Коварный план по соединению влюблённых сердец

— Вообще-то, я против. И того, чтобы участвовать в этом плане и против плана вообще, — недовольно скрестил руки на груди Цзян Чэн. Не Хуайсан прикрыл лицо веером: — Цзян-сюн, неужели ты не хочешь, чтобы Вэй-сюн был счастлив? — Да как он может быть счастлив с Лань Ванцзи? Они совершенно разные, Вэй Ин просто хочет вывести его на эмоции, а Лань Ванцзи и вовсе его едва переносит! — А-Чэн, ты ведь и сам заметил, как А-Сянь старается привлечь внимание Лань Ванцзи и как восхищённо и радостно всегда говорит о нём. — А я гарантирую вам, Цзян Ваньинь, что брат вовсе не едва переносит Вэй Усяня. Скорее даже совсем наоборот. Цзян Чэн тяжело вздохнул под шестью взглядами разного уровня мольбы и напряжённости: — Ладно, я согласен. Не Хуайсан так пакостно ухмыльнулся, что это было заметно даже за веером. Операция была названа "ВанСянь" и Яньли с Хуайсаном очень уж гордо улыбались друг другу, пока Лань Сичэнь одобрял этот вариант. Цзян Чэн, Вэнь Цин и непонятно как вообще втянутый в это Цзинь Цзысюань пытались не закатывать глаза. Вэнь Нин сохранял молчаливый нейтралитет. — Они с Лань Ванцзи сейчас проводят много времени вместе, пока А-Сянь переписывает правила, — светилась воодушевлением Яньли. — Только толку от этого нет, если Вэй Усянь и лезет с попыткой поговорить, то Лань Ванцзи его быстро затыкает и велит не отвлекаться, — фыркнула Вэнь Цин. Создавалось впечатление, что она во всё это влезла просто чтобы хоть как-то развлечься в Облачных глубинах. — Я мог бы поговорить с братом, чтобы он дружелюбнее относился к Вэй Усяню, если вы, дева Цзян, поговорите со своим братом, чтобы он не задирал Ванцзи. — Конечно, господин Лань. — Вы что, думаете, что этих слепых упёртых баранов можно вот так просто вызвать на душещипательные разговоры, оставить в библиотеке и надеяться, что это поможет? — не выдержал Цзян Чэн. — Их там надо как минимум запереть на ночь, чтобы из этой затеи хоть что-то вышло. Заговорщики переглянулись. — В библиотеке есть окна. Большие. — Не в запретной секции. — В запретную секцию запрещено заходить ученикам. Как мы заставим появиться там Лань Ванцзи и Вэй Усяня? — Либо, стоит что-то сделать с окнами — Сломать? — Давайте не будем ничего ломать. — Ванцзи можно оставить в библиотеке на ночь, если дать ему задание переписать что-нибудь. — Но тогда он опять будет занят и ему совсем не нужен говорящий под руку Вэй Усянь. — А если просто запереть окно? — Оно запирается изнутри. — А если талисманом? — Совсем не подозрительно, ага. — Давайте, — хлопнул веером по руке прежде молчащий Хуайсан, заставив затихнуть все разговоры, — оставим их на ночь в запретной секции. — Но как именно мы их туда заманим? — всплеснула руками Яньли. — Нам придётся нарушить правила, — озвучил и так уже очевидное Не Хуайсан. Лань Сичэнь, к которому обратились все взгляды, вздохнул: — Я всем нам назначу наказание лично, но ради счастья брата я готов. — Тогда поступим так, — сверкнул азартом в глазах Хуайсан. — Господин Вэй, Ванцзи, — поприветствовал будущих жертв их групповой изобретательности Лань Сичэнь. — Брат, — кивнул в ответ Лань Ванцзи. — О. Лань Сичэнь, рад вас видеть! — едва не подпрыгнул за столом Вэй Усянь, за что получил от Ванцзи осуждающий взгляд. — Взаимно, господин Вэй, но, к сожалению, я по делу. Ванцзи, ты сейчас занят? — брат качнул головой. Настало время действовать. — Мне весьма неловко тебя просить, но мне нужны копии свитков о музыке для сяо из запретной секции. Не мог бы ты сделать их для меня, если тебе не сложно? Ванцзи кивнул, явно просчитывая, сколько времени у него займёт это поручение. Обманывать его казалось самым страшным грехом, но Сичэнь убеждал себя, что это всё ради счастья Ванцзи. — К сожалению, мне пора бежать, спасибо тебе, Ванцзи! Удачи с правилами, господин Вэй. Но Вэй Усянь ожидаемо уже не слушал. — Запретная секция, да? А тебе разрешён туда доступ? Ну Лань Чжань, не уходи, ответь мне. — Мгм, — согласился Лань Чжань. — А можно мне с тобой? Я ничего не буду трогать, обещаю, мне просто взглянуть бы хоть одним глазком. — Нет, — без единого сомнения ответил Ванцзи, поднимаясь с места и направляясь к запретной секции. Вэй Усянь, конечно же, подскочил и увязался за ним. Лань Сичэнь скользнул обратно в библиотеку, прячась за стеллажами и приближаясь к запретной секции. Ванцзи методично снимал печати, пока Вэй Усянь ныл ему на ухо. Наконец, проход открылся. — Стой здесь, — бросил Ванцзи Вэй Усяню, проходя внутрь. Тот, раздираемый любопытством, но пытающийся не идти наперекор, любопытно заглянул в запретную секцию, держась за дверь. С разных концов библиотеки за ближайшие стеллажи бесшумно скользнули все члены их команды. За спиной Сичэня оказался Цзян Чэн, напротив устроились брат и сестра Вэнь. Цзян Яньли, Цзинь Цзысюань и Не Хуайсан, не участвующие в дальнейшем плане, наблюдали из-за стеллажей по бокам. — Я думал, у вас тут аккуратнее, а тут свитки рассыпаны. Тебе помочь собрать? Ну ладно, как хочешь, хотя я бы… — Вэй Ин наклонился ещё немного вперёд, и Вэнь Нин, чуть прищурившись, метко бросил ему в спину талисман. Тот мгновенно сгорел, не оставив и следа, который позволил бы понять, что произошло, но Вэй Ин, подтолкнутый им, полетел вперёд, завалившись внутрь запретной секции. Цзян Чэн выскочил в проход, ударив сильным, но точечным зарядом духовной энергии в створки. Вход в запретную секцию захлопнулся, активировав все охранные печати. Лань Сичэнь дёрнул Цзян Чэна за руку на себя, ставя щит, чтобы погасить ответный удар охранной системы в сторону напавшего. Вэнь Цин нахмурилась: — Не пострадали? Цзян Чэн качнул головой, отходя от него. Лань Сичэнь чувствовал, как горят уши, но нарисовал на входе пару символов. — ... ну правда, Лань Чжань, я не специально, меня словно что-то толкнуло! Не хмурься так! — донеслось изнутри. — Пока что они что-то не сильно настроены говорить, — фыркнул Цзинь Цзысюань. — Им просто нужно время, думаю, Лань Ванцзи сейчас не очень доволен ситуацией, — ответила Яньли. Спорить Цзысюань почему-то не стал, хотя убежденным не выглядел. — Значит нам ждать пока нас не освободят? — снова раздался голос Вэй Ина. — А когда это будет? Ну Лань Чжань, мне скучно, если не хочешь, чтобы я прочитал вон тот симпатичный свиток с запретной техникой чего-то там, то поговори со мной. — Я настолько сочувствую Лань Ванцзи, что готов прервать наш план прямо сейчас, — поморщился Цзян Чэн. — Представляете, больше половины дня взаперти с этой катастрофой. — Будем надеяться, что Вэй-сюн и Ванцзи-сюн проведут это время с пользой, — улыбнулся Хуайсан. — Сичэнь-гэгэ, убирайте подслушивающее заклинание и пойдёмте отсюда, пока нас всех не заметили. Лань Сичэнь кивнул, всей душой надеясь, но не особо веря, что их план сработает. — План не сработал, — грустно вздохнул Не Хуайсан на очередном совете их импровизированной команды. — Подвижки есть, — мрачно заметил Цзян Чэн, потирающий висок. — Я весь день выслушивал сегодня, что оказывается, Лань Чжаню нравятся кролики, а ещё он не любит острое и равнодушен к сладкому, зато ему нравятся игра на гуцине и каллиграфия. Значит, они хотя бы поговорили. Но у меня от него голова раскалывается. — Брат сегодня тоже выглядит весьма довольным, — заметил Лань Сичэнь, сочувственно улыбаясь Цзян Чэну. Все вздохнули — кроме Лань Сичэня, никто не мог бы сказать, что Лань Ванцзи выглядит хоть как-то иначе, а тем более довольным. — Не стоило надеяться, что с такими упёртыми баранами всё получится сразу, — Вэнь Цин, видимо, устав терпеть зверский вид Цзян Чэна, метко ударила его по аккупунктурным точкам. Цзян Чэн недоумённо моргнул, но поблагодарил — боль пошла на убыль. — Но мы не должны сдаваться, какой-то успех есть, значит стоит продолжать! — не теряла энтузиазма Яньли. — А что если применить афродизиак? В комнате повисла тишина. — Что за… — Им слишком мало лет! — Только через мой труп! — Как тебе вообще это в голову пришло, Хуайсан?! — Я просто предложил! — мгновенно спрятался за веером тот под осуждающими взглядами. — И совсем немного, не чтобы они, ну, а просто раскрепостить… — Никаких афродизиаков, — слегка разозлённо заявила Яньли. Спорить никто не посмел. Цзысюань смотрел на такую её сторону странным взглядом. — А что если отправить их на совместную Ночную Охоту? — тихо выдвинул идею Вэнь Нин, стушевавшись под переключившимся на него вниманием. — Ну или как-то попросить помочь с миссией Лань Ванцзи. — К сожалению, Ванцзи хоть и очень способный заклинатель, но пока не может ходить на одиночные миссии против монстров, а вовлекать адепта из другого ордена я просто не имею права, — вздохнул Лань Сичэнь. — А если вместе с вами? Выведете Лань Ванцзи на миссию и предложите Вэй Усяню и Цзян Ваньиню присоединиться? — А я тут зачем? — возмутился Цзян Чэн. — Чтобы господин Лань не был третьим лишним, — взглянула на него как на идиота Вэнь Цин. Звучало логично. — Есть как раз одна миссия, которую я мог бы взять на себя и Ванцзи, — задумался Лань Сичэнь. — Но это просто сообщение о парочке восставших мертвецов, убитых разбойниками, для такого дела не нужно много заклинателей. — Тогда нужно сделать так, чтобы эта миссия стала достаточной для четырёх сильных заклинателей, — шумно свернул веер Хуайсан. — Например, если жители скажут, что этой ночью слышали оттуда звуки, словно там целая стая мертвецов, а не парочка! — И как мы это устроим? — скептически хмыкнул Цзян Чэн. — Притащим туда мертвецов из других мест, поместим в две сети с разных сторон, чтобы создать эффект окружения, а когда будет нужно — перережем сети и выпустим их! Все замолкли, обдумывая план. — Звучит весьма интересно, — наконец, ответил Лань Сичэнь. — Допустим, мы сможем найти десяток мертвецов, если отлетим от Гусу, но как перерезать сети, если Цзян Ваньинь и я будем с Ванцзи и Вэй Усянем? — Я и Вэнь Нин можем взять на себя одну сеть, — отозвалась Вэнь Цин. Цзян Чэн взглянул на Не Хуайсана. — Ох, нет-нет, Цзян-сюн, ты же знаешь, я их боюсь, я просто ничего не разрежу и провалю план. — Я могу разрезать другую сеть, — предложила Яньли. — Нет! — рявкнули хором практически все присутствующие. Яньли нахмурилась: — У нас всё равно больше нет других вариантов, а я хочу поучаствовать в создании отношений вансяней. — Я могу пойти с девой Цзян, если ей так хочется, — неожиданно подал голос Цзинь Цзысюань, не проявлявший внимания к обсуждению. — Спасибо, господин Цзинь, — улыбнулась ему Яньли. — Значит вторую сеть мы возьмём на себя. Цзян Чэн очень зло выдохнул: — Если с моей сестрой что-то случится… — Давайте обсудим детали, и нам с Цзян Ваньинем стоит выдвинуться на поиски мертвецов, чтобы успеть за ночь, — мудро прервал намечающийся конфликт Лань Сичэнь. — Я ненавижу этот план, Хуайсана, наших братьев, мертвецов и тот момент, когда я согласился на всё это! — прорычал Цзян Чэн через несколько сяоши. В попытке найти мертвецов, они, кажется, случайно наткнулись на старое захоронение, потревоженное каким-то идиотом. Спешно пришлось выкашивать напавшие со всех сторон трупы, встав спина к спине и пытаясь не упокоить лишних. Поэтому теперь, перед уставшим и заляпанным грязью и чьими-то останками Цзян Чэном, лежали почти два десятка мертвецов. — И вас я сейчас тоже ненавижу! Совершенно чистенький Лань Сичэнь лишь безмятежно улыбнулся в ответ: — Прикрывать вам спину было для меня честью, Цзян Ваньинь. И у вас отличная техника. Цзян Чэн, кажется, разом растерял весь праведный гнев, оставив лишь усталость: — Взаимно. И я думаю, что после такого стоит отбросить формальности, зовите меня Цзян Чэн. — Тогда и вы зовите меня Лань Хуань. Цзян Чэн отвёл взгляд: — Это большая честь, но, если позволите, я хотел бы продолжить называть вас Лань Сичэнь. — Только если без других лишних формальностей, — кивнул Лань Сичэнь. — Хорошо, тогда ты собирай тех девятерых, а я засуну эти восемь. Хорошо, что мертвецов можно было хотя бы засунуть в мешочек цянькунь, а не тащить за собой на привязи. И хорошо, что в темноте не видно, как покраснели у Цзян Чэна щёки. Цзян Чэн заткнул рот мертвяку, пытавшемуся цапнуть его за руку. Нет, он всё же совершенно ненавидел план, Хуайсана, вансяней, мертвецов и весь мир! Только вот Лань Сичэня ненавидеть не выходило. — Господин Цзян, господин Вэй, — безмятежно улыбался на следующий день Лань Сичэнь, словно сладко спал всю ночь, а не прыгал по лесам. — Какая удача, что мы вас встретили. Вы заняты? — Ох, здравствуйте, Лань Сичэнь, привет, Лань Чжань! — бил по ушам звонкий голос Усяня. Цзян Чэну хотелось заставить его заткнуться, а затем лечь и уснуть. — Нет, Цзян Чэн предложил прогуляться, чтобы совсем не зачахнуть в ваших Облачных глубинах. Без обид. Взгляд Лань Ванцзи стал ещё острее. — Тогда не могли бы вы нам помочь? — словно и не заметил Лань Сичэнь. — Дело в том, что Ванцзи и я прибыли, чтобы успокоить несколько мертвецов, которые, по слухам, были убиты разбойниками неподалёку. Однако, сейчас жители говорят, что ночью слышали из леса странные звуки, словно там совсем не пара мертвецов, а как минимум десяток. Мы не знаем, с чем можем столкнуться, поэтому хотелось бы пойти туда больше, чем отрядом из двух человек. — Я с радостью! — конечно же, мгновенно согласился Вэй Усянь. — Цзян Чэн, ты как? — Что может быть лучше, чем убийство мертвецов, — не стал он скрывать раздражение. Они встали на мечи, стараясь быстрее добраться до места. Вэй Усянь поначалу бросал на Цзян Чэна взволнованные взгляды, но после одного особо яростного в ответ, видимо, решил отлететь подальше и стал доставать Лань Ванцзи. Лань Сичэнь очень грамотно отстал, оставив их наедине, и присоединился к Цзян Чэну: — Как думаешь, Хуайсан отправил сигнал? — Если нет, и мы всю ночь горбатились зря — я ему ноги переломаю и так в самый разгул мертвецов выпущу, — пробурчал Цзян Чэн. — Кажется, Лань Ванцзи охотнее отвечает Вэй Ину. И действительно — у летящей впереди пары был отнюдь не односторонний разговор. Пусть Лань Ванцзи отвечал довольно скупо, но, похоже, это было не пожелание заткнуться и отстать. Однако, вскоре они оба и так замолчали, едва не сбитые с мечей порывом тёмной энергии: — Упс, кажется, их разозлила ночь в тесной сети, — заметил Лань Сичэнь, когда Вэй Ин и Лань Ванцзи уже направились вниз. Цзян Чэн переглянулся с Лань Сичэнем — и они оба не стали догонять. Конечно, их участие в битве тоже понадобилось, но они специально оставили возможность вансяням биться спиной к спине, защищая и помогая друг другу. Когда место было очищено от тёмной энергии, а все мертвецы упокоены, Вэй Ин взорвался эмоциями: — Лань Чжань, ты так изящно орудуешь мечом, да ещё и так быстро, а давай как-нибудь устроим спарринг, это же не запрещено правилами, нет? Да? Я хочу померяться с тобой силами! Лань Ванцзи, отчего-то помрачневший, молча отвернулся, стратегически отступая к Лань Сичэню. К сожалению, до самого возвращения в Облачные глубины он так и не кинул больше ни единого взгляда на грустного Вэй Ина. Как же они оба бесили Цзян Чэна. Цзян Чэн уже даже не пытался изображать из себя человека, который не мечтает умереть в этот самый момент. Что говорить, даже на лицах Яньли и Хуайсана виделась тень усталости от бесконечных разговоров Вэй Ина о Лань Ванцзи. Вэнь Цин, проявив милосердие, принесла на нынешний совет какой-то сбор трав, позволяющий унять головную боль и подлечить нервы. — Неужели он сам не слышит, что у него только и разговоров, что Лань Чжань то, Лань Чжань это? — возмутилась она, выслушав от остальных о продвижении общего дела. — Ему некуда слышать, у него весь мозг забит Лань Чжанем, — даже без ехидства в голосе констатировал очевидное Цзысюань. Яньли вздохнула: — Вынуждена согласиться. — Нам нужно перейти к радикальным мерам. — Хуайсан, нет. — Нет, к другим радикальным мерам, — задумчиво качнул веером Хуайсан. — Я думаю послать Ванцзи в горы за редким цветком, — предложил вариант Лань Сичэнь. — Было бы отлично, присоединись к нему Вэй Усянь. Лететь на мече там не получится, чтобы случайно не пропустить искомое, а местность довольно опасная. Может быть, останься они наедине в таких условиях — что-то да получится? — Опасная? — взволновалась Яньли. — А что если с ними что-нибудь случится? — Дева Цзян, уверяю, Ванцзи не позволит Вэй Усяню пострадать. — Ты забываешь, что Вэй Ин — ходячее бедствие, способное найти неприятности где угодно. Как бы сам Ванцзи не пострадал, — фыркнул Цзян Чэн. — Я верю в брата. К тому же, мы не можем оставить их без контроля, так что мы присмотрим за ними и, если что, поможем. Цзян Чэн очень тяжело вздохнул. Какая вообще польза была от остальной команды, если всю работу почему-то приходилось выполнять им двоим? — Стоит попытаться, — вынес решение Не Хуайсан, каким-то образом негласно занявший должность председателя. Они следовали за Ванцзи и Усянем уже чёрт знает сколько времени. Цветок всё не попадался, а это значит — продвижение вглубь и вверх продолжалось. Когда выпадал момент — они выглядывали из-за какого-нибудь укрытия, чтобы оценить обстановку. Вэй Ин привычно дурачился, а Ванцзи то и дело придерживал его под локоть, чтобы он не упал. — Оооо, — многозначительно протянул Лань Сичэнь, когда в один из таких моментов Усянь попросту взял Ванцзи за руку, а тот не стал вырываться. Так они дальше и пошли. А вот их преследователям приходилось худо. Во-первых, как таковой тропинки никакой не было, а по каменистым обрывистым кочкам нужно было идти очень тихо, чтобы их не заметили. Во-вторых, хоть всяких трещин в скале и больших камней было много, но всё равно нужно было идти далеко позади, чтобы их — опять же — не заметили. На самом деле, Цзян Чэн подозревал, что не будь эти двое так сосредоточены друг на друге — их давно бы раскрыли. В-третьих, к сожалению, Цзян Чэн тоже спотыкался. И Лань Сичэнь тоже подхватывал его под локоть. И это было слишком неловко и вызывало слишком непонятную бурю чувств, которую Цзян Чэн не хотел бы разгребать. Но жизнь, конечно же, повернулась к Цзян Чэну задницей. — Почему ты не спотыкаешься? И почему не спотыкается Ванцзи? Вас что, в Гусу Лань учат держаться на любых поверхностях на силе своего превосходства? — они вышли к реке, берег которой был под таким наклоном, что не упасть в неё было сложной задачей. Цзян Чэн злился на бессмысленность их наблюдения и на понимание, что пострадает скорее он, чем кто-то из этих двух придурков. В конце концов, у него не было по уши влюблённого Ланя, который бы пылинки с него сдувал и силой взгляда отпинывал камни с пути. Цзян Чэн в очередной раз запнулся и не сдержал мат, когда от встречи его носа с каменистой поверхностью спасла только рука Лань Сичэня на плече. — Чтоб всем этим камням, и этим вансяням, и этим гениальным, мать их, стратегам! — прибавил шагу Цзян Чэн, стремясь побыстрее уйти с наклонной поверхности. К сожалению, зря — из-за этого он слишком далеко отошёл от Лань Сичэня и, когда камешки под ним поехали — он поехал вместе с ними. Река оказалась не очень глубокой, но очень холодной. Цзян Чэн вынырнул, судорожно хватая воздух. — Ты в порядке? — уже протягивал руку у берега взволнованный Сичэнь. Цзян Чэн кинул на него взгляд, очень точно выражающий всё, что он сейчас думал, но за руку взялся. — Нет, Лань Чжань, я точно что-то слышал! — раздался приближающийся голос Вэй Усяня. Глаза Лань Сичэня панически расширились — спрятаться было негде, кругом только река и берег, а добежать обратно до поворота они не успевали. — Прости, — быстрее оценил обстановку Цзян Чэн и дёрнул его на себя, спешно перемещая их обоих за крупный камень посреди реки. Оставалось надеяться, что Вэй Ин не решит проверить со всех сторон. И что их ничего не выдаст — приходилось прижиматься вплотную друг к другу, чтобы рука или подол одежды случайно не вышли за границы их укрытия. В ледяной воде тепло тела Сичэня было ощутимо так, словно к коже приложили раскалённое тавро. Цзян Чэн чувствовал, как от этой близости кружится голова, смутно слыша голос Усяня совсем рядом. А затем Лань Сичэнь обнял его за талию, притягивая ещё ближе, и Цзян Чэн совсем перестал слышать что-то, кроме своего бешеного пульса. Лань Сичэнь горячо дышал ему в ухо. Лань Сичэнь пах жасмином. Господи. — Кажется, они ушли, — шёпотом предположил Лань Сичэнь не меняя положения. Цзян Чэн попытался собрать себя из совершенно растёкшегося состояния и прислушался. Действительно, было тихо. Нехотя выпутавшись из объятий, Цзян Чэн осторожно выглянул — вансяней не было видно. — Да, ушли, — и первым пошёл к берегу, надеясь, что ледяная вода сможет остудить его вскипевшую кровь. — Я думаю, нам нет смысла идти дальше, они отлично справляются. Стоит вернуться назад и обсохнуть, я видел небольшую пещеру, иначе мы рискуем заболеть, пока долетим до Облачных глубин, — предложил Лань Сичэнь, когда они выбрались, выжимая волосы. Цзян Чэн кивнул. Ветер, до этого почти неощутимый, пробирал до костей. Лань Сичэнь заметив, как он подрагивает, попросту подхватил его под локоть и повёл за собой: — Так будет быстрее, прости. И нет, нас ничему такому не учат, просто я родился здесь и, конечно же, много ходил по горам. Зато я практически не умею плавать, так что прости, что цеплялся за тебя. Цзян Чэн сосредоточился на том, куда наступает, стараясь не обращать внимание на близость Лань Сичэня. А тот завёл его в пещеру, зажёг несколько огненных талисманов и только тогда заговорил вновь: — Зато, мне кажется, что мы уже очень сильно приблизились к тому, чтобы наши братья наконец поняли, что они друг другу нравятся. Цзян Чэн кивнул. Да, кажется до этих идиотов стало доходить. Жаль только, что до него самого тоже дошло то, от чего он старательно убегал. — Ты неразговорчивый. Замёрз? Давай ещё талисманы зажгу. Лань Сичэнь суетился по пещере, а затем, кинув ещё один взволнованный взгляд, сел вплотную, прижимая к себе. — Вместе будет теплее. Вот только Цзян Чэну было вовсе не тепло. Цзян Чэну было жарко. А Лань Сичэнь стал беззаботно рассказывать истории о своём детстве и тех моментах, когда дядя выводил их с Ванцзи в горы. Не Хуайсан задумчиво постучал веером по подбородку: — К сожалению, так как Цзян Чэн и Лань Сичэнь тогда не закончили наблюдение — мы не знаем, что именно делали вансяни. Однако, я несколько дней наблюдал за ними и сделал выводы. Кажется, Вэй Усянь наконец осознал свои чувства, поздравляю нас всех! — Не прошло и одной жизни, — фыркнул Цзысюань, высказав общее мнение. — Но, — продолжил Хуайсан, словно его и не перебивали, — признаваться он, похоже, не собирается, лишь кидает на Ванцзи-сюна грустные взгляды, которые тот не замечает, погружённый в свои мысли. — Значит, мы должны убедить А-Сяня признаться? — Или же Лань Ванцзи, — тоже задумался Вэнь Нин. — Ванцзи и до этого понимал, что чувствует к Вэй Усяню, но если он твёрдо решил хранить это в тайне, то нам никак не получится его переубедить, — вздохнул Лань Сичэнь. — Дева Вэнь, вы приготовили то, что я просил? — скрылся за своим веером Хуайсан. Вэнь Цин кивнула, выуживая из рукава бутылочку с чем-то зеленоватым и передавая Хуайсану. — Я слышал, что в клане Лань запрещено пить не просто так, а потому что с членов клана Лань даже малейший глоток алкоголя снимает все ограничения и запреты. И вот это, — он потряс бутылочку, жидкость внутри которой колыхнулась, — то, что на вкус, как травяной чай, а по сути — алкоголь. — Ты предлагаешь напоить Ванцзи? — Я не вижу другого выхода, — серьёзно кивнул Хуайсан. И, к сожалению, он был как никогда прав. Лань Сичэнь прикрыл глаза, устало выдохнув: — Ладно. Но даже я не представляю, на что способен мой брат, когда выпьет. — Поэтому вы и проследите за ними! Вы и… — Нет уж! — оскалился Цзян Чэн. — В этот раз вы меня в эту муть не втянете! С меня довольно всех ваших!.. Лань Сичэнь, снова сидящий рядом, положил ладонь ему на плечо, успокаивая: — Цзян Чэн, не стоит так бушевать. И я хотел бы, чтобы в случае непредвиденной ситуации именно ты был рядом. Могу ли я просить тебя согласиться на эту миссию? Цзян Чэн тяжело вздохнул, прикрывая смущение поддельным раздражением: — Ладно. Но это в последний раз. Не Хуайсан довольно улыбнулся: — Хорошо, тогда!.. — Лань Чжань? Лань Чжань, ты что, пьян? Лань Чжань, да тут алкоголя меньше, чем в лекарственных настойках! Вот же гуль меня дёрнул, не стоило соглашаться на этот спор с Хуайсаном. Лань Чжань! — И он что, просто уснёт и всё? — скептически взирал на развернувшуюся за окном картину Цзян Чэн. Там Вэй Усянь тыкал пальцем в щёку Ванцзи, который отрубился лицом в стол после чашки ”чая”. — Не думаю, — задумчиво ответил Лань Сичэнь, прячущийся совсем рядом. — Скорее всего, сейчас он немного поспит, а потом встанет и начнёт творить что-то. Причём, выглядеть он при этом будет совершенно трезвым. — А у тебя, видимо, был опыт? Лань Сичэнь слегка покраснел: — Я не горжусь этим. — И сколько нам ждать? — перевёл тему Цзян Чэн, хотя и очень хотелось узнать больше. Но Лань Сичэнь лишь пожал плечами. — Лань Чжань, ты проснулся? — неизвестно через сколько потревожил Цзян Чэна звонкий голос Усяня. Нехотя открыв глаза, он обнаружил, что умудрился задремать, да и не где-нибудь, а прямиком на плече Лань Сичэня! — Прости, — подскочил он. — Ничего, — безмятежно улыбнулся тот. — Лань Чжань, что ты делаешь! — не то возмутился, не то удивился Усянь. Лань Сичэнь рядом взглянул на них и едва не подавился воздухом на вдохе. — А что он делает? — полным сомнений взглядом, Цзян Чэн смотрел на то, как руки Усяня оказались связаны лобной лентой Лань Ванцзи. — Надеюсь, никто не увидит, — прохрипел Лань Сичэнь. — Да что он такого сделал? — Лобная лента клана Лань имеет множество глубинных значений, но достаточно знать, что притрагиваться к ней может только семья или спутник на пути совершенствования. Избранный человек. Тот, с кем хочешь провести всю жизнь. И в подтверждении этого, члены клана Лань отдают такому человеку свою лобную ленту. Однако, связать кого-то своей лобной лентой, — он прервался, покачав головой, словно не веря, — это практически сделать предложение, прилюдно заявив, что этот человек отныне и навсегда твой. Не думал, что Ванцзи на такое способен. Цзян Чэн ошарашенно переваривал то, что только что услышал: — Я не знал, что... — За ними! — потащил его за руку Лань Сичэнь, преследуя Ванцзи, который вёл куда-то привязанного Усяня. Остановился он только когда пришёл к цветущему персику на обрыве. — Лань Чжань? Что мы тут делаем? — с какой-то опаской спросил Усянь. — Красиво. Смотри. И вправду было красиво — на небе сияли бесчисленные звёзды, которые не удавалось затмить даже почти полной луне, тёплый ветер кружил лепестки, а воздух сладко пах персиком. Даже Цзян Чэн проникся романтичностью картины: — Это, кажется, попытка в свидание? — тихо спросил он Лань Сичэня, не поворачиваясь. — Ага, — рассеянно донеслось в ответ. — Да, невероятно красиво, — мечтательно выдохнул Вэй Ин, смотря совершенно не на окружение, а на залитого светом Лань Ванцзи. Цзян Чэн почувствовал себя слишком неловко. — Я думаю, нам стоит уйти, — повернулся он к Лань Сичэню, неожиданно сталкиваясь с ним взглядом. — Да, пойдём, — слишком быстро отвернулся Лань Сичэнь, тихо выбираясь из их укрытия. — И как всё прошло, Вэй-сюн? — поинтересовался с утра Хуайсан у клюющего носом Вэй Ина. — Я выиграл спор, он выпил это! — с фальшивым воодушевлением воскликнул тот. — И что было после? — Да ничего, он просто вырубился, — пожал плечами Вэй Ин. — И так и спал? — Конечно. Лани скучные. Хуайсан переглянулся с Цзян Чэном поверх головы сидящего Усяня. — Ох, я тут вспомнил, что мне нужно срочно написать письмо брату, а то он мне ноги переломает, — поднялся Хуайсан, стремительно исчезая. Вэй Ин даже не повернул голову в его сторону. — Эй, — ткнул ему в бок Цзян Чэн, — Хуайсан может и мало тебя знает, но от меня тебе не скрыться. Что случилось? — Ничего, конечно же! Просто расстроен, что вышло так скучно, — на него Вэй Ин тоже не посмотрел. Цзян Чэн вздохнул, собираясь с силами: — Ты же знаешь, что ты мой брат и я всегда готов тебя выслушать, поддержать и помочь. Что бы ты ни сказал. Я, конечно, не Яньли, но ты можешь поделиться всем, что тебя тревожит. Вэй Ин долго молчал, но, наконец, решил сдаться: — Он мне нравится, — сказал Вэй Ин и тут же напрягся, ожидая реакции. — Лань Чжань? — Лань Чжань. — Я догадывался, — Вэй Ин так быстро повернул к нему шокированное лицо, что было удивительно, как он не сломал шею. — И что же такого он сделал, что ты ходишь, словно у тебя меч отобрали? — Он и правда ничего не сделал, — вздохнул Вэй Ин. — Просто когда проспался, то связал мне руки своей лобной лентой, видимо, чтобы я не убежал, и повёл звёздами любоваться. Его, наверное просто потянуло к прекрасному, а я смотрел на него и думал, что ничего прекраснее его самого в жизни не видел. — Связал тебя своей лобной лентой? — сделал вид, что крайне шокирован Цзян Чэн. — Ну да. Глубоко вдохнув, Цзян Чэн выдал ту же тираду, что рассказал Лань Сичэнь, щедро сдобрив её замечаниями о том, что и Лань Ванцзи, и Вэй Усянь идиоты. — Значит, я ему… — во все глаза уставился на него Вэй Ин. — Такой человек как Лань Ванцзи не стал бы делать что-то такое, если бы так не считал, — кивнул Цзян Чэн. — Я должен найти его! — тут же подскочил с места Вэй Ин, но, пробежав немного, вернулся обратно и порывисто обнял Цзян Чэна. — Спасибо-спасибо-спасибо. Если бы не ты! — Беги уже, герой-любовник. И Вэй Ин побежал. Конечно же, Хуайсан знал, где именно сейчас были эти двое, и уверенно повёл всю их команду к тому месту чуть ли не сразу следом за Вэй Ином. Цзян Чэн и Лань Сичэнь обогнали основную группу, боясь опоздать. Но они пришли как раз вовремя — Вэй Ин что-то быстро и эмоционально тараторил бледному Лань Ванцзи, а затем схватил его за руки, вглядываясь в лицо полным надежды взглядом. Ванцзи прикрыл глаза и вырвал свои руки, но прежде чем сердце Усяня успело превратиться в пыль, он потянулся к затылку, стягивая ленту. — Твоя, — разобрал Цзян Чэн. Вэй Ин неверяще сжал пальцы на вложенной в его ладони ленте, а затем с радостным визгом кинулся на шею Лань Ванцзи, целуя его. Слегка пошатнувшийся и шокированный, Лань Ванцзи быстро сориентировался, обнимая его за талию и отвечая на поцелуй. — Поздравляю нас всех, мы свели вансяней, — констатировал Не Хуайсан. Брат и сестра Вэнь облегчённо улыбались. Растроганная Яньли плакала на плече покрасневшего Цзысюаня. Цзян Чэн обернулся, встречаясь взглядом с Лань Сичэнем. — Всё было не зря, — улыбнулся он. Лань Сичэнь неожиданно взял его за руку: — Спасибо, что помог. Без тебя бы ничего не вышло. И мне было очень приятно проводить с тобой время, пусть даже и так. Цзян Чэн переплёл их пальцы в ответ: — Я надеюсь, что мы продолжим проводить время вместе и без необходимости за кем-то гоняться или следить. — Конечно, — облегчённо улыбнулся Лань Сичэнь. Руки они так и не разъединили. — Мне кажется, план удался, — лениво обмахивался веером Не Хуайсан, оглядывая открывшуюся картину. — Цзян Чэн и Лань Сичэнь не признались друг другу, — мягко возразила Яньли. — Они в паре совместных прогулок от этого, нам даже не придётся вмешиваться, — парировал Хуайсан. — Больше, чем мы уже вмешались. — Мы убили одной стрелой двух зайцев и свели с их возлюбленными обоих твоих братьев, — искренне улыбнулся ей Хуайсан. Яньли тоже улыбнулась: — Я бесконечно рада, что они наконец счастливы. — Да, мы совсем не зря всё это затеяли, — Яньли кивнула, довольная и с поклоном удалилась. Хуайсан с щелчком захлопнул веер, цепко вглядываясь в Цзинь Цзысюаня, дёрнувшегося было за Яньли, но в итоге пошедшего в противоположную сторону. Кажется, у него осталось в Облачных глубинах ещё одно важное дело. И это совсем не учёба.