Поздний ужин

      Пара поворотов ключа и входная дверь тихо открылась, впуская в квартиру уставшего ежа.       — Я дома! — негромко оповестил он, снимая кроссовки и ступая по мягкому ковру, который покрывал пол гостиной. Игривый свет догорающих свечей, стоящих посередине продолговатого столика, приветливо освещал гладкие грани бокалов, расположенных рядом с аккуратно расставленными тарелками. Бутылка любимого сливового вина осталась нетронутой, несмотря на то, что на часах уже давно было за полночь.        Изумрудные глаза пробежались по раскиданным вокруг лепесткам роз, призывно уводящих в комнату, но цепкий взгляд ухватил в темноте почти незаметные алые полосы, украшающие расслабленно лежащие черные иглы.        Темная голова лежала на сложенных на столе руках, в то время, как сам ежик сидел на стуле. Он так и заснул, не дождавшись того, с кем хотел разделить романтический вечер.       Светлые губы растянулись в благодарной улыбке, когда их владелец медленно прошел к спящему, рассматривая как красиво украшен стол. Впрочем, неудивительно. У Шэдоу всегда был отменный вкус.       Восхищенный взгляд задержался на подергивающихся во сне пушистых ушках, заставляя приятное тепло распространяться по всему телу. Это было так мило. Умиротворенное выражение, так редко заметное на бежевой мордочке, приводило смотрящего в восторг. Когда последний раз он видел его?        Персиковые пальцы нежно коснулись густого меха, трепетно поглаживая, чтобы не потревожить чуткий сон. Шелковистая шерстка, ненавязчиво перебираемая сильными пальцами поблескивала в неярком желтоватом свете, отчего казалась еще красивее.        Соник наклонился, оставляя заботливый поцелуй между черными ушами, но не успел он снова вернуться в вертикальное положение, как сонный бархатный голос нарушил мирную тишину.       — Ты долго сегодня…       Томный взгляд наполовину приоткрытых рубиновых глаз встретился с виноватым выражением лаймовых.       — Напарник сегодня не вышел. Пришлось поработать за двоих. — извиняясь, пробормотал он, касаясь губами палевой щеки. Ежик понимающе ухмыльнулся, вставая.       Персиковые руки пробрались под свободно висящую клетчатую рубашку, кончиками пальцев настойчиво, но ласково впиваясь в густой мех. Протяжный удовлетворенный выдох пощекотал синюю шею, заставляя приятную волнительную дрожь пробежаться по позвоночнику, вызывая довольную улыбку на бежевой мордочке.       — Ты голоден? — прошептал манящий голос в кобальтовое ушко, отчего на светлых щеках вспыхнул мимолетный румянец.       — Смотря что ты имеешь в виду… — хитро ответил герой, плавными движениями опуская руки чуть ниже, чувствуя, как угольный мех на пушистом хвосте мгновенно встал дыбом.       Руки с золотыми ингибиторами на запястьях неторопливо расстегивали пуговицы темно-синей форменной рубашки, в то время, как сияющие любопытством алые глаза внимательно всматривались в изумрудные, пытаясь разгадать скрытый подтекст, который любимый прячет в глубине своих мыслей.        Когда приходишь домой глубокой ночью обычно все, о чем ты мечтаешь, это быстрый перекус и долгожданный сон, но, очевидно, сегодня был необычный день, судя по тому, как зеленые глаза с наслаждением улавливали каждый блаженный вздох, исходящий от Шэдоу когда он очерчивал грациозные изгибы черного тела своими умелыми руками.        Теплые губы осыпали пылкими поцелуями темное плечо, плавно переходя на шею, заставляя Совершенную Форму Жизни таять в этих искусных руках.       — Ммммммх, Соник… — соблазнительный взгляд рубиновых глаз заставил его сердце забиться быстрее, когда он ощутил, как черно-красные пальцы нетерпеливо закопались в кобальтовые иглы на затылке.       — Да? — как будто не понимая, тихо спросил ежик, нежно лизнув пушистое ушко. Крупная дрожь, осязаемая кожей сказала ему все, что он хотел знать.        Черный ежик удивленно распахнул глаза, когда любимый резко поймал бежевые губы своими собственными, втягивая в неожиданный пламенный поцелуй, но тут же закрыл их, чтобы лучше прочувствовать эти сладкие губы, вкус которых сводил с ума каждый раз, как будто он никогда не повторялся.       Восхитительный дымный аромат, всегда сопровождающий Шэдоу топил Соника в опасном манящем омуте, из которого он не мог выбраться, даже, если хотел бы. Он был слишком притягателен…       Так же, как эти изумительно выразительные глаза, пронизанные прожилками цвета вишни, горящие необузданным огнем. Он не мог сопротивляться им.       Изящные пальцы блуждали по меху на его груди, перебираясь на плечи, после чего настойчиво обхватили шею, немного царапая аккуратными коготками. Сложно было контролировать себя, когда твое сознание затерялось в плотном тумане эйфории, но Соник был не против. Это лишь подтверждало, что он все делает правильно.       Ему почти не нужно было настаивать, чтобы заставить Шэдоу покорно следовать его прихотям, поэтому когда он сделал маленький шажок вперед, легонько толкая Совершенную Форму Жизни назад, она неосознанно подчинилась. Еще несколько таких движений и черно-алый ежик уперся в стену, в то время, как персиковые губы лишь изогнулись в хитрой ухмылке, отпуская бежевые.        Тяжелое дыхание вкупе с решительным взглядом намекнули ему, что теперь, как бы сильно он не устал, есть кое-кто, кто не даст ему спокойно заснуть. По крайней мере не сразу.       Светлая мордочка уткнулась в темную шею, медленно потирая носом чувствительную кожу, двигаясь вверх, и черные веки снова не в состоянии были держаться открытыми, особенно, когда игривые пальцы переместились ниже, поглаживая внешнюю сторону бедра, а затем плавно приподнимая ногу в красную полоску на уровень талии, одновременно прижимая Шэдоу к стене. Томный выдох вырвался из белой груди, в то время, как ее владелец безвольно наклонил голову вбок, чтобы дать возлюбленному больше места. Теплый язык нежно коснулся короткой шерстки, после того, как нежные губы покрыли ее пылкими поцелуями, отчего ноги Шэдоу стали слишком слабыми, чтобы удерживать собственный вес.       — Соник… Остановись… — обольстительный мелодичный голос звучал утомленно, но это лишь позабавило героя.       — Ну уж нет… Я соскучился… И я хочу немного больше… — сказал он, подхватывая прекрасное создание, которое он безумно любил, на руки, чтобы отнести в соседнюю комнату.