draw your swords

Юнги не спрашивает Тэхена, почему он пришел к нему в квартиру. Юнги ставит чайник, ищет одеяла, говорит — оставайся на сколько захочешь. Тэхен отвечает сразу же — я хочу навсегда. Юнги молчит о том, что в жизни так не бывает. Потому что Тэхен — совсем хрупкий на самом-то деле, отчаянный — пользуется его гелем для душа, готовит утром кофе настолько сладкий, что трещат зубы, улыбается постоянно и так отработано, что Юнги думает — этому человеку играть роли его любимого железного человека. А не на пианино. Отчаянный или отчаявшийся — Юнги путает слова. Но Тэхен вообще-то играет на пианино. Недавно музыкальную школу закончил, в училище теперь учится. А Юнги любит ходить на его концерты, любит слушать и слышать, что играет Тэхен быстро и рвано. Все время куда-то спешит, хотя уже им вдвоем давно некуда. Так ведь? Юнги знает Тэхена давно и лучше, чем самого себя. Он боится признаться себе, но вообще-то… Лето тлеет жарким июлем, совсем скоро осень, но внутри уже сейчас вой промокших под холодным дождем собак. Уже сейчас жесты, улыбки Тэхена — это гвоздями по коже вспарывать трупы. Это совсем не так, как хочет Юнги. Потому что Юнги тоже хочет «навсегда. Вместе принимать душ, вместе давиться фастфудом, вместе ходить в магазин, вместе не делать абсолютно ничего — рассматривать небо и читать по облакам сказки. Тэхен однажды говорит, что знает их будущее. И улыбается. А у Юнги ком в горле. Потому что грудь давят последствия собственных решений, потому что каждый день с Тэхеном — это на самом деле горько. Юнги не спрашивает Тэхена, почему он пришел к нему в квартиру. Ночью, посадил Юнги за стол в его же кухне, достал бутылку дешевой водки. И это было не в стиле Тэхена настолько, что Юнги рвется ветром на части, но получилось у него только произнести сухое: понятно. Тэхен однажды сжег сковородку. Однажды не объявлялся несколько суток. Однажды притащил домой какую-то девушку, целовался с ней, а потом с треском выставил из квартиры, ведь ему страшно. Тэхен потом долго жмется у него под боком, пока они смотрят какой-то фильм, шепчет: — Знаешь, а я очень сильно хочу так же — наделать ошибок, которые я не смогу исправить, — как в фильме. Тэхен не против совершать ошибки. Потому что Тэхен — свобода. Потому что Тэхен делает то, что вздумается, а не думает он никогда. Потому что Тэхен всегда возвращается к Юнги. Когда он впервые целует, Юнги чистит зубы. И поэтому они оба давятся мятной пастой. Юнги спрашивает у него, почему Тэхен решил сделать это именно сейчас (только сейчас). Тэхен отвечает: потому что боялся опоздать. Тэхен — это смесь страхов, животных и человеческих — и поэтому он все время сбегает, все время сбегает и возвращается, мечется от одного к другому, не понимает, чего хочет сам. И Юнги от этой неопределенности внутри собачий холод. Он тоже боится, безумно, лихорадочно — что однажды не придет, найдет другого или другую, и у них больше не будет так тепло, нежно, глупо и с запахом дома. Юнги боится их будущего. Однажды он говорит то, чего не стоило. В глазах Тэхена блекнет былое счастье. Рассыпаются бумажные города. Он моргает, и вот Юнги больше не видит в нем сказок из облаков. Кажется, этого никогда не было. Тэхена нет час, два, день. Юнги гниет на холодном полу, никак не может забыть резкое, оглушительное — которое однажды казалось ему таким незначительным. Тэхен не против совершать ошибки. Он, оказывается, если живет, то до конца. Если голоден, если в тоске и боли. Если решает что-то сделать, то его не остановить. И Юнги подрывается из квартиры. Жаркий закат облизывает лицо последними днями августа. Юнги бежит вниз по улице, обещает себе, что вернет Тэхена, этого идиота, остановит его и не позволит сделать то, чего он потом не сможет исправить. Потому что бутылка дешевой водки — это не в стиле Тэхена. Потому что незнакомая девушка в их квартире — это не для него. Потому что Юнги вполне способен защитить его от причины, по которой Тэхен однажды пришел к нему в квартиру. Старый дом на отшибе города в нескольких остановках. Покрытый плесенью и совершенно гнилой. Юнги раньше думал — как такой солнечный мальчик выжил в такой семье. Но теперь он понимает. Не выжил. Потому что совершает ошибки. Беспощадные, жестокие — Юнги жмет на звонок третий, десятый, открывают ему на тринадцатый разлагающий раз. Юнги сносит опухшую женщину с дороги, через лабиринт коридоров — его обдувает душный алкогольный ветер. Юнги не спрашивает Тэхена, почему он пришел к нему в квартиру. Юнги ставит чайник, ищет одеяла, говорит — оставайся на сколько захочешь. Тэхен отвечает сразу же — я хочу навсегда. Юнги молчит о том, что в конце лета уезжает из их города. Тэхена в его родном доме он не находит. Находит отца, курящего в спальне и сошедшего с ума еще несколько лет назад, кажется. Юнги режет коротко: Он был здесь? Да. Юнги бьет навылет, захлебывается в собственной крови. Женщина рядом кричит, чтобы они перестали, одумались, но все, о чем думает Юнги, это о человеке перед собой, о его смерти, долгой, жестокой — он промахивается и мужчина бьет в ответ, хрустит челюсть. А Тэхен, который на самом деле ужасно сильно боялся, но все равно целовал Юнги — перед глазами, счастливый. И в безопасности — больше не страшны ему его былые кошмары. Отец Тэхена берет в руку отвертку. Она острая, а Юнги видит, как — между глазами во лбу у мужчины переливается на фоне заката ручка. Вокруг столько крови. И действительно. Становится оглушительно тихо. Кажется, этого никогда не было — Юнги не разбирает дороги. Кажется, этого никогда не было — Юнги сплевывает кровь, шипит от боли в ребрах. Кажется, этого никогда не было — у Юнги трясутся руки, он плачет, не переставая. Не может понять, где находится. Понять, зачем он сам еще жив. И вот он жмется в чью-то толстовку. Чувствует, как его обнимают родные руки. Тэхен не ушел от своего дома далеко. И вот они — ночью, посреди пустой улицы. Снова встретились. Потому что оба на самом деле хотели так — навсегда. Кажется, кажется я — хочет сказать Юнги, но это не правда, ему показалось. Он испугался. А Тэхен вообще-то никогда не любил своего отца. Теперь ему больше не от кого прятаться. Тэхен внезапно улыбается, прекрасно зная о будущем. Юнги слышит, как на соседней улице лает собака.