При странных обстоятельствах

Уже следующим днём Чонин шёл в школу неохотно. Его постоянно преследовали мысли о том, что, возможно, он и не любит на самом деле Хёнджина, что и его чувства неискренни, но именно с этими размышлениями накануне парень был готов привести свой план в действие. Сейчас он пересекал порог школы в надежде на то, что увидит хёна сразу и не придётся его искать, благо, тренировка была не за горами. Целый день Чонин провертел карандаш в руках. Так он надеялся успокоиться и правильно настроиться на разговор, что, можно сказать, получалось неплохо. Уже после всех уроков, таких неинтересных, как казалось парню, Чонин направился в соседний корпус. Он, как обычно, снова поздоровался со всеми старшими, снова переоделся и спокойно убежал в зал. Там, как и в каждый раз, прошла тренировка, полная эмоций и замечаний тренера. Даже Хёнджин сегодня был обычным. Его ничто не пугало и не смущало, он спокойно пасовался и забивал мяч в кольцо, вот только Чонин, глядя на него, старался лишний раз не краснеть и выглядеть естественно. Это выходило ужасно плохо, но, даже несмотря на неудачи, парень сохранял лицо и был на высоте. Тренировка прошла незаметно быстро, что очень радовало Чонина, ведь он больше не мог так долго сдерживаться, а разговор, который он откладывал целый день, близился и просился уже воплотиться в реальность. Все хёны неожиданно куда-то подевались, свалив всё на какие-то внезапно появившиеся дела, остался лишь тот самый человек, разговор с которым не терпел отлагательств. - Хён, - вдруг сказал тихо донсен, подходя неуверенно к другу. - Да, Нини? - Мне нужно тебе кое-что сказать. Это важно и прошу меня не перебивать, пока я не передумал, хорошо? - Ладно, - кивнул Хван в замешательстве и покосился на младшего. Чонин набрал побольше воздуха в лёгкие и спокойно выдохнул. - Мне нужно побыть одному недолго. Просто… что произошло вчера… Я хочу разобраться со всем этим… - Я понимаю, - согласился Хёнджин. - Это произошло так внезапно и при странных обстоятельствах. Тут бы любой запутался. Чонин кивнул в подтверждение и слабо улыбнулся. - Сколько тебе нужно времени? - снова спросил старший. - Я не уверен, но… ты первым обо всём узнаешь. - Хорошо, я помогу тебе с этим, - Хван сделал паузу. - Тогда до встречи после изоляции! Парни ещё раз улыбнулись и попрощались, уже точно зная, что пока что они в разлуке на неопределённый период времени. Для Хёнджина это было лишь небольшое испытание, а вот для Чонина это ещё то поле боя. Можно было сказать, он просто метался по нему, стараясь не попасть под пулю негодования или не быть задетым осколком гранаты недоверия. Он лишь пытался понять, что он чувствует, как жить дальше и стоит ли вообще начинать отношения с тем самым человеком. Все эти вопросы сейчас были для него той ещё загадкой, однако именно эта неопределённость толкала его вперёд, в мир, где можно точно уловить суть своих истинных желаний и намерений. Чонин, хотя и был в самостоятельно созданной им изоляции, всё же посещал все пары и тренировки, общался лишь с одноклассниками и друзьями, а на Хёнджина посматривал лишь изредка, хотел часто с ним заговорить, жаль только, что этот невидимый барьер его останавливал. Все эти дни парень проводил в раздумьях. Он бродил теперь зачастую по своему району, пинал камешки на тротуарах и пытался в себе разобраться. Это было очень сложной задачей, поставленной так внезапно, но уже спустя время Чонин понимал, что он творит и чего конкретно хочет. Теперь каждую ночь он просыпался не только от боли. В его снах был сплошь и рядом этот прекрасный хён, манящий своими разговорами, он не отпускал его даже там. И Чонин точно теперь знал, что это не просто так. Привязанностью это не назовёшь. Спустя дни Хёнджин начал приходить к Чонину во снах не только добрым и ласковым. Постепенно его образ менялся с милого темноволосого парнишки на харизматичного мужчину с томным голосом и привлекательной внешностью. Изо дня в день тот всё более распущенно вёл себя с донсеном в его же снах, он подбирался к нему, опалял своим жгучим дыханием и раздевал его, аккуратно спуская рубашку, футболку или что там вообще могло быть на Чонине. Хён говорил непристойные фразы, всё больше и больше совращал невинного мальчика, даже не заботясь о его мыслях в реальности. А Чонин от этого каждый раз просыпался в холодном поту и с учащённым сердцебиением. Он открывал глаза и глубоко дышал, эмоции накрывали его с головой, задевая ещё кое-что, до чего не может докаснуться простой смертный. Ян чувствовал своё возбуждение и понимал, что ночь он не сможет провести, если не поможет сам себе, поэтому каждый раз убегал в ванную и уже там совершал свои делишки. Однако так это не могло продолжаться. Все эти каждодневные полуночные разборки когда-то надо было прекратить...