Цвет страсти

      — Я хочу эти! — требовательно сказал Вэй Усянь, указывая на красные обои.       — В спальне должны быть белые, — настаивал на своём Лань Ванцзи.       Вэй Усянь капризно надул губы и сжал кулаки от злости. Его супруг никогда ему не уступает и стоит на своём! Но самое ужасное — у них совершенно разные взгляды и мнения практически на всё!       — Когда мы выбирали мебель, то было так, как ты хотел, — точно так же не отступал от своего Вэй Усянь. — Давай хотя бы обои купим, какие я хочу.       — Я советовался с тобой, когда мы покупали мебель, ты не был против, — с лёгкостью выкрутился Лань Ванцзи.       — Я просто тебе уступил, не настаивая на своём, — не сдавался Вэй Усянь, размахивая руками и привлекая к себе внимание других покупателей.       — Мгм, — единственное, что выдал Лань Ванцзи.       — Но белые обои в спальне, где будем спать мы с тобой вместе, я тебе наклеить не позволю! — вспылил Вэй Усянь, складывая руки на груди и ставя ноги в широкую позицию.       — Почему? — спросил Лань Ванцзи, совсем не подозревая, что его супругу этот вопрос показался глупым.       — Это ведь спальня, а не склад, — пустился в объяснения уже раздражённый Вэй Усянь. — Там должен отображаться наш внутренний мир. И если мебель выбрана на твой вкус, то хотя бы обои должны быть мои. Тем более во всех других комнатах висят обои, которые выбрал ты!       Лань Ванцзи не нашёлся, что ответить на такую тираду, поэтому просто стоял и наблюдал, как от гнева краснеют бледные щёки. Казалось, Вэй Усянь сейчас взорвется.       — Либо эти красные, либо никакие! — вконец психанул Вэй Усянь, разворачиваясь и отходя на несколько шагов, чтобы немного остудить голову и прекратить орать на собственного мужа. Нет, они бесспорно были просто идеальной парой, но иногда их совершенно разные мнения и взгляды портят всю их гармонию.       Выдохнув, Лань Ванцзи сказал:       — Хорошо.       Вэй Усянь резко развернулся на пятках и уставился удивленным взглядом.       — Ты согласен взять красные обои? — с такой надеждой в голосе спросил он, что если бы Лань Ванцзи за этот короткий миг решил повернуть назад, то совесть просто бы не позволила.       — Да, — лаконично ответил Лань Ванцзи, в его голове, конечно, совсем не укладывался факт того, что в спальне, где он будет спать, на стенах будут красные обои, но любовь к мужу была настолько сильна, что ссориться из-за такой мелочи не хотелось. Тем более наблюдать потом обиженное лицо и тусклый взгляд, который был совсем несвойственен его супругу.       — Правда-правда? — не унимался Вэй Усянь, подойдя к Лань Ванцзи вплотную и взяв его за руки.       Лань Ванцзи лишь многозначительно на него посмотрел, но Вэй Усянь, проживший много лет бок о бок с этим молчаливым человеком, давно научился читать эмоции по отстраненному выражению лица.       — Лань Чжань, я тебя обожаю! — чмокнув мужа в щёчку в качестве благодарности, он побежал к ближайшему продавцу-консультанту.

***

      Когда обои были куплены и наклеены, Лань Ванцзи с жалостью взглянул на спальню, где мечтал о господстве белого цвета. На какие жертвы только не идешь ради любимого мужа. Он тяжело выдохнул и сел на кровать, рассматривая интерьер спальни. Выглядело неплохо, и стоило признать, что красные обои вписались сюда даже очень хорошо.       В коридоре раздались негромкие шаги, и вскоре в дверном проёме возникла фигура.       — Ведь неплохо получилось? — в комнату зашёл Вэй Усянь, который поймал мужа на оценивании того, как выбранные ими предметы интерьера гармонируют друг с другом.       — Мгм, — согласился Лань Ванцзи, зная, что от цепкого взгляда супруга ничто не укроется.       Облокотившись о дверной косяк, Вэй Усянь держал в руках вазочку с сахарными кубиками. Он закидывал себе в рот по одной, наслаждаясь сладким вкусом на языке, иногда облизывая губы, которые налились кровью и теперь выделялись на белой коже. Лань Ванцзи уставился на эти две красные половинки.       Вэй Усянь не мог не заметить, что привлек к себе внимание мужа, поэтому, улыбнувшись, издевательски произнёс:       — Лань Чжань, хочешь конфетку?       Лань Ванцзи лишь нахмурил брови. Он уже чувствовал, что хотел здесь и сейчас, но Вэй Усянь словно прилип к дверному косяку и следил за переменой эмоции на лице супруга. Конечно, ведь не часто можно наслаждаться тем, как поджимается нижняя губа на идеальном лице, а руки стискивают ткань.       Вэй Усянь, видя, что его хулиганство осталось безнаказанным, отстранился от деревянной поверхности и медленной походкой приблизился к мужу, который не отрывал от него взгляда. Хотелось посмотреть, что ещё ему позволит вытворить Лань Ванцзи, прежде чем его терпение закончится.       — Почему молчишь? — Вэй Усянь невинно похлопал глазками, но в глубине серых омутов было прекрасно видно, как плясали черти. Лань Ванцзи понял, что его возбуждает эта дьявольская черта в его муже, в то время как того заводит неприступность в нём. Они действительно идеально подходят друг другу.       Продолжая сохранять молчание, Лань Ванцзи внимательно следил за действиями «дьяволёнка», который игриво облизнул губы и затем, взяв ещё одну сахарную подушечку, соблазнительно положил её в рот, зажав между зубов. К этому моменту Вэй Усянь вплотную подошёл к супругу и, наклонившись, прижался к его губам своими, давая почувствовать сладость подушечки. Лань Ванцзи с удовольствием принял подарок и втянул Вэй Усяня в сладкий поцелуй, чувствуя, как кубик быстро растаял между двумя горячими языками, которые сплелись в танце.       Вэй Усянь отстранился, втягивая воздух и запустив в вазочку руку, между пальцев оказалась зажата ещё одна сахарная подушечка. Он уселся на колени супруга, чувствуя под собой чужое возбуждение, и надавил на плечи, заставив лечь. Руки потянулись к краю домашней футболки и, поднимая её, стянули с соблазнительного подтянутого тела.       Находясь в доминирующей позиции, Вэй Усянь нагло продолжил подначивать супруга под ним, с нетерпением ожидая, когда перейдёт грань дозволенного. Он наклонился к губам, но застыл в миллиметре от них и заглянул в золотые глаза, чей зрачок уже затопил радужку. Вэй Усянь не в состоянии сдержать хитрую улыбку, произнёс:       — Лань Чжань, а знаешь, почему я так сильно хотел именно красные обои? — Вэй Усянь провёл языком по тонким губам мужа, но, как только поцелуй пожелали углубить, резко отстранился и облизал сахарную подушечку в своих пальцах.       Возбудившись ещё больше от такого зрелища, Лань Ванцзи почувствовал, что ещё немного, и он сорвётся, словно голодная собака с цепи. Вэй Усянь не идиот и, конечно, тоже это понимал, но специально продолжал доливать по капле в чашу терпения, которая вот-вот прольётся. Эта игра сводила с ума.       — Лань Чжань, неужели ни одного предположения? — Вэй Усянь провёл подтаявшей конфетой по шее Лань Ванцзи и оставил её плавиться в яремной впадине, позволяя супругу, который до этого ограничивался поглаживанием талии, стащить с себя футболку.       Лань Ванцзи далеко не сразу вспомнил о чём его спрашивал муж, и когда в голове повторился первый вопрос, он нахмурил брови, заставляя мозг работать, пока по его коже на груди водили второй сахарной подушечкой. Она была немного шершавой, из-за чего раздражала кожу, и та покрывалась мурашками.       — Лань Чжань, ответ элементарен, — протянул Вэй Усянь и снова наклонился, но на этот раз к шее и слизал сладкую дорожку, оставленную им же. Лань Ванцзи инстинктивно запрокинул голову и подавил стон в горле, не давая ему вырваться наружу. В районе паха всё заныло, и он добрался руками до сосков мужа надавливая на них большими пальцами и начиная их массировать. В отличие от него Вэй Усянь в открытую простонал ему в плечо, совсем не стыдясь непристойного звука.       Видя перед глазами черные мушки от возбуждения, Лань Ванцзи убрал свои руки от груди супруга и попытался встать, но его быстро прижали обратно к постели.       — Лань Чжань, не надо, — капризно протянул Вэй Усянь, оторвавшись от шеи, на которой уже наливались засосы. — Ты так редко отдаёшь мне лидирующее место.       Лань Ванцзи недовольно нахмурился, но подчинился, укладываясь спиной обратно на кровать.       Вэй Усянь благодарно улыбнулся и припал к яремной впадине, вылизывая ту и подхватывая языком не до конца растаявшую сахарную подушечку. Он поднялся вверх и захватил тонкие губы в поцелуй, передавая конфетку. Лань Ванцзи с удовольствием её принял, кладя руку на затылок и зарываясь волосы цвета вороньего крыла рукой. А другой потянулся к домашним шортам Вэй Усяня, стягивая их вместе с нижним бельём до колен.        Когда до возбуждённого члена дотронулись, Вэй Усянь, прогнувшись в спине, простонал прямо в губы. Лань Ванцзи нежно провёл вдоль ствола, приласкал мошонку и задел уретру. Вэй Усянь прикусил ключицу супруга, посылая очередным стоном будоражащую кровь вибрацию. Не выдержав, Лань Ванцзи приподнялся, усаживая дрожащего от накатившего возбуждения Вэй Усяня на колени и расстегнул ширинку.       Пока супруг расправлялся со своими джинсами, Вэй Усянь перекинул одну ногу к другой и стащил шорты с нижним бельём, скидывая их прямо на пол возле кровати. К этому времени Лань Ванцзи снял с себя последние элементы гардероба и, обвивая руками талию супруга, притянул его обратно к себе.       Вэй Усянь снова уселся на колени и уже совсем не возражал, когда Лань Ванцзи захватил его губы в требовательный поцелуй, беря всю инициативу на себя: он кусался, каждый раз зализывая пострадавшее место, ласкал языком нёбо. Вэй Усянь сдавленно простонал, окончательно зарываясь руками в длинные волосы супруга, и качнул бёдрами, дотрагиваясь до члена мужа своим, из-за чего у обоих помутнело в глазах, а по телу прошлась волна возбуждения.       Не разрывая зрительного контакта, Лань Ванцзи нащупал в прикроватной тумбочке флакончик с заветным маслом, которое им сейчас было так необходимо. Вэй Усянь, пользуясь моментом, прислонился вплотную к телу супруга и, опалив ушную раковину, провёл по ней языком, тихо прошептав пошлость.       Лань Ванцзи на такое поведение приглушенно выдохнул и, обмакнув пальцы в масле, дотронулся до узкого колечка мышц, на что Вэй Усянь сильнее стянул в кулаке смоляные волосы, оттягивая их назад, и прикусил мочку уха, не сдерживая мольбы:       — Не томи, — хриплый голос прозвучал чересчур призывно.       Решив удовлетворить просьбу супруга, Лань Ванцзи мягко ввёл один палец, который нежные стенки ануса моментально обхватили. Вэй Усянь вздрогнул от действий собственного организма, прогнувшись в спине, и выпятил пятую точку, специально подставляясь под ласки. Одна из его рук выпуталась из смоляных локонов и, очерчивая изгибы привлекательного тела, спустилась вниз, касаясь головки члена супруга.       Лань Ванцзи позволил себе выпустить тихий стон, в отместку добавляя второй палец, и, быстро найдя простату, беспощадно надавил на неё. Содрогнувшись, Вэй Усянь протяжно застонал, инстинктивно насаживаясь на пальцы ещё глубже. Каждая клеточка тела уже умоляла о том, чтобы почувствовать в себе нечто большее.       В то время как Вэй Усянь водил вверх-вниз по стволу супруга, Лань Ванцзи добавил третий палец, то раздвигая их в стороны, то надавливая на чувствительный бугорок. Его губы давно были на сосках, играясь с ними, он то нежно посасывал, то яростно покусывал их. Вэй Усянь из-за кружившего голову удовольствия несдержанно сжал челюсть на плече мужа, сильно впиваясь зубами в кожу, но стоны всё равно просачивались наружу.       Вынув пальцы, Лань Ванцзи убрал со своего члена руку супруга и пролил на половой орган масло, что вызвало прерывистый вздох от контраста температур. Вэй Усянь, прижавшись как можно ближе и отрывая чужую голову от своей груди, захватил тонкие губы напротив, страстно сминая их.       Одним слитным движением Лань Ванцзи вошёл в Вэй Усяня, который громко застонал, разрывая поцелуй, и призывающе качнул бёдрами. Лань Ванцзи не нужно было намекать, что делать дальше дважды, он медленно начал набирать темп, с удовольствием вслушиваясь в пошлые звуки, воспроизводящиеся его мужем. Тот запрокинул голову, и можно было с уверенностью сказать, что его глаза чуть приоткрыты, но взгляд туманный, выдающий полное погружение в сладострастие своего хозяина. Он буквально тонул в удовольствие, что разносилось по венам, и сердце пускалось вскачь.       Лань Ванцзи, представляя столь соблазнительную картину, только сильнее сдавил в своих руках бёдра, на которых потом точно появятся синяки, и начал ритмично вдалбливаться. Вэй Усянь застонал громче, гранича с криком, и проявил желание насаживаться самому, но его попытки быстро пресекли. Лань Ванцзи повалил его на кровать, вдавливая в неё своим весом. Нет, втрахивая в неё.       Ноги Вэй Усяня оказались сомкнутыми на пояснице, а руки больно вцепились в плечи, он буквально задыхался в собственных неконтролируемых стонах. Лань Ванцзи дотронулся до сочащегося смазкой члена мужа, сначала приласкав головку и потом сделав несколько размашистых движений рукой. Этого вполне хватило Вэй Усяню, чтобы с криком излиться. Тело забилось в дрожи, и внутри всё сжалось, крепко обхватывая горячую плоть, от чего Лань Ванцзи со стоном кончил, уткнувшись в мокрое от пота плечо.       Вэй Усянь просто лежал и старался собрать себя по кускам, но тело отказывалось выполнять команды мозга, а перед глазами всё плыло. Он слабо улыбнулся, представив, как выглядит сейчас со стороны: взгляд наркомана и причёска сумасшедшего. Вдруг ощущение чужого горячего дыхания на коже исчезло. Повернув голову в сторону, Вэй Усянь встретился с золотистыми глазами, уже избавившимися от дымки.       При созерцании растрепанного Лань Чжаня, который сейчас выглядел по-особенному мило и уютно, Вэй Усянь чуть привстал и припал к губам, втягивая их в ленивый поцелуй. Лань Ванцзи лёг рядом, сгребая супруга в объятья. Их губы разъединились.       Удобно устроившись на плече мужа, Вэй Усянь уже прикрыл глаза, медленно, но верно проваливаясь в сон, как над самым ухом раздалось:       — Страсть, — голос звучал немного хрипло, выдавая чем совсем недавно занимался хозяин.       Вэй Усянь удивлённо распахнул глаза, встречаясь с золотыми омутами, что смотрели на его умиротворенное лицо. Он почувствовал, как в его голове начали работать шестерёнки, но, несмотря на их старания, разморённый удовольствием мозг отказывался сейчас воспринимать хоть какую-то информацию, поэтому с языка слетает удивлённое:       — Что?       Лань Ванцзи лишь терпеливо выдохнул на рассеянность мужа и принялся объяснять:       — Ты выбрал красный цвет, потому что он ассоциируется со страстью.       Вэй Усянь сначала ошарашенно на него взглянул, словно совсем не понимал о чём ему говорят, но потом вдруг на его лице отразилось осознание, а шестерёнки в голове громко щёлкнули.       — Так ты всё-таки ответил на мой вопрос, Лань Чжань, — счастливо протянул он, проводя пальцем по щеке, невесомо задевая губы.       — Мгм, — выдал Лань Ванцзи и уткнулся носом в макушку, вдыхая упокаивающий запах проливного дождя.