Личный менеджер

— Почему домой не поехал? — спросил Мин, когда Намджун возник на балконе рядом с Юнги. — Захотел — остался. — Ким поднял голову вверх, разглядывая ночное небо. Из его квартиры открывается замечательный вид на город, он видет десятки огней по ночам, но в том блеске не видно главного — звёзд. — Она действительно имеет возможность наблюдать Млечный Путь каждую августовскую ночь? — мужчина облокотился на перила балкона чужой квартиры, — Кажется, пора переезжать. — Suga сделал затяжку, выпуская горячий пар, привлекая внимание Кима, — С каких пор ты куришь? — Так, балуюсь, — Мин убрал электронную сигарету в карман, — Я пошёл спать. Намджун кивнул в пустоту, а затем последовал за Мином, погружаясь в тепло душной квартиры. Зал был успешно прибран, вся посуда перенесена на кухню, а диван, на котором чуть ли не в обнимку спали Чимин и Хосок, был расстелен. Юнги улёгся на ковре, наблюдая белоснежный потолок. — Тут уютно, — произнес одними губами Мин. Квартира была действительно скромной: две комнаты, малюсенькая кухня и ванная. Но видно было не вооруженным глазом — здесь живёт девушка. Все чисто и комфортно. А минимализм, к которому стремилась Мира в своем внешнем виде, распространялся и на обстановку в жилище. Лаконично, просто и без лишних деталей, совсем недорого. — Юнги-а, я тебе одеяльце принесла, — хозяйка квартиры вошла в гостиную, видимо, только из душа. Намджун так и замер, разглядывая красивый черный халатик из тонкого шелка на ее длинном тельце; в ушах загудело. — Спасибо. — А ты чего встал, как вкопанный? — произнесла Чон на выдохе, будто уставшая укладывать детей по постелям мать, — Ляг и спи. Удивительно, но через пять минут в помещении воцарил ночной полумрак — свет потушили, а все гости спали. Или почти все… Намджун лежал на полу, крутясь из стороны в сторону, за что получал ругательства от Юнги, пока тот не уснул. Он обдумывал минувший день, и готов был с уверенностью сказать, что он был лучшим за его знакомство с BTS. Казалось бы, сколько клубов они обошли, сколько тусовок провели вместе, — эта была самой лучшей. И все, как всегда, благодаря лишь…ей. На кухне щёлкнул выключатель, тусклый свет попал в щель прикрытой двери, будто включили ночник. Мужчина бросил взгляд на часы — глубокая ночь. Он незамедлительно поднялся, не разбудив никого из друзей и вышел, закрывая дверь до тихого щелчка. — Почему не спишь? — раздался его низкий голос, разрезая тишину, на что Мира дернулась. Намджун стоял в проходе, а затем прошёл вглубь, поближе к девушке. Она стояла около столешницы со стаканом в руке, а ее испуганный взгляд превратился в осуждающий, ведь парень поволновал ее нервную систему. — Пить захотелось, — она отпила немного, поставила со стуком стеклянный стакан на место и погасила свет, — Спокойной ночи. Ловкие руки невесомо коснулись ее талии. Не понадобилось особых усилий, чтобы Мира послушалась и остановилась, пытаясь выловить его взгляд в темноте, но даже черты лица видны пока не были, лишь широкие плечи и грудь, мышцы которых красиво проглядывали сквозь футболку. Он смял пальцами ткань халатика, ощупывая ее вслепую, под ним, видимо, были пижамные шорты и майка. Притянув девушку ближе, сладко позвал ее: — Мира, — она вытянулась к нему на встречу, услышав свое имя, тяжело дыша, — Я… — Нам забыл, о чем хотел сказать ей, и хотел ли вообще. Их лбы мягко соприкоснулись, когда Ким немного склонился к ней и притянул ее ближе, и, следуя лишь интуиции, нашел ее губы своими. Мира обхватила шею мужчины руками, охотно отвечая на прикосновения, на что репер удивлённо вскинул брови, пусть этот жест остался незамеченным в темноте. Неужели это она сейчас тянется к нему сама? Ким зашагал вперёд, не разрывая нежного поцелуя, и оперся руками на столешницу, по обе стороны от ее хрупкого тела. Его широкие ладони прошлись по ее спине, оголенным бёдрам, очень нежно и плавно, как никогда не привычно аккуратно, что было не похоже на того Кима, которого знала светловолосая. Мира была совсем не пьяна, но уже не могла смотреть на него равнодушно, скрывая своих чувств и эмоций. Её, как магнитом, тянуло к Намджуну все это время, пусть сначала это была агрессия и ненависть, которую хотелось выплеснуть ему в лицо, а затем…ей захотелось понять, какой он на самом деле, и он начал привлекать ее не просто физически, за ним хотелось наблюдать вечно, пытаясь осознать, о чем он думает, когда читает рэп, когда смотрит на нее. Его походка, жесты, взгляд и томный голос, от которого бросает в дрожь. А после его признания,.ох, девушка надеятся, что то было искренне. Когда его сильные руки подняли ее над полом и посадили на кухонную столешницу, кажется, будто все мысли исчезли из ее головы. Она уже давно смогла простить ему все обидные слова в свой адрес, все те ситуации, что возникали между ними по его вине — она вспоминала их, закусывая губу, перед сном. И будь он неладен, Ким Намджун, но сейчас он был нежен, как никогда. Айдол уже давно испытывал к ней неоднозначные чувства. И раздражала его девушка только из-за простого «люблю». Глупо, правда? Он втрескался в нее по уши ещё с первого дня их знакомства, но не мог смириться с этим ещё долго, не мог признаться сам себе. Девушка безумно привлекательна и умна, но больше всего в ней привлекала ее стойкость и спокойствие. Он хотел отвадить ее от себя, чтобы забыть о ее прекрасных глазах, о ее длинных ногах и красивой фигуре, чтобы перестать ругать себя за то, что без конца ищет ее взглядом и не может сосредоточиться на работе. Он хотел быть независимым от нее, а подсел, как на наркотик. — Джун, — прошептала она, словно в бреду, как только его пухлые губы коснулись ее шеи. — Скажи это ещё раз, сладкая, — тихо попросил он, поднимая взгляд на сидящую перед ним девушку. Мужчина аккуратно стянул шелковый халат с ее плеч, оголяя их и зацеловывая сахарную кожу, от подобной нежности, девушка сжала ткань его футболки, прикрывая глаза. — Нам…ах, — он оставил поцелуй на шеи, рядом с багровым синячком, что ещё не зажил после их встречи в студии и болел, -…Джун… — Прости, пожалуйста, — умоляя, шептал он, зацеловывая ранки недельной давности, — я такой идиот, извини меня. Я сделал тебе больно тогда…извини. — Заткнись. — тихо потребовала она, целуя его в щеку, а затем, обхватив его лицо руками, прильнула к его губам, и отстранившись, чмокнула в уголок губ, — Я прощаю тебя. Он подхватил ее на руки, поддерживая за ягодицы, заставляя обхватить его торс ногами. Они максимально тихо дошли до спальни девушки, Намджун закрыл за собой дверь, и уложил Миру на ее полутороспальную кровать, нависая сверху, а рукой нащупал выключатель маленького светильника, что тускло осветил лица молодых людей. — Хочу видеть тебя, — прокомментировал Намджун. Он втянул ее в поцелуй, распахивая черный халатик, и забираясь пальчиками под майку, согревая кожу ее живота своим теплом. Пальцы аккуратно коснулись оголенной груди, на что девушка вздрогнула, снова сжимая его футболку пальцами, щеки покрыл алый румянец, заставляя мужчину улыбнуться. Он отпрянул на мгновение, чтобы стянуть с себя белую ткань футболки, но как только откинул ее в сторону, Мира поднялась к нему навстречу и толкнула влево, переворачивая на спину и села на него сверху. — Ты играешь не по правилам, — рыкнул Намджун, улыбаясь такому повороту событий, а его ладони легли на ее ягодицы, пока ещё прикрытые тонкими шортами, сжимая их и прижимая ее плотнее к паху, в котором росло напряжение. Её пальцы прошлись по вздымающейся груди айдола, ожертили еле проглядывающие кубики мышц, заставляя парня простонать что-то неопределенное. Она лишь наклонилась к его лицу, целуя в губы, как он поменял их местами вновь. — Ты же знаешь, я тебя люблю. — произнес Джун на полном серьёзе, нависая над девушкой. — Не думаю, что это так…ах… — она свела брови к переносице, и открыла рот, хватая воздух, когда почувствовала чужой язык на своей груди. Острый язык мужчины ласкал нежную кожу аккуратной и совсем небольшой груди. Никогда раньше он и представить не мог, что ему понравится подобный тип фигуры, но он очарован ее высоким ростом и узкой талией, а ее взгляд — лучше всяких внешних характеристик. Уже через пару минут бесчисленных поцелуев, на девушке не было ничего, кроме шортов, а на репере — ничего, кроме боксеров. — Ты просто сладкая, как мед, — прошептал он, целуя животик Миры, которая уже сотни раз слышала это, и кажется, он не врал. Он опустился ещё ниже, склоняясь к нижней части ее прекрасного тела, и, не разрывая зрительного контакта, из-под бровей, начал наблюдать за ее эмоциями. Он не торопясь начал стягивать шёлковую ткань пижамы, пока ее лицо заливалось красным, приближался к самому сокровенному. Чон подняла взгляд в потолок, чтобы избежать стеснения, а ее коленки так и норовили соприкоснуться друг с другом и закрыться в смущении. — Тебе нечего бояться, — спокойно изрёк он, отвлекая ее внимание на себя, когда шорты окончательно лежали поодаль, оставляя девушку нагой, — Стесняешься? — он вскинул бровь, не смог сдержать улыбку, — Ты такая красивая. Её ладошки в смущении легли на лицо, закрывая глаза и щёки, дабы не видеть реакции парня на ее тело. Все так непривычно и странно. Намджун незаметно стянул с себя боксеры, освобождая пульсирующий и возбуждённый орган и придвинулся ближе, придерживая Миру за ноги. — Ну? И что же ты закрываешь свои глазки? — милым голосом поинтересовался Джун, нависнув над ней, — Взгляни же на меня. — рука его потянулась к ее лицу и отцепила вспотевшие ладошки Миры от алых щёк. Её взгляд невольно скользнул вниз и немного изменился, как только она в полной мере лицезрела голого Кима. Она громко сглотнула, пытаясь унять свое бешенное сердцебиение и принять ситуацию прямо сейчас, тем более: она сама этого хочет. — Ты у меня первый, — на всякий случай выдавила она из себя, чтобы парень не причинил ей боль. Он даже и не предполагал, что у такой красивой и уверенной в себе девушке раньше не было секса. Его лицо изменилось в удивлении, прежде чем он подарил ей очередной и особенно длинный поцелуй в губы, толкаясь в ее лоно первый, такой мучительный раз. Девушка громко замычала в его губы, не ожидая чего-то такого в ту же секунду, а если бы не хитрый ход Кима — закричала бы на весь дом и всех бы разбудила. Он разорвал поцелуй, не двигаясь, стараясь дать возможность ей отдышаться и привыкнуть. Плотью он почувствовал теплую жидкость, то, видимо, была кровь, точнее, пару ее капель, на которых Намджун не обратил особого внимания, ведь весь он был прикован к любимой девушке, самочувствие которой становилось лучше с каждой секундой. — Мы продолжаем? — тихо прошептал Нам, уже комфортней располагаясь над девушкой. — Да, Джун, — так же тихо изрекла она, а затем громко ахнула, когда мужчина проник в нее снова. Он сильно обхватил ее бедра руками, невольно сжимая пальцами кожу от возбуждения, нахлынувшего на него второй волной, ведь девушка была для него невероятно узкой, а он, как ему показалось, слишком большим для неё, особенно в первый раз. — Люблю тебя, — шептал он ей на ухо, то ускоряя темп, то замедляя, на что девушка обхватывала его спину руками, царапая кожу. Боль сошла на нет, потому что Намджун был очень аккуратен и нежен. Он моментально успокоил девушку своим потрясающе глубоким голосом и заставил почувствовать себя любимой. И он готов был клясться всем Богам в правдивости своих чувств. Такого он не испытывал ни к одной девушке. Да и признаться, отношения у него были лишь однажды. — Я тоже тебя люблю, — пролепетала девушка, закрывая глаза и жмурясь от тянущих спазмов внизу живота, мышцы ног немного свело в преддверии оргазма. Намджун почувствовал, как она напрягается, и замедлился, сдавленно стоная, получая женские стоны в ответ. На этот раз он двигался не часто, но резко, стараясь не пропустить не единой эмоции на лице Миры. Он хотел доставить удовольствие ей, прежде всего. Через пару толчков, она сжала простынь в руках, прогибаясь в спине, задрожала, глубоко вдыхая воздух в легкие. Намджун кончил следом, выждав несколько секунд и излился на ее бедро, издавая гортанный стон и закусывая губу. Он лег рядом, все также наблюдая за девушкой, что с трудом отходила от яркого финала их соития. Она была невероятно привлекательной даже сейчас: уставшей и запыхавшейся. Намджун кинул взгляд на потолок, блаженно выдыхая, а затем сгреб девушку в свои железные объятия, обнимая со спины, и прикрыл обоих одеялом. Мира оказалась в кольце из его сильных рук, и казалось, что ничего больше не имеет значения в этом мире, лишь бы то, что произошло, не оказалось случайностью или мимолётным порывом. И, Боже, она отдала свою невинность Ким Намджуну…