Предатель он и есть предатель

      – Моё имя Кёка. Я убила тридцать пять человек. Но больше я не хочу убивать!        На сапфировые глаза наворачивались слёзы, непонятно отчего. Глядя на этого паренька, которого Снежный Демон не раз ранил своей катаной, в глубине души почему-то просыпалась жалость. Ей оставалось лишь сделать шаг назад, и вот она уже будет лететь вниз, в воду реку.        Шаг, и вот она уже рассекает потоки воздуха. Так приятно он играет с её волосами. И всё это в последний раз. Таймер скоро будет обнулён, так что ей недолго осталось наслаждаться своей короткой жизнью. Короткой и отвратительной жизнью, вот что она могла бы сказать напоследок.        Она была готова ко всему на свете, однако далеко не к тому, что этот парнишка-оборотень бросится за ней. Он приятно её обнял в полёте и сорвал с неё бомбу. Выбросил в воздух, где она и взорвалась. А ведь если бы он сейчас не прыгнул, то Кёки не было уже на этом свете. Он кажется ей странным, из-за своего поступка, но в тоже время хочется поблагодарить за её спасённую жизнь. Вот только лучше бы её разорвало на части, потому что жизнь то у неё, честно говоря, не очень и, может быть, она была бы ещё более благодарна ему, если бы этот парень не спасал её.        Кровь, вопли о мольбе, телефон, катана... А за ними перед глазами появляется Ацуши, весь в крови и с улыбкой на лице. Улыбка завораживает, но в тоже время и... Пугает? Да, именно. Эта улыбка пугает девочку до смерти. Накаджима протягивает ей руку, как бы приглашая её туда, к себе. Туда, в кромешную темноту, из которой только недавно вытащил. Девочка пятится, спотыкаясь о что-то и падая. А этот предатель приближается к ней, всё так же протягивая свою руку... Сейчас она видит, что вся его рука в крови, лицо, когда-то ей полюбившееся, тоже в этой гадости. Главное, на неё смотрят не с любовью или какой-то каплей заботы, нет. Насмешливо, даже как-то презрительно, что-ли...        После этого осознания Кёка распахивает глаза и чувствует как её крепко обнимают. Она сильнее вжимается в бинтованное тело своего коллеги, ища в нём защиты от этих проклятых кошмаров. Ладно один день, ладно два. Но это уже третью неделю и всё не прекращается. Если бы не Ацуши со своим переходом в Портовую Мафию, если бы не он, то всё было бы относительно спокойно в её жизни. Они бы спокойно жили, может даже ещё раз сходили на свидание. Изуми знает, что не вытащи её этот придурок на свет, то может и не мучилась бы она так сильно. И все были бы счастливы. Но нет, он сделал тогда всё по своему, а теперь бросил на растерзание судьбы. Точно придурок. Она его всем сердцем ненавидит за этот поступок. Да за всё, что он сделал ненавидит его! Но не перестаёт любить, от чего ещё больнее. Ладно просто бросил и ушёл. Но нет, она к нему привязалась и сейчас без него было ужасно тяжело. Она не может так больше.        Лёжа и размышляя о Ацуши, девочка не заметила, как бинтованная тушка прекратила её обнимать и перевернулась на спину. Она так увлечена своими мыслями, что окружающего мира вовсе не замечает. Когда она появлялась на своём рабочем месте, старалась сосредоточиться на работе, но всё равно в потоке мыслей начинала всё глубже уходить в них и думать о Ацуши. Это было просто каким-то проклятием за все её грехи. Спасало только появление в её жизни Дазая, который от этого проклятия всячески старался её уберечь.       – Опять кошмары? – этот голос за последние дни стал роднее всех голосов на свете для Кёки. Осаму смотрит на неё таким проницательным взглядом, в котором плещется понимание. Глядя в его глаза, девочке почему-то очень хочется выпить горячего чая или какао.       – Да, – кратко ответила Изуми, прижимаясь к телу Дазая. Она никогда не славилась своим многословием, поэтому развёрнутого ответа от неё было тяжело добиться. Особенно после проступка Ацуши. Прежде ни к кому более она так сильно не привязывалась, как к этому беловолосому олуху. – Опять Ацуши…       – Он сделал свой выбор, и выбрал Портовую Мафию. Может это и к лучшему, – что-то больно отзывается в груди у обоих. У обоих перед глазами всплывает добрый и улыбчивый паренёк с белыми волосами, по имени Ацуши. Где этот паренёк теперь бродит никому не узнать. А теперешний Накаджима старается куда поглубже закопать этого доброго и улыбчивого парня.       – Я... скучаю по нему. Мне его не хватает, – наконец признаётся девочка, крепко обняв руку Дазая. По щеке быстро пробегает одинокая слезинка, которая скатывается на перебинтованную руку. Дазай поворачивается на бок и вновь заключает брошенную всеми Кёку в объятия. – Мне без него плохо.       – Я тоже по нему скучаю. Может, когда-нибудь он к нам вернётся, – главным сейчас было заставить Кёку уснуть, чтоб они завтра на работе не были двумя овощами. Радовал только тот факт, что Куникида не станет на них за это орать. Им было так уютно, что вскоре девочка уснула.        Дазай тоже уже устроился, так что скоро и он тоже провалится в долгожданный сон. Наконец они смогут спокойно выспаться. Ацуши это не то, о чём стоит сейчас беспокоиться. У него своя жизнь, у них своя, и пора бы это им понять. Пусть он и занял отдельное местечко в их жизнях, но теперь они смогут работать вместе лишь тогда, когда Мафия и Агентство решат объединиться, а это, увы, случиться не скоро. Или вообще не случиться, что было весьма печально. Но работа есть работа, её никто не отменял, поэтому сейчас им нужно спать, а не думать о том, что Ацуши сидит где-то в Мафии и пьёт чай.        На самом деле Ацуши сейчас сидел дома и вместе с Чуей смотрел какой-то супер скучный фильм. Но Накахаре он нравился, поэтому, положив голову рыжему на плечо, оборотень тупо смотрел в экран телевизора. Скука такая, что он уже дремать начинал. Но уснуть ему не давал телевизор и мысли о Кёке. Так тепло и неприятно было на душе от этого имени. Да, он был дураком, что решил перейти на сторону Мафии. Этого он даже не отрицал. И чувствовал какую-то вину перед своей подругой. Конечно, он виноват, что кинул её в такой важный момент, что ничего толком не объяснил. А должен ли был?.. Может всё же стоило тогда не давать такого необдуманного ответа, может стоило хоть раз подумать мозгами и вспомнить о Изуми и её чувствах. Да, он сильно оплошал, а главное, ничего, к сожалению, уже не исправить. Теперь ему придётся жить с этим решением и каждый день идти против своих же принципов, которые были для него тоже чем-то важным. В голове что-то щёлкает и тело немного расслабляется. А почему его вообще волнуют его принципы? Если так подумать, он знал, на что идёт, поэтому сожалеть о своём решении поздно и неуместно. Не поступи он так глупо, может что-то было бы по другому...        А вообще, с чего его это всё волнует? Он уже принял решение и не изменит его. Ведь в Мафии ему правда хорошо, комфортно. Ему всё здесь нравится, всё устраивает, всё просто отлично, но... Но мозг не перестаёт подкидывать моменты с Кёкой, и не только, где они выглядят такими счастливыми. Где они вместе с Агентством сидят в кафе и базарят ни о чём. Где он вылавливает Дазая из реки или достаёт из петли, а они после ещё весело с этого смеются. А ведь ему и там, в Агентстве, было так хорошо. Там он чувствовал, что он свой, что рядом с верными друзьями. Как они тогда с Кёкой искали нужную яхту, или как они ловили Лазурного Вестника. Это было просто потрясающе и навсегда останется в воспоминаниях Накаджимы. И было просто до боли приятно всё это вспоминать, особенно своих прошлых коллег. А как он помогал Рампо добираться до нужного места, как они потом объясняли следователю, что Дазай забыл в реке. Всё это было хотя бы забавно, особенно та ситуация, в которую он сейчас вляпался. Он сидит на диване вместе с Чуей, смотрит фильм, который, к счастью, подходит к концу, и размышляет над тем, правильно ли он поступил. И даже цитата из прочитанной книги уже не спасает.        Но все эти мысли уходят прочь, когда он замечает лёгкую, мимолётную, улыбку на лице Накахары. Пусть он улыбается тому, что происходит в фильме, пусть. Приятно просто видеть то, как он улыбается и понимать то, что сейчас он не один. Как минимум с ним его наставник, и этого вполне достаточно. Ацуши знает, чувствует, что как минимум ему он нужен и что он его не бросит. Да, он это чувствует. А значит, он всё же сделал правильный выбор.       – Идём спать, Ацуши. А то завтра ещё отчёты сдавать, – «А я их и не писал» – думает Чуя. Работы много, что даже на элементарный отдых не хватает времени. А про отчёты можно спокойно даже не вспоминать, когда всё вокруг тебя стремительно меняет декорации.       – Я свои ещё вчера сдал. Если хотите, могу сейчас, за пару минут, и ваши дописать, – дружелюбно предлагает Ацуши, отвлекаясь от хода мыслей. Первые две недели бумажной работы не прошли даром, так что теперь с этими всеми отчётами и рапортами парень на "ты".       – За пару минут? – с удивлением и даже какой-то заинтересованностью переспрашивает Накахара. В глазах его что-то быстро проскальзывает, что-то очень похожее на озорные искорки. – А сможешь ли?       – Проще простого. Я же не зря первые две недели работал с документацией, – «А перед этим ещё почти год писал отчёты за Дазая» – в мыслях добавляет Накаджима. Да, за наставника писать отчёты было уже что-то вроде обыденности в его жизни. – Или вы в меня не верите?       – Если бы мне Дазай в лицо сказал, что хочет жить – вот в это я бы не поверил. А в тебя я ещё как верю. Отчёты у меня в комнате на столе, – с ухмылкой отвечает ему рыжий. На это Ацуши довольно улыбается и, буквально, летит в комнату Накахары. Ему нравилось работать и это доставляло ему хоть какое-то удовольствие.        Сидя за бумагами, которые довольно быстро кончаются, Накаджима ловит себя на мысли, что ему и правда нравится работать в Мафии. То есть, здесь он чувствует, что смог стать собой, что ему здесь и место. То, что в Агентстве тоже было хорошо он и не собирается отрицать. Да, там действительно было хорошо, там он тоже чувствовал, что смог стать собой. Но сейчас, после того, как он свернул со светлой тропинки, он понимает, что сильно ошибался, когда думал, что в Агентстве ему и место. Все привычные вещи приобрели другие краски, и теперь Ацуши по немного начал понимать, что такого в нём смог разглядеть Огай.        На дописывание бумажек ушло немного времени, после чего разум заполнили мысли о Агентстве, Мафии, и Кёке. Погрузившись в свои раздумья, Накаджима даже не заметил, как в комнату зашёл Накахара и как его осторожно потрясли за плечо. Вернувшись с небес на землю, он сразу же столкнулся с обеспокоенным взглядом Чуи.       – Всё в порядке, Ацуши? – спросил наставник, с волнением в голосе. Парень немного замешкался с ответом, чем заставлял волноваться Чую. До этого за оборотнем он не замечал лишней задумчивости, как сейчас.       – Да, всё хорошо. Просто задумался немного, – виновато улыбнувшись, ответил ему Ацуши. Всё хорошо, вот только назойливые мысли никуда не деваются. В ответ на эти слова, Накахара облегчённо выдыхает.       – О своих детективах думаешь, да? – спокойно задаёт ещё один вопрос мафиози, подходя к шкафу. Накаджима хотел что-то ответить, но его оборвали, даже не дав сказать и слова. – У тебя на лице это написано. Может я и не знаю деталей того, что у вас там случилось и что такого обидного они тебе сказали, но постарайся принять это. Не убегай от того, что было за спиной. Только хуже себе сделаешь. И давай уже ложиться спать, а то у меня такое чувство, что Огай решил специально нас теперь с утра по раньше будить.        Ацуши оставалось только согласиться с Чуей. А Мори серьёзно решил будить их рано по утру своими звонками. И из-за раннего подъёма часов в шесть, утро уже не было таким добрым, так что приходилось ложиться пораньше, чтоб их не застали врасплох. Паренёк побрёл в свою комнату, а в голове обрабатывались слова Накахары. Возможно, он прав и ему стоит принять то, что коллеги говорили гадости у него за спиной. Может не про него, но сам факт портил всё впечатление о своих... Друзьях?.. Таковыми они были до определённого момента. До момента с тем злополучным разговором. Может, стоило тогда не спускать всё это на случайное стечение обстоятельств, а узнать поподробнее от них, о ком они говорили. Накаджима с удовольствием переиграл бы многие моменты из тех, которые с ним случались, но, увы, не дано ему такой возможности. Его вторым шансом стала Мафия, в которую он успешно вступил. В которой успешно работает и даже не сожалеет о своём выборе. И так же успешно переходит дорогу Агентству, которое когда-то было для него домом. Там действительно было так же уютно, как и дома, вот только дома намного лучше и именно сейчас Ацуши ощущал это. Но ключевое слово здесь "Было".        Выдохнув, парень плюхнулся на постель и глянул в окно, а после на часы. Время около двенадцати, на ночном небе красуется серебристый серп, а он лежит и думает. И приходит к выводу, что ему пора бы давно принять всё своё прошлое. Прикрыв глаза, он вспоминает те годы, когда он жил в приюте, после всю кашу, которая произошла с ним в Агентстве. Всё сводиться к тому, что теперь ему стоит измениться, чтоб на новом рабочем месте в нём никто даже не смел сомневаться. Это будет трудно, очень трудно, но оно того будет стоить. Никто ему не обещал, что в его жизни что-то будет легко и просто решаться.        На небе начали появляться звёзды, все такие блеклые и незаметные, что их было почти не разглядеть. Но сколько бы миллионов и миллиардов таких незаметных звёзд не зажигалось на тёмно-синем полотне, всё равно среди них найдётся хотя бы одна яркая звёздочка. На глазах Ацуши таких зажглось целых две. Образ Изуми вновь всплыл в его сознании, но ему он был даже рад. Девочки сейчас крайне не хватало, а ведь он её, по большому счёту, и правда предал. И себя, и свои принципы, вот только его самого это почти не волнует, по крайней мере, сейчас.        За всеми этими мыслями и раздумьями, паренёк начал мало-помалу засыпать. В сон начинало жутко клонить, а держать глаза открытыми было уже просто нереально. Но хотелось ещё пару мгновений посмотреть на это прекрасное небо, которое виднелось из окна его комнаты. Обычно, в это время его сон всегда прерывался внезапным звонком от Дазая, который, как всегда впрочем, решил покончить с жизнью, вот только это ему не удалось. Вспомнив о Дазае, в голову пришли какие-то далёкие мысли о Ёши, про которого он так удачно забыл. И которого он невзлюбил. Решив, что всё то может подождать до завтра, Накаджима лёг на бок, лицом к окну, и прикрыл глаза. Сон моментально утащил его в свои объятия, от которых теперь не хотелось отказываться.

***

       Сидя в кафе, Кёку всё мучил тот кошмар, который ей снится уже которую ночь. Ровно три недели она не может нормально спать из-за этого идиотского кошмара. Единственное, что радует, это то, что Дазай не отказал её просьбе спать вместе. Без Ацуши так плохо, а на душе кошки скребутся... Люси приносит вторую чашку кофе, которое помогает отвлечься от мыслей и сосредоточиться хоть на чём-то на короткое время. Девочке плохо без Ацуши, а в душе такое как пустота образовалась. Так внезапно, после его слов. Но и с ним уже не так. Она ни за что не простит его за то, что он сделал. За то, что бросил её в Агентстве и ушёл в Мафию. Патовая ситуация, и Изуми об этом знает. Об этом знает и Дазай, который, как обычно, суёт нос туда, куда не положено. Остаётся только одно. Плыть по течению, а там уже как всё сложится и какие кому выпадут карты.        Колокольчик звонко запел, оповещая всех, что в кафе кто-то вошёл. Кёка поворачивается и видит, как к ней направляется высокая фигура в светлом плаще. Осаму на редкость задумчивый, что за ним наблюдается не часто. Сейчас по нему так и не скажешь, что у него с головой что-то не в порядке. Но при всей своей придурковатости для Изуми он стал близким ей человеком. И в их ситуации, её защитить может только он. Дазай присаживается напротив, и обменивается парой слов с Монтгомери. Официантка утвердительно кивает и куда-то удаляется, что совсем не важно. «Я тебе вроде не говорил, что нам вскоре придётся связаться с Ацуши. Я уже послал Акутагаве небольшую записку. Надеюсь, они там догадаются и не перепутают ничего», – гласит записка, которую Кёке подсовывает Дазай. Она задерживает дыхание, потому что кого-кого, а вот Акутагаву ей точно видеть не хочется. Быстро что-то начеркав, она отдала записку детективу. «Я в курсе про наше собрание. Ты меня вчера перед сном ввёл в курс дела. Что с мы с Ёши будем делать? Мне кажется, что он что-то скрывает или знает то, чего не положено.» – Осаму и сам об этом догадывался, вот только не думал, что к этому же выводу придёт Изуми. Хотя, она, рано или поздно, тоже пришла бы к тем же выводам, что и он, вот только как-то неожиданно, что это случилось так быстро. «Совсем забыл, что я вчера уже тебе рассказывал. Я же за этим, собственно, и пришёл. Ох, ну да ладно. Про Ёши нам расскажет Ацуши, если он по случайности не забыл. Кстати, мне кажется, что он один из наших. По-другому его поведение не объяснить с точки зрения логики.» – девочка приподняла одну бровь. Выразительно глянув на своего собеседника, она ещё раз пробежалась глазами по записке. Хотя, может этот суицидник и прав.        На небольшой бумажке Дазай быстренько начеркал ещё одну записку. Когда к ним подошла Люси, он передал эту самую записку ей. Девушка удивилась, что весточка от них пришла так скоро. Но ни сказав ни слова и спрятав эту самую записку в рукаве, она продолжила путь к другим посетителям. Вздохнув, Осаму взял стакан с саке и начал сверлить взглядом вид из окна.        Ничем не примечательный день мая, на улицах, как всегда, толпы людей, а они здесь, в кафе. Скоро сюда явятся работники Агентства, потому что это их любимое место на перерыве. Им нужно будет разминуться, после чего путь бывшего мафиози будет лежать в офис, а после к себе на квартирку. Залпом осушив ёмкость с жидкостью, он покрутил стакан в руках ещё какое-то время.        Вскоре колокольчик вновь звякнул, что было для Дазая сигналом действовать. Он вышел из-за стола, оставляя Кёку в одиночестве. В кафе заходят брат и сестра Танидзаки, Кенджи и Ёсано, а на улице Осаму сталкивается лицом к лицу с Сато. Глаза новенького округлились от осознания, с кем он столкнулся, потому, быстро извинившись, он шмыгнул вслед за коллегами в кафе. На это шатен лишь хмыкнул, отправляясь в офис и отмечая, что это уже который случай, когда в глазах Ёши проскальзывал неподдельный ужас при виде него. Забавно, но остальные тоже почему-то не на шутку пугаются. Это наводит лишь на две мысли, а какая из них правильная он узнает скоро. И эти две мысли не покидали голову Осаму, пока он поднимался на нужный этаж.        В офисе слишком тихо, что означает, что там может быть лишь один человек. Открыв дверь, эта мысль подтверждается. За рабочим столом сидит Доппо и неотрывно что-то печатает. Больше никого в помещении не обнаруживается, что несомненно радует шатена. Значит, никто не станет мешать их разговору.       – Приветик, Куникидушка, – обычно он это говорит с тупой и чутка идиотской улыбкой. Как же непривычно говорить это же предложение очень серьёзно, будто скоро конец света.       – Это ты, Дазай, – отвечает Куникида, не отрываясь от монитора. – Зачем пришёл?       – Ну как это зачем? Я тебя проведать решил. А то сидишь здесь вечно, на улицу не вылазишь, – пытаясь хоть как-то разрядить напряжённую атмосферу, ляпнул Дазай. Эта фраза должна была звучать беззаботно и добродушно, но получилось опять как-то слишком задумчиво. Что с ним такое?       – Тебе письмо пришло, – оторвавшись от работы, оповестил пришедшего коллегу Доппо и потянулся к каким-то бумагам. Эта весть заинтересовала самоубийцу, особенно, когда ему протянули конверт. – Вчера у порога твоей квартиры нашёл.       – Очень любопытное письмо, однако. Не думал, что со мной свяжутся... – пробубнил Осаму, открыв конверт и извлекая из него само письмо. Как понял идеалист, не то тот знал, что в том письме написано, не то ляпнул по неосторожности первое, что пришло на ум. – Очень любопытное...       – Что-то по нашему делу?       – Нет, Куникидушка. Но раз оно было адресовано мне, то я, пожалуй, заберу его себе. Уж очень оно интересное. Ну что же. Проведал я тебя, так что можно и уходить.        Не успел его напарник и слова сказать, как светлый плащ быстро мелькнул в дверном проёме, а после дверь закрылась. Куникида постоянно удивлялся, как эта перебинтованная зараза умудряется так быстро исчезнуть в самый подходящий для этого момент. Этому удивлялся и сам Дазай, потому что вовремя свалить у него получалось хорошо, но всё равно это не спасало от зловредного напарника. В руках он держал конверт и письмо, которые сунул в разные карманы плаща. Как-то не ждал он именно этого письма, хотя теперь он знает, что игра началась и затеявший это не намерен проигрывать. Осаму любит играть в игры на двоих, потому ещё одному противнику не станет уступать победы.

***

       Запрыгнув на крышу, Ацуши побежал следом за Накахарой. Работа не такая и сложная, особенно, когда всё идёт как по маслу. Вот только доставляло некоторые проблемы то, что детективы им на пятки постоянно наступали. Какое бы им дело не дали, те припруться именно в момент отступления мафиози. Или им кто-то заранее сообщает о том, что те задание выполняют, или те просто мимо прогуливаются, что постоянно засекают их активные тёрки в разных районах города. Во второе мало верилось, да и в первое тоже не особо. Скорее всего было то самое третье, которое обычно отсутствует. А что могло быть третьим, одному богу известно.        Пусть они и бежали по крышам домов, Агентству никак это не мешало. Они бежали снизу, полностью контролируя процесс отступления. А для мафиози это был далеко не самый лучший вариант, потому что как-то не было охоты сталкиваться со своими врагами.       – Тц. Да как они нас постоянно выслеживают? – раздражённо спросил у самого себя Чуя. Ацуши лишь развёл руками, мол, без понятия, сам над этим думаю. – Ну не ты же им об этом рассказал?       – Я с ними не связывался с того самого момента, как меня уволили. Вам ли не знать, – голос звучит намного увереннее, чем раньше, но не без грустных нот. Воспоминания об Агентстве уже не так больно воспринимать, однако они всё ещё неприятно отзываются на сердце. Накахара, в роли всевидящего наставника, одарил своего ученика понимающим взглядом.       – Ладно, с ними потом разберёмся. Нам главное сейчас смыться поскорее, – с этим нельзя было не согласиться.        Путешествия по крышам зданий могли и не прекращаться, если бы в их спокойный и мирный разговор не вмешался Снежный Демон. Пришлось притормозить и максимально быстро найти путь, куда можно свернуть. К счастью, в поле зрения бросилась какая-то крыша неподалёку, поэтому быстро переглянувшись и в это же время уворачиваясь от атак Демона, напарники бросились на свой спасительный путь. Конечно, способность Изуми последовала за ними, а на что ещё можно было надеяться? Детективы их так просто не отпустят, особенно, когда так близки к тому, чтоб их поймать. Да, определённо тут не обошлось без человека, который сообщает этим пустоголовым идиотам о том, что Мафия за старое берётся. Разве могло быть как-то иначе?        Лёгкая пробежка кончилась тогда, когда Снежный Демон, как и сами детективы, потеряли мафиози из виду. А те отдыхивались в каком-то заброшенном здании. Убежать им удалось действительно чудом. Теперь осталось как-то добраться до дома, что было весьма проблематично, учитывая то, что пусть они и оторвались, но их будут искать. И рано или поздно обязательно найдут, а там уже одному богу известно, чем всё может кончится. Но точно было известно одно - просто так их не отпустят и в покое точно не оставят. Сомнений в этом не было, по причине того, что такие "случайные встречи" происходят уже на протяжении недели, что не может быть не подозрительным. Отрицать того факта, что Ацуши может в действительности может оказаться шпионом или на него повесили прослушку нельзя было, по той причине, что так резко изменить свои взгляды на мир просто невозможно. По крайней мере так считал Чуя, который старался глазу не спускать с нового ученика и постоянно держать его под своим присмотром. Да и эта идиотская идея с наушниками явно была придумана для того, чтоб действия Накаджимы мог контролировать и сам Огай. Логичный ход, учитывая ситуацию. Но всё же чувствовалась какая-то недосказанность во всём этом, что заставляло быть на стороже и не по разу оборачиваться или лишний раз отправляться с оборотнем на миссию.

***

       Хотелось просто свалиться с ног от усталости. Ацуши так быстро уставал в последнее время, что даже не верилось, что он наконец может немного отдохнуть. Сейчас это казалось чем-то невообразимым, но, к счастью, с делами сегодня было покончено, потому парень мог спокойно лечь и поспать, или почитать какую-нибудь книжонку, а потом всё равно лечь спать. В любом случае, ему предстояло выспаться, иначе будет весь день сонным ходить.        Для Накаджимы всё ещё было как-то непривычно ложиться спать в собственной комнате. До этого он жил вместе с Кёкой в общежитии, а до восемнадцати так вообще в приюте. Может в данный момент он и жил у Накахары, но чувствовался какой-то домашний уют и было такое непонятное, но очень приятное чувство того, что здесь он кому-то по настоящему нужен. Что он существует не только как бывший детектив, ученик главы исполнительного комитета, член Портовой Мафии, но и как человек. Просто самый обыкновенный человек, без всяких дополнительных префиксов, которые были перечислены выше. Это непросто понять, но сам Ацуши это понимал, хорошо понимал, и ему всё сильнее и сильнее казалось, что необдуманное решение было не таким уж и необдуманным.        С этими мыслями оборотень надеялся уснуть, но, к его разочарованию, кому-то не спалось и он решил написать ему. За это парень готов был убить того, кто прислал ему сообщение. Телефон лежал где-то в шкафу, но в мёртвой тишине казалось, что звук вибрации слышно даже в соседней комнате, хотя вряд-ли это было так. Что у людей за манера пошла, писать своим знакомым в позднее время? С недовольным ворчанием, Накаджима поднялся и сделал несколько шагов в сторону шкафа. Открыв его, он достал телефон и глянул, кто такой некомпетентный человек, что пишет мафиози в пол двенадцатого. Таковым человеком оказался Рюноске, что очень удивило парнишу. Пробежавшись глазами по короткому сообщению, было понятно, что сегодня ещё не закончилось, как и его прелести. «Эй, тигр. Мне тут Дазай прислал новый адрес, где мы будем собираться. Приходи, поможешь разгадать эту чёртову загадку. Ты же не зря работал в своём Агентстве. Если что, я неподалёку от дома Накахары.»        На цыпочках прокравшись в коридор, Накаджиму могли дважды поймать с поличным, что принесло бы некоторые проблемы. Пока он крался до коридора, паркет дважды подло скрипнул, хотя квартирка-то, вроде как, выглядит новенькой. Сердце в тот момент у нашего героя уходило в пятки и он начинал вслушиваться в окружающие его звуки. Но Чуя преспокойно спал, так что можно было спокойно выдохнуть и продолжить свой путь. Не хватало проблем, когда их и так не оберёшься. Но у пола были совсем другие мысли по этому поводу, потому уже в самом коридоре раздался скрип, когда Ацуши только вошёл в прихожую. Широко зевнув, мафиози проигнорировал злосчастный звук и по-быстрому накинул на себя свой любимый плащ и поспешил выйти из квартиры, не издав более лишних звуков, которые могли бы разбудить его наставника. Оказавшись на лестничной клетке, что-то в мозгу щёлкнуло и ему очень сильно захотелось спуститься на первый этаж пешком, а не, как обычно, на лифте. Словом, ему показалось, что лифт будет слишком шумно ехать, а пешком, хоть и дольше, но намного тише. Но в тот момент голова у него не особо переваривала всю суть происходящего, потому он отправился в путешествие на первый этаж пешком.        Едва ли бесшумно наступая на каждую следующую ступеньку, оборотень не скоро спустился на первый этаж, а после побрёл обыскивать каждую подворотню в поисках своего коллеги по работе, которому в такой поздний час не спится. Искать того пришлось долго, ещё и учитывая тот факт, что он носил чёрный плащ, собственно, как и сам Накаджима, и почти что сливался с полумраком, царившем в это время на улицах. Все фонари, которые попадались Ацуши на пути были разбиты и это было уяснено после первого столкновения с не любимым столбиком. Таковых столкновений произошло всего три, после которых парень стал более осмотрительным. Может у него и есть его способность, с помощью которой он может слышать, о чём люди за стеной творят и кошачье зрение, но при его желании лечь спать это не спасало. А спать жуть как хотелось. Завтра, при первой же встрече с Акутагавой, он обязательно тому наваляет и даст понять, чтоб тот больше личные встречи не назначал на такой поздний час. Некоторые люди, в его лице, спать ложатся в такое время.        С горем пополам оборотню удалось найти Акутагаву и сразу захотелось того придушить. Очередному свиданию с глазу на глаз оба были не особо и рады. Но завтра вряд-ли представится таковая возможность, встретиться и в полном одиночестве что-то обговорить. В полу спящий мозг пришла мысль о том, что, возможно, именно Рюноске разбил фонари, чтоб никто точно не смог узнать о том, что тут какие-то мафиози решили встречу устроить. А возможно просто выкрутил лампочки, что в данный момент вовсе не было важно.       – Ну, что там тебе Дазай прислал? Показывай, – зевая спросил Накаджима, желая с этим разобраться поскорее. Видеть коллегу перед сном не было желания, а особенно не хотелось работать мозгами, которые еле еле переваривали полученную информацию.       – Взгляни, – Акутагава протянул небольшую картонку, на которой наверняка было что-то написано. Но прежде, чем Ацуши различил, что там было написано, он учуял до боли знакомый запах духов. Мозг моментально проснулся и заработал, проверяя все возможные варианты того, где парень мог учуять запах именно этих духов. – Я не имею ни малейшего понятия о том, где этот новый адрес для встреч, – слегка раздражённым голосом добавил Рюноске, после чего раздался кашель. Но это никак не волновало оборотня. В какой-то из моментов в голове что-то щёлкнуло и он понял, почему запах духов ему знаком. Как-то раз Акико надушилась чем-то похожим. Накаджима даже помнил, где врач купила эту гадость. Скорее всего, в том же доме и будут проходить их собрания.       – Мне кажется, я понял. Собрания будут проходить в доме, где на первом этаже магазин духов находится. Я тебе завтра всё обязательно расскажу во всех подробностях, а сейчас я пойду спать.        С этими словами оборотень сунул картонку обратно в руки своему коллеге, который немного удивился, что их встреча так быстро закончилась. Всё же, он рассчитывал на более длительный диалог, да и встречу эту Рюноске устроил не только для того, чтоб обсудить, куда им вскоре придётся наведаться. Его волновало ещё кое-что, что хотелось бы обсудить с Накаджимой наедине, да и желательного не под окнами жилого дома. Но лучшего места не нашлось, а тот факт, что ничего не вышло обсудить, не особо то и волнует мафиози. Это проблемы тигра, что он ничего так и не узнает.        Тем временем Ацуши поднимался по лестнице наверх, в квартиру. О том, что можно подняться на лифте, он знал, но в этом случае он не так сильно устанет и уснуть будет крайне проблематично, учитывая то, что из головы теперь не выходил запах этих духов и его встреча с Акутагавой. Зачем ему понадобилось встречаться именно в такое позднее время? Почему фонари не освещали улицу? Что-то нечистое тут точно было, только вот что? Всё же, стоило задать эти вопросы до того, как парень решил удалиться спать. И всё же он последний дурак на этом свете.        Уставший и вымотанный за сегодня, оборотень всё же дополз до своего этажа. И всё же стоило подняться на лифте, а не пешочком подниматься на хрен знает какой этаж. Голова на плечах у него явно для красоты, а не для того, чтоб думать. Именно с такими мыслями Ацуши пытался открыть дверь. Каких-то пару минут, и бедная дверца открывается. С радостными мыслями о том, что он сейчас наконец сможет спокойно поспать, Накаджима зашёл в квартиру и закрыл дверь. Он даже успел соскучиться по этой прихожей. Скинув с себя плащ и ботинки, парень прошёл в гостиную, где его уже ждали.       – Ну и где мы болтаемся в такое позднее время? – Накахара с непринуждённым видом глядел на не занавешенное окно. На этом моменте Накаджима замешкался, ибо был без понятия, что ответить наставнику. – Ладно, не до этого сейчас. Сегодня спать будешь со мной в моей комнате. Не забывай, что завтра ранний подъём, – Чуя встал с дивана и спокойно прошёл в свою комнату. Тигр посеменил за ним следом, мысленно радуясь, что ему не устроили допроса. Они оба сегодня сильно устали, а ведь это только вторник! Явно они будут молиться, чтоб пятница настала поскорее и эта неделя кончилась.