали двери – чтобы снова и снова находить за ними пустоту. -Маретари сказала, что мы должны найти тут Фейриэля, но тут вообще никого нет, - Карвер устал и явно начинал скучать. -Будь на страже, - коротко оборвал его Ольфур, которого донимало ощущение опасности. Наконец за одной из дверей в самой дальней части дворика обнаружилось нечто, что могло сойти за искомое. Когда Карвер и Ольфур заглянули за чуть приотворенную дверь, то увидели, как в комнате сидит Фейнриэль и какой-то мужчина учит его писать. Но только стоило Ольфуру чуть приоткрыть дверь, как мужчина ойкнул и растворился в воздухе. Испуганный мальчик повернулся к озадаченному Ольфуру. -Ты! Кто ты? – вскрикнул полуэльф и тоже исчез. После некоторой тишины Карвер эмоционально выругался. А потом продолжил поиски с каким-то остервенением. Дворик от этого люднее не стал. Второй раз они наткнулись на очередную иллюзию во внутреннем дворике – там какой-то высокий эльф гордо называл Фейнриэля надеждой его народа, заставив Ольфура прошептать «гордыня». Однако и этого хватило, чтобы высокий эльф их услышал. -Тебя ищут, - зло выплюнул неизвестный – и тоже растворился в воздухе. В этот раз Фейнриэль никуда не стал убегать. -Кто вы, что вы тут делаете? – он сделал пару шагов назад, пытаясь найти путь к отступлению, если неизвестные ему окажутся врагами. -Я – Ольфур, а это Карвер, - начал Ольфур. – Нас послала Маретари и твоя мать, чтобы мы вытащили тебя из Тени. -Нет, - Фейнриэль запаниковал. – Я не хочу в мир, я не хочу снова кошмаров, я не выдержу. -Мы хотим помочь, - Карвер перехватил инициативу. – Ольфур знает, как избежать одержимости. И мы защитим тебя. -Почему, почему вы это делаете? – недоверчиво посмотрел на Карвера Фейнриэль, но услышанное явно вдохновило мага. -Такова наша вера, - Карвер сказал это с пафосом, но тут же стушевался. Фенриэль задумался. -Вы правда поможете мне? Карвер кивнул. Ольфур же снова чуть обнажил Лазурную ярость. -У меня плохое предчувствие. Вы двое – уходите, а я посмотрю, чтобы никто за вами не последовал, - лезвие Лазурной ярости полыхало, и Ольфур чувствовал, как звенит клинок. Фенриэль засуетился и потянул своих провожатых во двор, что-то по ходу объясняя про Тень и свои кошмары, Карвер его даже пытался слушать, а вот Ольфур все смотрел по сторонам, ожидая какой-то неприятности. Неприятность нашлась во дворике. Вначале, увидев неясный силуэт, все твое напряглись, но потом, когда силуэт проявился в невысокую рыжеволосую девушку, Карвер и Фейриэль немного расслабились. А вот Ольфур почувствовал, как коченеет. -Оба – прочь, - коротко дал он приказ. -Но это просто… - начал Карвер. -Прочь! – зло крикнул Ольфур. -Пусть останутся, - отозвалась девушка. – Им будет интересно. -Это иллюзия? Эти существа – эти демоны – они же могут видеть воспоминания? – Ольфур вспомнил, что Марианн рассказывала о Тени. -Да, - неуверенно отозвался Фейнриэль. – Но я не видел… -Это мои воспоминания, - Ольфур постарался преодолеть ощущение, что все происходящее – настоящее. -Это не воспоминания, - широко улыбнулась девушка какой-то злой улыбкой. – А ты – беспомощен в этом месте. Ты победил меня однажды, но не думай, что я не найду тебя. Особенно теперь, когда ты одинок. Или ты, нефалем, думал, что от меня так легко отделаться? Ты еще послужишь мне, как и все эти духи. Хочешь посмотреть на это, пока твой рассудок не покинул тебя? Дворик пошел трещинами, стены стали рассыпаться, пропуская свозь себя яркий слепящий свет, и вот – четыре фигурки на сияющей площадке, выточенный из цельного алмаза. А впереди – огромные врата и огромная же фигура с сияющим копьем. -Это просто иллюзия, - Ольфур повернулся к ошеломленным Карверу и Фенриэлю. – Это ненастоящее. -ТЫ ПРИВЕЛ ЕГО К НАМ! – яростно взревела огромная фигура. -У него нет лица! – Карвер аж побледнел. -У ангелов нет лиц, - процедил Ольфур. – Это Империй, воплощение Доблести. Помни, это иллюзия! Нами играют. -Откуда ты знаешь? – Фейнриэль спрятался за спиной Карвера. -Просто верь мне, - Ольфур вытащил Лазурную ярость. – Я знаю. По алмазному полу площадки прошла трещина, вторая. -Мы упадем! – взвизгнул Фейнриэль. -Мы никуда не упадем – мы в Тени, - упорно продолжал настаивать на своем Ольфур. Последние слова утонули в хрусте и неприятном ощущении свободного падения. Очнулись все уже в лачуге Арианни. -У меня живот крутит, - признался Карвер. Ольфур тяжело поднялся – его покачивало. -Спасибо вам! – налетевшая Арианни чуть не свалила Ольфура. -Пока не за что, - ответил за него Карвер. Пока Маретари осматривала Фейнриэля, Карвер решительно подошел к Ольфуру. -Скажи, там, где мы были – это же Золотой город? Ольфур мог поклясться, что никогда не видел Карвера настолько серьезным.