Я тебя перевоспитаю.

Чимин сидит в гримёрке Юнги и во что-то играет, показывая лицом весь спектр его эмоций. Во рту он держит чупа-чупс со вкусом апельсина, а за дверью звучат разные голоса. Мин открывает аккуратно дверь одной рукой, держа другой два стакана с кофе из Старбакса в картонной подставке. – Надеюсь, ты будешь кофе? – спрашивает Юнги, выставляя стаканы на стол. Он поворачивается к Чимину, разлегшемуся на диване, который сейчас аккуратно откладывает телефон и принимает сидячее положение. – Чуть позже. – он берет в руки палочку от конфеты и аккуратно вытягивает, сжимая вокруг сладости губы, в конце громко причмокивая. – Ты выглядишь, как элитная проститутка. – Юнги закатил глаза и отвернулся к зеркалу. – Главное, что элитная, а не подзаборная шлюха. – он продолжает облизывать чупа-чупс и замечает, что Мин наблюдает за ним через зеркало. – но ведь тебе же нравится. – Эй, у меня ты никогда не будешь выглядеть, как подзаборная шлюха. – возмутился старший, после чего добавил: – и с чего ты взял, что мне нравится, когда ты ведешь себя так? – У тебя стояк. – Чимин лукаво посмеивается, а Юнги резко посмотрел на свою ширинку через отражение в зеркале, а после поднял глаза на свое лицо. Он тихо выдохнул, постукивая пальцами по столику и отпил немного горячего латте из кружки. Чимин медленно встал с дивана и подошёл к спине мужчины, обнял в районе талии и положил голову на плечо, рассматривая обоих в зеркале. – просто хватит отрицать, что тебе нравится. – рука мальчишки ловко скользнула вниз, к ширинке джинс, а Юнги снова тяжело выдохнул и прикрыв глаза, опустил голову. – Чимин. – начинает старший, упираясь руками на стол. – не делай этого. А Чимин цокает языком, закатывая глаза и выглядит это так, как будто он сейчас скажет: «как же ты меня уже заебал», но вместо этого он разворачивает Юнги к себе и, взявшись за чужие бедра, ловко поднимает мужчину и усаживает на тот самый столик, немного цепляя рукой один стакан с кофе. – Ведёшь себя, как девственница на первом свидании. – Чимин раскусывает чупа-чупс, отчего по помещению раздается громкий хруст и Юнги кривит лицо, потому что звучит это так будет парень сломал себе все зубы. – Потому что я не хочу, чтобы меня посадили за педофилию. – он сводит брови к переносице и складывает руки на груди. – К тому же, ты мой приемный сын. Это неправильно. – Да, но было бы ещё неправильнее, если я этого не хотел. – Чимин закатывает глаза и упирается ладонями в бедра, заставляя Юнги дышать чуть тяжелее. – Что... Ты сейчас сказал? – Мин немного в шоке, его все ещё удивляет тот факт, что мальчишка хочет его, хотя не раз намекал на это и говорил буквально прямым текстом. – Да, чёрт возьми, я хочу... – он слегка запунлся о собственные слова, но все же продолжил – чтобы ты вставил мне. Юнги смотрит на парня огромными от удивления глазами. Он и подумать не мог, что Чимин однажды скажет такое. Мин не может отказать, когда и сам этого хочет, но сразу соглашаться тоже будет бредом. У него все ещё внутриличностный конфликт между "отцом" и просто мужчиной, которому до потери пульса нравится семнадцатилетний мальчишка. – Не всё сразу, мальчик мой. – отвечает Мин, спрыгивая со стола так, что его возбуждение случайно прошлось по чужому, а лица оказались слишком близко друг к другу, но Юнги просто протиснулся в сторону, взял свой стакан с кофе и присел на диван, закидывая ногу на ногу. Чимин стоит, молча пялясь на себя в отражении и понимает, что за всю его жизнь Юнги – первый, кто ему так сильно нравится. Первый, кого он так сильно хочет. Первый, кто ломается так долго и упорно держится. Первый, кого он не может заполучить так долго. Они снова сидят в том самом парке с мороженым в руках, а мимо проходят люди, которые куда-то спешат в этот суетливый вечер четверга. Забавно наблюдать за ними, ведь у них есть свои дела, а у Чимина и Юнги отдых. Прошел месяц с того разговора в гримёрке, остаётся несколько дней до новой школы, а за все это время Юнги ни разу не сдался под напором сильных рук. – Я думаю о новой школе. – внезапно говорит Чимин, кладя деревянной палочкой кусочек мороженого себе в рот. – это ведь старшая школа, думаю, я так быстро не приживусь там. Юнги немного посмеялся, показывая ряд ровных белых зубов и тут же с насмешкой спросил: – Ты? Мне кажется там все ученики будут вертеться вокруг тебя. – он снова посмеялся и продолжил: – не переживай, ты слишком красивый, чтобы не прижиться там. – Наверное. – Чимин грустно пожал плечами и снова съел кусочек десерта. И парни снова сидели так до самого вечера, до заката, и после него. И Юнги вспомнил, что у него есть кое-что интересное, что он хочет сейчас сделать. – Эй, хочешь немного экстрима? – спросил Мин, повернувшись с мальчишке. – О боже, конечно, я уже соскучился по нему! –ответмт с усмешкой Чимин в предвкушении. – Мне не важно, что это, я готов на всё. – Тогда пошли. Юнги встаёт и берет за руку парня. Он ведёт его до самой машины, а от и не отстаёт, идёт за старшим быстрым шагом, и ныряет в машину. На часах около полуночи, они мчатся по полупустым дорогам, а когда подъезжают к дому – Мин резко тормозит. Чимин в предвкушении и в непонимании, что они вообще делают у себя дома. А Юнги только подгоняет его, ведя за руку за собой прямиком к гаражу. Они стремительно заходят в помещение, где мужчина включает свет и подбегает к углу, где что-то большое накрытое белой тканью. Он срывает ее и Чимин видит красивый чёрный мотоцикл и одними губами произнося «вау». – Он тут уже долго стоит. – говорит Юнги, выкатывая транспорт к машине. – мне захотелось прокатиться. Ты ездил когда-нибудь на мотоцикле? – Нет. Но давно хотел. Я же из детдома, у нас такого нет. – Чимин слегка посмеивается и понимает, что ему сейчас будет страшно, но безумно свободно. Юнги надевает шлем и отдает второй мальчишке, а сам садится, крепко держась за руль. Чимин поправляет розовые пряди, надевает шлем и садится сзади. Ему и говорить не надо о том, чтобы тот прижался сильнее и крепче держался за тело старшего. Он снова кладет свою голову на плечо Мина, словно это уже заученное движение или жест о доверии. – Готов? – спрашивает Юнги, поворачивая голову в парню. – Да. – отвечает тот и Мин тут же срывается с места. Он чувствует, как руки мальчишки от резкого движения ещё крепче сжались, видимо, от неожиданности, но ему от этого так приятно, что хочется плакать. Он безумно счастлив, что этот несносный мальчишка тогда в детском доме смотрел на него с вызовом и привлекал внимание. Они выезжают на пустую трассу, чтобы разогнаться и почувствовать на себе быстрый летний ветер, который обдувает со всех сторон. Юнги кажется, что он слышит смех Чимина и он понимает, что в эти минуты минуты он счастлив, как никто другой. Экстрим, рядом любимый человек. И не важно, как именно он любим, главное, что он рядом. Мотоцикл с громким рёвом мчится по пустой трассе, поднимая за собой пыль. Чимин понятия не имеет, куда они едут, его больше волнует сам процесс. Огни ночного города становятся всё дальше, они отображаются на шлемах парней и ярко сверкают позади. Оба сейчас дышат полной грудью, даже не думая прекращать движение. На небе луна и звёзды, которые мелькают то тут, то там, составляя из себя красивые созвездия. Примерно минут через двадцать пути мотоцикл глохнет и Юнги жмёт на тормоз, чтобы узнать в чем проблема. Они съезжают на обочину, стоя под одиноким фонарём и как только слезли – сняли шлемы. – Что случилось? – с неким разочарованием спросил Чимин, и громко вздохнул. – Закончился бензин. – ответил мужчина, поставив руки по бокам, думая, что делать дальше. Города уже не видно, а сколько до ближайшей заправки – неизвестно. – И что нам теперь делать? – спросил парень, доставая из кармана чупа-чупс. А Юнги достал сигарету и подкурил. – Эй, а мне? – У тебя есть игрушка по-лучше. – с усмешкой сказал Мин и облокотился на мотоцикл. Чимин сделал то же самое, но с другой стороны для поддержания баланса. – Ты противный. – сказал мальчишка и резко встал с сидения, из-за чего транспорт начал падать вместе со старшим. – Ты ужасен. – ответил ему Юнги с земли и сделал затяжку. – мне больно вообще-то. – Хочешь, чтобы я извинялся? – Чимин ярко улыбается и смотрит на мужчину сверху вниз. – Нет. – сглатывая, отвечает Мин, уже понимает, что тот имеет в виду. – Не правда. – говорит парень и плавно опускается на бёдра мужчины, хватаясь за ворот футболки и наклоняет лицо, ближе к лицу Юнги. Он опять, словно элитная проститутка, с причмокиванием достает изо рта леденец. – Да выкинь ты его нахер. – раздражённо говорит мужчина, выхватывая из рук конфету и кидая её куда-то в траву. – Хочешь, чтобы у меня во рту было кое-что другое? – Чимин снова улыбается, а его губы совсем рядом возле губ Юнги. – Нет. – тихо отвечает он, чувствуя, что под напором этого властного голоса, сопротивление бесполезно. Сигарета медленно тлеет между пальцев, а глаза не могут оторваться от губ напротив. – Поцелуй. – говорит Чимин, слегка двигаясь бёдрами, буквально заставляя Юнги слететь с катушек. – Нет. – ещё тише говорит он и неосознанно кладет руки на бёдра, которые он так давно хотел сжать. – Да. – которотко отвечает мальчишка и сам прижимается своими губами к губам напротив, сразу пуская в ход язык. Он немного отстранился от мужчины, чтобы сказать: – просто сделай это сейчас. Об этом все равно никто не узнает. Ты же хочешь этого. – и снова мокро целует. И Юнги все же слетает с катушек. Он так долго этого ждал, что сейчас уже просто не может сдерживаться под напором сильных рук и мягких губ. Руки буквально плавают под чужой футболкой по рельефному телу, ощущая то тепло, которое он так давно хотел почувствовать. Розовые волосы спадают на глаза, дыхание учащается. Чимин снова водит бедрами, требуя, чтобы Юнги хоть что-то уже сделал. – Не снимай. – говорит Мин, когда мальчишка хочет снять его футболку. – я же на земле лежу. И Чимин повинуется, но только снимает свою. Юнги нервно сглатывает, наблюдая за чужими действиями и ловко расстёгивает ремень парня, а после и свой. Чимин встаёт, чтобы снять штаны полностью, прыгает на одной ноге и чуть не падает, а мужчина только смеётся говорит о том, какой тот неуклюжий. Мальчишка закатывает глаза и уже совершенно голый садится на мужчину. У обоих по всему телу не переставая бегают мурашки, заставляя волосы подниматься. – Не такой уж и неуклюжий. – отвечает тот и приспускает слегка джинсы Юнги, отчего тот перестает смеяться и продолжает смотреть. – Тебе будет больно. – говорит Мин, а сам продолжает смотреть на чужое тело. – Я растягивал себя. – серьёзно отвечает Чимин и плюет на свою ладошку, а после проводит этой рукой по члену старшего. Мин смотрит на него огромными от удивления глазами, но как только Чимин начинает слегка насаживаться, он закрывает глаза и сжимает крепче руки. – но мои игрушки меньше твоего. Юнги сносит крышу, боже, этот мальчишка полон сюрпризов. Он опускается всё больше, заставляя мужчину буквально мычать от удовольствия. Он так давно этого хотел. Как и Чимин. – Ты меня удивляешь – шёпотом на выходе отвечает старший и слышит стон, когда весь член уже вошёл. – Боже, малыш. – Ты оскверняешь бога? – хихикает Чимин и распахивает глаза, когда Юнги резко толкнулся в него. – Нет, даже и не думал об этом. – говорит Мин, и тает от вида мальчишки, который всем телом показывает, что хочет большего. – Так приятно. – Чимин закинул голову назад, теперь уже опираясь руками о бёдра мужчины и слегка начинает двигаться. – невыносимо. Юнги двигается ещё быстрее, входит глубже, чтобы стоны звучали громче, а глаза закатывались сильнее. Он приподнимается, чтобы взявшись за шею мальчишки, притянуть его к себе и снова поцеловать. Страстно, мокро, с диким желанием. Чимин крепко обнимает и двигается словно самая лучшая элитная шлюха, и красивый сейчас до невозможности, щеки красные из-за смущения и повышенной температуры тела. Мин просто не может не любоваться, он хотел увидеть его таким. Беспомощным, податливым, своим. И не важно сейчас, как они будут добираться обратно в город. Сейчас важно только то, что они рядом как никогда.