Я знаю, кто ты

Я снова оказался в «Совёнке». Кто я такой? Это не важно. Это не имеет значения ровно настолько, насколько мне не важно, кто ты такой. Кажется, я провёл в этом проклятущем лагере уже целые столетия. Может быть, что общая продолжительность всех пережитых мною смен будет составлять не одну человеческую жизнь. Я потерял счёт времени, когда понял, что в этом больше нет необходимости. Локальное время у меня уже выверено по секундам, я могу предугадать события смены ещё до их начала. Но сколько прошло смен? Я не знаю. Вот опять я стою перед теми же самыми воротами, вот опять ко мне подходит Славя со своим надоедливым «Привет. Ты, наверное, новенький.». Как же достало. Однажды я вспылил и ударил её. Не то чтобы я гордился этим поступком, но меня тоже можно понять. Сейчас я хочу только одного — встретить Алису. Хочу снова её обнять, посмотреть в её глубокие янтарные глаза, прильнуть к её мягким бархатным губам… Сейчас она — единственное, что сохраняет мой рассудок. В таком месте, как «Совёнок», крыша начинает ехать быстро. Когда ты постоянно встречаешь своего таинственного двойника, который ещё и мистики наводит, тяжело постоянно держаться и здраво рассуждать. Кто бы мог подумать, что именно в таких условиях я совершу убийство. Да, я убивал. Я обрывал чужие жизни, и среди жертв были не только мои двойники. Хотелось бы верить, что это всё из-за этого места, но мне всё равно от этого не по себе. Когда я жил своей обычной жизнью, я и не думал о таком варварстве, как убийство, но в жизни ничего нельзя знать наперёд, если ты, конечно, не спрыгнул с десятикилометровой высоты без парашюта, тогда твоё будущее строго предопределено. Идя по дороге к площади, я не обращал внимания на беснующуюся Ульяну, и напуганную до потери сознания Лену. Моя цель ясна, как день, и будет таковой всегда. Весь нынешний процесс так много раз повторялся, что мне даже не требуется хоть о чём-то думать, всё идёт само собой. Вот, например, я поворачиваю направо от Генды, и через пару минут я увижу Её. *Тук* Легка на помине. Время от времени я сам оглядываюсь, ещё до того, когда она «поприветствует» меня, но этот случай не из тех. — Ты, я смотрю, новенький. — Сказала она. Сейчас чёлка Алисы закрывала её левый глаз, а лицо было слегка красноватым. В каком-то смысле это выглядело весьма мило. Сейчас она выглядела, как типичная цундэрэ в аниме, только без гиперболизированной язвительности. — Привет, Алиса. Рад тебя видеть. — Я попытался улыбнуться как можно теплее. Даже вид этой рыжей красавицы поднимал мне настроение. — Ты… Откуда… — Девушка растерялась, услышав, как незнакомец обращается к ней по имени. — Откуда я знаю твоё имя? — Этот вопрос она задаёт постоянно. — Я многое о тебе знаю. Тебя зовут Двачевская Алиса, есть прозвище, образованное из фамилии. Ты живёшь в домике номер двадцать три вместе с Ульяной. Ты обожаешь рок, и сама играешь на гитаре. Ненавидишь танцы и весёлые конкурсы. Знаю, что ты знакома с Леной с детства. Знаю, что вы были подругами, хотя между вами было много ссор. В последствии вы перестали дружить, а Лена начала всячески портить тебе жизнь. Хотя ты ценишь то время, когда вы дружили, и даже сейчас, зная, что она готова тебе сделать, ты всё ещё будешь готова ей помочь. Сейчас Алису сковало недоумение. Ладно ещё первая часть, это не труднодоступная информация, но вторая… — Кто тебе это рассказал? — Спросила рыжая. — Также я знаю, что ты местная хулиганка и гроза лагеря. — Я проигнорировал её вопрос. — Знаю, как к тебе относятся окружающие, в том числе и вожатая, и знаю том, как тебе постоянно неймётся позадирать кого-нибудь. — В этот момент Алиса налилась краской, и была готова сломать мне нос. — Гррр. — Она начала издавать злобны звуки, схожие с рычанием, пытаясь показать мне, что я слишком разговорился. — А ещё я знаю, что это неправда. — Взгляд девушки переменился. Сейчас в нём было немного удивления. — Легко формировать суждения о человеке, глядя лишь на фасад, тяжелее же глядеть в его суть. Ты кажешься людям хулиганкой и грубиянкой, но меня тебе не обмануть, ведь я знаю, кто ты. Ты невероятно красивая, милая и весёлая девушка. Ты человек, стерпевший потерю единственного друга и всеобщую антипатию, хоть тебе и пришлось притворяться другим человеком. — Алиса всё больше поражалась, почему какой-то парень начинает говорить ей, что знает, какой она человек. На глазах её начинали блестеть слёзы. — Ты замечательная, Алиса. Ты просто не понимаешь, насколько. — Я подошёл к ней и обнял. Алиса не сопротивлялась. — Я люблю тебя, Алиса. Ты думаешь, что другие девушки могут быть лучше тебя. Боишься, что даже если ты кому-то понравишься, он всё равно выберет другую. Но я не выберу. Я знаю всё о них, и из всех остальных девушек этого лагеря, ты единственная заставила меня сказать, что я люблю тебя. Ты боишься, что тебя предадут, ведь предавали дальше, но ты сама не замечаешь, как делаешь абсолютно всё для этого. Но я не поддамся, ведь всё, что мне надо — это добиться твоего доверия. — В ответ доносились лишь тихие Алисины всхлипы. — Да кто ты, чёрт подери, такой? — А разве это важно?..